Поспешно завершив приготовления, процессия двинулась в путь на довольно высокой скорости. Похоже, большинство уже слышало слухи о Фуцзяне, поэтому хоть люди и тяжело дышали, они не жаловались.

Чтобы сократить время, мы даже пропустили обед и шли без остановок, так что к тому моменту, когда солнце начало клониться к закату, нам удалось покинуть пределы Чжэцзяна.

Быстро миновав невысокую горную местность и снова выйдя на равнину, Чок Биволь приказала сделать привал. Тут же вокруг засуетились люди, готовящие еду. Пока я оглядывала их, почувствовала, как кто-то тянет меня за одежду снизу, и опустила взгляд.

Харан пристально смотрел на меня. Я слегка улыбнулась и протянула руки, и Харан ловко запрыгнул в мои объятия. Когда я, прижимая его к себе, мягко погладила по спине, он довольно заурчал.

Этот мурлыкающий, совсем как у кошки, звук заставил меня улыбнуться, и я оглянулась по сторонам.

Харан должен был быть с Джу Хварин, так что раз он здесь, значит, Джу Хварин, вероятно, тоже занята приготовлением еды. Мне стало немного жаль её, она ведь пошла за мной и теперь так трудится, поэтому я начала высматривать её, чтобы предложить помощь. Но в этот момент ко мне подошёл Моён До.

— Это тот самый волк, о котором ты говорила раньше?

— А, брат.

Моён До посмотрел на Харана. Я слегка приподняла его, чтобы тому было лучше видно, и кивнула. Моён До некоторое время пристально разглядывал Харана, затем поднял руку, собираясь погладить его по голове.

— Осторож…

Я инстинктивно попыталась его остановить, зная, что Харан рычит на Хёк Доджина, но он не отверг прикосновения Моён До. Напротив, он, казалось, получил удовольствие и ещё сильнее прижался головой к его ладони, потершись о неё.

— Какой послушный.

— Удивительно. Обычно он не ненавидит людей, но так дружелюбно и ласково ещё никогда себя не вёл…

Если бы это увидела Джу Хварин, ей было бы и обидно, и неловко, и странно. Харан иногда позволял ей обнимать себя и слушался её только потому, что она его кормила и играла с ним, а иначе он бы ни за что не пошёл к ней на руки.

Харан, продолжая мурлыкать, тёрся о Моён До, и когда я осторожно передала его, он устроился у него на руках и прижался головой к его плечу. Моён До, держа тёплого Харана, тихо улыбнулся и погладил его по спине.

— Он куда теплее обычного человека.

— Наверное, потому что он волк, и даже при той же температуре тела кажется горячее. И всё же... он почти никогда не вёл себя так с кем-то, кроме меня.

С любопытством наблюдая за этой сценой, я вдруг почувствовала чей-то взгляд и, обернувшись, увидела вдали Хёк Доджина, спускавшегося с лошади. Он смотрел не на меня, а на Харана, который уютно устроился в объятиях Моён До.

Моён До, похоже, тоже почувствовал его взгляд и, слегка приподняв голову, встретился с ним глазами. Легко кивнув в знак приветствия, он тихо произнёс:

— Почему он так реагирует?

— …Харан любит людей с чистой энергией. А ты ведь знаешь, Доджин довёл демоническое искусство до предела. Поэтому Харан так яростно отвергает его, что даже не подпускает близко. Не говоря уже о прикосновениях.

— …

Моён До смущённо кашлянул и посмотрел на Харана. Тот широко улыбался, глядя ему в глаза, и Моён До ответил ему мягкой улыбкой, после чего снова передал мне.

— Слышал, что он однажды спас тебя. Поистине славное дитя.

Он ласково почесал Харана по животу. Это выглядело очень естественно и тепло.

— Кажется, брату уже пора задуматься о женитьбе.

— О женитьбе?

Моён До посмотрел на меня с видом человека, не понимающего, о чём речь. Переведя взгляд с меня на Харана, он, похоже, понял и коротко ахнул, после чего снова неловко отступил.

— Пока у меня нет таких мыслей. Нужно совершенствоваться в боевых искусствах, да и дел ещё много.

— Несмотря на это, вы часто бываете с Чок Биволь. Может, у брата тоже есть чувства к ней?

Честно говоря, мне казалось, что Чок Биволь и Моён До хорошо смотрятся вместе.

Сначала мне не нравилось, что она сблизилась с ним из корыстных побуждений, но со временем я поняла, что, если не считать её принадлежности к тёмному пути, она была вполне достойным человеком. Она очень способна и не идет на поводу у эмоций.

Сперва она казалась мне легкомысленной и коварной женщиной, но чем больше наблюдала, тем больше понимала, что это скорее её сильная сторона — умение чётко выражать своё мнение и отстаивать собственную позицию. И я считала, что именно этим она могла бы восполнить слабости Моён До.

Моён До был выдающимся мастером и многообещающим молодым представителем праведных школ, но, к сожалению, у него был явный изъян. У него не было ярко выраженного собственного мнения. Мужчина, которому достаточно тихо тренироваться и быть с семьёй. Настолько лишённый амбиций, что напоминал монаха.

Из-за этого, несмотря на своё положение, он часто колебался и позволял окружающим влиять на себя. И мне казалось, что Чок Биволь могла бы восполнить именно это.

— С чего бы? — покачал головой Моён До. — Хоть тогда госпожа Чок Биволь и говорила подобные вещи, ни словами, ни поступками она не делала ничего такого по отношению ко мне. Так что нет причин думать об этом.

Если бы Чок Биволь каждый день подходила к Моён До с заискивающей улыбкой, я бы вмешалась. Но она вела себя иначе: улыбалась, когда он к ней подходил, и тут же теряла интерес, когда отходил.

Не знаю, было ли это её истинным чувством или уловкой, но из-за этого моё отвращение к её сближению с Моён До немного уменьшилось.

— Вот как…

— К тому же я из рода Моён, а госпожа Чок Биволь — женщина из школы Змеиной Крови. Такие отношения невозможны по определению.

— Не стоит так рассуждать. Брат, перед вами стоит ваша сестра, которая на собственном примере доказывает обратное.

Я улыбнулась Джу Хварин, которая, заметив меня, подбежала, быстро забрала Харана из моих рук и исчезла. Я улыбнулась ей вслед и снова посмотрела на Моён До.

— Было бы хорошо, если бы словом «невозможно» можно было объяснить всё на свете. Но жизнь постоянно подбрасывает ситуации ещё более невозможные. Так что попробуйте открыть своё сердце.

— …

Моён До молча смотрел на меня, не проявляя никакой реакции. Я мягко улыбнулась и сделала шаг назад. В этот момент Хёк Доджин, закончив с вещами, подошёл, коротко поприветствовал Моён До и обратился ко мне:

— Поедим вместе?

Кивнув Хёк Доджину, я снова посмотрела на Моён До, затем перевела взгляд на Чок Биволь, которая активно раздавала указания людям, и вздохнула. После этого развернулась и пошла прочь.

Хёк Доджин последовал за мной, бросив взгляд назад, и тихо спросил:

— То, что ты сейчас сделала... это сработает?

— Кто знает?

Я посмотрела, как Моён До, стоявший в нерешительности, всё-таки подошёл к Чок Биволь и заговорил с ней, и усмехнулась.

— Это было пустяком.

***

Солнце уже клонилось за горы. Благодаря тому, что Чок Биволь активно подгоняла отряд, скорость продвижения была высокой. Мы смогли достичь границы Фуцзяня куда быстрее, чем она предсказывала.

Чок Биволь, которая ещё недавно кричала на людей, подгоняя их почти кнутом, по прибытии в Фуцзянь снова вернула себе невозмутимое и мягкое выражение лица.

Я смотрела на залитые красным светом горы, раздумывая, сколько ещё осталось до самой провинции, когда она подошла ко мне. Бросив взгляд на её лицо, я заговорила первой:

— Ну как?

Чок Биволь посмотрела на меня с таким видом, будто не понимала, о чём я. Я слегка повела подбородком и небрежно уточнила:

— Обед. Ты осталась довольна?

— А, это? — она фыркнула и пожала плечами. — Еда как еда, ничего особенного. Но, похоже, это было твоих рук дело? Я и представить не могла, что тот деревянный мужчина скажет подобное. Освежающе. Неужели я тебе теперь немного нравлюсь? Даже такую возможность устроила.

— Честно говоря, мне не очень хотелось этого делать, но я подумала, что от одного совместного обеда вреда не будет.

На мой равнодушный ответ Чок Биволь пристально посмотрела на меня и слегка приподняла уголки губ. Её загадочное выражение заставило меня слегка нахмурить брови. С улыбкой она медленно произнесла:

— Знаешь? Это первый раз, когда ты отплатила мне за услугу.

— …Что?

— Я лечила тебя, давала информацию, а ты ни разу даже не сказала «спасибо» и не заплатила соответствующую цену. Поэтому я была удивлена, что в этот раз ты вдруг организовала такую удачную возможность.

— Это…

— Я просто не ожидала, что ты решишь расплатиться, отправив ко мне своего драгоценного брата. В тебе, оказывается, есть коварная сторона?

— …

Я лишь слегка подтолкнула Моён До, потому что подумала, что он ей интересен, но в тот же миг превратилась в сестру, продавшую брата ради долга. Я уставилась на неё, и Чок Биволь, опустив уголки губ, спокойно сказала:

— Но всё равно спасибо.

— …?

— За то, что изменила отношение ко мне. Ты же знаешь, из-за того, что за моей спиной школа Змеиной Крови, а в руках яды и скрытое оружие, на меня редко смотрят по-доброму. Меня называют коварной девкой, злодейкой, использующей тёмные искусства… Меня никогда не называли добрыми словами. Даже те, кто никогда меня не видел, заранее верили в это, и их предубеждения никогда не менялись.

На тихой дороге, где слышались лишь шаги и скрип повозок, её спокойный голос звучал особенно отчётливо и проникал в самую душу.

— Я думала, ты будешь такой же. Поэтому была удивлена. Никто прежде не менял своё мнение обо мне. Я и вообразить не могла, что ты это сделаешь. Думала, ты до конца жизни будешь запрещать мне даже приближаться к Моён До.

Её шутливая улыбка вдруг показалась мне удивительно соответствующей её возрасту. Лицо Чок Биволь, освещённое алым закатом, выглядело по-настоящему красивым.

Заметив мой взгляд, Чок Биволь снова усмехнулась.

— Но разве это вообще имеет значение? Ты ведь сблизилась с братом только потому, что так приказала школа. Не думаю, что у тебя самой есть к нему какие-то чувства.

— Кто знает… Если бы ты сказала это раньше, я бы сразу согласилась. А сейчас… я и сама не уверена.

— …Что?

Я приподняла бровь, глядя на её загадочное выражение лица. Чок Биволь уже собиралась ответить, как вдруг с конца длинной колонны раздался пронзительный крик:

— А-а-а-а!

Чок Биволь резко обернулась, и я вместе с ней. Там мы увидели, как какой-то мужчина безжалостно рубит людей. Было непонятно, откуда он взялся, но ещё страшнее было то, что он начал резню прежде, чем кто-либо успел среагировать.

Я на мгновение оцепенела, затем в спешке выхватила меч из повозки рядом со мной, стиснув зубы.

— Неужели безумец?

— Нет. Это не безумец. Это…

— Нападение!!

Не успела она договорить, как впереди раздались новые крики. Там воины с жёлтыми повязками начали беспощадную атаку.

Хоть мы и были настороже, нас застали слишком легко. Чок Биволь прикусила губу и нахмурилась, затем медленно прошептала:

— Левый Авангард…

— Перебить всех!

Громовой крик, от которого, казалось, содрогнулись горы, перекрыл её голос.

— ...Это ловушка.