Глава 55. Подготовленный маг

Ночная мгла была словно вода, и это выражение означало, что тьма ночи глубока и пугающа, будто способна только одним своим мраком утопить человека. И вот сейчас, именно в этой водянистой тьме ночи, Панк вновь встретился с тем врагом, который лучше всех умел свободно плавать именно в такой «воде» — с плутами (п.п. ранее назвал их ассасинами, поскольку это подкласс плута).

«Два противника уровня подмастерья? Это ощущение до боли знакомо» — магический щит Панка мерцал тусклым светом, поддерживая в мрачном покрывале ночи крошечный оазис слабого сияния. Плуты не издавали ни малейшего звука. Настоящий плут во время боя никогда не нуждается в помощи слов, потому что его самым надёжным и верным союзником всегда остаётся тень.

Враги, полностью слившиеся с темнотой, исчезли, словно и вовсе не существовали, не оставив даже крошечного намека на свое существование. Но все прекрасно понимали, что враг подобен неутомимой и неумирающей змее, он притаился внутри ночного мрака и готов в любой момент выскочить из любой тени, чтобы нанести уставшему Панку и принцессе последний смертельный удар. А тот единственный оставшийся воин… он с подозрительно странным выражением лица приближался к магическому щиту Панка.

«Жалкий дурак!» — Панк разом опрокинул в себя склянку с изготовленным им зельем ночного зрения. Когда холодная жидкость хлынула прямо в глаза, в непроглядной темноте его взор наконец-то смог различать хоть какие-то смутные очертания деталей. Голубое свечение в его глазах сверкнуло, и он чётко уловил, что у того воина в шею вонзена наполовину погрузившаяся в плоть стальная игла тускло-фиолетового цвета. Похоже, на игле был яд с галлюциногенными свойствами, и потому поражённый воин уже полностью потерял рассудок.

«Значит, это какой-то подготовленный запасной ход, которым они хотят заманить меня в ловушку?» — Панк про себя предположил, что воин не был сразу перерезан ими, а превращён в это подобие полузомби именно потому, что два плута готовили более хитрый и дальновидный замысел.

Однако сам Панк, прикрытый магическим щитом, пока не боялся внезапных атак этих двух врагов. Судя по всему, их замысел снова был прежним: тянуть время, пока силы Панка не иссякнут.

Да, Панк по знакомым вибрациям теней уже безошибочно узнал этих плутов. Не оставалось сомнений, что это те самые «братья», которые в прошлый раз пытались напасть на него и Кейна. Но в этот раз Панк вовсе не собирался позволять загнать себя в угол и вынудить бежать, как тогда. Даже если теперь он один против двоих, и рядом ещё болтается бесполезная обуза.

«Смельчаки… решились использовать один и тот же приём дважды против одного и того же противника?» — Панк слегка прищурил глаза, и холодный свет в глубине его зрачков, подобный призрачному огню, пронзил ночное мракобесие. — «В конце концов, вы ещё всего лишь зелёные новички, которые так и не поняли, какую силу на самом деле имеет маг, который подготовлен».

Он знал, что даже в ситуации превосходства эти двое ни за что не станут глупо разговаривать, чтобы выдать местоположение. Поэтому Панк тоже не стал произносить ни слова. Он вынул из кармана мантии маленький тускло-серый флакончик, в котором находился порошок, истолчённый из человеческих черепов.

Ещё в тот момент, когда он только почувствовал погоню плутов, Панк понял: пришла пора применить то заклинание, которое он получил от Мэйнэси.

Лёгкие, протяжные звуки заклинания потекли в воздухе подобно тонкому ручью. Эта необычайно особенная заклинательная мелодия звучала так, будто множество неземных детских голосов с радостью выводили песнь. Но в действительности Панк вовсе не открывал рта и не произносил слов — это был голос самой души, снизошедший в реальность и воплотившийся в «истинную иллюзию».

В его руке тончайшие ниточки порошка, тянувшиеся из горлышка флакона, под мягкой волной заклятия преобразовывались в золотистую пыль, находящуюся на границе энергии и материи. В его ладони пыль собиралась в сгусток размером с футбольный мяч, а рассеянные частицы вращались вокруг, словно лёгкие облачка дыма, неторопливо кружащиеся вокруг ядра. В голубом сиянии магического щита от золотого «сгустка» исходило мягкое сияние, которое тонкой линией золотой окантовки обрисовывало и его мантию, и доспехи стоящей рядом принцессы.

После того как Панк в прошлый раз потерпел неудачу в ночном налёте и в спешке отступил в город Корнола, он твёрдо решил, что любой ценой должен обзавестись средством, способным эффективно противостоять плутам. Именно поэтому он и обменял у Мэйнэси это крайне редкое заклинание. И теперь стало ясно, что то решение оказалось предельно мудрым.

Заклинание уровня подмастерья «Проявляющая пыль». Можно сказать, это заклинательная версия алхимического порошка проявления. Но в отличие от алхимии, это полностью заклинание Школы Некромантии. Заклинатель вкладывает своё желание «проявить» прямо из глубины души в сгусток пограничной материи и энергии. Этот совершенно иррациональный «философский» метод и есть суть заклинаний Школы Некромантии. Но в то время как про алхимическую пыль знают многие, о заклинании «Проявляющая пыль» слышали крайне немногие, всё потому, что оно принадлежит к числу очень редких.

(п.п. напоминаю, что в данной новелле школа некромантии это проявление из души чего-то чуждое этому миру. По другому можно было бы назвать Школа Вторжения)

Как редкое заклинание, оно имело очевидные и смертельно опасные недостатки. Например: слишком долгое время активации (необходимо проговаривать формулу пять секунд), чрезмерная сложность изучения (типичный недостаток Некромантии), полное отсутствие боевой мощи и прочее, прочее. Но преимущества тоже были ясны и впечатляющи — оно полностью нейтрализовало любые приёмы сокрытия ниже уровня заклинаний официального уровня. Конечно, при условии, что заклинателю удастся его завершить.

И вот теперь Панк сумел довести до конца это на первый взгляд «бесполезное» заклинание.

Плуты, скрывавшиеся в тенях, были ошарашены. Они понимали, что когда Панк завершал столь требовательное к точности колдовство Школы Некромантии, его магический щит не проявил ни малейших признаков дестабилизации. А это было вовсе не обычное заклинание. Братья-плуты могли поклясться, что во всём Камосском королевстве найдётся от силы несколько единиц одарённых гениев, способных поддерживать магический щит и одновременно накладывать заклинания Школы Некромантии.

Пока Панк творил заклинание, враги ещё пытались направить полумёртвого воина на самоубийственный рывок, надеясь, что его взрыв сумеет разрушить защиту. Но это оказалось пустой тратой сил. Мощная ударная волна лишь повалила пять-шесть небольших деревьев, тогда как прочный магический щит Панка ограничился лишь лёгкой рябью на поверхности.

В итоге плуты могли лишь в отчаянии наблюдать, как Панк завершает заклинание, которое окончательно перевесило чашу весов в сторону его победы. Но они не решились бежать. В отличие от Панка, наёмника, который мог свободно уйти, когда пожелает, они не имели права на бегство. Если бы они осмелились дезертировать, то обезумевший от ярости Лунка ни за что бы не пощадил их. И потому братья могли лишь, почти безнадёжно, стиснуть зубы и, дождавшись момента, когда Панк завершил «Проявляющую пыль», устремиться в Теневой план, надеясь избежать судьбы.

Но как бы ни было сложно заклинание, оно оставалось заклинанием уровня подмастерья. И при помощи системной поддержки Панк справился с ним сравнительно легко.

А затем, «легко» завершив колдовство, он с изумлением обнаружил, что два плута действительно попытались укрыться бегством именно в Теневой план — этот хаотичный, отчаянный способ ухода.

«Да они просто грезят!» — Панк едва не рассмеялся вслух. Вот почему невежество так опасно. Противники явно не понимали, что значит «желание» на философском уровне, не знали сути тайного знания, касающегося души.

Даже большинство легендарных мастеров, исследующих душу, обладали скудными сведениями в этой области. А его применение заклинания, пусть и являющееся самой поверхностной каплей в море, уже выходило за пределы любых универсальных трюков подмастерьев-плутов. И уж тем более никакая подобная уловка не могла скрыться от его магии.