Толагай стоял над впечатанном, как гвоздь Атласом, и стал ждать. А зрители люди переваривав то, что человек на их глазах поднял трёх метрового гиганта в воздух и пригвоздил в землю, взорвались от восторга. Все в эйфории начали скандировать имя батыра, а тому нравилось такое внимание.

— Ай, да палуан! — радостно закричали батыры на трибунах.

— Молодец, Толагай, — лишь тихо произнёс Абылай хан.

А тем временем боги были в недоумении и можно сказать встревожены. Как Атлас, который наводил когда-то ужас на Олимп, сейчас стоит вверх ногами как гвоздь.

— Вот это да! Я сначала и не поверила, что он поднял Атласа над головой! — с восторгом проговорила Гейр, делясь впечатлениями.

— Да, это всё благодаря куресдословно «борьба» . Древнему национальному боевому искусству Казахстана, — сказала Брунгильда, но затем заметив странный взгляд сестры добавила. — И нет, в современном куресе запрещено хватать соперника за рёбра, то что вытворил Толагай, это его выдумка.

— Фух, а я то думала, что там реально до сих пор так жёстко, — вздохнула с облегчением Гейр.

— Но всё же, курес для казахов всегда была таким же искусством, как, к примеру, айтыс или байге. Народ очень любил и уважал палуанов. Борьба была неотъемлемой частью жизни казахского народа, национальным состязанием, где показывалась сила, превосходство, умения и тактика. Поэтому күрес как зрелище было атрибутом всех праздников. Одновременно искусство борьбы осваивали всех молодых парней, ведь она была частью подготовки казахских воинов. Именно, в такой атмосфере рос Толагай. Начиная ещё с малых лет бороться, и в конечном итоге став настолько непобедимым, что тот начал придумывать такого рода техники в надежде, что он встретит достойного противника, — проговорила Брунгильда.

В это время Атлас, вдруг, зашевелился, и руками оперевшись об землю оттолкнулся так сильно, что взмыл в воздух, и с грохотом приземлился на ноги. Затем разминая шею и плечи, он смотря прямо на Толагая начал свою речь:

— А ты неплохо придумал. Притворился ударником, причём очень натурально, ибо копировал буквально мои же движение, и даже положение ног, чтобы неожиданно сделать бросок, — и указав на батыра пальцем, титан спросил его. — В твоём боевом искусстве не предусмотрены ударные техники, верно?

Толагай был удивлён такой дедукции Атласа. Он рассчитывал, что эта хитрость останется не раскрытой по крайней мере до середины боя. Но не хотя, он всё же ответил:

— Ну да, и что с того?

— Ничего. Просто борцы для меня, как занозы в заднице. Прямо, как Прометей, — последнее предложение Атлас сказал тихо, и невольной тоскливой улыбкой. Но быстро покачав головой, он встав в боевую стойку спросил. — Ладно, ну что продолжим?

— А то! — с улыбкой ответил Толагай, также встав в боевую стойку.

Батыр уже не пришлось скрывать своё боевое искусство, и из-за этого она отличалась от Атласа, которая больше походила на стойку в боксе. Тело и руки человека были более низко опущены, в отличие от титана. Смотря друг другу в глаза, ожидая кто же первым нападёт, Толагай не выдержал, и первым ринулся вперёд.

Атлас был сосредоточен, он не хотел снова прочувствовать этот болезненный бросок. И из-за этого дождавшись, когда человек приблизиться так близко, что тот не успеет затормозить, шагнуть в сторону в момент, когда он попытается схватить за его хитон, и ударить. В теории, так и задумывал титан, и даже это сработало, сильнейший урон понёс висок батыра, но титан не учёл того, что против него «Сильнейший из рода людского»!

Толагай пересилив боль и гул в голове, что была произведена удар Атласа по его виску. Схватил титана за руку крепкой хваткой. Гигант, разумеется, в первое время пытался потянуть на себя свою конечность, но он сразу же остановил эти попытки, после первого раза. Потому что, по ощущениям «Поднебесного», она была будто бы зажата между двумя континентальными плитами.

И из-за этого, Атлас принялся за другое решение этой проблемы, а именно ударами. Напряв свою свободную руку так сильны, что вены и мышцы вот-вот разорвут кожу, он выстрелил в лицо Толагая.

ВЗРЫВ ТИТАНА

Серия из десяти ударов, единовременно прилетело в лицо батыра за 0,01 децисекунду. Батыр даже и не понял, что произошло, а начал откидываться назад, глаза невольно закатывались и отпускать руку титана. Но Толагай не упал, а из последних сил держался на ноги. Трибуна богов увидев, в этом преимущество начала кричать, чтобы Атлас добил человека, но эта инициатива быстро поутихла, когда заметили, что рука, которая произвела этот «взрыв» начала судорожно дрожать. Да и не вооружённым взглядом можно было понять, что самому гигант неимоверно больно. Никто из зрителей, даже и не представлял, какую боль испытывал «Поднебесный».

— Хороший удар, — оценил Зевс.

— Да, хороший, — согласился Арес. — Но она не сравниться с твоими ударами, отец.

— Не спорю, — пожал плечами Зевс. — Но сам факт того, что титан, у которых совсем иное боевое искусство, которая завязано на борьбу, смог только наблюдениями овладеть ударными техниками вроде моих. Это большое всё-таки достижение. Правда, как мы видим, ему ещё развиваться, чтобы его мускулы выдерживали этот напор.

— То есть, ты считаешь, что Атлас в теории приблизиться к твоему уровню? — спросил уже Аид, на что Зевс весело захохотал. Закончив смеяться и вытерев слезинку с глаза, он ответил:

— Хо-хо, я был бы и не против.

В это время, Атлас до сих пор держался за руку, которая охватили судороги.

— «Чёрт, это даже не та скорость, с которой Зевс меня бил! Она была куда быстрее!» — в этот момент, он увидел краем глаза движение, и услышал приближающиеся шаги. — «Что?! Он уже пришёл в себя?!» — удивился Атлас, и быстро встав в стойку и приготовился уже контратаковать, но вдруг для него Толагай мягко взялся за его больную руку, и двумя плавными движениями начал сжимать и разжигать в разных точках.

Все на арене были в полном шоке от происходящего, в том числе и боги, и люди, и Атлас.

— Ч-что он делает?! Толагай делает массаж своему противнику?! — удивился Хеймдаль не веря своим глазам.

Но затем это удивление, переросло в возмущение:

— Что ты делаешь?! Ты за кого вообще?! — злились люди.

— Давай, титан! Это твой шанс! Прибей его! — рвя глотки кричали боги.

Но человек и титан не обращали на них внимание. Атлас не чувствовал в Толагае опасности. А батыр также не ощущал враждебности от гиганта.

— Атлас, — начал человек, не отвлекаясь от массажа. — Я тоже при жизни испытывал эти неприятные судороги, когда пытался использовать всю свою силу. Ты также хотел сделать? — спросил Толагай.

— Да, — сухо ответил титан.

— Хех, отличный был удар, — с улыбкой сказал батыр. — Я даже их не увидел, никогда раньше с таким не сталкивался. Интересно, что же ты мне готовишь наперёд? — с предвкушением спросил казах.

— Много чего, — ухмыльнулся Атлас.

— Вот как? Тогда и у меня тоже есть, чем тебя удивить, — в ответ ухмыльнулся Толагай. И затем, он отпустил руку титана. — Ну как?

Гигант помахал рукой, сжал и разжал ладонь. С удивлением для него, он обнаружил, что рука больше не болит, а от судорог больше нет следа. Батыр по выражению лица гиганта понял, и сразу же с улыбкой промолвил:

— Я рад, что ты в порядке, — и затем встав в боевую стойку, Толагай спросил. — Ну что? Продолжим?

— А то, — ответил Атлас, также встав в боевую стойку.

Их бойцовская солидарность выходит из ряда нормального! С каждой минутой, всё сложнее предугадать, кто победит?