Соль священна.

Она всегда символизировала очищение и была одним из неотъемлемых элементов жизни.

Иероглиф «соль» (鹽) образован сочетанием иероглифов «видеть» (監) и «рассол/соляной раствор» (鹵), символизируя «видение съедобной соли путём кипячения в котле».

Хотя в Трёх Тысячах Великих Миров существует множество слов для обозначения соли, в конечном итоге все они суждено свестись к одному и тому же значению, указанному выше.

[Видеть].

Неизбежно понятие [видеть] заложено в соли.

[Видеть] — это суть культивации и одновременно созерцание самого себя.

В конечном счёте, можно сказать, что соль — это концепция «прозрения и озарения», вытесненная из «Плана» Судьбы в «План» Ци, где она материализовалась.

Совершенствование — по сути, созерцательное(покаянное) просветление.

Подобно крошечным крупинкам соли, собирающимся, чтобы образовать море.

Возводите горы через созерцательное(покаянное) просветление.

Возведение горы из соли — пожалуй, самый быстрый способ достичь небес.

(п.п.: на самом деле я думах, ибо данная мантра в будущем будет звучать по-другому, я добавил в скобочки, где какие слова будут изменены в будущем. Я не помню, задумано ли это так или нет. Возможно, анлейтер сейчас неправильно перевёл и потом поменяет, такое уже было со Святым Лазурным Тигром Чонмун Сунву, изначально у него было другое имя)

— Центральный стих Императорской Техники, Раскалывающей Гору Тай.

— ААААААААААХХХХХХ!!!

Я закричал, закатив глаза.

Стих!

Какой-то «стих» насильно вдалбливается мне в голову!

И каждый раз, когда я пытаюсь понять этот стих, я осознаю, что мой мозг постепенно превращается в соль и утекает прочь.

«Я умру!»

Я не могу умереть так абсурдно!

Стиснув зубы, я прочитал стихи техники «Уничтожение Божественной Небесной Кары».

Одновременно я объединил Знамя Проклятия Пяти Элементов и Заклинание Призрака Души Инь, создав Знамя Чёрного Проклятия, и наполнил его стихами техники «Уничтожение Божественной Небесной Кары».

Кугугугу!

Внутри моего сознания.

Там появились знамёна, покрытые чёрными проклятиями.

Одновременно тёмные грозовые тучи смешались со знамёнами, превратив их в знамёна из чёрных туч.

Крак!

Я вонзил Знамя Чёрного Проклятия, наполненное силой «Уничтожения Божественной Небесной Кары», в свой верхний даньтянь, запечатав шепчущие тайны в своей голове.

Одновременно я обрёл свободу.

— Кх! Кх-кх!

Кугугугу!

Гигантская соляной столп, покрывавший меня, рассыпался.

Потеряй я рассудок и полностью слейся с соляным столпом, я стал бы соляным столпом, обращающим в соль всё, к чему прикоснусь, подобно Чонмун Рёну. К счастью, я сумел прийти в себя до критического состояния.

Чуарук, чуарурук

— Хеок, хах…

Я восстановил тело, покрываясь холодным потом.

— Со Ын Хён! Что случилось?

— Ты в порядке!?

— Мастер, что произошло?

Это были Чон Мён Хун, Ким Ён Хун и Хон Фан соответственно.

Я поднялся, дрожа всем телом.

— Хеогк… Хах…

Я запечатал память о том, что [увидел].

Но я чувствовал это.

Я понял слова Ян Су Джина.

Слова Чжэнли теперь были мне мучительно ясны.

— Чон Мён Хун.

— Да?

— Нам нужно уйти.

— О чём ты говоришь?

Кланч!

С налитыми кровью глазами я схватил Чон Мён Хуна за плечо, словно впиваясь в него когтями, и сказал:

— Нам нужно выбраться из этого мира.

— Это очевидно. Так мы и собирались начать строить Флот Бук Хян и ждать, пока откроются Врата Вознесения…

— Прямо сейчас!!!

— Что…?

Я настаивал, дрожащими руками.

— Ты не знаешь, что я видел. Нет, прости, я и сам не разглядел этого чётко. Но одно ясно точно. [Нам] не следует находиться в этом мире своим истинным телом. Это место слишком зловещее и ужасающее. Нам нужно вознестись немедленно! Нам не нужны Врата Вознесения. Я уверен, что смогу разорвать пространственный барьер. Уйдём куда-нибудь, куда угодно, прямо сейчас, Чон Мён Хун!

Я вспомнил время, когда Ян Су Джин насильно вознёс меня в Царство Яркого Холода через Врата Вознесения.

Тогда Ян Су Джин сказал, что этот мир слишком угрожающ для Эндера вроде нас.

Приходя в этот мир, следует приходить только аватаром.

Если же ходить здесь своим истинным телом, рано или поздно что-то обязательно пойдёт не так.

Поскольку я запечатал память, я не мог знать, что именно [увидел].

Но одно было ясно.

«Злоба. Это Царство Головы переполнено злобой по отношению к [нам]. Немедленно. Нам нужно уйти немедленно».

Я посмотрел на Ким Ён Хуна.

Внезапно меня накрыло огромное чувство облегчения.

Тот факт, что Ким Ён Хун достиг стадии за пределами «Разрушающий Небеса За пределами Пути» и сам вознёсся в Царство Древней Силы вместе с Бук Хян Хва, Сон Джином и Со Раном, был для меня огромным облегчением.

Чон Мён Хун покачал головой, не понимая.

— О чём ты? Если мы вознесёмся сейчас, то что будет с Сектой Золотого Божественного Небесного Грома…

— Секта Золотого Божественного Небесного Грома может выжить как ведущая секта Царства Головы. Ты занимался политическими делами, так что должен примерно представлять уровень Царства Головы, верно? Даже если ни один из учеников стадии Формирования Ядра не выступит, Секта Золотого Божественного Небесного Грома сможет доминировать в царстве силами одних лишь учеников стадии Формирования Ци, их формаций и техник. Более того, Джин Хэ Мин уже почти на стадии Зарождающейся Души. Нам не нужно беспокоиться о Секте Золотого Божественного Небесного Грома, Чон Мён Хун.

— Хмм…

Он выглядел озадаченным.

Но я умолял с отчаянным взглядом:

— Пожалуйста, поверь мне, Чон Мён Хун. Я [на этот раз тоже] не лгу! По крайней мере, «нам» не следует быть здесь своими истинными телами. Если беспокоишься, создай и оставь аватара. Нет, я могу создать Генерала Со для тебя, просто оставь с ним часть своего сознания!

Чон Мён Хун слегка дрогнул при словах [на этот раз тоже], затем стиснул зубы.

— …Чёрт. Ты всегда… ставишь перед трудным выбором.

— …И были бедствия, которых мы могли бы избежать, прими ты мои предложения тогда.

— Я задам тебе один вопрос.

Чон Мён Хун слегка скривился и спросил:

— Если вознесёмся только мы… Разве ученики, которых мы оставим, не пострадают от бедствий, о которых ты говорил?

— Не пострадают.

Я заявил твёрдо.

Хотя я практически ничего не знал о [том, что видел], одно было ясно.

[То, что я видел] опасно только для [нас] и существ уровня Истинного Бессмертного или выше.

Существа ниже этой стадии, за исключением особых случаев, даже не смогли бы это воспринять.

— Если мы посоветуем ученикам «запретить детальное толкование астрономических наблюдений и небесных явлений» перед вознесением, то проблем действительно не возникнет.

— …

— Доверься мне.

После долгого молчания Чон Мён Хун вздохнул и кивнул.

— …Ладно.

Он горько улыбнулся и сказал:

— [На этот раз]… Я должен тебя послушать.

Теперь он осознавал существ вроде Владыки Небесного Наказания, тех, о ком нельзя было даже помыслить.

Он понимал, почему я не могу объяснить подробно, и на этот раз решил мне поверить.

— Но прямо сейчас это невозможно. Полдня. Я улажу все дела как можно быстрее и вернусь.

Куарурунг!

Чон Мён Хун превратился в полосу молнии и полетел в сторону Секты Золотого Божественного Небесного Грома.

Я задыхался и пошатывался.

— Вы в порядке?

Хон Фан поддержал меня.

Я простонал и схватился за пульсирующую голову.

Во-оонг, Воо-оонг, Воо-оооонг!

Внутри моей головы запечатанное знание извивалось, будто живое.

Сколько времени я черпал силу техники «Уничтожение Божественной Небесной Кары», чтобы подавить это знание?

Наконец знание внутри печати утихло.

И тогда.

Бо-оонг—

Я почувствовал звук, подобный сердцебиению гигантского зверя.

Через этот звук я вспомнил одну вещь.

«Ах… Понимаю».

Это знание связано с Императорской Техникой, Раскалывающей Гору Тай.

«Мне нужно сначала встретиться с Хон Воном».

Когда пульсация в голове стихла, я посмотрел на Ким Ён Хуна и сказал:

— Ён Хун хённим, извини, но…

— Да, ну… Я понимаю. Ничего. Мне достаточно и одной хорошей схватки.

— …Спасибо за понимание.

Мы коротко кивнули друг другу и попрощались.

Я использовал заклинание передачи голоса, чтобы вызвать Чон Мён Хуна на Путь Вознесения, затем поспешил туда с Хон Фаном.

Кугугугу!

В центре Пути Вознесения полностью запечатанные Врата Вознесения.

Над местом, где были Врата Вознесения, стояла стела Ян Су Джина и виднелись бесчисленные пространственные разрывы.

«Быстрее. Нам нужно выбраться отсюда как можно скорее».

Я грыз ногти, как человек, одержимый нетерпением.

Вдруг мой взгляд привлёк одно место.

«То место…»

Тот день, более полутора тысяч лет назад.

Именно на этом месте Хон Фан впервые уцепился за меня.

Внезапно я вспомнил [сон], который мне приснился.

«Был ли это сон, раз я видел перевёрнутый треугольник? Нет… возможно, это был сон с того времени, когда я начал «создавать» это…»

Однако, вспоминая ту чрезмерно детализированную вещь, я почувствовал подозрение.

— Хон Фан.

— Да, Мастер.

Я дал Хон Фану инструкции, поделившись «формулой яда», которую получил от него во [сне].

— Этот Духовный Яд, как думаешь, сможешь его изготовить?

— Хо, это яд, сваренный из обычных трав и сока, не содержащих духовной энергии. Я попробую сделать его прямо сейчас.

Хон Фан быстро исчез из поля зрения и вскоре устроил алхимическую лабораторию в лесу на Пути Вознесения, стремительно смешивая ингредиенты.

Чярарарарак!

Он вернул верхнюю часть тела в первоначальную форму и двигал бесчисленными ногами-сороконожками с огромной скоростью, смешивая яд.

Его вид выглядел несколько жутковатым.

И спустя некоторое время.

— Готово, Учитель. Довольно интересная формула яда.

Хон Фан представил передо мной точно такой же яд, который я видел во сне ранее.

— …

«Что?»

Неужели это был не просто сон?

Как знание из сна может работать в реальности?

Я внезапно почувствовал озноб и спросил Хон Фана:

— Хон Фан. Я собираюсь дать тебе ещё одно задание.

— Пожалуйста, отдайте приказ.

— Сможешь ли ты за полдня добраться до клана Цзинь в Янго и проверить кое-что?

— Хмм, да, я понимаю.

Я передал Хон Фану записку с несколькими пунктами информации, и он быстро покинул Путь Вознесения, направляясь на запад, держа записку.

Чтобы успокоить ум, я сел медитировать.

Вскоре после этого.

Фууууш!

Хон Фан вернулся.

— Да, Мастер. Я выяснил. Нынешний глава клана Цзинь выращивает демонического зверя-сороконожку, и этот демонический зверь-сороконожка может производить ту же духовную жидкость, которую вы просили создать.

— …Правда?

Меня охватило странное чувство.

Информация из сна оказалась верной.

— И, при дальнейшем расследовании, выяснилось, что демонический зверь-сороконожка действительно из моего рода. Это одна из моих сестёр.

— …Понимаю.

Я схватился за голову.

«Информация из сна…»

Совпала с реальностью.

Я вспомнил, что происходило во сне.

Хотя последовательность событий была странной, я думал, что это из-за природы сна, где события текут по воле сознания.

Но независимо от связности ситуации.

[Факты] из сна совпали с реальностью.

«Что вообще происходит?»

Смущённый, я вспомнил разговор, который вёл с Хон Фаном во сне.

Совсем не похож на мать-сороконожку, испытывавшей материнскую любовь к потомству и привязанность к кровным родственникам.

«То, что произошло во сне, не было просто фантазией. Сон основывался на реальности».

Хотя я не спрашивал Хон Фана прямо, его отношение и мысли о семье, вероятно, были такими же, как во сне.

[Подлинная правда] пришла ко мне во сне.

В том сне я чувствовал себя плывущим.

Было также ощущение, что мои мысли не ясны.

Однако «истины», узнанные во сне, оказались правдой.

«Это был не просто сон…».

Однако почему мне приснился сон, ощущавшийся как реальность и правда?

Намерение сущности, ниспославшей тот сон…

Я просто не мог постичь.

Через некоторое время.

Пока я ждал возле места, где были Врата Вознесения и Хон Фан.

Куарурунг!

С вспышкой молнии появился Чон Мён Хун.

Когда он развернул свиток хранения, из него возник огромный боевой корабль.

«Это же…»

Хотя и не сравнимый с уровнем настоящего Корабля Переправы в Преисподнюю, это был боевой корабль, наделённый необычайными пространственными свойствами.

— Вне зависимости от того, что случилось, хорошо, что получил его. И, кстати, я оставляю свою разделённую душу в святилище Секты Золотого Божественного Небесного Грома. На всякий случай, если понадобится связаться с учениками Царства Головы. Тебе следует сделать то же самое.

Я покачал головой.

— Если ты оставил свою, то моя не нужна.

— Ну, честно говоря, моя тоже не особо нужна, потому что…

Я вздрогнул, увидев фигуру, появившуюся позади Чон Мён Хуна.

— Погоди, ты… берёшь этого парня?

Человек, появившийся позади Чон Мён Хуна, был Ён Джин.

Не его предок «Ён Вэй», а Ён Джин, находящийся на стадии Формирования Ядра.

Затем внезапно глаза Ён Джина изменились, и послышался голос Ён Вэй.

— Я решила остаться в Нижнем Царстве. Я запечатаю свою истинную душу с разделённой душой Чон Мён Хуна в святилище, так что она останется с Сектой Золотого Божественного Небесного Грома.

— Ён Вэй… ты уверена в этом?

— Да. И разве Ён Джина не отправляют? Я внедрила свою разделённую душу в душу Ён Джина. Через Ён Джина ты сможешь связываться со мной, пока я нахожусь в Нижнем Царстве.

— Ты действительно… уверена?

Зная её сильное желание жить, я переспросил.

Но Ён Вэй усмехнулась и ответила:

— Как только мы достигнем Среднего Царства, Хон Вон, этот тип, так или иначе попытается захватить меня. Если попасть в руки этого негодяя в таком состоянии, хех… лучше не представлять. Лучше остаться здесь, пока он ко мне враждебен. Не беспокойся.

— …Понял.

Я кивнул.

Попросив Ён Вэй о нескольких услугах, связанных с расследованием Дворца Пэнлэй, Служебного Командного Ковчега, Чёрного Замка и Пути Вознесения, я повернулся.

— Пфух…

Такое ощущение, будто я только что спустился в Царство Головы, и уже сразу возвращаюсь обратно.

Но я знал.

Это место слишком опасно.

Поэтому мы должны уйти немедленно.

К счастью, на этот раз Чон Мён Хун мне поверил, и я смогу подняться с ним.

Хотя это означало оставить Секту Золотого Божественного Небесного Грома, мы избежали бедствия тотального уничтожения от Небесной Кары.

— Тогда отправимся.

Чон Мён Хун взошёл на реплику Корабля Переправы в Преисподнюю вместе с Ён Джином и Хон Фаном.

Я поднял руку в сторону места, где открывались Врата Вознесения, неся на спине форму Трёх Великих Пределов.

Затем я рубанул рукой вниз.

Квааааанг!

— Вернёмся в Среднее Царство.