К слову, из всей четверки именно на самой азартной и соревновательной натуре стоило бы остановить свой взор.

Елена стала совершенно другой с момента своего последнего появления. Роль Императрицы и возрождение целой расы неизбежно накладывают свой отпечаток. Из всех четверых именно боевой стиль Елены претерпел самые разительные метаморфозы. Раньше она предпочитала гибкость, интуитивно выбирая метод, наиболее подходящий моменту.

В юности она была бойцом ближнего боя. Повзрослев, переквалифицировалась в призывателя, а затем попыталась гармонично объединить оба этих элемента. К настоящему моменту её стиль можно было назвать квинтессенцией всех её достижений. Она стала Верховным Богом, достигнув пика могущества, и нужды в излишней изменчивости больше не было. Напротив, ей требовалось найти ту единственную стезю, которую она могла бы оттачивать до абсолютного совершенства.

Забавно: знал ли Тёмный Бог, к чему она стремится? Если нет, то Елене стоило поблагодарить его за скудоумие. Вместо Великого Герцога Жизни он выставил против неё Великого Герцога Смерти.

Какую концепцию Елена постигла последней? Ах да, Запредельную Смерть.

Как это может выглядеть на столь запредельном уровне силы? Елена с радостью была готова ответить на этот вопрос Рейгарду — Великому Герцогу, с которым ей довелось столкнуться. Обычно для сражений такого масштаба требовался План Небесного Бога, но Священная Бездна отличалась от Истинной Пустоты. Здесь не существовало механизмов защиты ткани реальности. Елена, Роуз, Веритера, Рейгард и все прочие Божества могли беспрепятственно проявлять свою мощь во всём её пугающем величии.

Рейгард был еще более грозным противником, чем Веритера. Его власть над Смертью воплощалась в рое темных сущностей, подобных тем, что призывала Эрис из Клана Нокт. Однако в руках Верховного Бога эта сила преображалась до неузнаваемости. Каждое призванное им существо было Божественным — манифестацией мифических зверей, которых не видывал Небесный Мир, и каждый нес в себе отдельный аспект Смерти.

Под натиском этой гибельной армии не мог выжить никто. Какими бы сильными ни были мощь или закон противника, он неизбежно пал бы еще до того, как успел бы приблизиться к самому Герцогу. Увидев Елену, Рейгард решил, что этот бой ничем не будет отличаться от сотен других, проведенных им с момента обретения этой силы. Он мгновенно определил в ней мастера Закона Жизни, но для него это не имело значения. В конце концов, его смерть всегда стояла выше жизни.

По крайней мере, он так думал.

Проблема была в том, что он никогда не постигал ничего даже отдаленно похожего на Запредельную Жизнь. Вместо этого он продолжал наращивать численность своего легиона и разнообразить вложенные в них концепции. В долгосрочной перспективе это было не самым плохим решением, но только не тогда, когда твоим противником выступает Елена.

Запредельная Смерть была концепцией, в корне нарушающей естественный порядок. То, что должно было поддерживать дуальность и баланс, было низвергнуто, позволяя одной стороне абсолютно подавлять другую. Честно говоря, оставался вопрос, как её прежние владельцы вообще умудрились нащупать этот путь. Не обладай Елена поддержкой титула [Дочери Пустоты], она определенно не смогла бы повторить их подвиг и, тем более, превзойти его.

Едва оказавшись лицом к лицу с Рейгардом, она увидела мчащийся на неё парад мифических чудовищ. Тень страха не коснулась её лица. Вместо этого она просто подняла руку, высвобождая энергию.

ВУУУМ!

С оглушительным гулом белесо-зеленая энергия жизни хлынула в пространство. Везде, где она касалась пустоты, звездное небо словно обретало плоть, и в нем начинали прорастать мистические растения. Сотканные из самой ткани космоса и подпитываемые жизненной силой окружающих звезд, они всё же оставались элементами жизни. Они сплетались в неразрывную цепь, делясь энергией и создавая подобие домена, но Елена не собиралась стоять на месте.

Она рванулась вперед, врезаясь в рой врагов, и её домен следовал за ней, словно верная свита. С каждым её шагом пространство расцветало новыми формами жизни, пока за её спиной не выросла собственная армия. Души Вальгаллы больше не были скованы прежними формами — они материализовались везде, где проявлялась мана Елены. Подобно призрачному воинству, служащему самой Жизни, они стали её плотью и кровью.

Именно их она бросила против армии, которой так гордился Рейгард. Десятки тысяч космических существ со странной, пульсирующей витальностью и сияющими лазурными глазами мгновенно схлестнулись с врагом. Слуги Расы валькирий черпали силу не только в могуществе Елены, но и в своей великой родословной. Елена больше не была единственной представительницей своего народа. В единстве была их сила, и Души Вальгаллы могли проявить мощь, превосходящую любые ожидания.

Первый тревожный звоночек прозвучал для Герцога, когда призраки Елены начали буквально прорубаться сквозь парад смерти. Именно тогда впервые проявилась суть Запредельной Смерти. Подобно хищникам, они вгрызались в мифических зверей, разрывая их в клочья и пожирая по кускам. С каждой поглощенной каплей крови и куском плоти их собственная сила росла. Армия Рейгарда была подавлена с того самого мига, как Елена решила действовать. Ситуация дошла до того, что в Рейгарде стало трудно признать Верховного Бога. Но он этого не замечал. Точнее — не мог заметить.

Одновременно с истреблением его войск Елена на световой скорости пронеслась мимо них, игнорируя любые боевые техники, которые пытался применить Герцог. Нравится ему это или нет, но им предстояло сойтись в личном поединке. Она не была тем противником, которого можно было удерживать на расстоянии армией призывных существ.

БУ-У-УМ!

В отличие от Роуз, чьи столкновения часто были безмолвными, сила Елены была громогласной. Яркая вспышка озарила миллионы километров, когда в её руках материализовался клинок чистой витальности. Рейгард поначалу намеревался блокировать удар, но был вынужден позорно отступить. Сила этого меча…

«Он поглощает не жизнь, а саму смерть!»

Он едва не задохнулся от ужаса, когда лезвие промелькнуло в считанных дюймах от его тела. Даже не коснувшись его, клинок умудрился слизать часть его смертоносной ауры, мгновенно ослабив его. Клочья мрачной тьмы впитывались в меч и трансформировались в чистую энергию жизни.

В тот миг Рейгард осознал, с кем столкнулся. Она не была его заклятым врагом. Нет, всё было гораздо хуже. Человек перед ним отрицал само существование смерти. Её присутствие было абсолютным антитезисом кончины.

Своим собственным путем, полностью игнорируя Существование и Несуществование, Елена стала бессмертной сущностью. Смерть боялась её. Даже собственный закон Рейгарда дрожал от первобытного страха, ощутив остроту её клинка.

Если он хотел сразиться с ней и победить, одной удачи или мастерства было мало. Чтобы уцелеть в схватке с таким монстром, ему требовалось чудо из чудес. Но как тот, кто прожил жизнь в Священной Бездне, он был уверен — чуда ему не дождаться.

И всё же он не чувствовал к Елене жгучей ненависти. Скорее, он просто хотел получить ответ от Тёмного Бога. Но почему? Зачем было призывать их на бой с таким чудовищным врагом?!