В одной из городских квартир, женщина средних лет с самого утра лежала в кровати, закутавшись в одеяло.

По новостям по телевизору передавали, что сегодня ночью ожидаются самые сильные морозы этой зимой.

Она переключила канал пультом, не вылезая из-под одеяла. Теперь на экране показывали сцену, где группу молодых полуголых комиков сталкивают в бассейн. Правила были непонятны, но, похоже, победитель получал право выступить в новогоднем спецвыпуске.

Женщина выключила телевизор и уставилась в потолок.

ー ...И чем это я занята в канун Нового года? ー сказала учительница старшей школы Цувабуки, Аманацу Конами.

Из-за простуды и пищевого отравления она лежала в постели, несмотря на то, что на носу конец года.

"Даже кашляю в одиночестве". Пока эта мысль крутилась в её голове, к изголовью подошёл рыжий полосатый кот. Он стал обнюхивать Аманацу, словно проверяя её состояние.

ー Ах, волнуешься обо мне? Всё-таки, кроме тебя, Тамакичи, у меня никого не оста... Агх!

Но не всё было так радужно. Кот Тамакичи начал бить своей кошачьей лапой по глазам Аманацу.

Пережив яростную атаку любимого кота, Аманацу взглянула на время на часах и поднялась с кровати. Она совсем забыла про еду... для кота.

ー Ладно, ладно, подожди минутку…

Пошатываясь, Аманацу дошла до кухни, открыла шкаф и уныло опустила плечи. Обычный консервированный кошачий корм закончился.

ー Тамакичи, сегодня поедим сухого... Ах, я поняла, поняла.

Получив яростный протест от любимого кота, Аманацу вздохнула. Что поделать, придётся поискать ещё открытый магазин...

Пока она, придерживая живот, искала ключи от машины, в квартире раздался звонок в дверь.

Кто бы это мог прийти в канун Нового года? Может, это родители, которые волновались и вернулись из горячих источников, где они отдыхали?

Она заглянула в монитор у стены и увидела на экране неожиданного человека.

ー Привееет, Конами! Это я.

Это была школьная медсестра старшей школы Цувабуки, Саё Конуки. Их знакомство, начавшееся ещё со старшей школы, длилось уже целую вечность.

***

Конуки, поставив большую сумку на котацу, окинула комнату взглядом.

Увидев груду посуды в раковине, она с горьковатой улыбкой закатала рукава.

ー Я здесь всё приберу, Конами, ты ложись и отдыхай.

Аманацу, возможно, всё ещё не до конца понимая ситуацию, потянулась к взъерошенным волосам и принялась их чесать.

ー Конуки-чан, сегодня ведь канун Нового года. Ты уверена, что хочешь оставить своего парня одного?

ー Всё в порядке, я уже удовлетворила его годовую норму. На первые три дня января он всё равно будет бесполезен, так что я бы просто заскучала.

Пока Конуки мыла посуду, Тамакичи начал жалобно мурлыкать и крутиться у её ног.

ー Ой, ты проголодался?

ー У меня закончился обычный корм. Так что... да он проголодался.

Когда Аманацу попыталась поднять его, Тамакичи ловко выскользнул из её рук.

ー Я как раз купила с собой немного. Давай сначала приготовим еду для Тамакичи-чан.

Тамакичи, будто понимая всё что она сказала, возбужденно мяукнул и запрыгнул ей на плечо.

ー Ладно-ладно, сейчас всё приготовлю.

ー ... А не кажется тебе, что этот кот привязался к тебе больше, чем ко мне? Или мне это просто кажется?

ー Если слишком сильно баловать и котов, и мужчин, то они быстро становятся испорченными. Вот, кушай.

Нежно погладив спину Тамакичи, который тут же набросился на влажный корм, Конуки перевела свой взгляд на Аманацу.

ー Ладно, с этим покончено. Ты проголодалась?

ー Да... правда у меня живот болит.

ー Ара, живот разболелся? Нынешний грипп и правда страшный.

На самом деле, живот разболелся из-за того, что с утра она ела старый рождественский торт, но Аманацу лишь молча кивнула.

ー Тогда я приготовлю тебе что-нибудь лёгкое. Давай, ложись спать.

ー Угу.....

Аманацу забралась в кровать и, в полудрёме глядя на Конуки, стоявшую на кухне, погрузилась в сон.

***

…Интересно, как долго она спала?

Нежный аромат бульона даси, щекочущий ноздри, заставил её открыть глаза. Конуки сидела за котацу и читала книгу.

Когда Аманацу попыталась приподняться, её сдавила тяжёлая ноша — на одеяле спал Тамакичи.

Стараясь не разбудить Тамакичи, Аманацу осторожно сдвинула его и выбралась из-под одеяла.

ー Выспалась?

Аманацу, потирая глаза, молча кивнула. Конуки закрыла книгу и поднялась.

ー Думаешь, сможешь поесть окаю*? Сейчас разогрею. [Прим. пер.: Японская рисовая каша]

Полусонная Аманацу забралась под котацу и включила телевизор. Пока она смотрела, как телезвёзды угадывают дорогие вина, перед ней поставили маленькую глиняную кастрюльку, из которой поднимался пар.

Это была окаю с нежным взбитым яйцом, украшенная мелко нарезанными добавками*.[Прим. пер.: Эту кашу могут подавать с зеленым луком, нори, вяленой сливой и т.п.]

ー О-о... выглядит вкусно.

Поднеся ко рту деревянную ложку с кашей, она почувствовала, как вкус распространяется по всему языку.

ー Что это такое? Чертовски вкусно.

ー Я старалась, чтобы бульон был наваристым. А ещё я мелко нарезала овощи и мясо, так что должно легко перевариваться.

Убедившись, что Аманацу начала есть, Конуки поставила перед собой тарелку с ассорти закусок и...

Пшик. Она открыла банку пива.

ー Конуки-чан, ты будешь пить?

ー Новый год на носу, надо же как-то повеселиться. ー сделав глоток прямо из банки, она счастливо вздохнула.

Аманацу, пристально наблюдая за этим, сглотнула.

ー ...Эта окаю неплохо бы зашла под алкоголь.

ー Ара, а тебе разве можно пить?

ー Температура уже спала, да и я же не на пустой желудок. К тому же, сакэ делают из риса. ー ухмыльнувшись, Аманацу указала на холодильник.ー Я как раз к Новому году припасла хорошее сакэ. Составишь компанию, Кануки-чан?

ー Только одну рюмку.

Их уже было не остановить. Началась новогодняя попойка.

Аманацу, едва оправившись от болезни, с третьей рюмкой сакэ в руке, пьяными глазами смотрела на музыкальный фестиваль по телевизору.

ー Слушай, Конуки-чан... зачем ты вообще стала со мной возиться в такой день?

ー На моем месте ты бы поступила так же.

Конуки покачала бокал длинными пальцами.

ー Э-э... я не настолько заботливая.

ー А на втором курсе университета была.

"Второй курс университета". От этой фразы Аманацу горько усмехнулась.

ー Это когда тебя пырнули на дне совершеннолетия*? Я бы предпочла это забыть.[Прим. пер: Государственный японский праздник. Его отмечают все японцы, которым за прошедший год исполнялось 20 лет.]

ー Но ведь ты тогда мне помогла, когда мне было очень тяжело.

ー А-а, было дело, кажется. ー смущённо отвернулась Аманацу.

ー И ещё поговорила с теми, кто распускал всякие слухи. Я слышала, ты тогда здорово рисковала.

ー Оказалось, многое было правдой, так что пришлось непросто.

Аманацу протянула бутылку с сакэ и Конуки со смехом подняла рюмку.

ー Выпьем за то, что дожили до Нового года.

ー Тебе ещё повезло, что ты вообще осталась в живых...

ー Чуть не переплатила за свою выходку.

На глазах у ошеломлённой Аманацу Конуки приподняла край своей одежды.

ー Сейчас шрам почти незаметен. Хочешь посмотреть?

ー Не хочу. Эй, я же сказала не показывать!

Попивая сакэ, Аманацу искоса посмотрела на живот Конуки.

На фарфоровой белоснежной коже не было ни грамма лишнего жира. Скорее...

ー Конуки-чан, у тебя что, лёгкий пресс намечается? Здорово ты подкачалась.

ー Женщинам тоже стоит тренировать своё тело. Пригодится, когда придётся тащить пьяного мужика в постель.

Аманацу удивленно улыбается её словам, не понимая, шутка это или серьезно.

ー ...Тебя снова пырнут.

Конуки ответила без тени смущения:

ー Это женская награда.