— Часть 1 —

Улицы, по которым мы ехали до бургерной, были полупустыми. Не то что люди не ходят, даже машины практически не ездят. Для перенаселенной Токивы это что-то новое. Когда приехали в само заведение, Рэйна попросила достать тот самый паспорт, который дал Вольфганг. В нем стоит печать, подтверждающая, что мне сделали прививку от вируса. Тогда же я и допер, что все это хрень липовая. Не понимаю лишь, с какой целью сделанная. Походу, догадался не только я, иначе люди бы массово делали прививки, а не сидели дома, как сейчас.

Помимо нас и работников, в ресторане сидело еще человек пять. И на секундочку, мы находимся в центре города.

По стройной фигуре Рэйны не скажешь, но жрет она как не в себя. Девушка не ест бургеры по очереди, предпочитая откусывать сразу от нескольких. С набитым ртом та заедает наггетсами и картошкой фри, которую поочередно макает в три соуса. И если бы этим все ограничивалось, я бы еще смог это принять. Но зачем макать наггетсы в шоколадное мороженое — не совсем понятно.

— Ешь! Ешь! — с набитым ртом говорила девушка, указывая на мой бургер пальцем. — Или я заберу его!

Как и думал… Мои впалые щеки не особо заботят девушку.

— Прости, но я предпочитаю есть не как изголодавшаяся свинья, — сделав первый укус, ответил я.

— Это ты на что намекаешь?! — запив все фантой, и легонько ударив по столу, спросила Рэйна.

Намекаю? Я вроде открыто сказал.

— У меня весь аппетит пропал, пока смотрел, как ты жрешь…

— Бред-то не неси. Дело ведь наверняка в этой отвратной музыке.

Чем же ей так не угодила радиоволна, которую крутят в этой забегаловке?

— И вообще, я не жру, а ем. Понял? Никаких манер… — недовольно фыркнула девушка, а затем снова макнула картошку фри в мороженое.

Я забрал его и начал есть сам, ведь смотреть на это безобразие становилось невыносимо. Пришлось почти сразу же выплюнуть содержимое, так как ранее не учел, что мороженое успело смешаться с тремя соусами. Отвратительно…

Девушка засмеялась и с улыбкой произнесла:

— Можно ли считать это за непрямой поцелуй?

— С хрена ли? — вытирая рот салфеткой, удивился я.

— В мороженое наверняка попали мои слюни.

— Обязательно придавать этому такой странный контекст?

— Конечно. У меня вообще-то парень есть, и он вряд ли обрадуется, узнав что кто-то насильно поцеловал его девушку.

Оставив бредятину девушки без ответа, я продолжил есть, попутно листая Инстаграм.

Как много личных сообщений… Чтобы ответить на все, уйдет дня три, если не больше, ведь подписчики продолжают мне писать даже в эту секунду.

— Перед тобой сидит такая красавица, а ты в экран залипаешь? — макнув палец в кетчуп, Рэйна коснулась моего носа.

— У красавицы есть парень, — отмахнулся я, после чего вытер нос.

— Ничего себе, как ты быстро переменился. Прямо-таки джентльмен или я бы даже сказала рыцарь! — уставившись на меня, девушка продолжает нести какую-то несуразицу. — Ты общаешься только со свободными девушками? Типа, с такими у тебя есть шанс?

Кажется, я начинаю понемногу понимать ее характер. Она, похоже, не может без чужого внимания, а оттого и характер такой чудной. Не удивлюсь, если никакого парня у нее нет. А если есть, тогда у этого чувака стальные нервы.

— Интересно, как поведет себя рыцарь, когда узнает, что ему придется спать со мной в одной комнате? — приставив руку к подбородку, девушка как бы говорила эти слова в пустоту.

Когда услышал это, еда стала комом в горле, и я начал кашлять.

— Чего-чего?!

— Ха-ха-ха-ха! Чему ты так удивляешься? Я твой телохранитель и менеджер. Это естественно, что я буду с тобой рядом 24 на 7. По крайней мере, в ближайшие пару дней.

Рэйна еще и телохранитель? То есть драться умеет? Наверное, батек ее поднатаскал, и она тоже вступила в организацию… Это многое объясняет. Статус менеджера лишь прикрытие. Нет, конечно, девушка договорится о важных встречах, отвезет меня на съемки, купит новую одежду, оплатит еду и даже приютит у себя дома. Но в первую очередь, она здесь, чтобы контролировать каждый мой шаг. Удивляться нечему. Я лишился права выбора еще в первый день… Но немного бесит, что они не называют вещи своими именами. Какой из нее менеджер? Уж лучше называть палачом, что ждет, когда оступлюсь… В целом, то же можно сказать и о ситуации с Вольфгангом. В их доме мне и вправду хорошо, но рано или поздно подобная повседневность приестся, и я могу захотеть перемен. Вот только никто не даст мне права что-либо менять.

— Часть 2 —

Мы поехали за одеждой сразу после того, как поели. Меня пригласили на крутое мероприятие с большими шишками. До него осталось всего три дня, так что нужно подобрать стильный прикид заранее. Рэйна говорит, для того, чтобы не упасть в грязь лицом, нужно идти в смокинге.

В дороге я продолжил думать о своем положении.

В данный момент я имею ценность для АПП, и этим надо как-то воспользоваться, чтобы улучшить свое положение. Но мне не хватает мозгов, чтобы понять, как и к чему именно нужно стремиться. Они же вряд ли дадут мне полную свободу, даже учитывая мой статус звезды…

— А что со мной будет после съемок? — открыто спросил я у Рэйны.

Во время телефонного разговора с Вольфгангом я изъявил желание продолжать работу под его крылом. Но если так посудить, это вообще реально? Моя популярность продолжает расти в геометрической прогрессии. Счетчик подписчиков приближается к пятистам тысячам. Когда закончится карантин, мне на улицах прохода не дадут. Работать агентом в таких условиях попросту невозможно.

— Пока неизвестно. Но ты останешься в организации, можешь в этом не сомневаться.

Естественно… Найдут мне другое применение. Пока внутри меня сидит дьявол, путь на свободу закрыт.

— А ты ведь и сама агент?

— Вроде того.

Нормально ответить слишком тяжело для нее?

— Ты маг или, как и я, заключила контракт с дьяволом?

— Второе.

— Может, ты знаешь, существует ли вариант расторгнуть контракт?

— Естественно, существует.

— И какой же? — получив прилив энергии от подобных слов, я уставился на девушку.

— Смерть, — хладнокровно ответила Рэйна.

— И все? — с поникшим видом уточнил я.

— И все.

Цокнув языком, я снова распластался на задних сиденьях.

— Ты вообще ничего не знаешь о дьяволах, да? — спросила девушка.

— Наверное, мне должны были рассказать о них подробнее на подготовке. Но вместо этого я еду на съемки низкосортной срани.

Или об этом Кирке мне тоже рассказывала? Черт, я вообще ее не слушал в тот раз!

— Ну, хотя бы об условии своего контракта тебе известно?

— Нет.

— Правда, что ли?! — девушка резко повернулась ко мне.

— Какой мне смысл врать?

После того как машину слегка повело влево, я выкрикнул:

— Эй, за дорогой следи!

Хотя других машин на ней практически нет, все равно опасно.

— Заключил контракт, даже не зная условия. Ну и чудик же ты, ха-ха-ха!

— Эт типа очень плохо?

— Нет. Просто забавно.

— Для чего оно тогда нужно?

— Чтобы заключать контракты, очевидно.

— А подробнее?

— Условие создается предыдущим хозяином дьявола. За основу берется поступок, что идет наперекор сущности человека. Другими словами, это момент, который запоминается как наихудшее, что ты делал в жизни. Но главное, чтобы человек сам так считал. Следующим хозяином дьявола может стать лишь тот, кто повторит подобный поступок.

— А если новый хозяин поступит еще хуже, чем предыдущий? Он создаст новое условие?

— Именно так. Благодаря этому, мы можем бороться с ними.

— В каком плане?

— Раньше единственным способом избавиться от дьявола было заточение их сущности в оружие. Но даже так были случаи, когда дьяволам удавалось освободиться. Сейчас же агенты могут отправлять дьяволов в забвение, навсегда позабыв о их существовании. Догадываешься каким образом?

— Не особо…

— Нужно придать условию специфику. К примеру, представь, что обладатель дьявола случайно сбил детей на пешеходном переходе. Это становится его худшим поступком, о котором тот будет помнить до конца своих дней. Эти дети были для него никем, а потому и условие повторить не так уж трудно. Но представь, если он сбил детей своего лучшего друга Коула, с которым тот с детства ходил в одну школу. В условии он будет значиться не как лучший друг, а как Коул, единственный и неповторимый. Поэтому никто не сможет повторить условие, и дьявол отправляется в небытие.

— Погоди… Вы че в агентстве реально давите детей друг друга ради подобного? — пребывая в шоке, спросил я.

— Нет конечно! Это был всего лишь пример из головы! Важно понимать, что человек способен сам контролировать условие. Агенты же умеют делать это осознанно, с помощью силы самовнушения.

— Это что получается, даже если чувак грохнет сотню невинных людей за раз, он все равно может внушить себе, что его худшим поступком было, когда он в десять лет силой отобрал карандаш у одноклассницы Веры? — уточнил я.

— Да.

— Бред, — кратко ответил я.

— Согласна. Но благодаря этой лазейке мы можем бороться с ними.

На какое-то время наступила тишина. Заметив мое задумчивое лицо, девушка спросила:

— Ну что, есть идеи, какое условие ты выполнил?

— Я подцепил дьявола в борделе. Предыдущий владелец был агентом и выполнял там задание. Так как у него была семья, возможно, для него это стало самым худшим поступком.

С другой стороны, можно ли считать сам поход в бордель как наихудшее событие в жизни? Секс с проституткой не мог стать условием, ведь у нас с ней ничего не было. Может касания? Тоже странно… Вполне возможно, есть что-то другое.

После моих слов девушка неожиданно замолкла, ну а я продолжил размышлять в тишине. В голове всплыл силуэт Джины. Что если я случайно создам условие, из-за которого она никогда не сможет найти нового хозяина. Или, может, я уже его создал? Мне бы не хотелось, чтобы с ней такое произошло.

— Как считаешь, дьяволы реально заслуживают забвения? — спросил я.

— Определенно.

— И нет среди них хороших?

— Нет, — коротко ответила Рэйна. — Есть лишь те, кого мы можем использовать.

— Часть 3 —

Когда мы выбирали смокинг, я не мог отделаться от мысли, что пиджак хреново на мне смотрится. Рубашка, галстук, брюки и даже туфли — все к лицу. Но вот пиджак явно лишняя деталь образа. Причем я перепробовал разные цвета, но в большинстве случаев выглядел как клоун или мафиозник.

— Попробуй вот этот, — отдав мне пиджак в клеточку, Рэйна отошла подальше. — Давай.

Я пошел по пустому магазину, словно модель по подиуму. Моим единственным зрителем была темнокожая девушка. Продавцы решили не смотреть на этот позор. Но вот Рэйна поддерживает аплодисментами. Ее энтузиазм заразителен. Приходится корчить серьезное модельное лицо. Каждый раз когда смотрю в зеркала на стенах, ловлю себя на мысли: «Что это за красавчик?».

В итоге мне так и не удалось выбрать идеальный пиджак, так что пришлось остановиться на классическом варианте.

Так, ну а теперь наряд выбирает мой менеджер. Мы поменялись местами, и уже мне нужно оценивать ее платья. Я отказывался, но она настояла.

— Если расскажешь об этом парню, вы расстанетесь, — заявил я, хлопая в ладоши.

— С чего вдруг? — красуясь на «подиуме», спросила она.

— Потому что ты светишь передо мной нижним бельем.

Половина платьев, что она меряет, прозрачные. Естественно, я все вижу.

— Тогда это станет нашим маленьким секретом. Как и то, что я видела твои трусы.

— Ага.

Вспоминать об этом было не обязательно…

В итоге девушка остановилась на длинном, полупрозрачном платье бежевого цвета с блестками в районе груди. Ну и куда же без новой сумочки?

— Часть 4 —

По дороге мы заехали еще и в парикмахерскую. Мне лишь немного подровняли волосы и сбрили щетину. Я считаю, можно было и оставить, раз уж мне придется играть злодея. Как будто больше подходило образу.

Тем более локация, где обитает мой персонаж по сюжету… как бы сказать… не слишком ей подходит такой вылизанный внешний вид, как у меня. В общем, первая серия будет сниматься в канализации Токивы. Мы как раз приехали в заброшенное депо метрополитена и отсюда, через каналы, направимся на съемки. Остальная команда уже ждет нас. Неудивительно, что они в сборе, ведь мне нужно сняться лишь в заключительной сцене первой серии. Пока мы ездили по городу, ребята работали.

Но я все равно не понимаю, почему мы собрались снимать именно ночью. Разве нельзя было отдохнуть и перенести все на завтра? По дороге до сюда Рэйна рассказала некоторые подробности о канализации. По сути, она находится между нижней и верхней Токивой. В этом месте издавна не действуют никакие законы, поэтому большинство преступников и дьяволов скрываются именно там. Соваться в такое место среди ночи — отвратительная идея. Но среди нас полно агентов, способных постоять за себя. А еще… с нами есть лев.

Он стоял у машин с оборудованием. Я увидел зверя в тот момент, как он разговаривал со съемочной командой, так что нас он еще не успел заметить.

В тот миг я замер на месте. Коленки затряслись… хотя нет, задрожала лишь одна нога, ведь после боя с ним второй не осталось.

Из-за страха зубы непроизвольно забились друг о друга, дыхание участилось, а в голове всплыли моменты нашего боя. Как он ломал мне кости, как разрывал кожу и как пожирал заживо. И теперь он стоит здесь как ни в чем не бывало… Мне нужно будет с ним работать… Я знал об этом, и мне казалось, что справлюсь. Но тело не слушается… Не могу и шага сделать в их сторону.

По сюжету нам еще и драться нужно будет? Да ни за что в жизни!

— Что с тобой? — прошедшая немного вперед Рэйна обернулась на меня.

— Я не смогу… — все что остается — прятать взгляд.

— Можешь или нет, неважно. Ты обязан это сделать, — с долей сомнения на лице заявила девушка.

— Ха-ха, — из меня вырвался легкий смешок. — Ясно.

Подняв голову, я снова взглянул страху в лицо. Причем буквально, ведь зверь уже успел подойти к нам. Скорчив рожу, полную гнева, я уставился на него. В ответ тот недовольно фыркнул, а затем взглянул на мою ногу. За штаниной не видно, но он наверняка чувствует неестественный запах металла, исходящий от меня.

— Мое имя Маркиз, — протягивая лапу, сказал он. — Приятно познакомиться.

В голове сразу же всплыла картина, как он ломает мою кисть.

— Экки, — я прошел мимо без рукопожатия.

— А вот и вторая звезда, — мне навстречу идет тип в очках и с козлиной бородкой. Он также протягивает руку, но отказывать ему у меня нет причин. — Я Эдди, один из режиссеров.

— Я Экки, приятно познакомиться.

Дальше меня представили остальной съемочной группе и объяснили роль. В целом, даже реплик сложных нет. В конце концов, мы снимаем не для телека.

Сюжет мини-сериала прост, ведь основан на прайдийской детской сказке. Леонард, человекоподобный лев, а также принц Прайдии, направляется в большой город по приказу отца. Ранее львы жили в гармонии с людьми, и король хочет снова наладить отношения с ними. Для этого Леонарду необходимо узнать о соседях больше. Впоследствии юному принцу открывается ужасная правда. Встретившись с реальностью городской жизни, он обнаруживает, что темные духи давно украли сердца людей, превратив тех в злобных существ. Леонард решает помочь соседям, но для этого сперва ему нужно узнать, откуда взялись духи. Главный злодей — Азраил, темный дух, сидящий в глубинах города, постоянно вставляет льву палки в колеса, посылая своих приспешников. Всего их будет восемь, и мне выпала честь сыграть восьмого, слабейшего из них.

Узнав о незначительности роли, я прямо-таки обрадовался.

Так как режиссерам пришлось отталкиваться от нашей с Маркизом драки, он решил адаптировать историю по взрослому, с добавлением разной жести. Похоже, по этой же причине с нами медсестра. Травм при исполнении трюков не избежать.

— Часть 5 —

Пока нас с Маркизом гримировали, остальная команда ушла на площадку, так что к тому времени, как мы закончили, освещение уже было установлено. Камеры и микрофоны также готовы к работе.

Я боялся, что здесь будет ужасно вонять, но им каким-то образом удалось избавиться от всех неприятных запахов. Вот бы еще использованные шприцы из-под ног убрали… Видимо, нужно для антуража.

Второй режиссер стоит у мониторов, наблюдая за последними приготовлениями. Выглядит он как уголовник, и этот шарфик вокруг шеи не спасает его образ. Взгляд у лысого острый, но вот голос спокойный. Его зовут Кузар, и он ответственен за съемку боевых сцен. Козлобородый, в свою очередь, снимает сюжетные сцены.

Мы снимали сцены с диалогами куда больше, чем я рассчитывал. Где-то за два часа управились. Даже несмотря на то, что мы явно не актеры, у очкарика к нам большой спрос, поэтому дублей было за сотню. Но даже так, основной изюминкой сериала являются драки.

Поэтому как только лысый режиссер сел в кресло, он без особых эмоций сказал:

— Деритесь.

— Разве мы не должны перейти к сражению завтра? — уточнила Рэйна. — Ребята все еще не знакомы с хореографией.

— Хореографией? Она здесь не нужна. Просто деритесь, — снова взглянув на нас, сказал он.

— По-настоящему, что ли? — спросил я с нервной улыбкой на лице.

— А как еще? Мне сказали, что раны на тебе заживают как на собаке, так что ничего страшного.

Моя регенерация ничем не отличается от остальных обладателей дьявола. Если бы способность Джины была как-то связана с этим, я бы еще, возможно, понял такое отношение.

— Это какая-то ошибка, — кидая взгляд то на меня, то на режиссера, говорила Рэйна.

— Можешь перечитать контракт, — продолжал стоять на своем лысый.

Девушка осталась недовольна таким ответом и, похоже, отошла, чтобы позвонить отцу.

Чего она так нервничает… Волноваться здесь нужно лишь мне. Все остальные из съемочной группы тоже не особо рады, но боятся вставить слово.

— Вы же и сами понимаете, из-за чего стали популярными? После того перформанса, что вы показали в парке развлечений, зрители не купятся на фальшь. Чтобы добиться успеха, нужно делать все по-настоящему! — встав с кресла, сказал чувак в шарфе.

Мы молчаливо переглядывались со львом. Уверен, не под наркотой он может быть хорошим мужиком, но мне от того не легче. Я до сих пор не могу унять дрожь рядом с ним и изо всех сил стараюсь скрывать это. Если мы будем сражаться по серьезке, у меня нет ни единого шанса. По сюжету я как бы и не должен победить, но и грушей для битья быть не должен.

В принципе, я понял ситуацию. Этот петушара вряд ли является настоящим режиссером. Скорее очередной засланный казачок из АПП, которому поручили любой ценой разобраться с возникшей проблемой в виде общественного резонанса вокруг меня и Маркиза.

Судя по поникшему виду Рэйны, она тоже это поняла. А возможно, Казакан открыто рассказал ей об этом.

— Я понял твою идею. Но у тебя дальше по сюжету еще семь… а не, восемь злодеев. Думаешь, усатый даст тебе столько игрушек, над которыми можно издеваться?

— Господин Казакан уже дал все необходимые разрешения. Как ты думаешь, зачем мы пришли в канализацию?

Господин… Мои опасения подтвердились.

Я снова взглянул на льва. Так значит, сразу после меня он на полном серьезе пойдет убивать обдолбанных нариков? И они хотят выдать реальные убийства за фикцию? А не за гранью ли это? Или я что-то неправильно понял?

— В любом случае, сперва нам нужно отснять сцены с тобой. Так что хватит болтать, — сказал режиссер.

Ничего не поделать…

— Будем махаться? — бесстрашно спросил я у Маркиза, скрывая таящийся в сердце ужас.

— У нас не то чтобы есть выбор, — смотря в сторону, ответил кошара.

Понимаю.

— Я не согласна! — в очередной раз возразила мой менеджер.

— Камеры готовы? — игнорируя девушку, режиссер осмотрелся по сторонам. — Начали! — как только он стукнул черно-белой хренью, пошла запись.

Лев стал на четвереньки и попер в мою сторону. Я принял дьявольскую форму, но то ли из-за страха, то ли из-за отсутствия Джины, мое тело перестало двигаться как раньше. Я больше не мог увернуться, защититься и ударить в ответ. Все словно вернулось к моменту, когда я был обычным человеком. Очевидно, из-за этого я превратился в тряпичную куклу для кота. Видно, что он сдерживается, ведь в его ударах не так много силы, как было в парке, но в любом случае нужно учитывать разницу в размерах и расах. Я использую энергию, чтобы укреплять тело, но этого недостаточно. У меня не получается дать сдачи.

Камеры выключились, и режиссер подошел ко мне, корчащемуся от боли на земле.

— Что это за хрень? Ты бить в ответ собираешься?

— Тело еще не до конца восстановилось… Но я попробую…

— О таком обычно заранее предупреждают!

— Я же сказала вам, что не согласна! — возразила девушка.

— Да мне по боку, согласна ты или нет! Речь о другом! — в порыве злости лысый снял шарф и бросил на землю. — Ах… сранные сопляки. Плевать, перепишу сценарий. Маркиз, можешь делать с ним что хочешь, — махнув на меня рукой, мужик уселся обратно в кресло.

Избиение продолжилось. Принц зверски царапал меня, бил и кидал из стороны в сторону. Каждый раз, как мы отдалялись от камер, им приходилось останавливать дубль и двигать все оборудование. Что же было со мной в этот момент? В кадре я терпел и даже пытался оказывать какое-никакое сопротивление, но выглядело это жалко. В паузах же сил терпеть не оставалось, так что я стонал и кричал от боли, истекая кровью. Они даже не удосужились оказать мне первую помощь, ведь сперва нужно было доснять бой.

Это же сюр… Почему это вообще происходит?

Почему?

Почему… я оказался здесь, — вытирая пот, кровь и слезы, думал я.

В итоге нам так и не удалось снять достойный бой. До самого конца съемок я исполнял роль тряпичной куклы. Раны не сравнимы с теми, что я получил против принца в реальном бою, но от этого не легче, ведь тело в любом случае изувечено до неузнаваемости. Снова…

В конце, когда я уже лежал на носилках, ко мне подошел Маркиз. Он был немногословен:

— Ваши сердца и вправду украли темные духи, — сказал лев, после чего пошел к съемочной группе, которая продолжила двигаться вглубь канализации для последующих съемок.

Как только медсестра из агентства обработала раны, Рэйна увезла меня в ближайший мотель, где нам и предстоит провести последующие три дня. Мне нужно успеть восстановиться перед важным мероприятием. Пока лежал с температурой в бреду, у меня родился план. Для его исполнения мне обязательно нужно попасть на встречу с большими шишками.

Хватит с меня этих игр.