«Этот доклад – копия уже отправленного документа.

Не знаю, кто может читать это, но есть кое-что, о чём я хотел бы заранее вас предупредить.

Поскольку этот доклад был сохранён в его изначальной форме, язык, использующийся там, невероятно неформальный.

Однако, пожалуйста, не поймите неправильно: я не тот человек, кто стал бы использовать подобный язык в официальном отчёте.

Этот доклад особенный, поскольку это письмо доверенному лицу, с которым я уже хорошо знаком, и оно составлено как довольно лёгкая, непринуждённая проза.

Таким образом даже если этот документ станет публичным после моей смерти, пусть будет ясно, что это, в большинстве своём, не более чем моё личное сочинение. Я не намерен преуменьшить авторитет дома Дорментайре или оскорбить семью моего господина.

Прошу, держите это в уме, пока читаете его.»

Эй, как ты там?

Тебе было одиноко без моих писем?

Ты так досаждала мне по поводу докладов, так что вот он я, пишу для тебя одной. Ты знаешь, что отчёт старика Сциларда будет сухим, как доска, так что я напишу свой так же, как и всегда.

Могу поставить на то, что тебе он понравится больше, не так ли? Это будет скорее напоминать разговор со мной.

В следующий раз, когда не сможешь уснуть, прочитай это и представь меня у своей подушки.

Ну, теперь к отчёту.

Мы добрались до города вовремя, но что за чёрт эта штука в океане?

Штрасбург безумный гений и похуже, чем я слышал.

Как и вы, Дорментайре, оживившие этого левиафана.

(Опущено)

Что до самого города, то он не оправдал моих ожиданий.

Я пробыл здесь всего день, но позволь мне перейти к сути:

Этот город действительно безумен.

Я сообщаю это мнение как официальное лицо.

Когда я впервые увидел его, подъезжая верхом, мне правда стало жаль их.

Я предположил, что какие-то злодеи создавали эти подделки и наркотики под носом некомпетентного правящего класса, и теперь дом Дорментайре прибыл, чтобы обрушить их прямо в ад.

Я думал, бедные ублюдки потеряли свой город из-за нескольких паршивых овец.

Но когда наступила ночь, и я встретился со шпионом, [ ] (примечание: имя шпиона не было скопировано), и узнал больше деталей, я едва ли мог поверить в то, что услышал.

Теми, кто изготавливал наркотик, были обычные горожане. Просто обычные люди… Чёрт возьми. Можешь поверить в это?

По-видимому, это началось, когда один алхимик создал наркотик по приказу аристократа по имени Аваро. Никто не знает, откуда он изначально появился или как распространялся, но затем горожане стали изготавливать дешёвую копию.

Каждый чёртов человек: от моряков в порту до пожилых леди, продающих овощи – был частью плана. Они покупали детей у работорговцев, а потом заставляли их работать и вдыхать испарения до тех пор, пока те не сходили с ума и не умирали!

Когда я спросил, сколько всего погибло, [ ], казалось, пришёл в ярость. Он сказал: «Если бы я начал работать шпионом раньше, я мог бы спасти множество этих детей». Думаю, он воспринимает это всё слишком уж серьёзно. Если бы мы узнали это раньше, ты бы сделала шаг, чтобы украсть концессии на наркотики, не так ли? Оставь ты это на меня, я бы никогда не стал использовать детей-рабов. Старик Сцилард мог бы попытаться, но я бы остановил его, даже если бы это означало вмазать ему.

Несмотря на то, что было оставлено на меня, я с самого начала был против наркотиков, и я уверен, что ты знаешь это. Скажем, вещи вроде опиума. Чего такого весёлого в том, чтобы заполнять свою голову туманом? Я знаю, что его использовали в лечебных целях, но правда.

Если так подумать, сегодня в городе я встретил алхимика по имени Бегг. Говорят, он создаёт только наркотики. Из того, что я слышал, он изначальный изготовитель этого наркотика, того, что был сделан по заказу аристократа. Не думаю, что он мне когда-нибудь понравится.

И всё же он коллега [ ], так что я держу эти мысли при себе перед ним.

Кстати говоря, ты уже знаешь всё это?

Шпион также должен был отправить доклад и тебе.

Так что ты, наверное, в курсе, что этот город настоящее пастбище из паршивых овец и на самом деле это аристократы тут этичные и достойные.

Если ты полагаешь, что я собираюсь устроить тут сцену, ты значительно недооцениваешь меня.

Но меня от этого всего тошнит, чёрт побери.

Если бы я знал об этом до того, как прибыл сюда, я, может, вовсе не захотел бы приезжать. После того, как я услышал об этом, я подумал, что весь чёртов город стоит попытаться на время взять в рабство.

Это всё настолько… грязно.

Воистину тошнотворная история.

Не знаю, какой информацией ты обладаешь, но в семье Мэйер, на которую работает [ ], есть девушка-служанка по имени Ники. Веришь или нет, но она была одной из рабынь в то время.

Она рассказала мне обо всём без утайки, будто это вовсе не повлияло на неё.

Но, думаю, это было столь болезненно, что ей нужно поддерживать дистанцию, чтобы вовсе говорить об этом. Она, может, и младше меня, но я впечатлён её силой.

Ох, не волнуйся. Как женщина ты лучше, чем она. Я никогда не позволял своим глазам блуждать.

Даже если каждую ночь у тебя в постели оказываются разные мужчины и женщины.

Ах, я отвлёкся.

На самом деле, я отвлёкся намеренно.

То, что Ники рассказала мне, столь отвратительно, что я не могу заставить себя написать это, не прервавшись на одну-две шутки.

Так что я пишу ещё раз. Я хочу подчеркнуть это.

Лотто Валентино.

Все взрослые здесь – прогнившие ублюдки.

И всё же они ходят тут, притворяясь, что они достойные люди, совершившие свои преступления, чтобы выжить. Они уродливые, утомительные и безнадёжно мерзкие.

Ну, может, там есть парочка исключений. По правде говоря, исходя из того, что рассказал мне шпион, не все были вовлечены.

Согласно словам шпиона, леди, владеющая кондитерской на полпути к холму, категорически отказывалась как-то связываться с этой группой. Возможно, я схожу куплю у неё сладостей завтра. Если они смогут пережить путешествие, я отправлю тебе немного в следующий раз.

Я опять отвлёкся, но я здесь, посреди кучи безымянных обыкновенных горожан, которые не понимают своих преступлений. Это отвратительно.

Что я надеялся найти, так это какую-то героическую драму, злобное тайное общество, и я бы лично разоблачил их подлые деяния.

Когда я рассказал старику Сциларду об этом, он всё не прекращал издеваться надо мной.

Хотя что в этом такого? Алхимики могут мечтать, не так ли?

Ну, мой путеводитель – это не то, что ты хочешь знать, верно?

Думаю, доклад Карлы будет содержать в основном ту же информацию, так что мой будет более субъективным, чем её.

Сегодня произошёл один инцидент.

Иронично, из того, что мне рассказали, это годовщина того дня, когда корабль дома Дорментайре подожгли.

В настоящий момент я расследую, имеет ли оно к этому какое-то отношение. Жди моих докладов на следующей неделе.

Всё, о чём я могу доложить в этом письме, так это то, что произошёл инцидент.

Я не был уверен, с чего я должен начать свою историю, но, пожалуй, я начну с того, что случилось в полдень.

После того, как мы с Карлой разделили пути, я прошёл через портовый район, и я столкнулся с парой невероятно странных ребят.

Не знаю, как объяснить… Они были иностранцами, да, и их цвет кожи отличался от моей, но это не то, что я имею в виду. Они были просто… странными.