Холодный камень древних подземелий Рейнденгора впивался в спины пленников, а их оковы потрескивали от каждого движения. Сырой воздух наполнялся тихими стонами и отдаленными звуками капающей воды. Тусклый свет факелов едва пробивался сквозь решетки из темницы, отбрасывая пляшущие тени на стены, покрытые древними рунами.

Гуржик медленно приходил в себя, чувствуя, как каждая мышца его тела болит. Его шарф был порван, а на запястьях красовались темные синяки от магических оков.

"Наконец-то очнулся," — тихо произнес Артемон, сидевший напротив. — "Я уж начал думать, что ты уснул вечным сном."

"Где мы?" — спросил Гуржик хриплым голосом, с трудом поднимая голову.

"В подземельях Рейнденгора," — ответил Штефан, разглядывая древние символы на стенах.

"Кажется, я видел подобные руны в книгах отца…" — пробормотал Александр.

"Ну и влипли мы," — сказал Манакур. — "Надо же было наткнуться на эту… магическую сволочь."

"Как твое плечо?" — вежливо спросил Александр.

"Когда эти твари тащили меня сюда, думал, что окончательно оторвут его от моего измученного тела," — пробурчал Манакур.

"Тихо," — прошептал Артемон, внимательно изучая магические оковы. — "Дайте хоть минуту тишины, прошу вас."

"А какая разница? А?" — усмехнулся Манакур. — "Все равно смерть тихой поступью уже пришла за нашими душами."

Повисла томная тишина. Каждый погрузился в свои мрачные мысли.

"Эх, а я ведь так и не успел рассказать отцу о том, что я всегда хотел быть кузнецом, а не продавать мясо на людном рынке…" — угрюмо промолвил Манакур. — "Интересно, как они сейчас там? Отец, наверное, как обычно разделывает туши свиней, пока мать готовит ему постылый суп из ребрышек, а сестра читает докучные романы в своей комнате."

Душу Гуржика продолжали терзать тревожные мысли, его руки дрожали, но вопреки всему он не хотел просто так сдаваться. Он не хотел, чтобы их путь закончился так прискорбно.

Видя, как он мучается, Артемон тихо подошел к нему.

"Ведь еще не все потеряно, Гуржик, ведь так?" — промолвил маг. — "У нас еще есть шанс выбраться, но…"

"Не все потеряно… Да?" — поднял голову Гуржик. — "Не думал, что наши происки закончатся впустую…"

"Ну…" — задумчиво промолвил Штефан, подходя к ним ближе. — "Мы все еще живы."

"Не велика заслуга," — прервал торговца Манакур.

"Да послушай же ты!" — крикнул Штефан. — "У нас еще есть время перед ритуалом, нужно лишь найти способ, как унести ноги отсюда."

"Хороший план…" — пробурчал мясник.

Не выдержав гула своих товарищей, Гуржик встал и осмотрел их измученные лица, поглощенные тусклым светом факелов.

"Мы кучка неудачников и слабаков." — промолвил маг в шарфе. — "Только посмотрите на нас… Зря мы затеяли этот поход. Зря я вас тогда послушал. Зря мы вообще встретились…"

"Не говори так!" — крикнул Артемон.

"Ты всегда был слишком гордым, чтобы признать поражение." — угрюмо ответил Гуржик.

Тишина вновь воцарилась в сердцах пленников.

"Может, ты и прав." — тихо произнес Артемон. — "Но ты сам-то не устал убегать? А? Убегать от всего, что тебя окружает."

Александр нахмурил брови, смутно взглянув в свое прошлое.

"Я конечно все понимаю, но…" — начал Штефан. — "Кто предупредит народ Рондона о надвигающейся опасности? Готовы ли вы пожертвовать тысячами невинных жизней и просто так сдаться как никчемные слабаки? Или же вам действительно нравится, чтобы вас таковыми считали?"

"Нет, конечно!" — крикнул аристократ, вскочив на ноги. — "Я больше не позволю, чтобы страдали невинные!"

Его слова тронули души его товарищей и в их глазах на мгновение промелькнул свет.

"Разве ты не помнишь, что говорил тебе Мерлиндор перед твоим отъездом?" — спросил Гуржика Артемон. — "Разве твоя смерть кому-то поможет?"

Маг в шарфе ничего не ответил.

"Ну и бред…" — пробурчал Манакур как обычно.

"Ладно," — промолвил Штефан. — "Хватит ссориться. Есть у меня одна мысль. Но она вам не понравится."

"Выкладывай," — сказал Гуржик.

"Темная госпожа сильно печется за Артемона, ведь так?" — начал торговец. — "И, если он умрет до жертвоприношения, ей это не сильно понравится. А что если… Артемон притворится умирающим?"

"Это же чистое безумие," — сказал Гуржик.

"Но может сработать," — ответил Артемон.

"Тогда нам понадобится кровь Манакура," — промолвил Штефан, бросив взгляд на мясника.

"Вы чего, ребята? Может, не нужно?" — запаниковал Манакур.

Манакур не кричал, у него просто не было сил на это, когда его товарищи выдавливали кровь из его раны, образовав маленькую лужу.

"Я вас ненавижу…" — прошептал Манакур.

Артемон лег подле правой стенки, схватившись за свое плечо.

"Помогите!" — закричал он. — "Кто-нибудь!"

Остальные подыгрывали, крича о помощи, стуча по решеткам. Кроме Штефана, который расположился в левом углу комнаты на своей койке.

"Эй!" — крикнул Гуржик. — "Тут человек умирает!"

"Эй!" — крикнул он вновь. — "Ваша госпожа будет недовольна смертью одного из ее пленников!"

Через несколько минут явились двое стражников с темными секирами, выглядящих как обычные люди крупного телосложения, облаченные в капюшоны, скрывающие их лица.

"Что за шум?" — грубо спросил один из них низким голосом.

"Наш товарищ истекает кровью," — сказал с дрожащим голосом Гуржик. — "Он.."

"Отодвиньтесь от него," — приказал стражник. — "И никаких резких движений."

Все разошлись, только Штефан продолжал лежать на своей лежанке.

Стражники осторожно вошли внутрь, подойдя к Артемону.

"Покажи рану," — приказал стражник.

В этот момент Штефан резко вскочил с лежанки и схватил стража за горло, пока остальные схватили второго.

Стражи хотели было позвать подмогу, но пришлось лишить их жизни прежде, чем они смогли это сделать.

Обыскав их, пленники нашли ключи на поясе у одного из стражников, но ключ не подошел к их оковам.

"Что же нам теперь делать?" — тревожно крикнул Александр. — "Мы все умрем!"

"Тихо," — попытался успокоить его Штефан. — "Для начала нужно раздобыть Айксателию."

"Кажется, я видел, где ее оставили…" — вспомнил Артемон. — "Когда нас тащили сюда, я заметил оружейную перед входом в темницу."

"А как мы туда доберемся в этих оковах?" — спросил Гуржик.

"И что нам делать с Манакуром?" — добавил Александр.

"Сначала мы должны добраться до Айксателии," — ответил Штефан. — "Осторожно и тихо. А что касается Манакура… То я понесу его."

"Ладно…" — прошептал Манакур.

"Что ты имеешь в виду?" — не понял Александр.

"Айксателия — единственное оружие, что может разрубить эти оковы," — ответил Артемон. — "Нам больше ничего не поможет их снять."

Все безмолвно согласились на предложенный план, осторожно выбравшись из темницы, ведь коридоры, на удивление, были пусты.

Артемон шел первым, ибо он считал себя самым внимательным из них.

"Тихо," — прошептал Артемон, проверив проход в оружейную. — "Помедленнее."

Подъем наверх дался им нелегко.

"Стойте. Там оружейная," — указал Артемон на массивную дверь в конце коридора.

"Но там стражник," — заметил Гуржик.

"Я отвлеку его," — сказал Артемон. — "У кого-нибудь есть…."

"Тихо," — прошептал Штефан, прекратив разговоры товарищей.

Стражник медленно направился в их сторону.

"Я здесь!" — крикнул ему Артемон, выбегая из-за угла, направившись в противоположное направление.

Все сразу поняли, что делать, когда стражник отправился в погоню за магом.

Они быстро проскользнули к двери. К счастью, она оказалась открыта.

Внутри стены были увешаны оружием. И там, на почетном месте, красовалась Айксателия.

Как только пальцы Штефана коснулись рукояти секиры, по его телу пробежала волна силы.

"Ну была не была," — тихо произнес он.

Торговец грозно поднял оружие и точным ударом смог разрубить оковы Гуржика.

"Спасибо," — промолвил Гуржик, рассматривая синяки на запястьях.

Магические оковы рассыпались в пыль для тех, кто был в оружейной.

"Нужно помочь Артемону!" — сказал Гуржик.

"Нужно," — ответил Штефан. — "Но где он?"

"А что если его уже схватили?" — тихо произнес Александр. — "А что если стражник поднял тревогу?"

"Тогда…" — ответил торговец. — "Берите оружие. Оно нам будет кстати."

Гуржик и Александр схватились за двуручные мечи с непонятной гравировкой, что лежали подле них.

Они направились вперед по коридору, следуя маршруту Артемона.

Блуждая в пологих коридорах, они поняли, что их опасения подтвердились: Артемона схватили, пытаясь выяснить, где остальные.

"Стойте," — промолвил Штефан. — "Там стражники. Слишком много стражников."

"Там Артемон!" — заметил Гуржик.

"И шесть стражников подле него…" — промолвил Штефан.

"Где остальные!" — крикнул стражник, подойдя к Артемону.

"Не знаю," — ответил он измученным голосом.

"Врешь, падаль!" — крикнул стражник еще раз, ударив мага по лицу. — "Отвечай! А то я тебе башку проломлю!"

Артемон ответил смиренным молчанием в надежде на спасение, что было недалеко от него.

Стражник ударил его еще раз.

Гуржик сжал кулаки, готовясь на рискованный шаг.

"Мы не можем просто стоять и смотреть," — со злостью произнес маг в шарфе.

"А нам и не придется," — ответил Штефан, аккуратно положив на пол Манакура, который был без сознания.

Торговец крепко сжал Айксателию, ощущая прилив сил по всему телу. В его глазах пробежала искра ярости, пока его волосы засияли в тусклом свете факелов.

"За дело," — прошептал он, обернувшись к своим товарищам, и ринулся в бой с нечеловеческой скоростью.

Айксателия засияла золотистым светом, рассекая воздух с нечеловеческой скоростью. Первый удар разрубил ближайшего стража пополам прежде, чем тот успел понять, что происходит.

"Засада!" — крикнул страж с булавой, но его голос потонул в грохоте битвы.

Гуржик и Александр ринулись следом за Штефаном. Маг в шарфе вскинул руки и из его ладоней вырвались потоки ледяного пламени, окутывающие двух стражей морозным коконом.

Александр сражался с яростью человека, который слишком долго бежал от своих обязанностей. Его меч пел смертельную песню, отражая удары и нанося точные выпады. Кровь павшего короля, казалось, проснулась в его венах, направляя каждое движение.

Айксателия в руках Штефана двигалась с невероятной легкостью, предугадывая каждую атаку стражников. Божественная секира рубила доспехи и оружие противников, оставляя лишь груды окровавленного металла.

"Невозможно!" — закричал один из стражей, видя, как его товарищи падают один за другим.

На шум сбежалось еще несколько стражей. Увидев, как разрубленные тела их товарищей лежали в лужах крови, они с неистовой яростью бросились в бой. На что Штефан лишь усмехнулся.

Айксателия в неимоверном танце смерти сносила одну голову за другой, которые катились по каменному полу.

"Может, ты освободишь меня?" — крикнул Штефану Артемон.

"Извини, немного увлекся," — ответил торговец, разрубив оковы.

И, воспользовавшись суматохой, Артемон сорвался на новоприбывших стражников. Его руки светились магической энергией, а глаза пылали решимостью.

Огонь с небес, вызванный магом в мантии, превратил четырех стражников подле него в черный пепел.

"У них силы хоть отбавляй," — задыхаясь от усталости, сказал Александр Гуржику.

Гуржик безмолвно кивнул.

Битва, точнее истребление, продолжалась еще некоторое время, пока последняя голова не была снесена с плеч.

Обессиленные после битвы, они поняли, что нужно уносить ноги как можно скорее. Они забрали Манакура и отправились на поиски выхода из подземелья.

Они побежали по узкому проходу, волоча Манакура между собой. Каждый шаг давался с огромным трудом, а за спиной уже слышались крики преследователей.

"Там они!" — раздался крик. — "За ними!"

"Левее," — задыхаясь, сказал Артемон. — "Там лестница вниз."

Они свернули в боковой коридор и увидели каменные ступени, ведущие в темноту.

Достигнув дна лестницы, они обнаружили узкий проход, едва освещенный редкими факелами. Они прошли по этому туннелю дальше настолько, насколько позволила их выносливость.

Наконец, все четверо рухнули рядом, облокотившись на каменистую стену, аккуратно положив раненого товарища.

"Кажется, они потеряли наш след," — промолвил Артемон, прислушиваясь к звукам пустоты.

"Ненадолго," — ответил Штефан. — "Нам нужно поскорее уходить отсюда."

"Дай хоть дух перевести!" — крикнул Александр, тяжело дыша.

Он мечтал сейчас лишь о сытном обеде — жареный ягненок под острым соусом, что обычно готовила его мать, когда он возвращался вечером домой.

Остальные ни о чем не могли думать в тот момент, они просто замерли, переводя дух.

Через некоторое время они двинулись дальше. Они поднимались вверх по туннелю, где их ждал холодный свет солнца.

Первым наружу поднялся Артемон, вдохнув свежий воздух земель Рейнденгора, а затем и все остальные.

Выбравшись из подземного лабиринта, они оказались среди руин некогда великого города. Разрушенные башни тянулись к небу, словно каменные пальцы, а обломки мостов и зданий были разбросаны повсюду, создавая мрачный пейзаж запустения.

"Где мы?" — спросил Гуржик.

"Мы в Рейнденгоре, друг мой," — ответил Александр.