— Часть 1 —

Медленно открыв глаза, я почувствовал тупую боль в боку. Мир вокруг кажется размытым, но постепенно обретает четкие очертания. Я лежу на одноместной кровати с белым постельным бельем, что слегка пахнет свежей стиркой. Пытаясь собраться с мыслями, я огляделся вокруг. На другом конце комнаты стоит старый, немного потертый комод, на котором располагается пузатый телевизор. Свет уличных фонарей мягко проникает сквозь занавески окон, придавая комнате таинственный и спокойный вид.

На маленьком столике в углу мерцает лампа, и это понемногу выводит меня из себя. Я попытался встать, чтобы выключить ее, но из-за резкой боли в ребрах это не так уж и просто провернуть.

Собравшись с силами, мне все же удалось это сделать, после чего я направился в ванную комнату, почесывая плечо. Увидев отражение измученного лица в зеркале, возникла лишь одна мысль: «Как же все надоело».

Слева от умывальника висит полка, на которой в ряд стоят миниатюрные флаконы с шампунем, жидким мылом и зубной пастой. По правую же сторону находятся аккуратно сложенные белые полотенца.

Распаковав зубную щетку и выдавив на ту пасту, я вышел обратно в комнату, параллельно чистя зубы. Кондиционер тихо шумит, придавая пространству уют. Несмотря на простоту и некоторые потертости, комната чистая и аккуратная. Но этого нельзя сказать о кровати моей соседки. Одежда валяется прямо на ней, хотя в углу есть специальная стойка с вешалками.

Глубоко вдохнув носом, мне удалось уловить едва заметный аромат кофейных зерен. Вероятнее всего, из кафешки на первом этаже. Такие в каждом мотеле есть. Но есть и еще какой-то до боли знакомый запах. Он исходит из урны в ванной. Запах трудно назвать приятным, а потому и проверять не хочу.

Если честно, я слабо помню последние два дня, ведь все время лежал в бреду. В памяти всплывают лишь обрывки, когда Рэйна возвращается в номер и, громко хлопая дверью, будит меня. В этом нет ее вины, вроде как, из-за дефекта по-другому ту и не закрыть. Походу, девушке не выделили денег на нормальный отель. Либо же в нормальные места не пускают калек в полумертвом состоянии. Мне, в принципе, плевать. Это наименьшее, на что я могу жаловаться в данный момент. Мотель на краю города явно не самое худшее место в мире.

Выйдя из номера, я ощутил ночную прохладу. Воздух свежий, наполнен ароматом моросящего дождя. Стиснув зубы, пришлось надеть кофту, чтобы не замерзнуть.

На дворе стоит такая тишина, что я могу услышать звук телевизора, работающего в кафешке. Так как мотель расположен вдоль трассы, в обычное время здесь не сыскать покоя из-за шума машин. Складывается впечатление, будто я не в столице, а в какой-то деревне. Если бы не ночные огни Токивы, которые видно даже отсюда, наверняка, так бы и подумал.

Спустившись со второго этажа, я зашел в главное здание, минуя при этом заправочные колонки. Это место одновременно кафе, магазин и стойка регистрации. Внутри сидело всего три человека, не включая пожилой женщины за прилавком.

Два мужика, похожих на байкеров, обернулись на меня, после чего продолжили есть спагетти. Я же сел за столик к Рэйне, что помешивала кофе.

— Раны и вправду заживают на тебе как на собаке, — вот такой фразой меня решила поприветствовать менеджер.

— Ага…

— Что будешь?

— В плане?

— Из еды, — Рэйна посмотрела на пожилую женщину.

— А… хз… Че у них тут вкусного есть?

— Если честно, здесь все не очень.

— Тогда плевать. Можешь сама выбрать… — уткнувшись лбом о стол, ответил я. Сидеть ровно больно.

— Тогда бургеры с колой, — сделав глоток, сказала Рэйна, после чего старушка пошла готовить.

— Как там съемки? — поинтересовался я.

— Закончились. Примерно три часа назад. Теперь остается только постпродакшн.

— А серия со мной вышла?

— Да. Хочешь посмотреть? Сейчас, — девушка полезла в сумочку и достала оттуда бумажку. — Это пароль от местного вайфая.

Подключившись к интернету, я сразу же залез в Ютуб. На первой серии нашего сериала уже одиннадцать миллионов просмотров.

Это так тупо…

Вместе с этой мыслью, я открыл Инстаграм. Рядом с моим профилем стоит галочка. Но ее цвет красный, что означает, количество подписчиков перевалило за миллион.

Это вызвало легкую улыбку, но внутри… По правде говоря, внутри я почти ничего не чувствую.

Открыв профиль Киры, я узнал, что девушка удалила все записи. Это как-то связано с теми обысками в ее квартире? Неужели она на полном серьезе вляпалась во что-то?

Если я напишу ей, она ответит? Может, сейчас не лучший момент? У нее и так куча проблем…

Мне ведь все равно не дадут с ней встретиться…

Но… Кира моя цель… Если я, подобравшись так близко, не могу сделать последний шаг, в чем тогда вообще был смысл?

«Привет, это я, Экки. Можем встретиться?», — заглушив все мысли, я дал волю рукам. Так и родилось это сообщение, после которого я сразу убрал телефон в карман.

Словно вернувшись в реальный мир, я заметил, что тарелка с бургерами уже стоит передо мной. Рэйна же открывает стеклянную бутылку колы специальной открывашкой, которую ей дала старушка.

— Ты долго еще будешь сидеть? Иди уже в номер… — смотря на зубную щетку в моем рту, спросила девушка.

Я отложил ее и, сглотнув все, что было во рту, приступил к бургерам.

— Фу… Ну и мерзость, — сказала она.

— Похрен, — сказал я, запивая колой.

Увидев, как я жру, у Рэйны, походу, тоже взыграл аппетит, так что девушка заказала чизкейк к кофе. Пока ели, молча смотрели новости по телевизору, висящему в углу. Но куда интереснее был разговор байкеров. Из-за обострившихся чувств мне слышно их даже отсюда. В общем, они говорили о каком-то митинге, что должен пройти на днях. Видимо, люди недовольны всей этой ситуацией с вирусом и перекрытыми границами.

— Часть 2 —

Спустя двадцать четыре часа, серия со мной набрала еще девять миллионов просмотров. В сети все обсуждают эту хрень. Я читал комментарии, но так и не смог понять, что конкретно нравится людям в сериале. Такое ощущение, будто большинство привлекает сам факт популярности сериала. Разве это не глупо?

Ну да ладно. Благодаря дуракам я впритык подобрался к своей мечте. Теперь лишь осталось вырваться из цепей, и в этом должна помочь встреча с богатыми ребятами. План прост: нужно подлизаться к кому-то. Заполучу влиятельного покровителя, и Агентство ничего не сможет мне сделать.

Мы приехали в аэропорт на окраине города. Здесь уже стоял величественный дирижабль, готовый подняться в ночное небо. Рэйна держала этот факт в секрете, чтобы я удивился. Что же, видимо, не зря, ведь я реально охренел, когда понял, что проведу вечер в небесах с элитой. Еще час назад я ершиком задрипанную парашу в мотеле чистил… Да уж… Последнее время жизнь слишком часто играет на контрастах.

Выйдя из авто, мы направились к платформе, где уже собрались другие гости в окружении охраны. Дирижабль перед нами выглядит впечатляюще. Он огромен, с массивным серебристым корпусом, что переливается в лунном свете. Яркие огни подсвечивают его бок, но вместе с тем ударяют мне в лицо. Вход в громадину оформлен как парадный вход в особняк — с красной ковровой дорожкой и золотыми перилами. Поднимаясь по трапу, я почувствовал, как сердце забилось быстрее.

Когда переступил порог, меня встретила невиданная ранее роскошь. Просторный зал украшен хрустальными люстрами, свисающими с потолка словно звезды. Стены покрыты бархатом глубокого бордового цвета и украшены золотыми узорами. Пол выложен мрамором, на котором стоят столы с изысканными закусками и напитками. Все вокруг напоминает сцены из старых фильмов о золотом веке. Гости, одетые в лучшие костюмы и платья, смеются и разговаривают, создавая атмосферу праздника. Музыка, играемая живым оркестром, мягко льется, заполняя пространство. Мы с Рэйной подошли к бару. Не успел я заказать бокал шампанского, как почувствовал, что дирижабль плавно поднимается. Небо за окнами стало еще ближе, а звезды ярче.

На глаза попались и знакомые лица. Вся съемочная команда нашего сериала, а также Маркиз. Как я понял, богатые ребята часто проводят подобные встречи, а из-за нашей популярности мы тоже удостоились золотого билета, позволяющего попасть в закрытый клуб. Вероятнее всего, это разовая акция, поэтому я должен воспользоваться предоставленным шансом.

Выискивая взглядом «жертву», я стал ворочать головой как идиот.

— С тобой все норм? — спросил меня темнокожий парень, что сел между мной и Рэйной.

На нем как и на мне, надет смокинг, но вот его речь не особо-то подходит этому месту. Прямо как и моя…

— Оутэм! — обрадовалась Рэйна, после чего обняла его и поцеловала в щеку.

Неужто ее парень?

— Значит, это и есть тот тип, о котором ты писала? — спросил темнокожий у девушки.

— К чему делать вид, будто не знаешь меня? — указывая пальцем на шампанское, я сперва взглянул на бармена, а затем и на собеседника рядом.

— Я наслышан, но в лицо не видел. У меня не так много времени хренью страдать. Работать надо, — забрав мое шампанское, он нагло начал пить его.

Значит, я хренью страдал? Когда лев впивался клыками в плоть… когда разрывал кожу и мясо когтями… когда ломал кости… Это я так хренью страдал, получается?!

Воспоминания об этих моментах имеют слишком яркие очертания. Все словно наяву, даже сейчас…

Но этот тип наверняка не знает об этом, а потому и злиться на него нет смысла. Я успел усмирить гнев прежде, чем тот отразился на моем лице.

— И кем работаешь? — спросил я.

— Куратором в Агентстве.

Не слишком ли он молод для куратора? Мне казалось, что для такого статуса нужно дослужиться. Неужто через постель попал? Не, вряд ли. Все-таки важная должность как ни крути. На твоих плечах лежит ответственность за жизни подопечных, да и с дьяволами посерьезнее сражаться нужно. Если он лошок, тогда долго не продержался бы. А значит, заслужил место благодаря способностям.

— Крутяк, — ответил я, после чего заказал себе еще один бокал.

— И все?

— А мне че, на колени перед тобой упасть нужно?

— Мог бы и честь отдать высокопоставленному лицу. Или в обязанности клоуна это не входит?

— Тише, Оутэм… Ты чего вспылил? — пыталась успокоить его Рэйна.

Но по его лицу не сказать, что он злится. Скорее пытается язвить, так как я ответил не очень уважительно.

— Ты не мой начальник, так что не вижу в этом смысла.

— Эй, Оутэм. Потанцуем? — протягивая руку, спросила его девушка. Он принял приглашение, но даже когда уходил, кидал на меня косой взгляд.

Музыканты как раз начали играть бальную музыку. Люди разошлись в стороны, сформировав круг в центре помещения. Внутрь зашли парочки, готовые слиться в медленном танце.

Все восторженно наблюдали за процессом, даже я проникся. Из-за погружения не заметил, как со мной рядом сел Маркиз.

— Приветствую тебя, — забрав мое шампанское, сказал он.

Да вы зае…

Тяжело вздохнув, я почесал плечо и прошептал:

— Плевать.

— Что? — переспросил лев.

— Говорю: «приветствую»!

— Говори потише. Нельзя мешать вальсу.

Я и вправду словил на себе косые взгляды после крика.

— Как дела? — спросил он.

Я лишь молчаливо посмотрел на него. Такой ответ сойдет? Видимо, нет, ведь он тоже уставился на меня, в ожидании.

— Могло быть и хуже.

Над нами снова нависла тишина. Неужели ждет, что я спрошу то же в ответ?

— А у тебя?

— Сойдет.

Вот и поговорили…

— Интересно, как я оказался в таком положении?

— Не особо.

— Понял.

Вот и…

— Ладно, по правде говоря, немного интересно, — заказав уже третий бокал шампанского, добавил я.

— Ты, наверное, думаешь, что я какой-то наркоман, верно?

— Ну, как тебе сказать…

— Меня подставили и теперь используют так же, как и тебя.

— Какой смысл кому-то подставлять принца другого государства?

— Чтобы заиметь рычаг на моего отца. Не знаю, планировали ли местные власти это изначально или же все вышло спонтанно, но факт остается фактом. Один парень втерся мне в доверие, после чего подсунул ту зеленую дрянь.

— И ты благополучно ее принял? Даже если не знал, что это наркота, можно было легко догадаться. Что еще употребляют в виде порошка?

— Он подмешал его в воду.

— Братан, у тебя нос зеленый был.

— Похоже, на момент нашей встречи во мне была далеко не одна доза.

Врет он или нет, неважно. Я все равно не планирую становиться его другом.

— Заехал как турист, а застрял как политзаложник. Сомневаюсь, что вернусь в вашу страну после того как все закончится.

— Если честно, я так и не понял, зачем нашим нужен рычаг на твоего отца.

— Я тоже не знаю.

Если я правильно понимаю, Агентство, либо же те, кто стоят над ним, шантажируют короля Прайдии. Мол, если рыпнется, расскажем всем, что твой сынок наркоша, что людей заживо жрет. Но если они раскроют правду о том, что все это не постанова, не подставят ли они себя под удар? Есть ли смысл так рисковать? Или же ставки настолько высоки?

Не хочу о политике думать, сразу башка начинает болеть. Важно лишь то, что львенок не может ослушаться Агентство и должен выполнять их хотелки, прямо как и я.

— Как думаешь, когда это закончится?

— Вальс?

— Да нет… Сколько тебя еще в заложниках держать будут?

— Понятия не имею. Надеюсь недолго. А что?

Я не знаю, зачем спросил… Почему-то в моей голове всплыла ассоциация, мол, если его отпустят, то и меня могут. Но если трезво смотреть на картину, можно легко понять, что ситуации у нас разные, и свободу я таким образом не получу. Даже если сейчас вотрусь к нему в доверие, замолвить за меня словечко он вряд ли сможет. Если Маркиза и отпустят, то только на птичьих правах.

— Да так… ничего особенного.

— Часть 3 —

Я рассчитывал, что как только танец закончится, Рэйна вернется и избавит меня от бубнежа огромного кота. Но вместе с Оутэмом они пошли общаться с другими гостями, позабыв обо мне. К слову о гостях. Маркиз рассказал мне о некоторых.

Мужик с огромным пузом основатель первой в Токиве церкви. Лев не знает его настоящего имени, но в секте его называют Седьмым Почитателем. Мне стало интересно, как он разбогател, поэтому поинтересовался у Маркиза. Тот рассказал, что в последнее время по всему миру вновь набирают популярность церкви. Причем довольно стремительно. Есть спрос на существо под названием «Бог». Люди верят, что, занеся денег в церковь, смогут избавиться от насущных проблем. Это если вкратце. На уроках истории мы проходили эту тему. Примерно 400-500 лет назад человечество в большинстве своем отказалось от подобного концепта, но видимо правду говорят — все циклично… Надеюсь, культы почитателей не собираются устраивать резню во имя него, как в 1073 году, во времена священной войны?

Рядом с ним стоит основатель табачной компании — Миг Груф. Рыжий мужчина средних лет. О нем немного известно, но вроде как он даже в тюрьме сидел. Даже с таким непростым прошлым, ему удалось выбраться и оказаться среди элиты. Хотя, его и самого можно назвать элитой. Правда, послушав его тюремный жаргон, так сразу и не скажешь.

Чуть дальше, в окружении пожилых дам, стоит иностранец Дмитрий Штиф. Он торгует гречкой, и мне казалось, что это не самый прибыльный бизнес. Да только лев рассказал, что в прошлом году его состояние увеличилось на пять миллиардов.

Я думал, что, будучи гостем на этом мероприятии, смогу привлечь к себе внимание. Но что на меня, что на льва, всем как-то похрен. Не знаю, как подойти к ним? Что сказать? О чем мне говорить с банкирами, политиками, генеральными директорами и инвесторами?

Да и если говорить начистоту, от одной только мысли, что нужно подлизываться к ним, становится противно. Похоже на ситуацию в борделе, когда я хотел заняться сексом с проституткой. Вроде на бумаге идея не такая уж и плохая, но когда оказываешься в непосредственной близости, восприятие меняется. Я не могу представить, как подхожу к ним и начинаю рассказывать о себе… Это же бред какой-то…

Под бубнеж льва, я задумался и пришел к мысли:

«Мне некомфортно находиться в окружении этих людей».

Чтобы хоть немного остудить голову, я вышел на балкон.

Здесь стоит всего пара людей и ребят из других рас. Опершись о перила, я наклонил голову и почесал плечо. С высоты птичьего полета Токива еще красивее. Холодный ветер раздувает галстук и волосы, при этом сам дирижабль, на удивление, практически не издает звуков.

Взглянув на звездное небо, я заметил странное синее мерцание. После того как прищурился, его очертания стали более явными. Словно вокруг города установлен купол.

— Ты разговаривал с бывшим премьер-министром?

Неподалеку от меня стояло двое мужчин. У одного длинные белые волосы и бледная кожа, а второй чуть выше него, с изумрудными волосами и острыми ушами. Его перламутровая кожа буквально блестит под лунным светом.

Я не слышал начало разговора, а потому не совсем понимаю, о чем речь.

— Да, — ответил длинный мужчина.

— И что она говорит?

— Границы не откроют ни при каких условиях.

Наступила тишина. Зеленоволосый смотрел вдаль, словно в пустоту, а затем сказал:

— Я не успел попросить у него прощения… Думал, что извинюсь хотя бы перед его родителями на похоронах…

— Когда все закончится, я съезжу на его могилу вместе с тобой, — сказал паразит, держащий в руках бокал вина. Хотя если верить обонянию, это скорее всего кровь.

— Муран, как вы считаете… Смогу ли я встретиться с ним после смерти?

— Ты умирать собрался?

— Нет… Я скорее хочу узнать, верите ли вы в жизнь после смерти?

— Тебе тот пузатый что-то наговорил? — сделав глоток, спросил комар. Не получив ответа, мужчина продолжил. — Шансы на это существуют.

— Вам что-то известно?

— Лет так двадцать назад я работал под началом Казакана…

— Вы и сейчас под его началом, — перебил зеленоволосый.

Так эти ребята из Агентства?!

— Тогда он был всего-лишь куратором, а я обычным агентом. В общем, как-то раз нас отправили в командировку в Октавис. В те годы их страна была на пороге гражданской войны, и нашей задачей было предотвращение конфликта. Ну, если точнее, мы должны были помогать местным агентам. Но не в этом суть. Когда все закончилось, мы остались в столице еще на какое-то время. Ты же знаешь, чем славится столица Октависа?

— Самой старинной библиотекой в мире?

— Казакан тот еще фанат истории, а потому не упустил возможности провести в ней месяц. Безвылазно… — тяжело вздохнув, добавил комар. — Как подопечному, мне пришлось быть рядом с ним все это время. Волей неволей, но я прочитал несколько книг о предтечах. В той, что больше всего заинтересовала нас обоих, говорилось о парне, что перерождался бесчисленное количество раз. Так что да, такая возможность существует. Но не всем дается такая привилегия.

— Перерождался? Я… думал, ну… Церковь говорит, что после смерти мы все попадем в место, именуемое Раем. Якобы там души могут найти упокоение. Вам что-нибудь известно об этом?

— Рай… — с тоской в голосе повторил паразит. — Мне бы хотелось верить, что он существует… Но подобной утопии нет места в нашем мире. Есть лишь Ад, и мы уже живем в нем, — похлопав по плечу здоровяка, белокурый пошел обратно в зал.

— Что такое Ад?

Но ответа на этот вопрос я уже не услышал, так как на балкон вышла кудрявая девушка, громко поющая песни. Выглядит она не очень… Сколько же в ней алкоголя? Шатаясь, она направилась к перилам рядом со мной. Я придержал ее, чтобы не упала. Черт, а я ведь так хотел послушать разговор тех двоих.

— Девушка, возвращайтесь внутрь, здесь опасно, — сказал я, после чего снова кинул взгляд на дверь.

Нужно догнать тех двоих.

— Т… так беспкшся обо мне? — повиснув на моей шее, девушка невнятно разговаривала, глотая буквы.

От нее сильно пасет алкоголем. Но что не менее важно… Есть еще один аромат…

Я медленно повернулся и взглянул на ее лицо. Совсем другое… Не таким я его помню… Почему другие не узнали ее запах? Только я с ней встречался, что ли?!

— Ого, а ты довольно быстро все понял, — кудрявая высунула язык и словно собака лизнула мои губы. Затем девушка встала на цыпочки и прошептала мне прямо на ухо. — Мы можем закрыться в туалете, и я наконец-то отработаю ту тысячу, — с этими словами она лизнула еще и ухо.

По всему телу пробежали мурашки, но причина не в ее извращенных действиях. Просто холодное лезвие ножа коснулось шеи. Одно неправильное движение и, Коупия лишит меня жизни.

Рядом с нами есть еще парочка гостей, но они погружены в свои беседы, так что пока я не реагирую, они и не заметят неладное.

— Ч… чего ты пытаешься добиться? — спросил я дрожащим голосом, после чего нервно сглотнул слюну.

— Те-бя…

Ее шепот заводит меня даже в такой ситуации!