— Вкусно, правда.

Печенье оказалось ароматным, с лёгкой сладостью. Тем удивительнее было название — «Попон». Такое изысканное угощение и столь... странное имя. Разве нельзя было придумать что-то более утончённое?

— У этой лавки все названия забавные, — пояснил Ашир, откусывая печенье.

— Правда?

Друид удивлённо вскинул бровь, а Ашир кивнул.

— Предыдущая новинка называлась «Пепен», а до неё была «Папан».

Попон, Пепен, Папан... Ну ничего себе. Как они вообще до такого додумались? Хотя... почему именно Папан, а не, скажем, Хахан?

— А если точно, первое печенье у них звалось «Аан», потом было «Еен». Сейчас пошёл второй круг.

Значит, они просто не хотят морочиться с названиями.

— Вкусно ведь...

Из-за этого названия ощущение какое-то неловкое. Интересно, на фестивале такое действительно производит эффект?

— Простите...

— Что случилось?

— Сегодня утром я всё рассказал командиру. Мне жаль, что так затянул.

Ашир слегка поклонился Друиду.

— Понятно.

Он долго не решался поведать обо всём командиру Табуро. У стражи, помимо охраны порядка, есть и более серьёзные обязанности, если случается беда, приходится сражаться с магическими существами. И если ты не в силах двигаться от страха перед монстром, то ты не просто не справишься, ты можешь подвергнуть опасности других. Ашир боялся, что его отстранят. И потому медлил.

— Что сказал командир?

— Отругал меня.

— Вполне ожидаемо.

— Да. Он сказал, что если бы что-то случилось, уже было бы поздно.

Он прав. Если бы Табуро не знал о состоянии Ашира и всё же послал бы его на задание, случись что, он бы винил себя. А о том, что Ашир молчал, — горевал бы. Судя по всему, он человек хороший.

— Он разрешил остаться на службе, как и раньше. А ещё направил к специалисту по психологическим травмам.

— Это замечательно.

— Да. И... раз уж вы мне разрешили, я рассказал о Сиэль.

— И что он сказал?

— Попросил, чтобы я узнал, можно ли ему прийти с визитом в следующий раз. Если нельзя — он поймёт. Просил ни в коем случае не настаивать. Но... он хочет увидеть адандару.

— Айви, как думаешь?

— Командир Табуро хочет встретиться с Сиэль. Вы не против?

— Пупупууу.

— Те-рю-рююю.

— Пефф.

— Мяуу.

Ашир выглядел слегка растерянным, кажется, он впервые видел, как все отвечают хором.

— Сиэль согласна. Слизни тоже не против. Хотите, и вы с ним познакомиться?

— Пупупупууу.

— Те-рю-рююю.

— Пефф.

— Сора согласен. И Флэм, и Сол.

Я перевела ответ, и Ашир стал смотреть то на меня, то на слизней.

— Подождите... вы что, разговариваете? Разве слизни умеют общаться?..

Если вдуматься... ведь они же и правда просто слизни. В книгах, конечно, было про них написано, но, глядя на Сору и Флэма и Сола, как-то забываешь, что они слизни.

— Не переживайте.

— Действительно. Тем более они и с виду редкие, и по поведению, точно не обычные. Да чего там, Сора и меч проглотил прямо на глазах. Конечно, они необычные.

Пару дней назад в лесу Сора нашёл ржавый, с изломанным лезвием меч и, не раздумывая, радостно его слопал. Всё это, буквально в пару мгновений. Ашир тогда так опешил, что даже забыл, как боялся Сиэль, сидевшую рядом. Более того, когда Сиэль положила морду ему на плечо, он, будто в трансе, начал её гладить. Друид потом только усмехнулся:

— Может, это была шоковая терапия?

Так или иначе, именно с того дня Ашир начал прикасаться к Сиэль без страха. Так что, наверное, метод сработал.

— Мой следующий выходной — через шесть дней. Я приду тогда с ним.

— Зная Табуро, он может попытаться ускорить встречу. Наверняка явится раньше.

— Ха, вполне возможно.

Ашир улыбнулся, слегка покраснев.

— Передай ему, что мы почти каждый день бываем в лесу, если только не пойдёт дождь. Так что пусть выбирает день, когда ему будет удобно.

— Спасибо. Я всё передам.

— Ну, пора возвращаться в деревню.

— Ашир, спасибо за угощение. Было очень вкусно!

— Рад, что понравилось. В следующий раз принесу ещё что-нибудь.

— Жду с нетерпением!

Мы быстро собрали вещи и направились в сторону деревни. Сиэль шла рядом с Ашром, спокойно, не отставая.

— Похоже, уже всё в порядке, — заметил Друид, глядя на них.

— Да. Если Сиэль подойдёт со спины, я всё ещё вздрагиваю, но в целом страх почти ушёл.

Теперь Ашир мог спокойно гладить её по голове, если только та не подкрадывалась сзади. А ведь ещё недавно даже при медленном приближении он бледнел.

— Думаешь, это хороший знак?

Друид замолчал, остановившись посреди тропинки.

— Что-то случилось?

— Пожалуй, да, хороший. Но возможно, он считает Сиэль безопасной просто потому, что она приручена.

То есть... его спокойствие, не из-за того, что он победил страх, а потому, что разум говорит: «она не нападёт»?

— Сиэль, ты можешь убрать метку приручения?

— А? Метка приручения вообще-то не исчезает, — вмешался Ашир, удивлённо покачав головой.

И вдруг... метка на лбу Сиэль исчезла, как будто и не существовала вовсе.

— Ашир, как думаешь? Без метки — сможешь прикоснуться к ней?

— Метка?.. Где?.. А, ты про это? — Он замялся. — Ну… думаю, да. Могу.

Он погладил Сиэль по голове, хоть и слегка растерянно. Страха, вроде бы, не было.

Я вопросительно посмотрела на Друида. Тот сдержанно рассмеялся.

— Ты всегда так, в лоб. Вот Ашир теперь и завис.

Я посмотрела на Ашира, он, наклонившись, разглядывал лоб Сиэль.

— Ну, всё-таки привык, правда же?

— Пожалуй. Но, Айви, если он уже воспринимает её как безопасную, то и без метки ничего не изменится. Он всё равно будет думать, что она не опасна.

Точно… об этом я и не подумала. Раз он уже уверен, что всё безопасно, метку убирать смысла нет.

— Тогда, может, пусть подумает, что она и с меткой может напасть?

— Что? Как это?

— Ну как… Сиэль может чуть-чуть послать ему убийственное намерение. Тогда он почувствует, что приручение — не гарантия безопасности.

Если кто-то излучает враждебность, это всегда воспринимается как угроза нападения. Иначе быть не может.

— Сиэль, попробуй-ка послать немного убийственного намерения в сторону Ашира.

— Подожди, нет. Сиэль, не надо.

Я ещё и не успела договорить, как Друид резко остановил меня.

— Почему нельзя? Немножко совсем…

Я-то думала, что и малой капельки убийственного намерения хватит, но...

— Ха-а-а... — выдохнул Друид.

Похоже, моя идея оказалась совсем неудачной.