— Нееет! Орин, Орин!..

Увидев, как мужчина, которого я пронзил в сердце, умер мгновенно, лучница вскрикнула во всё горло.

Я спокойно наблюдал за ней. Ранг у неё высокий, но как боец она второсортная, раз в самой гуще схватки отвела взгляд от противника.

— Да как ты посмел убить Орина?! Я тебя прикончу!.. А?

Только теперь, вспомнив о моём существовании, лучница издала какой-то глупый звук.

Она потеряла меня из виду.

В тот миг, когда эта женщина отвела от меня глаза, я воспользовался приёмом сокращения дистанции, сбросил тело как можно ниже и вошёл в её мёртвую зону.

Для неё это, должно быть, выглядело так, будто я исчез. А потом... я воспользовался этой короткой остановкой мысли, чтобы сократить расстояние ещё сильнее.

Лучница наконец заметила меня. Но было уже поздно. Идеальная дистанция в упор. С такого расстояния лучник ничего не может.

Я снизу вверх довернул копьё.

Разумеется, целился в сердце. Один удар, один труп. Стоило бы мне только подумать о том, чтобы взять полегче, и умер бы уже я.

Копьё вошло женщине в грудь.

— Гхах... Орин... прости.

С этими словами, выплёвывая кровь, она умерла.

И тут по спине у меня прошёл холодок. Девушка-маг уже собрала магическую силу и готовилась выпустить заклинание.

По формуле я понял: простая лучевая магия разрушения. Уклониться я не успею, защититься своей нынешней силой тоже. Убить её до активации я уже не смогу.

Значит, нужно разрушить саму формулу.

— Гааааааааааааааааааааааааа!!

Я издал рёв, похожий на звериный.

В следующий миг у девушки из ушей хлынула кровь, и она рухнула на месте. Её недостроенная магия взорвалась прямо в процессе. Саму её швырнуло в ствол большого дерева.

— А... га... к-как?..

Такое не происходит от одного крика.

Я создал звук, предельно мерзкий для человека, ломающий сосредоточение, усилил его и сделал направленным. И вдобавок пропитал свой рёв миазмой. Теперь, когда я второго ранга, даже в состоянии, когда Эмблемный доспех снижает мою вычислительную способность, магию такого уровня я всё ещё могу воспроизвести.

Вместе со звуком миазма врывается через уши, ковыряет мозг и оскверняет его. Раны сразу затягиваются божественной защитой, но и одного мгновения хватает, чтобы разбить заклинание.

Это заклинание-убийца магов. В первый раз ни один маг не умеет ему противостоять. Один из моих многочисленных козырей.

Сейчас девушка оглушена, а значит, это мой единственный шанс.

Эмблемный доспех силён, но слишком уж нагружает тело.

Вернувшись к обычной форме, я рванул вперёд со всей скоростью и прыгнул на неё. Ударил ладонью, пропитанной миазмой.

Сначала я мгновенно проверил состояние противника, а потом подстроил силу так, чтобы полностью сожрать её благословения и врезать ей в живот.

— Высвобождение миазмы.

— Гхах.

По отдаче в левой ладони я сразу понял: рёбра у неё сломаны все, внутренности серьёзно повреждены, но не настолько, чтобы она умерла.

И кроме того, все её благословения были пожраны миазмой. Теперь нормально двигаться она не сможет ещё несколько месяцев.

Но и это не всё. Я превратил орихалк в шесть игл, зажал их между пальцами и метнул.

Они глубоко вошли в шесть точек на её теле.

Это точки, через которые выходят магические потоки.

Если не думать о том, какие последствия останутся у жертвы, можно вонзать их и так грубо.

Я влил свою магическую силу в потерявшую сознание девушку. Без всякой жалости. И разнёс её магические контуры изнутри.

Контуры смялись в грязное месиво и уже никогда не восстановятся.

— Гьяяяяяяяяяяяяяяяяя!

Девушка заорала от боли.

И это естественно. Когда магические контуры разрывают у тебя внутри, ощущения такие, будто вместо крови по телу гонят расплавленное железо.

Она на миг пришла в себя, закатила глаза и забилась в судорогах.

Хорошо.

Двоих я убил, одну полностью сломал. Она маг, а значит, в ближнем бою бесполезна. С уничтоженными магическими контурами и пожранными благословениями она уже не сможет толком сопротивляться.

Из неё можно будет спокойно вытянуть всю нужную информацию.

Ради Кууны я использую любые средства.

— Кууна, Анн, всё кончено.

Как-то всё-таки обошлось.

Если бы они изначально были в полноценной боевой стойке, всё могло бы сложиться совсем иначе.

Проблема в том, что, даже ради их безопасности, мне пришлось показать Кууне и Анн довольно уродливую сторону. Потом нужно будет позаботиться и об их душевном состоянии...

И тут в шее снова кольнуло.

— Цк.

Я цыкнул языком и резко выкрутил корпус.

Из моей груди торчал меч.

— Содзи-кун!

Услышал я крик Кууны.

— Хо. Я специально выжидал, когда ты расслабишься после боя. Но даже тогда ты сумел увернуться от смертельного удара. Впечатляет. Неудивительно, что эти трое с тобой не справились. Я бы даже взял тебя к себе в подчинённые.

Меч выдернули из моего тела.

Вверх взметнулся свет благословений.

Если бы я не выкрутился в последний миг, умер бы на месте.

Я изо всех сил отшатнулся назад, разрывая дистанцию.

Мужчина передо мной, как и предыдущая троица, был одет в несколько изящные одежды с серебряной вышивкой.

В руке он держал саблю.

— Кто... ты?

— Разве они не представились? Рыцари Святой Розы. Я Майкл Крафман. Заместитель командира Рыцарей Святой Розы. Скажу прямо: у них есть инструмент, позволяющий позвать помощь, если они наткнутся на противника не по зубам. Та последняя девчонка, которую ты искалечил, как раз вызвала меня. Похоже, правда, я немного опоздал.

Он был уже не молод, но тело его оставалось отлично натренированным, и держался он как настоящий воин.

Он не расслаблялся ни на миг. Поймать его на брешь, как тех троих, уже не выйдет.

И не только это. Он четвёртого ранга. Это уже высота за облаками, где даже Эмблемный доспех не поможет.

— Спасибо за откровенность. Ты тоже пришёл забрать Кууну, как и те трое?

— Именно. Она нужна нам ради мира.

— Не понимаю.

— И не нужно. Ты не поймёшь, а я и не собираюсь объяснять. Если хочешь жить спокойно, просто сделай вид, что ничего не видел.

Ни внезапная атака, ни лобовой бой тут уже не сработают. И всё же я отчаянно искал хоть какую-то возможность спасти Кууну.

— Давай договоримся. Скажи, чего ты хочешь: деньги, драгоценности, что угодно. Я отдам всё. Только не забирай Кууну.

— Не могу. Я хочу мира во всём мире. А её жертва для этого необходима.

Жертва. Приношение. Превращение.

Слишком давно вокруг летали эти мерзкие слова.

Но даже опираясь на память, я всё ещё не понимал, что они значат.

Когда-то Сирил спросил меня: «Почему Кууна должна была умереть в игровом мире?» Возможно, именно в ответе на этот вопрос и скрывается корень всего. Вот только я его не помню.

— Тогда...

— Хочешь драться? Не надо. Это будет только бессмысленная смерть.

Скорее всего, он говорил правду. Но даже так...

— Мужчина, который будет просто смотреть, как у него отнимают любимую женщину, мне не нужен даже мёртвым.

— Вот как. Тогда умри.

Мужчина исчез.

Я не смог за ним уследить. Его движения находились уже за пределами понимания. Вот что такое четвёртый ранг.

Неужели я умру, так ничего и не поняв?

— Хм... какая смелая девочка.

Мужчина остановил выпад своей сабли.

Почему, я понял сразу.

Кууна, раскинув руки, встала передо мной, словно живая стена.

Острие остановилось прямо у её носа.

— Содзи-кун, я пойду.

И Кууна шагнула вперёд. Прямо к нему.

Она поняла. Я не смогу его победить. И потому решила принести себя в жертву.

— Эй, Майкл-сан, да? Обещание тех троих ещё в силе? Если я пойду с вами, вы не тронете Содзи-куна и Анн?

— Кууна!

Кууна даже не обернулась. Ноги у неё дрожали.

Но всё равно она шла.

— В силе. Подойди. Как заместитель командира, я бы, вообще-то, с удовольствием отомстил за подчинённых. Но уж так и быть, избавлю вас от этого.

Кууна идёт.

Скорее всего, они снова воспользуются своей телепортацией.

И тогда мы больше никогда не увидимся.

Я должен двигаться. Должен остановить её. Но ноги будто не слушались.

— Содзи-кун, всё хорошо. Я, может, и выгляжу так, но я довольно хитрая. Когда-нибудь я обязательно сбегу и вернусь.

Кууна обернулась и улыбнулась. В глазах у неё уже стояли слёзы.

Наверняка она слышала всё, что говорила эта троица. Наверняка ей было страшно от одной мысли о том, что они собираются с ней сделать. И всё равно она улыбнулась.

— Не зли меня!

Я ударил себя по ноге и заставил тело собраться.

Поднял копьё и снова активировал Эмблемный доспех.

А затем шагнул вперёд.

— Хо, значит, ты хочешь растоптать её решимость и умереть зря?

Моё копьё достигло его.

Но не смогло даже кожу проколоть. Разница в два ранга.

Что бы я ни делал, достать его я не в силах.

— Даже так... Кууна плачет.

Мы решили быть вместе.

Мы обещали стать счастливыми.

Пока смерть не разлучит нас.

— Я не приму такой конец.

— Избалованный ребёнок. Тогда умри.

Он оттолкнул Кууну. На этот раз — чтобы она не успела меня прикрыть.

Потом сам перехватил моё копьё голой рукой. И просто раздавил его пальцами.

А затем принялся раз за разом вонзать в меня саблю. Из всего тела хлынула кровь, вверх взвился свет божественной защиты.

Мои благословения иссякли. Миазма из Эмблемного доспеха вцепилась в меня и принялась сжигать всё тело изнутри.

— Гаааа!

Я закричал от невыносимой боли.

— Содзи!

Анн с криком бросилась на него с Квар Бесте.

Но он без труда прочитал её движение, уклонился и в ответ с разворота ударил ногой.

Анн отбросило в дерево.

— Содзи-кун, Анн, неееет!

Кууна, которую он только что отшвырнул, закричала.

— Теперь-то ты понял, что всё бесполезно? Просто лежи смирно.

Он уже собирался развернуться.

— Я тебя не отпущу.

Даже лёжа на земле, я вцепился ему в ногу.

Он посмотрел на меня так, будто я был насекомым, и без колебаний опустил саблю вниз.

Клинок глубоко вошёл мне в плечо. Благословений больше не осталось, и кровь уже не останавливалась.

— Даже теперь не отпустишь? Похоже, придётся всё-таки добить тебя. Смерть у тебя выйдет бессмысленная, но решимость впечатляет.

Он выдернул саблю из моего плеча и занёс её снова.

Следующий удар, наверное, уже придётся не в плечо, а прямо в сердце.

Двигайся. Двигайся же, тело. Я ещё не имею права умереть.

Я извернулся, пытаясь уйти хотя бы от смертельной точки. Его клинок всё равно пронзил мне живот. Кровь хлынула ещё сильнее. Из плеча, из живота — отовсюду.

Я уже почти тонул в собственной крови, сознание мутилось.

— Упрямый ублюдок. Даже в таком виде не отпускаешь.

В глазах мужчины уже без всякой примеси стояло чистое желание убить.

— Не надо, не убивайте Содзи-куна!

— Мешаешься.

Кууна повисла на нём, пытаясь остановить, но он просто отбросил её прочь.

— На этот раз всё кончено.

Я уже не мог пошевелить даже пальцем. Следующий удар наверняка станет последним.

Я перевёл взгляд в сторону Анн. Она отчаянно поднималась и бросалась ко мне, но уже не успевала.

— Мой мужчина... мой Содзи... не прощу. Никогда не прощу.

Лежавшая на земле после удара Кууна тихо прошептала это.

Все замерли и уставились на неё. Голос у неё был едва слышный, но в нём таилось что-то невообразимое.

За спиной у Кууны дрогнул воздух, будто в раскалённом мареве.

Её глаза вспыхнули густым алым светом. Как у зверя. Как у самого пламени.

Медленно, очень медленно она поднялась на ноги.

— Не может быть... это же слишком рано?!

Мужчина вскрикнул от потрясения.

— Убью. Убью. Убью вас!!

В небо взметнулся золотой столп пламени.

Это было золотое пламя, обладающее массой.

Одежда на Кууне в одно мгновение сгорела дотла. Даже сделанное мной огнестойкое снаряжение и бельё, сотканное из волос её матери.

Взметнувшееся к небесам золотое пламя вернулось обратно к Кууне. А затем сжалось, разделившись на восемь сгустков чудовищного жара.

Эти восемь сгустков выстроились за её спиной, словно хвосты.

Вот во что пыталась обратить Кууну её изменённая магическая сила.

Даже Сирил шестого ранга получила бы от этого тяжелейшие раны.

Это и есть легендарная... Девятихвостая огненная лисица.

Глаза Кууны распахнулись. Алые, как кровь. В них горели чудовищная жажда убийства и звериная дикость.

Словно это была уже не Кууна, а нечто совсем иное.

— Нелепо. Трансформация ещё не должна была завершиться. Но раз так, значит, время жатвы просто пришло раньше. Вырву твоё сердце прямо сейчас и получу золотой огненный рубин.

Мужчина рванул к Кууне вперёд, выставив саблю.

Но этот клинок...

— Скучно.

В одно мгновение он просто испарился. Исчез ещё до того, как смог её коснуться. И по инерции у мужчины испарилось всё вплоть до запястья.

— Ч-что?.. Что это? Что это такое?

Это был уже не бой. Он не мог даже прикоснуться к ней.

— Умри.

Кууна вызвала на ладони маленький огонёк и небрежно послала его в мужчину.

Как ни посмотри, всего лишь крошечное пламя. Но в тот миг, когда этот крошечный огонёк коснулся его тела, он мгновенно раздулся и превратился в чудовищный пожар.

— Гаааааааааааааааа!

Мужчина вместе с мечом сгорел без остатка. Не осталось даже пепла.

— Что это за... сила.

Слишком сокрушительная. Слишком нелепая.

И при этом, как ни странно, моё собственное тело тоже переполняла сила.

Магическая сила трансформации, которую я впитал от Кууны, активировалась и исцелила моё тело.

Похоже, эта сила инстинктивно пытается сохранить носителя живым.

— Кууна, хватит. Вернись в себя.

Едва я это сказал, Кууна схватилась за голову.

— Больно... голова... сейчас расколется... ааааааааа!

Кууна, зажав голову руками, закричала.

И её пламя тут же вышло из-под контроля. Оно хлынуло во все стороны, пожирая всё без разбора.

Сгорали монстры, лес, и даже река обратилась в пепел.

— Кууна!

— Прошу, приди в себя.

И я, и Анн, с трудом вернувшая себе сознание, звали её наперебой. И тогда...

— С-Содзи-кун... Анн...

На одно короткое мгновение из глаз Кууны исчезли и звериная ярость, и убийственное безумие.

— Кууна, ты в порядке?

— Б-бегите. Бегите отсюда. Я... не могу... больше себя контролировать. Это уже не я. Если так пойдёт дальше, я всё здесь сожгу. Я ещё в сознании, так что скорее... уходите вы двое.

— Мы не можем...

— Пожалуйста... иначе я... убью вас обоих... тех двоих, кого люблю. Пожалуйста, бегите.

И пока она это говорила, пламя продолжало бушевать. Вскоре Кууну полностью поглотил золотой огненный столп, и мы уже не видели её фигуры.

Я до крови прикусил губу.

Я не мог просто развернуться и бросить Кууну. Рано или поздно силы у неё иссякнут, она рухнет, и дальше её будет ждать только смерть. Монстры заживо сожрут её.

И даже если до этого не дойдёт, на этом этапе уже никто не может гарантировать, что Кууна когда-нибудь вернётся к своему прежнему состоянию.

Нет... почему-то я был уверен: если сейчас не протянуть к ней руку, прежнюю Кууну я уже больше никогда не увижу.

Неужели я снова потеряю Кууну?

Я глубоко вдохнул. А потом сделал выбор.

— Анн, прости. Тебе придётся уходить одной. Я оберну вокруг себя трансформационную магическую силу Кууны и прыгну в этот золотой столп пламени. А там научу Кууну управлять этой силой.

— Ты действительно можешь это сделать?

— Именно ради этого я и исследовал магию трансформации. И теперь я собственными глазами увидел, как Кууна изменилась. Значит, смогу.

Если честно, это просто моё упрямство. Мне всё ещё не хватает одного последнего кусочка.

Возможно, с помощью изменённой магической силы Кууны я сумею продавить этот золотой столп. Но что будет дальше, я и сам не знаю.

Ставка отвратительно плохая.

И всё же я хочу выбрать путь, на котором смогу выжить вместе с Кууной.

— Понятно. Тогда я останусь и буду ждать. Если у тебя получится, вы оба, наверное, полностью истратите все силы. Без меня вы домой не вернётесь.

Анн мягко улыбнулась.

— Пламя бушует так, что ты сам можешь погибнуть.

— Я верю, что Содзи успеет спасти Кууну раньше. Так что постарайся, Содзи. Ты идёшь туда, неся на себе жизнь Кууны... и мою тоже.

— ...Тогда я не могу умереть. Я люблю и Кууну, и Анн.

И теперь у меня правда уже нет права на провал.

Я не стану оглядываться.

Магическую силу, которую я вобрал от Кууны, я подчиню и надену на себя.

А теперь... вперёд.

Спасать принцессу, укрывшуюся внутри пламени.