Сегодня — второй день предпраздничной недели. Как и вчера, можно купить одежду для главного праздника и получить краску для обряда. А уже на третий и четвёртый дни на главной улице все будут танцевать, встречая весну. Когда я об этом услышала, то удивилась, что всё это — ещё не главный праздник. Всё же общее веселье и танцы на улицах — разве не в этом суть любого фестиваля?

Последний, пятый день предпраздничной недели — день отдыха перед настоящим торжеством.

— Что будем делать сегодня? Пойдём поедим чего-нибудь у лавок?

— Э?.. В такой-то толпе?

Я выглянула в окно. Народу снова не протолкнуться. Рядом сидел Сол и тоже смотрел наружу, словно задумавшись.

— Сол, ты в последнее время часто смотришь в окно. Хочешь прогуляться?

Он не ответил, просто чуть шевельнулся. Я погладила его и он прильнул ко мне, довольно дрожа. Это явная просьба продолжать.

— Сол, только не прижимайся к стеклу. Если кто-нибудь заметит, будут лишние проблемы.

— Пефф.

— И правда, людей море. Может, отложим прогулку?

— М-м... Но та палатка, что мы вчера видели, не даёт мне покоя.

У одной из лавок рядом с постоялым двором я заметила тушёное мясо овицуны с белыми овощами. Аромат стоял потрясающий, и я едва не повернула назад.

— Ага, аппетитно выглядело.

— Да.

Я снова взглянула в окно, очередь к этой палатке всё такая же длинная. Решиться или нет?

— На табличке ведь прямо сказано — готовят только во время фестиваля.

Вот именно! Если бы его готовили и после, я бы не спешила. Но если и правда, только сейчас, то не попробовать было бы обидно. Хотя Друид сомневался, что это не уловка продавца… а если нет?

— Пупупупууу.

— Те-рю-рююю.

Я обернулась на голоса Соры и Флэма. Они вдвоём катались по кровати, словно мячики. Вправо-влево, вправо-влево.

— Что они делают?

— Кто их знает. Может, скучают?

Кувыркания продолжались. Сиэль лишь демонстративно отвернулась и улеглась спиной к ним, явно показывая, что в эти игры она не играет.

— Эй, вы двое, не разойдитесь там.

— Пупупупууу.

— Те-рю-рююю.

Скорее всего, им стало скучно. Мы давно не выходили в лес. Когда людей стало слишком много и даже лагерь перестал вмещать всех желающих, авантюристы начали ставить палатки в лесу. С тех пор там перестали появляться даже самые слабые звери и магические существа вроде овицун.

— Ну что, решаемся?

— Хочу!

— Конечно. Раз так, пошли сразу.

— Да. Вот эти слова «только на время фестиваля» и заставляют переживать.

— Да, они цепляют взгляд.

— Мы сходим за едой. Будьте паиньками.

— Пупупупууу.

— Пефф.

— Те-рю-рююю.

— Мяууу…

Сиэль уже почти заснула. Мы вышли из комнаты и заперли дверь.

— Второй замок тоже закрыт?

— Да, всё в порядке.

Когда мы только заселились, я удивилась, что у двери два замка. Обычно один. Как объяснил Чикар, второй активируют в дни фестиваля, ради безопасности. Особенно с учётом того, что приезжих много. Второй замок, к слову, издаёт сигнал, если попытаться вскрыть его неправильным ключом. Вчера на одном из этажей сработала сирена. Я была поражена, насколько громко она ревела.

Мы выбрались наружу и направились к прилавку. Чтобы не потеряться, я взяла Друида за руку, народу было даже больше, чем вчера. Меня пару раз унесло потоком, но мы всё-таки добрались до цели.

— Я с верхнего этажа смотрел, там приличная очередь.

— Да. Но запах... бесподобный.

Мы с Друидом встали в очередь. Сегодня — последний день, когда можно купить фестивальную одежду, так что не только покупателей полно, но и продавцы выкладываются на полную. Я с интересом наблюдала за бойкими торговцами, они прямо лучились энергией. Пока мы медленно продвигались вперёд, из-за голов показалась вывеска на лавке: «Тушёное мясо овицуны — только во время фестиваля. Из-за толпы подаётся слегка тёплым».

— Добро пожаловать!

Когда подошла наша очередь, продавец радостно поприветствовал нас.

— Нам три порции.

Так как блюдо уже готово, оставалось только разложить его по тарелкам, дело шло быстро.

— Пахнет вкусно. Уже не терпится.

— Ага. Слушай, хозяин, правда, что это блюдо продается только на время праздника?

— Именно так. В обычное время я вообще-то кузнец и с готовкой не связан.

— Кузнец?!

— Да. Это фирменное блюдо моего отца, он держал таверну. Вот я и подумал, хотя бы на праздник стоит возвращать его рецепт к жизни.

Значит, отца уже нет…

— Понятно…

— Ваш заказ. Горячее всё-таки вкуснее, так что разогрел как следует.

— Спасибо!

Мы поблагодарили и направились обратно. С едой в руках как-то особенно остро чувствуешь толпу, казалось, каждый толчок мог стать катастрофой.

— С едой пробираться через толпу нервно.

— Хорошо хоть, не уронили.

Когда мы добрались до гостиницы и толкнули дверь, в холле мы увидели двоих мужчин в дорогой одежде, они говорили с Чикаром. Атмосфера была тяжёлая.

— Что там?

— Что-то недоброе… Пойдём наверх, пока не втянули.

Я кивнула и уже повернулась к лестнице, как вдруг один из мужчин окликнул нас:

— Эй! Вы из тех, кто тут остановился?

Я вздрогнула от его грубого тона. Друид тут же встал между мной и ними, заслонив меня.

— Прошу, не доставляйте хлопот другим постояльцам!

В голосе Чикара слышалась тревога.

— Молчи. А вы, освобождайте номер. Это приказ от дворянина.

Вот так вот сразу? Без объяснений?

— На время фестиваля тут нет ни дворян, ни простолюдинов. Таковы правила праздника.

— Неважно. Ты сам сказал, что свободных комнат нет. Значит, мы сами найдём себе место. Так что — освобождайте.

Я бросила взгляд на Друида. Он выглядел спокойным… но я знала, что это обманчиво. Внутри он кипит.

— Как весело у вас тут.

— Э?..

Этот голос… где-то я его уже слышала.

— Ты кто такой? Думаешь, имеешь право влезать?

Я осторожно выглянула из-за плеча Друида. Не может быть… это же Лорд Форонда?! Что он тут делает?

— Я просто пришёл навестить знакомую. А тут глупцы, надо же, такую чушь несут… не удержался.

Улыбка у него была, конечно, вежливая… но мороз по коже.

Он, наверное, действительно пришёл ко мне? Я же писала Сейзреку, что остановилась в «Коколоне»…

— Знакомую?

Друид тихо спросил, и я кивнула:

— Лорд Форонда.

Друид взглянул на него с новым вниманием.

— Глупец? Ты хоть знаешь, с кем говоришь?

— Без понятия. И желания знать нет.

Ох… глаза у него страшные.

— Мы из семьи Митче. Прямо из столицы.

Какая напыщенность.

— А, вот как. Та самая семья… впавшая в немилость.

— Что ты сказал?!

— Вы ведь пытались сблизиться с королём, а в итоге нажили себе врагов, не так ли?

Он словно наслаждался этим.

— Откуда ты…

— Один мой друг как раз оказался жертвой той истории, что вы тогда устроили.

— Друг?.. Пострадавший?

Думаю, теперь они догадались, лица у этих двоих побелели.

— Да. А та девушка вон там и есть моя знакомая, которую я пришёл навестить.

— Что?!

— И мой близкий друг, пострадавший от ваших проделок, тоже высказывал желание с ней встретиться. А теперь, кажется, кто-то пытался выгнать её из комнаты... Как думаете, что скажет мой друг, когда об этом узнает? Уверен, это доставит ему... массу удовольствия.

Он особенно подчёркивал слова «мой близкий друг», видимо, этот самый друг — личность не просто влиятельная, а действительно могущественная.

— А-а-а…

Господи, они теперь и зелёные, и синие, и бледные одновременно. Сейчас точно кто-нибудь рухнет.

— Мы… мы только хотели узнать, нет ли тут свободных номеров! Мы… всё, уходим!

И, не дожидаясь ответа, оба сбежали прочь, почти спотыкаясь. Вид у них был жалкий.