— Что это за легенды? — спросила я.

Конец света звучит пугающе, но любопытство оказалось сильнее страха.

— Хм, из какой же деревни была эта легенда? Из деревни Хатара, кажется? Про браслет, — сказал Жинал и перевёл взгляд на Фише.

Хатара? Браслет? Ведь именно там стоит церковь, где держали сестрёнку.

— Про проклятый браслет? — уточнил Фише.

— Именно, — кивнул Жинал.

— Тогда, должно быть, речь идёт о деревне Хатака.

Хатака? И там от церкви неприятности. В последнее время она повсюду доставляет проблемы.

— Хатака? — переспросил Жинал, чуть наклонив голову. — Ты про историю о девушке, которую взяли в заложницы?

Заложница... Видимо, и в этой легенде власть имущие сыграли не последнюю роль.

— Да, — подтвердил Фише. — Значит, это точно деревня Хатака.

Жинал утвердительно кивнул.

— Но эта легенда ведь не имеет отношения к концу света, — заметил Фише с лёгким вздохом, глядя на товарища.

— А, точно! — спохватился Жинал.

Хотя даже если не связана, всё равно любопытно.

— Что это за легенда? Расскажите, пожалуйста, — попросила я.

— А, может, это та история о девушке с великой магической силой, которая создала проклятый браслет? — предположил отец.

Жинал и Фише кивнули.

— Ты её знаешь? — спросил Фише.

— Не в деталях. В столичном трактире слышал, как кто-то рассказывал, — ответил отец.

— В столице? Странно. Там ведь запрещено даже упоминать эту легенду.

Запрещено? Звучит зловеще.

— Можно её послушать? — нерешительно спросила я.

— Можно-можно, — махнул рукой Жинал с привычной лёгкостью.

Я усмехнулась, с его лёгкой, почти озорной манерой трудно представить, чтобы он удержался от рассказа даже в столице.

— Рассказ довольно длинный, так что перескажу лишь главное. Хм... Жил‑был лорд, и однажды он преподнёс королю девушку из своей деревни, обладавшую внушительной магической силой. У девушки были муж и ребёнок, но лорд приказал убить мужа, а ребёнка отнял и увёз прочь. Оставшейся в отчаянии женщине он приказал: «Служи королю своей силой. Если будешь покорна, когда‑нибудь снова увидишь своего ребёнка».

— Какой же подлец, — не удержалась я.

— Да, мерзавец. Женщина, желая лишь снова увидеть своего ребёнка, без конца исполняла приказы короля. И однажды, по его прихоти, получила от него браслет. Это был знак… ну, скажем, особого расположения короля.

Особого расположения? На лице Жинала промелькнуло смущение. Я удивлённо посмотрела на отца, но и у него оказалось точно такое же выражение лица. Э? Что происходит?

— Э-э, ну… то есть… королю она приглянулась, не то чтобы силой, но и не по любви… скорее, как прихоть.

— Эм... понятно, — сказала я.

То есть он просто овладел ей, не спросив согласия. Худший из королей.

— Ха‑ха, ладно, продолжим... Девушка любила своего мужа. Поэтому отношения с королём... это пожалуй пропустим... — хмыкнул Жинал, смущённо почесав затылок. — Она терпела, ради того, чтобы защитить ребёнка. Но однажды узнала страшную правду. Её ребёнка продали одному из знатных людей, и он уже погиб. В тот миг, как она услышала это, девушка не выдержала, и её сила вышла из‑под контроля. Всё, что она сдерживала, вся боль, отчаяние, ненависть к тем, кто всё отнял, вырвалось наружу. Множество людей пытались остановить её, но безуспешно. Король, королева и их дети успели бежать и остались невредимы. Пострадали лишь те, кого, как и её, привели во дворец из‑за их силы.

Так значит, пострадали не король и его семья, а люди, оказавшиеся в такой же ситуации, что и она? А? Это ведь история про проклятый браслет?

— Магическая сила вышла из-под контроля, и замок охватило пламя. Но огонь погас так же внезапно, как вспыхнул, и никто не понял, почему. Король объявил это чудом, сказал, что сам в одно мгновение подавил того, кто осмелился направить силу против него, и пустил эту весть по городам и деревням. Замок быстро восстановили, жизнь вернулась в обычное русло. Прошёл год после смерти девушки. В тот день, когда во дворце праздновали рождение сына короля, во время торжества король заметил на руке королевы браслет с ярко‑алым камнем, переливающимся в свете факелов, словно живое пламя. Спросив, откуда он, услышал удивлённый ответ, что это он сам и подарил его. Король ничего подобного не помнил, но стоило ему коснуться браслета, чтобы рассмотреть поближе, как его руку мгновенно обожгло пламенем. В зале поднялась паника, король корчился от боли. Люди метались, пытаясь залить пламя водой, но оно не гасло. Пробовали укротить его магией, но без толку. И в тот день королю пришлось самому отсечь себе руку. Когда королева попыталась снять браслет, тот исчез. Его искали по всему замку, но не нашли, и все зашептались о проклятии девушки. С тех пор король изменился до неузнаваемости. Ещё через год, проснувшись, он увидел на своей постели тот самый браслет, что прежде был на руке королевы. Услышав истошный крик, рыцари ворвались в покои короля и, следуя его приказу, попытались вынести браслет. В этот миг в комнату вошёл сын короля, и едва один из рыцарей приблизился к двери, мальчика внезапно охватило пламя. Сын короля горел и кричал, извиваясь на глазах у отца. Король и рыцари ничего не могли поделать, лишь смотрели, как он сгорает заживо. А браслет снова исчез.

— Какая ужаснаяя история, — прошептала я.

Наверное, куда страшнее не когда всё случается разом, а когда страдание растягивается надолго.

— У этой истории есть и продолжение, — сказал Жинал. — Спустя ещё год умерла дочь короля, а ещё через год, второй сын, и так один за другим гибли все его родные. В конце концов умер и сам король, и на этом легенда обрывается. Есть разные пересказы, но суть у всех одна и та же.

Значит, король прожил дольше всех. Я чувствую глубокую, всепоглощающую ненависть… но ведь любая легенда рождается из правды, да?

— А браслет так и не нашли?

— Нашли. Когда король умер, его обнаружили на кровати, где он лежал. С тех пор, говорят, браслет хранится в глубинах королевского замка.

Значит, он существует и по сей день. Мурашки бегут по коже. А? Неужели проклятие постигло только короля? А что стало с тем лордом?

— С тем лордом ничего не случилось? — спросила я.

— Нет, и его настигло проклятие, — ответил Фише, и Жинал кивнул.

— Сейчас расскажу легенду, что передаётся в деревне Хатака. Однажды в одной деревне пошёл красный дождь. Люди, охваченные страхом, выглядывали наружу из своих домов. Перед их глазами появилась женщина. Её белая одежда окрасилась от красного дождя, и она шла медленно, очень медленно. Люди окликали её, но она не отвечала и продолжала идти, пока не остановилась перед одним домом и не упала. Когда дождь прекратился и жители вышли наружу, по всей деревне разнёсся крик лорда. Прибежав к его дому, они увидели ту самую женщину, она умерла, окрашенная красным дождем. Лицо лорда, увидевшего её, исказилось от ужаса. Старик, проживший в деревне много лет, глядя на тело, выкрикнул её имя. Тогда лорд бросился в дом и изнутри крикнул, чтобы её убрали. Женщину похоронил тот самый старик, что узнал её. Год спустя снова пошёл красный дождь. Он длился лишь несколько часов, но с того дня лорд заболел странной болезнью. Тот старик стал искать правду о том, что случилось с женщиной, и узнал о грехе лорда. После этого рассказывают, что лорд и король совершили нечто ужасное с этой женщиной. И чтобы утешить душу женщины, мужчина начал каждый год в день её смерти возносить молитву. Жители деревни присоединились к нему, молясь о её упокоении. Через несколько лет дождь перестал идти, но лорд продолжал мучиться от болезни до самой смерти. Говорят, он умер в тот же день, что и король. Такова легенда деревни Хатака. В ней не упоминается браслет, но её считают связанной с историей о проклятом браслете и передают под этим названием.

Страшная история... но всё же, хорошо, что лорд получил своё наказание. Наверное, нехорошо так думать?

— Кстати, в деревне Хатака ведь есть День молитвы. — сказал Фише.

— Что, он есть до сих пор? — удивилась я.

С каких же времён идёт этот обычай? Ведь это легенда, значит, всё было очень давно.

— Услышав рассказ Жинала, я вспомнил, — продолжил Фише. — Наверное, это день, когда молятся о покое её души.

Жинал покачал головой.

— Кто знает. Но для жителей деревни этот день всегда был особенным.

— Да, верно, — кивнул Фише.

Значит, и сейчас в деревне почитают этот день. Интересно, успокоилась ли её душа…

— Только вот королевская семья полностью отрицает эту историю, — сказал Фише.

— Что? Почему? — удивилась я.

— Потому что, если верить легенде, все члены королевской семьи тогда погибли, — объяснил он.

Ах да, точно. Ведь династия существует и поныне, признать такое они не могут. Поэтому-то и запретили говорить об этой истории. Но если всё это правда, то нынешняя королевская семья...

— Простите, можно спросить? — сказала я, глядя на Жинала.

— Что такое? — отозвался он.

— Зачем король собирал людей вроде неё?