Пока мы с Лулу шли к свалке, нашему рабочему месту, я оглядывала деревню.

Три дня назад возле деревни появился высокоранговый монстр, отчего в деревне поднялась суета. Но авантюристы сразу отправились в лес и успели одолеть его раньше, чем он добралться до нас. Никто не погиб, а раненые вскоре подлечатся и вернутся к обычным делам, так что вся деревня сегодня будто окрылённая. Пожалуй, вечером устроят пир, где главными героями будут те, кто входил в отряд.

— Пе?

Лулу, чуя непривычное оживление, растерянно озирался и я улыбнулась ему.

— Лулу, всё в порядке, просто все сегодня радуются, — сказала я.

Лулу прислушался, огляделся ещё раз и вдруг прыгнул ко мне на руки.

— Пе.

Похоже, он понял, что опасности нет… но всё равно чуть тревожится. Или просто не понял мои слова?

— Аминочка, доброе утро, — помахал мне хозяин пекарни, куда я часто заглядываю.

— Доброе утро.

— На работу идешь?

— Да.

— Того монстра одолели, но в лесу всё ещё может быть опасно, так что будь осторожна.

— Спасибо. Но стража теперь патрулирует чаще обычного, так что всё должно быть в порядке.

С тех пор как я решила наладить отношения с Лулу, прошло уже четыре месяца. Общаться не только на свалке, но и в деревне, стало привычным делом. То смеёмся, то играем, а иногда и можем поссориться прямо посреди улицы. И чем дольше всё это продолжается, тем яснее видно, как меняется отношение деревенских.

Раньше я была для них никчёмной укротительницей, толком не справляющейся со своей работой. Никто мне этого прямо не говорил, но по их интонациям было ясно, все думали именно так, ведь год от года слизни перерабатывали всё меньше мусора. А потом вдруг всё переменилось, люди стали улыбаться в ответ, здороваться, и тех, кто делает это по‑настоящему тепло, становилось всё больше.

— Пе? — спросил Лулу, глядя на меня с недоумением.

Я и сама не понимала, почему деревенские так переменились. Ведь ещё совсем…

— Пе!

— Э? — я обернулась на Лулу.

Он смотрел с недовольством.

— Что случилось?

— Пе.

Он оглянулся по сторонам, и я тоже огляделась.

— Ах…

Задумавшись, я прошла мимо ворот.

— Прости. Спасибо, что подсказал.

— Пе, — пролепетал Лулу, довольный своим маленьким «воспитательным» триумфом и я крепко прижала его к себе. Он стал таким разговорчивым, разве можно не растаять от такой прелести?

— Доброе утро. Что делаешь? — окликнул меня Лаффи.

Он глядел так, словно застал меня за чем‑то необычным.

— Прости, задумалась.

— Ты куда-то шла?

Э?

— Я окликнул тебя у ворот, а ты прошла мимо.

— А-а… просто была в своих мыслях.

— Хорошо, что всё в порядке. У тебя было такое серьёзное лицо, я уж подумал, что-то случилось, — облегчённо выдохнул он.

— Хе-хе… спасибо, что волнуешься.

С тех пор как мы с Лулу начали налаживать отношения, я стараюсь говорить вслух всё, что чувствую. Ему так легче понять меня и людям вокруг тоже.

— Пойдём? — сказал Лаффи, кивая на ворота.

— На работу.

— Пе.

— Пю!

Поню! Я совсем забыла.

— Поню, доброе утро. Сегодня тоже постараемся.

— Пю!

Поню отозвался так бодро, что я улыбнулась. В нём своя, особенная прелесть, совсем не похожая на Лулу.

Мы поздоровались со стражей и вышли в лес.

— Когда появляется высокоранговый монстр, остальные монстры часто приходят в неистовство, — сказал Лаффи. — Но в этот раз всё обошлось, быстро справились.

— Да, к счастью.

Будь то сила высокорангового монстра или одно только его присутствие, но стоит ему появиться, как вокруг всё вскипает, и мелкие монстры начинают беситься. В этот раз всё уладили быстро, к счастью, влияние оказалось почти незаметным. Уж если монстры начинают звереть, добра не жди.

Прибыв на свалку, мы поприветствовали коллег.

Раньше в самой работе укротителя я ощущала что‑то постыдное и неловкое. Оттого и свалка казалась тёмной и душной. Но теперь всё изменилось. Укротители понемногу обретают уверенность, и, быть может, поэтому сама свалка будто посветлела.

— Пе.

— Пю.

Лулу и Поню, войдя на свалку, тут же были окружены другими слизнями, все тихонько переговаривались. Наверное, у них так выглядит общее утреннее приветствие.

— Пе.

— Пю.

— …

Только остальные слизни обычно молчат, так что кажется, будто шумят лишь наши двое.

— Пе.

— Пю.

— …

Издав ещё пору коротких звуков, Лулу, Поню и остальные слизни бодро прыгнули на груды мусора. Похоже, и сегодня они без проблем начинают переработку.

— Есть новости? — спросил Ашира.

— Нет, всё спокойно. А у тебя, Лаффи? — отозвалась я.

— И у меня.

Ашира сделал пометку в ведомости.

— Сегодня ты дежурный?

— Да. Сегодня я веду учёт.

Мы начали вести этот учёт месяц назад, чтобы следить за здоровьем слизней, а неделю назад начали записывать и объём переработанного мусора.

— Стелла? — спросил Лаффи.

Ашира покачал головой.

— Понятно.

Две недели назад старшая укротительница Стелла ударила новичка. Раньше она только ворчала, но в тот день всё же подняла руку. Гильдмастеры обеих гильдий давно предупреждали её о поведении, но Стелла так и не изменилась.

В итоге её сняли с должности старшей укротительницы. С того дня Стелла больше не появлялась на свалке.

— Ну что, начнём?

Её перемены зависят только от неё самой, и нам остаётся лишь ждать. Хочется верить, что однажды она тоже найдёт в себе силы измениться.

— Я сегодня разберу магические устройства, — сказал Лаффи.

Пока слизни работали, мы приводили свалку в порядок. Сначала этим занимались только мы вдвоём, но теперь все помогают. Благодаря этому место стало куда чище.

— Закончили?

Через некоторое время уборка на свалке подошла к концу. Мы делаем это почти каждый день, так что теперь заканчиваем гораздо быстрее, чем в самом начале. И когда мусор на свалке аккуратно рассортирован, люди, приходящие его выбрасывать, тоже стараются делать это аккуратнее. Ну… по крайней мере большинство.

— Пе.

— Пю.

— ...

Мы обернулись, довольные слизни как раз возвращались со свалки.

— Ну как? — спросил Чейс, заглядывая в записи Аширы.

— Объём определённо вырос. А Из сегодня переработал даже больше, чем вчера.

Чейс просиял, его Из молодец. Я хорошо понимала его радость, когда узнала, что Лулу стал перерабатывать больше, сама едва не подпрыгнула. Ведь это значит, что наши отношения улучшаются.

— Иииз! — Чейс кинулся к своему слизню, а тот с явным ужасом отпрянул.

— Осторожнее, — усмехнулся Ашира. — Ты его пугаешь.

Но Чейс уже пытался обнять Иза, а тот юркнул в сторону, и так началась их обычная утренняя погоня.

— Давай, Из, держись! — крикнула я.

— Пе!

Когда мы с Лулу подбодрили его, Из взвился в воздух и на полной скорости врезался Чейсу прямо в лицо.

— Эй! Это уже грубо! — возмутился он, а Из выглядел абсолютно довольным.

Мы засмеялись.

— Вот.

Я взяла у Аширы лист с записанным за неделю объёмом переработанного мусора, и Лаффи тут же заглянул через моё плечо.

— Точно увеличилось.

— Да.

Объёмы медленно, но уверенно росли. Пока понемногу, но это огромное достижение.

И если всё пойдёт так же дальше, укротители в других деревнях и городах тоже начнут меняться.