В этом мире достижение восьмого-девятого уровня практики ци считалось легендарным, а того, кто достиг стадии Закладки Основ, воспринимали не иначе как спустившегося с небес небожителя. Для культиваторов стадии Закладки Основ, прозябающих в низших слоях Девяти Провинций, этот мир секретных территорий казался прекрасным, словно самый сладкий сон.

Здесь множество красавиц сами искали внимания избранника, даже прославленные Мастера не выдерживали против него и одного удара, а несметные небесные и земные сокровища помогали достичь уровня Зарождающейся Души. Можно было основать собственное государство и наслаждаться величием Сына Неба — о таком они не смели мечтать даже в самых дерзких фантазиях.

Впрочем, всё это не вызывало особого интереса у Цзян Ли. Он уже догадался, какое испытание готовила секретная территория, и решил действовать согласно её замыслу — исключительно из уважения к предкам. Окружённый прелестными девами, он приступил к покорению Поднебесной.

Контролируя силу на уровне поздней стадии Закладки Основ, через три дня он разгромил восемнадцать князей, а спустя ещё два дня основал государство, установил систему управления и назначил чиновников. Люди назвали это событие «Основанием государства пятого дня третьего месяца». Узнав, что Цзян Ли — бессмертный, другие страны одна за другой спешили выразить свою покорность.

Мириады стран склонились перед ним — истинным властелином Поднебесной! С древних времён и до наших дней никто не мог сравниться с нынешним Цзян Ли!

Спустя семь дней после прибытия Цзян Ли в секретную территорию новое государство процветало и развивалось. Он восседал в огромном дворце с бесстрастным выражением лица, а рядом находилась Чуньэр, ставшая императрицей за то, что не покидала его во время военных походов.

Сановники наперебой собирали для Цзян Ли красавиц, наполняя задний двор дворца девами, которые восхищались им и добровольно служили, без какого-либо принуждения. Даже маги признали в нём выходца из мира бессмертных и несли ему различные небесные и земные сокровища, духовные камни и божественные вина. Эти богатства заполнили государственную казну до такой степени, что даже культиваторы уровня Трансформации Души не могли бы сдержать зависти.

— Это место не для долгого пребывания, я ухожу, — спокойно произнёс Цзян Ли, то ли обращаясь к Чуньэр, то ли говоря сам с собой.

Услышав это, Чуньэр разрыдалась, крупные слёзы покатились по её щекам, вскоре намочив дорогое платье.

— Я знаю, что благодетель не из этого мира, но неужели у нас нет ничего, что могло бы заставить вас остаться?

— Нет, — прямо ответил Цзян Ли.

— В заднем дворе три тысячи красавиц готовы служить вам, неужели это не прельщает благодетеля?

— Я видел и покрасивее.

— Не верю! — Чуньэр решительно покачала головой. Она была уверена в своей красоте и стала императрицей не только потому, что провела с Цзян Ли больше всех времени — целых семь дней, но и потому, что её красота затмевала всех остальных.

— Я видел Бессмертную мирской пыли.

— ...

Чуньэр мгновенно умолкла, хотя оставалось загадкой, откуда она знала этот титул. Но она не сдавалась:

— Неужели небесные и земные сокровища в казне не могут привлечь благодетеля? Я видела описания: там есть Плод Божественного Света, один его приём равен тридцати годам совершенствования бессмертного, есть техника Рассечения Морской Волны, достигнув в ней совершенства, можно одним ударом меча разделить реки, ещё есть...

Цзян Ли молча достал пилюлю Девяти Превращений Созидания. Если бы лестница Бессмертного Вознесения не была разрушена, одной этой пилюли хватило бы для немедленного вознесения! Её ценность была поистине неизмерима.

Чуньэр, явно разбиравшаяся в подобных вещах, замолчала. На самом деле ей хотелось сказать: «Отдайте мне пилюлю, и я вернусь с вами в Девять Провинций, хорошо?»

Но вместо этого она продолжила:

— Скоро благодетель объединит всю Поднебесную и станет её истинным правителем. Это великое достижение, которому завидовали бы все императоры с древних времён до наших дней. Неужели благодетель не хочет остаться?

Цзян Ли вздохнул:

— Я являюсь нынешним Императором людей, которому поклоняются все Девять Провинций. Как ни посмотри, это лучше, чем быть правителем секретной территории, не так ли?

Чуньэр застыла, не сразу осознав услышанное.

— На самом деле все предыдущие причины были лишь отговорками, — продолжил Цзян Ли. — Истинная причина в том, что зачем мне оставаться в иллюзии? Не так ли, предок Мэн Чунь?

После этих слов Чуньэр перестала притворяться и сменила одежду на ту, что носила при жизни — величественную и элегантную, немного отличавшуюся от нынешней лёгким налётом старины.

— Я думала, что моё искусство иллюзий достаточно искусно, чтобы обмануть собрата по Дао, но, похоже, я переоценила себя.

Согласно информации от Павильона Небесных Механизмов, отшельник Да Мэн, чьё настоящее имя было Мэн Чунь, была женщиной-культиватором, чья красота затмевала всех 800 лет назад. Цзян Ли распознал иллюзию в тот момент, когда вступил в секретную территорию — здесь всё было нереальным.

Отшельник Да Мэн достигла совершенства в искусстве иллюзий. Говорили, что на вершине этого мастерства можно было менять местами реальное и иллюзорное — одна мысль превращала ложь в истину, другая — истину в ложь. Это было поистине ужасающее искусство.

*Дзинь!*

Иллюзия раскололась, как зеркало, на бесчисленные осколки, которые, подобно каплям воды, впитались в землю и исчезли. Открылся истинный облик секретной территории — первозданный лес. Исследовав его духовным восприятием, Цзян Ли определил: пространство было обширным, примерно четверть площади префектуры Тяньцин.

На поляне, где находился Цзян Ли, лежали 800 учеников различных школ. Их лица выражали разные эмоции: некоторые были озадачены, некоторые радовались, а некоторые излучали убийственную ауру — неизвестно, какой выбор они сделали в иллюзии.

— Не знала, что сюда прибудет нынешний Император людей. Мэн Чунь проявила неуважение, — произнесла Мэн Чунь, стоя перед Цзян Ли, с лёгким сожалением.

Информация Павильона Небесных Механизмов оказалась верной — Мэн Чунь действительно погибла от Небесной Кары. То, что предстало сейчас перед Цзян Ли, было лишь её последней волей, оставленной перед испытанием — своего рода остаточным сознанием.

— Что вы, это я необдуманно вторгся в секретную территорию и доставил хлопоты предку Мэн, — заметив её нерешительность, Цзян Ли улыбнулся. — Если предок Мэн хочет что-то сказать, прошу, говорите прямо.

— Я встречала Императора людей своего времени, — сказала Мэн Чунь. — Он был выдающимся героем своей эпохи, но не походил на собрата по Дао, который словно спустившийся в мир небожитель. Неужели в нынешних Девяти Провинциях нашли лестницу Бессмертного Вознесения?

— Вовсе нет, просто мне повезло достичь стадии Махаяны.

Зрачки Мэн Чунь сузились — похоже, новость о достижении Цзян Ли стадии Махаяны поразила её даже больше, чем возможное появление лестницы Бессмертного Вознесения.

— Я думала, что стадия Махаяны — лишь легенда, но оказывается, действительно есть человек, способный её достичь.

— Повезло, просто повезло, — Цзян Ли не стал развивать эту тему. — Предок Мэн создала эту иллюзию, чтобы проверить способность этих юнцов противостоять красоте, сокровищам и власти?

— Да. Если они смогут противостоять хотя бы одному искушению, я засчитаю прохождение испытания, и они смогут перейти на второй уровень.

Это было нетрудно угадать — сначала красавицы сами искали внимания, затем небесные и земные сокровища сыпались как из рога изобилия, и наконец, даже культиватор стадии Закладки Основ мог властвовать над миром. При внимательном рассмотрении в иллюзии было много нелогичного: куда делись остальные, вошедшие в секретную территорию, почему красавиц было неестественно много, почему другие страны так быстро покорились... Но чудо искусства иллюзий заключалось в том, что оно заставляло культиваторов автоматически игнорировать эти несоответствия, всё глубже погружаясь в иллюзию, пока они не теряли способность вырваться.

— Ммм... — лежащий на земле Цинь Луань издал непонятный звук — признак того, что он вот-вот разрушит иллюзию. По расчётам, в иллюзорном времени он провёл уже месяц, и с точки зрения Мэн Чунь, способность разрушить иллюзию за такой срок уже говорила о хорошем самоконтроле.

Увидев, что кто-то начинает просыпаться, Мэн Чунь слегка улыбнулась:

— Собрат по Дао, обсудим Дао после завершения нынешнего испытания секретной территории.

Она загадочно улыбнулась и исчезла, оставив лишь одну фразу:

— Следующее испытание, возможно, очень подходит собрату по Дао.

Хотя она не знала цели Цзян Ли, но с его совершенствованием на уровне Махаяны он мог легко управлять её секретной территорией, однако он этого не сделал. Раз он проявил к ней уважение, она тоже не стала глубоко исследовать его намерения.