Следующий день – Где-то в Нью-Джерси – Перед полицейским участком.

— Знаю, это слегка клишировано, и, скорее всего, в любом случае говорить вам это бессмысленно, но никогда больше не возвращайтесь сюда, – охранник стоял под моросящим дождём, просачивающимся сквозь его одежду, с двумя заключёнными, которых он сопроводил до ближайшего полицейского участка.

— …Не могу не согласиться с вами, – сказал молодой человек, пожав плечами.

Бледные корни его волос предполагали, что он окрашивал свои натурально светлые волосы в чёрный, но от него исходила несколько мрачная аура, которая хорошо сочеталась с его волосами. Плюс, только выйдя на улицу, он тут же надел шляпу, скрывающую его корни, из-за чего цвет выглядел совершенно естественным.

Другим же был уверенный мужчина здоровой комплекции, чья левая рука вяло повисла сбоку.

— Да, не нужна мне будет ваша помощь. В следующий раз меня просто сразу направят к виселице, а? – беспечно ответил он, словно чтобы разозлить охранника.

С этими прощальными словами два парня отвернулись от полицейского участка и стали свободными людьми.

Для них план заключался в том, чтобы взять горстку денег, заработанных во время каторжных работ в тюрьме, и начать новую жизнь после окончания отбывания срока, однако…

Дымка дождя, капающего с небес цвета пепла, не особо казалась благословением их перспектив на будущее.

— Так, какой у тебя план, пацан? – спросил более крепкий парень из пары с повисшей левой рукой: она, очевидно, была искусственной.

Парень с окрашенными волосами кинул взгляд на его протезированную руку и беспокойно осмотрелся вокруг.

— Ну… У меня нет какого-то конкретного плана.

Уверенный мужчина подумал, что его компаньон был слегка странным, особенно учитывая то, как он смотрел куда угодно, но не прямо.

— Не помню, чтобы видел тебя раньше в тюрьме.

— …Может, ты просто этого не помнишь. Я часто видел тебя.

— Правда? Чушь какая. Если ты часто видел меня, значит, они и тебя швырнули в Алькатрас, так?

Алькатрас.

В то мгновение, когда он услышал это слово, лицо парня напряглось.

Этот парень… вернулся с «Острова»?

Одного названия было достаточно, чтобы заставить большинство заключённых трястись от страха перед островом, содержащим самых худших преступников, которые были слишком жестоки, чтобы обычные тюрьмы могли справиться с ними. Что означало, мужчина, стоящий здесь, сам по себе был смутьяном.

— …Прости. Я соврал, но у меня есть свои причины. Определённые… обстоятельства.

— Да не, не волнуйся об этом. У всех есть свои секреты, особенно если ты был в подобном месте. В любом случае давай будем приятелями до тех пор, пока в итоге не разделим пути, поскольку нас обоих выпустили в один день. Может, это судьба, хах! – мужчина небрежно поднял свою левую руку для рукопожатия, а на его лице отразилась удивительно яркая улыбка.

Глаза парня с окрашенными волосами удивлённо расширились. Вместо руки грубо сделанная стальная модель тускло сверкнула ему в дожде.

— Я Ладд. Ладд Руссо. Приятно познакомиться.

⇔

Охранник понаблюдал за ними двумя через окно участка и тихо вздохнул.

— Блин… Подумать только, что их обоих выпустят в один день. Может, это судьба или вроде того.

Однако охранник не думал, что это было чем-то стоящим беспокойства.

Он не знал практически ничего о прошлом Ладда, и ему сообщили о ситуации парня с крашеными волосами, но лишь основную суть.

— Эх, ну между ними в любом случае есть только одно общее.

И вот после чего у него окончательно пропал интерес. Охранник отвернулся от окна и начал готовиться к возвращению к работе в тюрьме.

Но если бы он задержался у окна ещё на мгновение, то увидел бы это.

Что когда Ладд предложил свою руку человеку с окрашенными волосами…

Тот свалился на землю и в ужасе отполз к стене.

⇔

— Ну же, что случилось? Чего ты так боишься?

— Р-ру… Руссо?..

— А, – Ладд с ухмылкой посмотрел вниз на парня, упавшего на тротуар.

Скорее всего, до него доходили слухи о семье Руссо. Может даже слухи о самом Ладде.

Но даже так разве это не слегка чересчур?

Конечно, многие люди приходили в ужас от мафиози, но страх этого парня казался странно чрезмерным.

Это становится интересным. Что не так с этим парнем?

Ладд скрестил свои руки и уставился вниз на парня с возобновившимся интересом. Он слабо улыбнулся и стал дожидаться ответа парня.

— Я-ясно… ты пришёл убить меня.

— А?

— Я и подумать не мог, что они провернут нечто подобное, чтобы убрать меня… Дерьмо! Как они подкупили и тюрьму, и полицию?! – ноги парня тряслись, когда он выкрикивал одно нелепое обвинение за другим. – Я всё сделаю! Что угодно, понимаешь? Если ты хочешь денег, можешь забирать! Только не убивай меня! Есть ещё кое-кто, кого я должен увидеть до… Нет, нет никого! Нет там никого! Не знаю, что я вообще несу! В л-любом случае убийство меня никому не принесёт никакой пользы, верно? Верно ведь? Эй, я скажу тебе что угодно, только отпусти меня!

Парень всё бормотал, копая самому себе могилу, прижимаясь спиной к стене бара, находящегося на этой улице. Он упёрся руками к стене, всё ещё трясясь от страха, и медленно поднялся на ноги.

Зрелище было совершенно жалкое. Ладд абсолютно наслаждался этим всем до тех пор, пока внезапно не почувствовал нечто странное, будто что-то было не так.

Он понаблюдал за движениями парня… или, если точнее, его рукой.

И, когда он осознал, в чём было дело, улыбка на лице Ладда стала ещё извращённее.

— Эй, приятель, соберись. Если ты не сделаешь этого, я убью тебя прямо сейчас, слыхал?

Ладд схватил запястье молодого человека своей правой рукой и без особых усилий поднял его на ноги, легко, словно бумажную куклу.

Его сила была ошеломительна.

Мощь мужчины была чудовищной, ясной и простой. Он прочувствовал это на себе. У парня с окрашенными волосами ушла всего секунда на то, чтобы прийти к безнадёжному заключению.

Я не могу сбежать.

Я умру здесь.

Колени парня в отчаянии стучали друг о друга.

— У-умоляю вас. Пожалуйста, просто пощадите меня. Я что угодно сделаю! Я сделаю что угодно до тех пор, пока это что-то, что я могу сделать!

— Понял-понял, ты сделаешь что угодно. Успокойся, – Ладд полностью проигнорировал испуганное пресмыкание парня, похлопав его по плечу. – Кто-то приедет забрать тебя домой?

— Д-домой? Я не… нет никого такого. Да никто точно не приедет увидеться со мной вновь.

— Справедливо. Если бы ты был крупной шишкой из мафии или вроде того, роскошная тачка ожидала бы тебя в тот самый момент, когда ты вышел на свободу, – Ладд гоготнул и обернул руку вокруг плеча парня, словно он знал его всю свою жизнь. – Что ж, я, может, и Руссо, но я просто мелкая рыбёшка. Босс всегда относился ко мне как к какому-то бездельнику. Паразиту. Видишь? Руссо тоже меня ненавидят! Как я и сказал, мы должны быть друганами! Что скажешь?

— …

— Ещё раз, как там тебя звать?

Ладд задал совершенно обыкновенный вопрос, но у парня ушло довольно много времени на ответ, прежде чем он наконец произнёс своё имя.

— Я…

Имя, которое он назвал, было настоящим. Он ничего не скрывал.

Он мог бы назвать фальшивое.

Но он не посмел.

Он знал, что не было особой разницы между ложью и правдой перед столь властной «силой».

И у него не было ни йоты собственной, чтобы начать схватку.

Услышав его имя, Ладд на мгновение задумался, после чего продолжил.

— Никогда не слышал о тебе.

— …?

— Это хорошо. Не знаю, сделал ли ты что-то семье Руссо или вроде того, но тебе по крайней мере не нужно беспокоиться о том, что я убью тебя.

— …Ох, – похоже, пока что его жизнь была спасена.

Парень с облегчением выдохнул.

— Правда… Ну, мне жаль и всё такое, но мог бы ты оставить меня в покое? Я очень благодарен за то, что ты отпускаешь меня, но, если я останусь с тобой, я могу столкнуться с людьми из семьи Руссо.

Голос парня всё ещё явно был боязливым, и даже пока он говорил, он посматривал туда-сюда, словно загнанный в угол зверь.

— Это неплохо, этот твой страх. Ты не знаешь, когда умрёшь. Это видно в твоих глазах. Да, ты знаешь, насколько легко умереть. Ты напоминаешь мне Ху.

— Как такой Ху?

— Ху – это Ху. Мой друг. Он трус, который бы составил конкуренцию даже тебе.

— Ясно… У тебя есть друзья, хах. Я завидую, – признался парень без тени сарказма.

Он опустил взгляд, всё ещё трясясь от страха. И всё же страх слегка отступил, так что он был несколько спокойнее, чем раньше.

— Он не собирается прийти увидеться с тобой? – спросил юноша.

— Не. Я даже не знаю, жив ли он или мёртв… Почти все мои друганы откинулись на том поезде. Может, он в тюрьме.

— Каком поезде?

— Когда-нибудь слышал о Флайинг Пуссифут? Похоже, они замяли всё произошедшее, но до тебя хотя бы слухи доходили?

— Флайинг… Пуссифут? – лицо парня побледнело вновь, хотя в этот раз он остался на ногах.

— Похоже, ты что-то знаешь.

— …Н-нет, ничего.

Но парень быстро отвёл глаза от Ладда и пробормотал, словно себе под нос.

— Я ничего не знаю…

— Тогда что ты имел в виду говоря: «Я расскажу тебе всё, что хочешь, так что просто отпусти меня»? Или что ты там сказал тогда.

— …

Это бесполезно.

Его лицо не могло скрыть правду, хранящуюся глубоко внутри.

Не то чтобы его ранили.

Ему не угрожали.

Но как кто-то, сбежавший из когтей смерти, он инстинктивно понимал, что дело было в человеке перед ним.

Человека перед ним окутывала та же аура смерти, как когда он чуть не погиб.

Мелкий парень вроде него не мог пойти против кого-то такого.

Это знание было основано исключительно на инстинктах. Его голова опустилась, как у хорошо натренированной собаки.

— …Я понял. Я расскажу, я расскажу. Дерьмо, почему ты просто не можешь оставить меня в покое?

— Ну, я просто подумал, что должен узнать немного о тебе.

— А?

Обернув свои руки вокруг плеч сомневающегося парня, Ладд улыбнулся так, будто они дружили много лет.

И, когда он показал ухмылку, полную чистой, абсолютной радости, мужчина наклонился и прошептал ему на ухо.

— За нами следят.

— …!

— Хэй, не оборачивайся. Оставь свою голову там же, где она сейчас, лады? – они продолжили идти вместе и свернули налево на случайном перекрёстке, оказавшись вне поля зрения полицейского участка. – Там было два парня в машине и три парня на углу, притворяющихся, будто они болтают друг с другом, так что их как минимум пятеро. Может быть даже больше тех, кто на самом деле стоит хоть чего-то.

— Откуда… откуда ты знаешь?

— Мой дядя раньше просил меня заниматься всякой грязной работой. Мне это не нравилось. Кажется, будто ведёшь нечестную игру, но я довольно проницателен, когда доходит до таких вещей.

Его дядя? Он про Плачидо?

Парень с окрашенными волосами не посмел озвучить свои сомнения.

Он был так напуган, что начал дышать рваными вдохами и благодаря Ладду рядом с ним, и благодаря загадочным преследователям. Как-то он смог заставить свои ноги продолжать двигаться вперёд.

— Вот почему я хочу знать, следовали ли те зеваки за мной или же за тобой.

Они шли всё дальше и дальше, шаг за шагом продвигаясь вниз по пустынной улице.

Когда переулок стал совсем заброшенным, Ладд остановился и убрал свою руку с плеча парня.

— А-а, знаешь, я думал, пока мы шли. Время действительно может посмеяться над тобой, если ты не будешь осторожен. Например, если ты слишком долго не будешь убивать людей, то размякнешь. Ослабишь хватку. Может, я, в конце концов, просто должен был убить ту маленькую девочку, чего бы там Фиро не хотел от меня.

— …?

Фиро? Кто это?

И убивать маленьких девочек не весело даже если это шутка, – подумал парень.

Через мгновение его осенило.

Может, его инстинкты сегодня действительно были не в порядке.

Он знал, что этот парень угроза, но почему у него ушло так много времени, чтобы осознать, что он совершенно «безумен»?

— Честно говоря, я счастлив независимо от того, за кем они гонятся.

— Э?

Ладд поднял кирпич, лежащий рядом на земле.

Он идеально лежал в его руке, и парень начал слегка подкидывать его.

В следующее мгновение чёрная машина медленно появилась из-за угла.

Они не могли видеть водителя. Но даже парень с окрашенными волосами мог сказать по одному только насколько медленно двигался этот автомобиль.

Это не просто обычная машина, которой случилось ехать по той же улице, что и им. Это были движения машины, преследующей их.

— Плохо это. Возможно, мы могли бы оторваться, зайдя в ближайший бар или куда-нибудь поблизости.

Их действия невероятно очевидны, так что они, скорее всего, всё ещё новички в этом.

Если бы мы просто нашли толпу, может, мы могли бы сбить их со следа.

И он мог убить двух зайцев одним выстрелом, также убравшись от Ладда.

Парень с окрашенными волосами уже разработал свой план, однако…

— Сейчас моросит, но, если мы достанем зонтики, мы можем воспользоваться этим преимуществом… Эй.

Но Ладд не слышал ни единого его слова.

— …Эй?..

Когда парень обернулся, чтобы взглянуть на Ладда, гангстер уже завёл руку назад, словно готовясь к броску, достойному высшей лиги.

— Как бы то ни было, я сначала выбью из них всё дерьмо, а потом мы побеседуем с глазу на глаз. Или же я убью их. В любом случае!..

Ладд с невероятной скоростью провёл прямой удар, рассекая кулаком воздух, и разбил стекло машины…

И звук разбившегося стекла казался выстрелом, сигнализирующим о начале шумихи, которая собиралась произойти в этом небольшом переулке.

⇔

Где-то в Нью-Джерси – Перед полицейским участком.

— Позвольте мне поведать печальную… печальную историю…

Меланхоличный голос эхом разнёсся сквозь дымку дождя по городу, словно сочетаясь с серым небосводом.

— Всего минуту назад – что практически то же самое, что сейчас – братец Ладд! Уже пришёл в этот мир без нас!.. Я никогда не слышал столь печальной, печальной истории! Сестрёнка никогда не говорила мне об этом… Быть не может… Мы не можем достигнуть предела человечества! Мы же не могли?! Как? Как жизнь может быть такой агонией!

— Ух, в любом случае, мистер Грэм, разве мы не должны попытаться пойти отыскать его? Он может быть в баре неподалёку или направляться к станции. Нетрудно будет нагнать его, – ответил озадаченный голос.

Но оплакивание не собиралось кончаться в ближайшее время.

— Ах… Почему, почему люди проходят мимо друг друга? В итоге каждый человек не более чем одинокий остров… Личность и личность, человек и человек навечно разделены стеной дождя, порождённой водой в воздухе, коим мы дышим, заключённые в оболочку личности! Этот барьер стоит у них на пути, так что они никогда не смогут встретиться! Чёрт… Но, с другой стороны, будь я братцем Ладдом, я бы никогда не смог мимоходом пропустить его! Может ли существовать история печальнее?!

Молодой человек продолжал выкрикивать вещи, не имеющие никакого смысла. Люди, проходящие по дороге рядом с ним, скрывали свои лица зонтиками, чтобы не встречаться с ним взглядом, а некоторые даже переходили на другую сторону улицы.

Однако они не столько боялись самой речи.

Не то чтобы каждый день кто-то выступал с заявлением к миру с крыши машины, припаркованной перед полицейским участком.

Похоже, автомобиль принадлежал одному из его товарищей. Парень в кепке в полном изнеможении рухнул на руль.

Несколько хулиганов окружили машину, слушая юношу на крыше, который стоял там без зонта.

Парню, произносящему речь, судя по всему, было лет двадцать с небольшим.

Его рабочая одежда, окрашенная в невероятно яркий оттенок синего, резко выделялась в тумане, накрывшем город.

И наиболее примечательной деталью в нём был гигантский гаечный ключ, с которым он игрался, пока говорил.

Сам по себе парень крупным телосложением не обладал, но гаечный ключ, который он держал в своих руках, размером был примерно с женскую руку, меньше напоминая инструмент и больше булаву средневекового рыцаря.

Под его растрёпанными блестящими светлыми волосами виднелась пара тусклых голубых глаз. Парень вновь продолжил свою речь.

— Юн-юн говорил, что все люди бессознательно связаны друг с другом… Но… почему бессознательно?.. То есть, да ладно, в чём смысл, если мы не связаны, пока находимся в сознании? На Востоке можно использовать эту медитацию Сен или Дзен – что-то такое – чтобы достичь состояния абсолютной пустоты… Стойте! Ясно, азиаты медитируют, чтобы слиться друг с другом… Тысячерукая Гуаньинь на самом деле просто пятьсот человек, слившихся воедино! Пятьсот… пятьсот?! О боже! Азиаты потрясающие!

Парень вращал гаечный ключ туда-сюда, пока кружился, и кружился, и кружился в танце, который заставлял его выглядеть так, будто у него самого несколько сотен дополнительных рук: словно он сам стал Тысячерукой Гуаньинь.

Его апатичное выражение лица внезапно осветилось.

Однако его глаза оставались всё такими же пустыми.

— Давайте превратим это в весёлую историю! Это потрясающе, действительно потрясающе, Шафт! Я достиг просветления в загадках Востока! Пятьсот людей слились воедино, и лишь их руки отделились друг от друга… Нет особого смысла в том, чтобы разделять их ноги, но с тысячей рук нет ничего, чего они бы не могли! Загадка коллективной бессознательности Юн-юна была решена, Шафт! Его логика безупречна!

Ход мыслей юноши казался, мягко говоря, ужасающим, и всё же он выкрикивал всё это так, будто это в самом деле было смыслом самой жизни. Молодой водитель, – Шафт, – высунул голову в окно и закричал на него.

— Я понятия не имею с чего мне вообще начать… Во-первых, идея «коллективной бессознательности» не просто означает, что люди могут телепатически общаться друг с другом. И в любом случае под «Юн-юном» вы имеете в виду Юнга – психиатра? Вы не встречали его, не так ли? Хоть раз используйте свою голову и не зовите людей, которых никогда не встречали, по кличке.

Водитель издевался над каждым бессмысленным аспектом речи, над которым только мог, но парень на крыше, – Грэм Спектр, – лишь воспринял это как трамплин для новой тирады.

— Клички… да! Если два человека хотят слиться воедино, они должны начать со своих имён! Отлично, моей кличкой будет Шафт, а кличкой братца Ладда Грэм! А твоей братец Ладд! Что за невероятная система! Я только что окончил наш мир и произвёл на свет новый!

— Приём, мистер Грэм, не возражаете вернуться обратно на землю ко всем нам, пожалуйста? Мистер Грэ-э-э-эм!

— Я мог бы выпить за это! Вздрогнем, Шафт! Нет, стой, я Шафт. Вздрогнем, братец Ладд! Теперь мы должны поторопиться и найти братца Грэма! Ох, стой. Моё настоящее имя Грэм! Я был здесь всё это время… Другими словами, я вовсе и не терял себя! Я вообще должен быть здесь?!

— Нет, не должны. Нам следует поторопиться и найти Ладда, – раздражённый Шафт, уже теряя терпение, продолжал диалог с Грэмом.

Они были бандой хулиганов родом из Чикаго, и Ладд относился к тому, кто собрал их вместе, – Грэму, – как к брату.

Однако личность Грэма была такой, какой была, и он всегда злоупотреблял своей мощью как лидера, и наведение порядка было оставлено на неофициального заместителя – Шафта. Это было повседневным явлением.

Шафт пытался оправдать своё имя в качестве основной оси машины, но неважно, как сильно он старался, крутящий момент Грэма как двигателя был настолько огромен, что грозился сломить его.

И сегодня мозг Грэма вдавил педаль газа в пол, не показывая никаких признаков того, что он вообще слышал Шафта.

— Так ты говоришь, что братец Ладд должен отправиться найти братца Ладда… Ясно! Он отправляется в путешествие, чтобы отыскать самого себя! Не волнуйся, Ша-… братец Ладд! Теперь, если я сменю свою вторую кличку на братца Ладда, наши поиски самих себя завершатся…

— А-а-аргх, я сдаюсь. Вы всегда была безнадёжны, но сегодня вы особенно плохи. Это становится просто нелепым, – так же, как и всегда, Шафт схватился за голову и рухнул на руль.

Однако…

Сегодня кое-что отличалось.

— Грэм, – эхом разнёсся ясный голос.

Если бы тоскливый туман обладал голосом, то так бы он и звучал: мягкий, нежный, по чуть-чуть просачивающийся в их сердца.

— Если ты будешь стоять под этим дождём…. то можешь простудиться… Пожалуйста, садись в машину, – девушка нежно улыбалась.

Ей была молодая женщина, занявшая заднее сиденье машины.

— …Хорошо. Спасибо, мисс Луа.

Грэм послушно кивнул и тут же спрыгнул с крыши. Он распахнул дверь возле места пассажира и забрался внутрь.

— …Почему вы слушаетесь только мисс Луа?

— Ну… Каждый раз, когда я смотрю на неё, мне хочется извиниться за то, какой я громкий… Ах-х, я действительно ужасен, не так ли… Я никогда не могу понять настроение! Я обречён никогда не понимать, что я творю, до тех пор, пока не станет слишком поздно, это безнадёжно, безнадёжно, безнадёжно…

Как марионетка со внезапно оборванными нитями, Грэм закрыл своё лицо руками и свернулся в клубок на пассажирском сиденье.

Голос заговорил с ним с заднего места.

— Не волнуйся, Грэм. Я на самом деле… весьма завидую твоей энергии…

— Ух, простите, мисс Луа, но он только успокоился, так что, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, не говорите ничего такого.

— Ох… Мне жаль…

Её голос был полон нежности, но звучал он так, будто может исчезнуть в любой момент, словно призрак в ночи.

Но голос девушки резонировал глубоко в сердцах тех, кто слышал его.

Тихий, но крепкий шёпот. В некотором смысле он был совершенно искренним.

Подумав об этом, Шафт взглянул на задние сиденья через зеркало заднего вида.

Луа Клайн.

Она была невестой бывшего заключённого, которого они собирались найти, – Ладда Руссо. Маньяка-убийцы, который заявил, что она будет последней, кого он убьёт.

Девушка определённо была прекрасна, как сказочная принцесса, спящая в озере.

Кто-то мог подумать, что она была слаба, как и все они, но Шафт знал правду.

Она обладала своей силой.

Она была напрямую связана с её кротостью, но…

…Эта девушка могла «принять» что угодно. Неважно что.

Даже перед лицом безумных речей Грэма она оставалась совершенно спокойна.

Поскольку она делала всё по-своему, на самом деле, Грэм не очень любил её, говоря: «Каждый раз, когда я смотрю на мисс Луа, я осознаю, что не понимаю, что происходит вокруг меня». Шафт действительно желал, чтобы он также мог понимать это, когда находится рядом с ними.

Он также осознал, что Луа была особенной.

Убитая ли женихом или похищенная мафией – она могла принять абсолютно что угодно и глазом не моргнув.

По-видимому, одно время она желала покончить жизнь самоубийством, но учитывая, как спокойно она относилась ко всему остальному, можно было задаться вопросом, что могло произойти такого, чтобы заставить её думать об убийстве себя.

Не то чтобы она абсолютно отчаялась.

Она не просто принимала всё вокруг себя. Она сталкивалась с этим лицом к лицу.

Шафт как-то похвалил её за это, но она лишь медленно покачала головой.

«Даже я… иногда боюсь… Я осознала это на поезде…»

«Этот монстр… Железнодорожный обходчик…»

«Я не боялась Железнодорожного обходчика, но Ладд… Я так боялась, что он убьёт Ладда…»

Шафт считал, что это было слегка мелодраматично, но в сравнении Ладд был ещё более странным, раз заставил её думать так.

Маньяк-убийца и суицидальная чудачка. Если уж на то пошло, пара была практически комичной. Но если кто-то посмеётся над отношениями этих двоих, то всего через секунду пожалеет, что вовсе родился на свет.

Тем не менее Шафт хотел как можно скорее воссоединить Луа с Ладдом и вернуться на их основную базу в Нью-Йорке. Грэм, может быть, и погрузился в депрессивное состояние сейчас, но, зная его, он всё равно найдёт способ сойти с ума несмотря на влияние Луа.

— Ну, давайте для начала съездим к станции. Не думаю, что даже мистер Ладд попробует вернуться в Нью-Йорк пешком.

— …Шафт, Шафт, Шафт… Ты такой наивный! Конечно братец Ладд не попытается пойти обратно в Нью-Йорк пешком!.. Но братец Ладд намного лучше, чем я когда-либо смогу стать! Кто знает, как он путешествует? Может, это нечто совершенно за пределами нашего понимания… – пробормотал Грэм сквозь свои руки.

— Ага, могу поставить, что он уже летит туда, пока мы тут болтаем, – Шафт завёл двигатель, говоря с Грэмом так, словно он убаюкивал младенца.

Остальные их друзья, окружившие машину, тоже прибыли на поезде, так что они направились в сторону станции.

Шафт начал ехать по главной дороге в том же направлении, но…

Благодаря чистой случайности он заметил кое-что странное всего секунду спустя.

Впереди прямо перед ними появилась машина, виляющая по дороге в их сторону.

— Что за чёрт. Это опасно. Уже пьяный в этот час… хм?

И тогда парень заметил ещё кое-что.

Лобовое стекло машины было разбито, и что-то цеплялось за крышу.

И этим «чем-то» на крыше скорее был кто-то и кто-то, кого он прекрасно знал… и Шафт невольно скривился.

Металлическая рука Ладда Руссо явно пробила крышу автомобиля, а затем он схватил тощего парня за шиворот воротника своей правой рукой, потащив его за собой.

Водитель запаниковал, когда стальная рука прошла сквозь крышу прямо рядом с ним, закричал и попытался достать пистолет из своего пиджака. Человек на месте пассажира запаниковал не меньше и сделал то же самое…

Но в следующее мгновение рука мужчины внезапно исчезла с крыши.

И через секунду после этого они увидели, почему, как раз когда машина врезалась в стену дома перед ними. Оба пассажира отключились от удара.

Шафт в шоке уставился на аварию, которая только что произошла прямо рядом с ними…

Ладд спрыгнул с автомобиля как раз перед тем, как тот врезался, и направился в их сторону с другим парнем всё ещё на хвосте.

Он взглянул на Шафта и заговорил.

— Эй, ты. Мне нужно проехаться до Нью-Йорка, у тебя есть место для-… – он внезапно оборвал себя в тот момент, когда его взгляд упал на заднее сиденье. – …Луа?

Хорошо, он наконец осознал, кто мы такие, – Шафт с благодарностью выдохнул, видя неверящее выражение лица Ладда. – И, похоже, он не узнал Шафта… или меня. Это замечательно.

— …Ладд?

Даже Луа казалась удивлённой из-за внезапного возвращения своего возлюбленного, но Шафт знал, что у них нет времени для эмоционального воссоединения.

Что это, чёрт возьми, был за инцидент, произошедший только что, кем вообще был парень, которого Ладд тащил за собой… У Шафта было так много вопросов, что он не знал с чего начать, но он понимал, что в приоритете сейчас запихнуть Ладда в машину и убираться отсюда на хрен.

— Ладно-ладно, мистер Ладд, мисс Луа, давайте сохраним приветствия на потом! Нам нужно убираться отсюда до того, как копы… прибудут… сюда?

Как раз когда Шафт собирался продолжить, произошло нечто вопиющее.

В какой-то момент Грэм выбрался из машины и замахнулся своим гаечным ключом на голову Ладда.

Какого чёрта он творит?!

— Братец Ла-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ад!

Гаечный ключ опустился вместе с криком.

Но в последнюю секунду Ладд развернулся, отпустил парня, которого тащил за собой и поймал гаечный ключ своей правой, человеческой рукой.

Пока гаечный ключ содрогался между ними, Ладд поднял взгляд на молодого человека, держащего его, и издал удивлённый смешок.

— Так… Так-так, неужто это пацан Грэм! Давно не виделись!

— Что за забавная история!.. Это правда ты! Только единственный и неповторимый братец Ладд может остановить такой смертоносный удар одной рукой! Даже не вспотев! Это правда ты, братец Ладд!

— Эй, если бы ты ошибся, то мог бы убить кого-то! – улыбаясь ярко, даже радостно, Ладд с колоссальной силой дёрнул правую руку назад и закрутился посреди улицы.

Грэм также не отпустил свой гаечный ключ, и Ладд взмахнул им, проведя гигантскую арку.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Потрясающе, это потрясающе! Разве братец Ладд не невероятен, Шафт?!

— Шафт?.. А, верно, Шафт, Шафт! Водитель!

Ладд крутанулся ещё несколько раз, всё ещё ухмыляясь, и беспечно швырнул Грэма через дорогу.

Грэм выполнил искусный перекат, когда приземлился на крышу одноэтажного здания, прежде чем подскочить на ноги. Он поднял свой гаечный ключ высоко над головой и издал боевой клич.

Я в грёбаном цирке или что?.. – как и всегда Шафт был совершенно ошарашен поведением своих компаньонов, и, как и всегда, он пришёл в ужас от чудовищной силы Ладда.

Невезучие прохожие, прогуливающиеся мимо, были ошарашены этим небывалым зрелищем, но Луа лишь медленно вышла с заднего места машины, словно это было чем-то совершенно нормальным, и принесла с собой ощущение спокойствия.

Она без сомнений верила, что Ладд вернётся целым и невредимым.

Даже сейчас она принимала всё так же, как и всегда, даже глазом не моргнув на освобождение Ладда или дикое воссоединение перед ней.

Она выглядела так, будто расставалась со своим возлюбленным всего на день, а не на годы.

— С возвращением, Ладд, – произнесла она с нежной улыбкой.

— Прости, что так долго, Луа.

Ладд крепко обнял её, словно желая убедиться, что она действительно здесь.

Если игнорировать их характеры, сцена воссоединения была прекрасна. Однако всё, о чём мог думать Шафт – это о том, как убраться отсюда настолько быстро, насколько человечески возможно.

Но прежде, чем он успел, знакомый синий комбинезон вернулся.

В какой-то момент Грэм спустился с крыши и теперь тыкал в рухнувшего на тротуаре парня своим гаечным ключом.

— Эй, братец Ладд, а это кто и откуда?

— М-м?.. А, я совершенно забыл! Он мой новый приятель. Нас освободили вместе, и мы просто нашли общий язык. Думаю, мы одного поля ягоды, хе-хе.

— Трудно в это поверить, учитывая, что он валяется без сознания. Его глаза в затылок закатились, и всё такое…

Шафт решил, что запихнёт бессознательного парня на пустое место в задней части машины, однако, взглянув на его лицо, он замер.

А?

Шафт осознал кое-что.

Лицо парня покрывал естественный макияж, но дождь постепенно смывал его.

Это раскрыло слабые шрамы от ожогов, будто он попал в некоего рода взрыв.

И плюс ко всему рука парня была протезом.

Она была сделана, чтобы выглядеть естественнее, чем левая рука Ладда, но при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что она очевидно фальшивая.

Лицо парня казалось несколько знакомым. А может и нет. Шафт на мгновение замер, но…

Грэм задал его вопрос до того, как у него появился шанс вспомнить.

— Так как его зовут, братец Ладд?

Ладд легко ответил.

Имя, которое он назвал, определённо находилось в «знаниях» Шафта.

Хотя Шафт окончательно вспомнил его лишь потом.

— Это Нейдар. Нейдар Шасшуле.

— Похоже, дядя Плачидо точит на него зуб, так что я подумал, что спрячу его на некоторое время.