Шёл второй день нашего путешествия вместе с рыцарями к деревне Окани.

— Простите. Мы быстро что‑нибудь добудем и сразу вернемся, — произнёс один из рыцарей, их предводитель Хол.

— Не спешите. Есть вероятность, что обезумевшие монстры всё ещё поблизости, — ответил Жинал.

— Да, верно. Будем осторожны.

Когда на них напал обезумевший монстр, магическую сумку с провиантом разорвало, и оказалось, что еды до деревни не хватит. Даже если сложить всё, что было у нас, выходило впритык. Поэтому рыцари решили поохотиться. Но Хол выглядел ужасно смущённым, ведь это они позвали нас идти вместе, обещали проводить до деревни, а теперь вынуждены задержаться. Мне кажется, он слишком переживает… думаю, Хол очень серьёзный и добросовестный человек.

— Возвращайтесь скорее.

Я помахала им вслед и пятеро рыцарей скрылись в лесу.

— Парни они хорошие, но чересчур уж строгие, — тяжело выдохнул Жинал.

— Есть такое, — усмехнулся отец. И правда, гибкости в их взглядах порой отчётливо не хватало.

— Когда тебя ровным, совершенно бесстрастным тоном отправляют спать со словами «пора ко сну, ложимся», так строго.

— Ещё бы. Сказал им «всего лишь восемь», а они только ответили: «и что?»

Они с Жиналом одновременно вздохнули, вспомная тот случай.

— А меня куда больше поразили их утренние тренировки, — сказал Фише.

Это было удивительно. Я проснулась от того, что за пределами палатки кто‑то суетился. Подумав, что случилось что‑то серьёзное, выглянула, а рыцари уже наматывают круги. Стоило мне опомниться, как они перешли к растяжке, затем к отработке ударов мечом. И всё это в полной тишине. Понимаю, в лесу кричать не стоит, но тренироваться без единого звука… да, как и сказал Фише, зрелище было немного поразительным. По словам Хола, «это часть ежедневной рутины, и если пропустить, тело не будет в тонусе».

— Ах, сейчас можно выпустить всех поиграть.

Я открыла сумку, где сидели слизни, и вся компания восторженно вылетела наружу.

— Простите, что вам пришлось так тесниться.

— Пупупупууу.

— Те-рю-рююю.

— Пефф.

— Мяуу.

Слизни радостно дрожали своими тельцами, в ответ на мои слова, и от их живости мне стало спокойно на душе. Сиэль тут же вернулась в свой истинный облик адандары, сладко потянулась и довольно сощурилась. Трон, как и прежде, мирно спал в корзине, и я решила его не тревожить.

Мы всей компанией устроились пить чай. Всего один день прошёл, а ощущение будто мы давненько не отдыхали. Видимо, из‑за присутствия рыцарей расслабиться по‑настоящему не получалось. И охота ради добычи еды… вот уж морока.

— Папа, мы ведь никогда не переживали из‑за припасов. Сиэль всегда приносит ровно столько, сколько нужно.

Стоит только подумать, что мясо заканчивается, как она уже выходит на охоту. Как она это чувствует? Может, силой мысли общается с папой?

— Верно, — сказал отец и погладил Сиэль по голове, которая лежала рядом. Та довольно заурчала. А слизни, похоже, были очень счастливы впервые за сутки поиграть на свободе.

А вчера… вчера я изрядно измучилась, раздавая всем завтрак и обед. Особенно тяжело было кормить Сола. Магические устройства ведь не такие маленькие, как зелья, потому перемещать их из магической сумки в обычную крайне неудобно. Мне удалось выкроить момент наедине с папой, и тогда я смогла его покормить. Но с пятью рыцарями вокруг едва ли находилось хоть крошечное пространство для уединения. И ведь я так старалась… а в итоге пришлось ночевать в палатке. Восемь взрослых чередовали ночное дежурство, чтобы все смогли отдохнуть.

Выходит, зря я так мучилась. В палатке ведь можно было спокойно вынуть всё из сумки и накормить как следует.

— Наверное, стоило чуть лучше постараться и идти отдельно. Простите,— сказал Жинал и по очереди погладил слизней по голове.

— В конце концов, защищать простых людей вроде нас, это их работа. Они не могут оставить нас в лесу, где бродят обезумевшие монстры, тем более когда среди нас есть ребёнок. Они ведь и не подумают, что, оставив нас, только помогли бы нам путешествовать по лесу спокойнее.

— Ну да, такого им в голову не придёт,— кивнул Фише.

И правда, по их поведению было видно, что рыцари будто старались оберегать именно меня. Когда мы шли по тропе, они незаметно выстраивались так, чтобы я была в центре. А когда ставили палатки, свою они поставили почти вплотную к нашей, чтобы в случае беды я могла укрыться у них. Хотя со мной в палатке были папа и Сиэль, так что и бежать‑то, по правде говоря, было бы незачем.

А? Так выходит… они решили идти вместе именно потому, что с нами ребёнок... то есть я?

— Это из‑за меня мы теперь держим путь вместе? — спросила я и несмело указала на себя пальцем.

— Нет,— сказал отец.

Но всё же… думаю, из‑за того, что здесь я, рыцари и не ушли своей дорогой.

— Это не так.

Когда я указала на себя, отец покачал головой. Но всё‑таки… именно из‑за меня рыцари не стали отступать, верно?

— Эти рыцари, скорее всего, состоят при третьем принце.

Третий принц? Жинал говорил, что принцев трое… Я перевела взгляд на него.

— Похоже на то. Кстати, ходили слухи, что он покинул столицу. Что‑то сладкого захотелось.

Покинул столицу? Фише достал из магической сумки жареные сладости и разложил их на тарелке.

— Угощайтесь.

— Спасибо. А почему он покинул столицу?

Откусив жареное лакомство, я посмотрела на Фише. Неужели я сильнее устала, чем кажется? Даже вкус показался ярче обычного.

— Скорее всего, чтобы не быть втянутым в глупую возню первого и второго принцев. Эти двое, кажется, пытались перетянуть на свою сторону третьего, раз уж король благоволит ему. Но если примкнуть к первому, то второй тут же начнёт охоту за твоей головой. Если выбрать второго, то первый поступит так же. За кем бы он ни стоял, опасность всё равно будет висеть над ним.

Ох… покушения.

— Пока мы ещё были в столице, пополз слух.

Слух? Фише, вместо ответа, наклонился и поднял с земли камень.

— Поговаривали, что ночью из столицы тайком выехали десять карет, и будто бы нашлись даже очевидцы.

Десять карет? Тайно… и всё же со свидетелями?

— Похоже, что в одной из этих десяти карет скрывался третий принц, — Фише разложил собранные камни перед собой. Перед нами оказалось десять камешков. — Как думаешь, в какой он ехал?

— Э?

Он разложил камни иллюстрируя кареты. Но все камни одинаковые, не различишь. Наверное, и настоящие кареты были сделаны так, чтобы их невозможно было отличить одну от другой. И среди них должна была быть та, в которой ехал третий принц…

— Этот камень тебе нужен?

— Нет, так… само собой.

Неужели...

— Похоже, в этих повозках вообще никто не ехал?

Если уж бежать тайком, вряд ли стали бы для этого пользоваться повозками. И эти слухи о том, будто третий принц сидел в одной из них, и какие‑то очевидцы… всё это выглядит подозрительно, словно кто‑то нарочно пытался внушить всем: «третий принц уехал в экипаже».

— Ха‑ха, ну ты даёшь, — восхищённо сказал Жинал и посмотрел на меня.

— Э?

— Позже пошёл другой слух, раз уж известно точное число повозок и время, когда поползли слухи, то, может, в них никто и не ехал. Хотя были и такие, кто говорил, будто видели в окне повозки тень пассажира.

Тень? Снаружи увидеть тень… ах вот оно что. Её специально показали. Для этого и нужна была кукла! Если мельком увидеть силуэт, кто разберёт, человек это или подделка.

— Слухи были разные. Что он всё ещё в столице. Что он уехал в одной из тех повозок. Что он выехал из столицы совсем в другой день. В ту пору слухи ходили самые противоречивые. Их было так много, что даже если начать проверять, понять, какой из них правдивый, было почти невозможно.

Жинал… он и это успел разузнать. Хоть там и убийцы замешаны…

— Как всё запутано.

— На то и был расчёт третьего принца. Где он, в столице или уже нет, когда именно уехал, всё это он намеренно сделал расплывчатым, чтобы уберечь себе жизнь. Поговаривали, что оставаться в таком подвешенном положении ему становилось всё тяжелее.

— Значит, даже если бы он сбежал, его всё равно стали бы преследовать.

И правда. Иначе не стал бы так усложнять себе побег.

— И первый, и второй принцы глупы, а их самомнение раздутo до смешного.

Ух… да уж, с такими людьми неприятно иметь дела.

— Они, конечно, понимали, что стоит узнать, что он не примкнул ни к одному из них и предпочёл бежать, и их ярость взлетит до небес. Говорят, как только третий принц исчез из замка, там поднялся настоящий переполох.

— Вот как…

Если один из них вдруг станет королём… что же будет со страной?

— Ходил и такой слух, что третий принц уже убит.

— Э?

Я посмотрела на Фише, и он только пожал плечами.

— Третий принц ни разу не показывался на публике. Поэтому и поползли слухи, что его давно убили… или даже, что его изначально никогда не существовало.

Третий принц…

— Загадочная фигура, — пробормотала я, и Жинал с Фише тихо усмехнулись. Я‑то здесь вовсе ни при чём, но если уж выбирать, королём я бы хотела видеть именно третьего принца. Двоих старших, ни за что.