«Если они живут в таком богатом поместье в эту Депрессию, они могут делать что-то сомнительное для заработка на стороне.»

Мысли Памелы о доме Катсы необязательно были эгоистичными иллюзиями мелкой воришки.

Но в её мышлении была одна важная ошибка.

Это не было просто «чем-то» на стороне…

Семья Рунората осуществила обширный набор «плохих дел» и к тому же довольно смело. Такова была великая истина.

Они были крупной бандой, которая обладала мощью организованной преступности в восточной части Америки.

Их величайшим активом были не деньги или военная мощь, а человек Бартоло Рунората.

У него были люди, защищающие его, которые обладали довольно высоким калибром безумия даже для банды.

Личные телохранители Бартоло были такими людьми, которые забирались по рангам организации в ином смысле, чем капо.

Их долг телохранителей заключался не в том, чтобы использовать любые средства, уничтожая любых врагов, атакующих их.

Вместо этого они избрали наиболее действенный путь, служа человеческими щитами для защиты их босса Бартоло от пуль: не больше, не меньше.

Даже хотя они были частью семьи Рунората, они были способны просто кинуться перед Бартоло, придерживаясь идеальной логики и идеально попадая по времени, чтобы их жизни не были потрачены напрасно. Они не надеялись на престиж и не желали забираться по карьерной лестнице.

Вот какими людьми были телохранители Бартоло.

Бартоло понимал это, и таким образом он доверял им больше, чем кому бы то ни было ещё… и так он использовал и уничтожал их.

В конце концов, он знал, что для них это величайшая похвала.

Однако даже хотя стать человеческим щитом было самым важным пунктом, это определённо не означало, что у них не было других навыков.

Некоторые его телохранители иногда служили как наступающие силы и наёмники…

Близнецы на мотоциклах, рассекающие ночь, были частью этой группы: щиты, которые могли дать отпор.

В ночи – Где-то в штате Нью-Йорк – Рядом с лесом.

— Теперь, что будем делать, я?

— Никаких идей.

Молодые люди, одинаковым образом оседлавшие свои мотоциклы, использовали первое лицо даже обращаясь друг к другу.

Они остановили свои мотоциклы у деревьев возле дороги, которую Бартоло указал им, и шёпотом продолжили свою бесполезную беседу.

— Место для обмена впереди, не так ли, я?

— Да, мне надо проехать прямо по этой дороге.

— Должен ли я отправляться?

— Сначала мне надо убедиться, что происходит. Нехорошо, если я буду вести себя слишком небрежно, и юного господина возьмут в заложники.

Они должны были быть напряжены, учитывая содержание их беседы, но по какой-то причине дуэт улыбался, продолжая свой приглушённый диалог.

— Кстати говоря, сколько у меня с собой денег?

— Ага, хороший вопрос. Погоди секунду.

Переглянувшись, они проверили содержимое своих кошельков.

— Эй, похоже, у меня тут двадцать баксов.

— Хм-м. Здесь у меня только двенадцать долларов.

— Всего получается тридцать два бакса.

— Ох, боже, это может быть проблемой.

Они вздохнули и синхронно пожали плечами.

— В конце концов, их требованием было…

— …Принести столько, сколько я смогу.

— Они примут всего тридцать два доллара?

— Для них же лучше, если да.

Они слабо посмеялись, и их глаза постепенно начал наполнять неприятный блеск.

— Если они откажутся принять это…

— …Тогда время начать охоту.

— Что буду делать, если что-то случилось с юным господином?

— Ну, понятное дело. Убью их всех.

«Просто верните Катсу.»

«Что делать с похитителями? Меня не волнует. Оставляю это на вас.»

Таков был приказ от их выдающегося дона, которого они любили и уважали.

При нормальных обстоятельствах единственной возможностью показать свою преданность было отдать свои жизни в качестве человеческих щитов… но в этот раз им поручили другую миссию.

Когда-то они были наёмниками для организации. Однако они настолько не уважали человеческие жизни, что убивали ненужные цели, так что их убрали с передовой.

Они с радостью и гордостью несли ответственность, являясь телохранителями своего босса, но сейчас они получили особый набор приказов, и иного рода удовлетворение пробудилось в них.

Они были воинственны по своей природе, и они с нетерпением ожидали возможности воспользоваться навыками, которые они так долго развивали.

Однако они также были злы.

Они испытывали чистую ярость в сторону невежественных преступников, которые похитили Катсу – будущее семьи Рунората, которое они так любили и уважали.

Полные злости и радости они тихо изучали своё окружение.

Пока они понемногу продвигались в сердце леса, их уши внезапно уловили звуки двигателя, раздающиеся с дороги, с которой они сами пытались скрыться.

Несколько секунд спустя машина проехала через деревья, где они прятались.

Это была машина, сконструированная специально для внедорожной езды, и мужчина, сидящий за рулём, был странно одет.

Как солдат, хотя его форма не принадлежала какой-то конкретной стране. Видя это, близнецы переглянулись и кивнули.

В следующее мгновение они синхронно завели двигатели своих мотоциклов и поехали вниз по дороге, следуя за машиной.

⇔

Озадаченный мужчина был одним из Лемуров по пути обратно на их базу.

Полиция не должна была преследовать его, и даже если так, он был уверен, что стряхнул их с хвоста.

Тогда что это за два мотоцикла, возникшие как гром среди ясного неба?

Они не могли быть просто парой подростков, решивших прокатиться, учитывая, как внезапно они вылетели из леса.

Мотоциклы также выглядели как нечто военного уровня, и они явно намеревались преследовать его.

Он не знал, что происходит. Мужчина из Лемуров перевёл своё внимание в сторону своего оборудования на пассажирском сиденье

Что мне делать? Я не могу привезти их с собой на базу. Даже если бы мы хотели убрать их все вместе, они могут сбежать.

Должен ли я прикончить их возле бунгало в точке К?..

В тот момент, когда он перевёл свои мысли в сторону бунгало впереди, что-то странное произошло на периферии его зрения.

Мотоциклы в зеркале заднего вида выглядели практически так, будто почти наехали друг на друга, но как только эта мысль пришла ему в голову, они соединились в один.

— ?!

Он целиком сосредоточился на зеркале, но в отражении виднелся только один мотоцикл.

— Что за?!..

И как раз, когда он обернулся… мужчина осознал.

Видимое слияние мотоциклов было иллюзией, которую они породили намеренно.

Причиной было то, что другой мотоцикл находился рядом с ним, выключив фары… и его водитель наблюдал за мгновенным смятением мужчины и следил за тем, как ситуация обстоит внутри машины.

Мужчина тут же схватил с пассажирского сиденья пистолет, открыл окно и, не колеблясь ни секунды, выстрелил.

Однако вместо того, чтобы сбежать, мотоцикл подъехал настолько близко, что казалось, словно он пытается столкнуть его с дороги. Водитель потянулся в его сторону, ловко избегая пули.

— Ха-ха, бинго! Ага, ты не обычный похититель, не так ли, мразь?!

Похититель?! Что за-а-а-а-а-а…

— …Чё-ё-ё-ё-ёрт!

У него не было времени высказать свои сомнения, и мужчина на месте водителя испустил крик.

В этот момент парень на мотоцикле схватил его запястье, держащее пистолет, и изо всех сил скрутил его.

— Агах! Агх, бл… Га-а-а-а-ах!

Сначала это был крик боли.

— А-а-а… а-а-а-а-а-а-а-а-а!

И затем он сменился криком страха.

Он на пару секунд отпустил руль, и деревья, несущиеся прямо на него, наполнили его поле зрения…

И звук сильного удара прогремел в спокойной, тихой тьме.

⇔

Десять минут спустя – Бунгало – Бунгало номер семь.

— …Он определённо не спешит.

— Согласен, он уже должен был проехать здесь.

Два члена Лемуров, которых послали в качестве разведчиков, с сомнением переглянулись.

Они следили за бунгало и его суетой, не обращая внимания на зимнюю прохладу. Но теперь, не наблюдая никаких признаков переговорщика, они столкнулись с тревогой отличной от той, которую они ощущали из-за подростков в бунгало.

Они наблюдали за бунгало номер один из тени бунгало номер семь уже несколько часов, но не казалось, что мальчики и девочки внутри делают что-то стоящее беспокойства.

Дуэт был слегка встревожен, когда показался другой грузовик, но свет горел лишь в бунгало номер одни и три, так что большую часть хижин всё ещё не использовали.

В конце концов, они были просто детьми, которые отправились в поход, не спросив разрешения. Для них было совершенно нормально воспользоваться бунгало.

Там не будет никаких проблем, если только машина переговорщика проедет по дороге перед ними.

Вот что они думали, но самый важный член группы, – человек из команды переговоров, – так и не показался.

— …Интересно, случилось ли что-то.

— Должен ли я уже связаться с товарищем Сержем?

В контрасте с их лаконичной беседой суматоха в первом бунгало по чуть-чуть возрастала, и суета голосов эхом разносилась вокруг, достигая них.

— Дерьмо… куча беззаботных сопляков, – тихо сплюнул один из Лемуров.

Но он ещё не осознал.

Чем громче становилась суета, тем больше она привлекала к себе «его»… и теперь «он» окончательно проснулся в седьмом бунгало.

И несколько мгновений спустя…

— …Да, что-то не так. Я пока что схожу проверю, а ты оставайся здесь.

— Ладно, понял, – кивнул другой.

Увидев, как его компаньон кивает в согласии, мужчина развернулся в сторону седьмого бунгало…

Скрип.

И его уши уловили тихий звук.

Это был звук, издаваемый дверью бунгало, скрипнувшей из-за небольшого порыва ветра.

…?

Раньше она была закрыта. Или, по крайней мере, должна была быть.

Прямо перед первым прибытием они проверили интерьер здания через окно, но всё, что они увидели – это тьма.

Их самой большой ошибкой было то, что перед этим они на самом деле не вошли в бунгало номер семь, чтобы проверить его. Хотя в результате им также не пришлось беспокоиться о том, что окружающие услышат звуки открытия и закрытия двери…

И, если бы они сходили заглянуть внутрь, вполне вероятно трагедия в любом случае просто случилась бы чуть раньше.

Что?..

Что это за запах?..

Они не замечали этого раньше – лёгкий, но едкий запах.

В бунгало номер семь что-то находилось?

Тревога внезапно пробежала по его телу, и он повернулся обратно к тому месту, где сидел его товарищ.

Другой мужчина смотрел на него с растерянностью на лице, которая указывала на то, что он тоже заметил это.

— …Что это за запах?

— Это то, что я хотел бы знать. Может, кто-то хранил еду в бунгало, и она испортилась?

Пока они оба пытались выяснить, чем мог быть источник запаха, они вспомнили то, что видели через окно раньше.

Так никого не было.

Ничего, кроме тьмы.

Но они не так всё поняли.

Когда они заглянули внутрь… они перепутали «его» с горой одеял, сваленной в хижине.

Если бы они больше обеспокоились этим – если бы они относились к проверке тщательнее и включили свет, они могли бы заметить, что это были не одеяла, а что-то движущееся, хоть и всего слегка.

Но… они лишь видели «его» невозможно громадное тело, как связку одеял.

Они не осознавали, что за «ним» виднелась огромная куча еды…

И как результат они позволили «ему» подобраться к ним настолько близко.

— …Этот запах… становится сильнее?

— Нет… этот отличается…

К тому моменту, как они осознали, что это запах животного, было уже слишком поздно.

«Он» уже вышел из бунгало номер семь.

Уже наблюдал за ними из подлеска.

Уже находился рядом с ними.

Два человека в форме затаили дыхание, уставились друг на друга и тихо осмотрелись вокруг.

Они огляделись по сторонам.

Однако они не видели его.

Он был настолько невероятно громоздким, пару секунд они не узнавали его… не могли разглядеть в нём живое существо.

Однако эта иллюзия продлилась всего мгновение.

— …Хм?

— …Э?

Ощутив волну тревоги, дуэт инстинктивно посмотрел в подлесок.

И в этот раз они заметили.

Там в кустах что-то стояло на двух ногах, но оно определённо не было человеком.

Когда они осознали, что это, они поняли, что не могут пошевелиться.

Нет…

Это было чем-то, чего здесь быть не должно было. Так гласил здравый смысл, который ввёл их способности принимать здравые решения в ступор.

И всё же хотя они были лишь шестёрками, но они были членами Лемуров.

Они были неподвижны всего около двух секунд.

Но двух секунд было достаточно, чтобы стать фатальными перед лицом этого нечто.

И тогда «его» время пришло.

«Он»…

Гигантский медведь гризли более трёх метров в высоту прыгнул на пару в военной форме.

Словно чтобы подавить звуки переполоха в первом бунгало, крик мужчин эхом разнёсся в ночи…

И это стало тем, что прорвало плотину великой шумихи в лесу.