| Примечание от автора |

[Начиная с данной главы, структура текста изменится. Главы будут короче, а части в них перестанут существовать]

***

От лица ???:

Акир и Леорио зашли в ветхий и промокший до основания деревянный домик.

Внутри было пусто, по углам тянулась блестящая голубая паутина. Это был признак того, что дом населял довольно неприятный вид неядовитых пауков.

Опасности для жизни они конечно не представляли, но кусали достаточно болезненно, чтобы заставить крепкого мужика взвыть на пару секунд.

С тяжёлым вздохом Акир прошёл вслед за Леорио, прямо к лестнице, что находилась с противоположной стороны от двери.

Скрип под ступнями внедрял в голову мальчика небольшой страх провалиться под пол.

Остановившись, учитель взглянул вверх, на то место, где находилась дыра в потолке.

Это был проём, через который можно забраться на второй этаж.

А лестница... Правильнее сказать, два небольших деревянных прута, соединённых ветками, не внушали доверия.

Леорио на секунду призадумался, а после обложил весь подъём металлом, плотно скрепив все части и намертво зафиксировав на месте.

— Ну что, Акир, поднимайся. То, что находится над нами, станет твоим домом на следующую неделю, — учитель был серьёзен, но на его лице проступала лёгкая горечь и что-то похожее на недовольство.

Акир вытянулся и ответил лёгким кивком.

Через десяток секунд, двое стояли на втором этаже.

Пол здесь был намного лучше, чем снизу, но скрип досок под ногами остался без изменений, вгоняя ещё больше страха, ведь падать придётся дольше.

Дом сужался к верху, поэтому крохотное пространство, в котором они были раньше, стало ещё меньше.

Окошко было крохотным, поэтому и так маломальский свет проникал сюда ещё меньше.

Леорио создал пламя, что осветило мебель...

Ну или то, что сложно было так назвать.

В левом углу находилась миниатюрная кровать. Хоть для Акира она и была велика, но большинство взрослых, свешивали бы ноги, спя здесь.

На спинке был высечен великолепный узор, что сразу бросился в глаза, тепло освещаемый ярким пламенем.

Это было огромное ветвистое древо, что змеилось вверх, изгибаясь в самых странных направлениях.

Мальчик узнал узор.

"Сонная смерть" — какое-то такое оно носило название из того, что помнил Акир.

Страшные истории, что рассказывала мама голубоглазого мальчишки перед сном уже почти забылись, но некий силуэт в памяти остался.

Исходя из названия, это красивое дерево стояло где-то далеко за океаном, на иной земле. Все, кто когда-либо останавливались там, никогда не возвращались живыми.

Никто не знал, что именно там происходило, однако людей находили у основания, крепко переплетёнными толстыми корнями.

«Жуть...»

Акир отвернулся, не желая вспоминать подробностей истории.

Рядом с кроватью стоял хорошо сохранившийся деревянный стул.

Справа находился ряд небольших металлических крючков, на одном из которых висела плотная плетённая верёвка.

— Ну... А теперь я могу узнать, что у нас за тренировка такая? А то мне здесь не нравится... — высказал Акир с явным недовольством этим местом.

— Да. Садись на стул, я объясню, — легко ответил Леорио, поставив стул посередине комнаты.

Мальчик послушно сел, ожидая подробного толкования...

Однако...

Зрение резко потемнело и он потерял сознание.

***

Проснувшись, Акир был плотно прижат к стулу жёсткой верёвкой.

Поле зрения постепенно становилось больше и чётче. И в один момент он в ужасе распахнул веки.

Перед ним стояла тёмная фигура, силуэт которой слабо освещался где-то позади в темноте ночи.

— Проснулся? — спросил Леорио, полируя клинок в воздухе.

— А... Э... Л-леорио... А-а-а... Что... Что происходит? — собравшись с мыслями, Акир взглянул на учителя, пытаясь что-то понять по выражению его лица.

Но было слишком темно.

— Эх... Я не особо хотел всё тебе объяснять. Скажу сразу, мне это тоже нихуя не нравится. Но... Так надо, — его голос был ровным и стойким, однако капли неуверенности создали брешь в гладкой речи.

— Что объяснять?! Леорио, мне это не нравится! Ладно, мне это пиздец как не нравится! — взгляд мальчугана метался из стороны в сторону, пока его тёмные волосы мягко трепались на лбу.

— Тренировка. Первое, что я скажу, так это то, что это тренировка. Не накручивай себя.

— Ага, блять, спасибо, успокоил! Леорио! Развяжи меня и давай просто всё обсудим! — страх рос с каждой секундой.

Акир отходил от пробуждения всё сильнее, и всё сильнее вгонял себя в панику нынешними обстоятельствами.

— Помнишь? Я тебе говорил, что нужно научиться думать в стрессовых ситуациях.

— Леорио! Развяжи меня!

— Избавить тебя от страха сильных людей, слишком неожиданных событий и решений я не смогу... Однако...

— Леорио, блять! — Акир терял терпение и постепенно переходил за рамки дозволенной в разговоре громкости.

— Я могу избавить тебя от очень противной боязни. Боязни боли, — договорив, учитель рассёк воздух перед собой металлическим клинком и слегка кивнул.

— Стой! Погоди! О чём ты?!

— Всё просто. Я буду причинять тебе увечья, потом залечивать.

— Я передумал! Не хочу тренироваться с тобой! Пожалуйста, отъебись от меня!

— И да. Есть очень важная вещь. Ты обязан разговаривать со мной во время всего процесса. Обязательно, понял? — его рука постепенно возвышалась над Акиром.

Он хотел что-то крикнуть, однако вид, что предстал перед ним, полностью лишил парня дара речи.

Сильно зажмурившись, Акир задрожал.

Одна секунда. Такой, казалось бы, маленький отрезок несоизмеримо вечного времени.

Но для него это и была вечность. Ничего не видя, ожидая как вот-вот в тебя войдёт холодная сталь...

Это ужас, который не описать словами.

Звериный, неутолимый ужас.

Наконец-то, к счастью, или наоборот, Акир почувствовал как что-то входит в его руку.

Плавно, нежно, но так быстро.

Он полностью забыл о страхе открыть глаза. Теперь они были распахнуты как никогда, казалось, вместо них, у него огромные голубые блюдца с белой окантовкой.

Всего секунду назад не было возможности издать даже малейший писк, однако сейчас...

— РАААААААААА! — Акир скрючился настолько сильно, насколько ему позволяла верёвка.

«БОЛЬНО! СУКА, КАК БОЛЬНО!»

— Акир. Ответь мне на вопрос. Что ты ел на завтрак? — Леорио был серьёзен, однако держать острый кусок металла, сейчас, было тяжелее, чем в самые худшие времена для его тела.

Но Акир не ответил. Он ужасающе вцепился взглядом в место, где на руке зияла узкая щель. Кровь медленно сочилась из раны.

Однако боль, которую он ощущал, переходила все границы дозволенного.

— Акир! Послушай меня! — Леорио спустился на один уровень с его учеником.

Он смотрел в глаза мальчику. Но мальчик не замечал взгляда учителя.

«Я не хочу умирать! Я не хочу умирать!»

— АРГХ! — слегка двинув окровавленной конечностью, Акир взвыл с новой силой!

«Я не хочу умирать! Нет-нет-нет!»

— АКИР! — Леорио вцепился в голову парнишки, направив её в свою сторону.

Наконец, взгляд ребёнка оторвался от раны. Однако...

Вместо того, чтобы встретиться с другим, который уже несколько секунд ожидает ответа, он заметался по всей комнате, нарочно избегая контакта с вредителем.

«Умирать! Я не хочу! Не хочу!»

— Боже... — уткнувшись лицом в руку, учитель немного отодвинулся и приблизился к ране.

Приблизив грубые пальце к дыре, Леорио начал виртуозно заплетать ими в воздухе. Так, будто сейчас в его руках находилось веретено, которым он орудует множество лет.

И вновь на Акира накатил приступ боли. Но не такой, какой она была когда-либо раньше.

Это иной уровень. Боль от того, что твои ткани срастаются вместе.

Тело 12-тилетнего мальчика напряглось настолько, что верёвки кое-как выдержали ту мощь, что обрушилась на них в один момент.

Зрачки ушли за орбиты век, открывая белую пелену белков.

Акир расслабился. Он потерял сознание.

***

На улице стояла глубокая темень. Если ночью и ходили по городу, то не здесь, не на окраине.

Лишь шелест ветра разгонял абсолютную тишину.

В одном из невзрачных, прогнивших деревянных домов горел блеклый свет от огня. Через мелкую оконную раму, можно было разглядеть хмурое лицо человека.

Леорио стоял, оперевшись на стену. Все его мыслительные процессы были направлены на то, чтобы придумать, что делать в ближайшем будущем.

— Аргх... — медленно приподняв веки, Акир увидел свои ноги и руки.

«Что произошло?.. Ах, как болит голова»

Подняв голову, он рассмотрел задумчивого учителя.

Постепенно, его разум восстанавливал прошлые события. С каждой секундой лицо мальчика становилось всё белее и белее.

Сглотнув сухой комок, он попытался что-то придумать.

Однако...

В этот момент Леорио вышел из размышлений и посмотрел на Акира.

— Ты вырубился. Рука в порядке.

«Точно! Мне же проткнули руку... Что?!»

Он старательно пытался найти место, куда вошёл клинок, однако даже кожа выглядела здоровой...

Только слегка блестела из-за совокупности засохшего пота и света от огня.

— Что за чёрт? М-мне мерещится?! Леорио, мне же всё причудилось?! — с надеждой взглянув на высокого подтянутого человека, Акир улыбнулся.

Но с каждой секундой уголки губ опускались всё ниже и ниже.

Леорио же не изменился в лице.

— Акир, повторяю, ты вырубился. Начнём заново.

Ему показалось, что стул — это эшафот, а слова учителя — грозная секира.

Вцепившись ногтями в подлокотники, Акир вдавился в стул, будто хотел слиться с ним воедино.

— П-погоди! Остановись! — резко повысив голос, умолял он.

Леорио начал приближаться.

— П-п-ожалуйста, Леорио! НЕТ! НЕ НАДО! ПРОШУ! — Акир ревел во все силы, что у него были.

Его тяжёлое дыхание охватывало всю крошечную комнату. Стул, к которому он был привязан, трещал с ужасным звуком скрипящей от давления древесины.

В голубых глазах мальчика горели чудовищный страх и отчаяние. Заплывшие потом тёмные волосы мягко прилегали к белоснежному лбу.

Над ним, в метре от стула, возвышался чёрный силуэт в тени. В одной из его рук грациозно восседал грозный кусок чёрного металла.

Силуэт замахнулся.

Через секунду, по всей округе пронёсся ужасный и устрашающий вопль ребёнка.