Он помнил, что его мать сказала ему на могиле его отца два года назад.

— Слушай внимательно, Марк. Если… если кто-то похитит тебя и спросит, где оно, ты должен рассказать им об этом месте до того, как они сделают с тобой что-то, понял?

Его мать закопала коробку с бутылкой на могиле его отца. Затем она обняла его очень-очень крепко.

— Я думала дать тебе испить его, но… Я просто не могу пойти на это. Это будет слишком эгоистично с моей стороны. Мы всё ещё не знаем, полюбишь ли ты этот мир или же нет.

Марк не понимал, о чём говорит его мать. Так что он продолжил слушать.

— Вот почему… вот почему ты должен оставаться сильным, Марк. И однажды, если ты всё узнаешь, вспомни это место. Что делать с этой бутылкой решать тебе.

Тепло его матери смягчило сердце мальчика. Марк никогда не забывал улыбку, которую она показала ему в тот день.

Но всего пару дней спустя она была найдена мёртвой с бесчисленными дырами в своём теле…

И мальчик никогда больше не сможет улыбнуться, как она.

⇔

Это было утро после шумихи.

— Я рад, что мы выбрались оттуда целыми и невредимыми, – сказал Эльмер Марку.

Их обоих без особого шума выпустили из убежища Гандоров.

— Как ты себя чувствуешь? Думаешь, теперь, когда ты отомстил, ты сможешь улыбнуться?

— …

Марк взглянул на бестактного бессмертного монстра.

— Прости. Наверное, не так просто дать ответ на это.

— …

Эльмер с улыбкой последовал за молчаливым Марком и продолжил.

— Месть, видишь ли, это не то, что ты делаешь ради мёртвых. Это нечто вроде борьбы за собственную жизнь… Вроде акта примирения своих чувств с реальностью с целью двигаться вперёд. Многие люди заявляют, что планируют умереть после отмщения, но даже это просто их способ умереть счастливыми.

— …

— Ты отомстил, и ты двигаешься дальше. Ты заслужил своё право быть счастливым. Но, опять же, я понятия не имею, моральное ли это право или же нет, и, если честно, меня не волнует.

Бессмертный монстр не хвалил, но и не критиковал Марка. Он беспечно продолжил.

— Ты задаёшься вопросом, должен ли ты загладить свою вину за содеянное?

— …

— Я бы сказал, валяй, если это заставит тебя улыбнуться. Если у тебя есть сожаления, тогда подумай о том, как искупить себя. Позволить одному из родственников твоих жертв отомстить тебе может быть одним из вариантов, если это удовлетворит тебя.

Несмотря на то, что Эльмер высказывал одно бестактное замечание за другим, Марк знал, что он не имел в виду ничего плохого.

Так что он продолжил слушать, отказываясь убегать.

— Просто продолжай думать об этом до тех пор, пока не почувствуешь себя лучше. Тебе не нужно сдаваться, но просто помни одну вещь.

— …

— Я никогда не отрину твоё право быть счастливым, даже если остальной мир посчитает иначе. Не забывай, что такие люди существуют.

Марк наконец остановился. Он развернулся и посмотрел Эльмеру прямо в глаза.

— Я… я думаю, вы жуткий, раз говорите всё это с серьёзным видом. И, если честно, я вас боюсь. Я не хотел бы говорить это, но я боюсь, что, если кто-то вроде вас действительно бессмертен, в итоге однажды вы уничтожите мир.

— А, тут не за что извиняться. Это совершенно нормальная реакция. Мой старый друг постоянно говорил: «Твои благие намерения хуже гнева божьего». Довольно грубо с его стороны, не думаешь? Хах!

С этими словами Эльмер закончил. Он помахал Марку и развернулся…

Но мальчик внезапно окликнул его. Эльмер обернулся.

— Но всё же… Спасибо. За всё. Правда.

Это было лишь мимолётное мгновение… но Эльмер смог увидеть слабую улыбку на лице Марка.

И для него этого было достаточно.

⇔

Вечер – Спикизи «Джейн До».

Закончив отчёт для президента Дейли Дейс, Карл заглянул в спикизи, где должны были находиться Грэм и его банда.

Поговорив с ними, он посетил концертный зал джазовой музыки Гандоров и сложил вместе практически полную картину произошедших событий.

Так в итоге… Лестер не сбежал из Нью-Йорка.

Карл ожидал, что Лестер покинет город сразу же после того, как наймёт Смита.

Почему он пошёл к Гандорам вопреки самому себе: он ведь человек, который не желал приключений в своей жизни?

Карл озвучил своё недоумение президенту.

«…Я могу лишь предположить, что жажда крови убийцы в нём повлияла на действия его обычного «я», – ответил президент через пару мгновений столь же спокойным тоном, как и всегда.

Если всё обстоит именно так… Может, он избегал приключений, потому что он не хотел столкнуться с убийцей внутри себя вновь.

Или, может, я слишком высокого мнения о нём.

Чувствуя жалость к своему бывшему коллеге, Карл спустился по лестнице и подумал о Марке.

Он намеревался усыновить мальчика, если возможно, но, когда он предложил это Марку…

— Спасибо… но Марк Уильменс уже мёртв. Вы не можете усыновить мёртвого человека, так? – сказал он, покачав головой.

Что он планирует делать теперь? Он собирается покинуть Нью-Йорк?

Или он решил сдаться полиции?.. Но, опять же, я слышал, загадочный департамент Бюро Расследований всегда вмешивается во все дела, связанные с эликсиром…

Но в любом случае совершение убийства, должно быть, болезненный опыт для ребёнка.

Несмотря на юный возраст, Марк смог с такой лёгкостью забрать человеческие жизни. Тот факт, что он мстил, не отменял того, что он стал убийцей.

Даже несмотря на то, что его мотивы были ровно противоположны мотивам Лестера…

Скорее всего, дело было вовсе не в том, что некоторые люди были просто рождены убийцами. Карл думал, что в каждом человеке с рождения скрывался потенциал стать убийцей. Затем, наверное, сохранение чьей-то человечности в мире, полном потенциальных убийц, было внутренней борьбой, с которой все люди сталкивались каждый день.

Поскольку его статья об инциденте будет считать всё это великой загадкой, Карл подумывал о том, чтобы закончить её этой мыслью. Но он всё ещё не хотел думать о Марке как о ком-то, кто проиграл эту битву с самим собой.

Но, опять же… Даже если я захочу спросить, сомневаюсь, что я увижу его когда-либо вновь.

Ощутив иного рода сочувствие к Марку, отличное от того, которое он испытывал к Лестеру, Карл шагнул в спикизи…

И там он увидел знакомое лицо мальчика.

— Позвольте мне поведать вам одну чертовски потрясную историю! Кто бы мог подумать, что мистер Смит найдёт себе подчинённого?

— Он его подмастерье, а не подчинённый, мистер Грэм.

— Подмастерье. Подмастерье?.. Но это значит, что он обязан чему-то научить его. И касательно этого вопроса, кажется, будто солнце и мир обучали меня чему-то последние пару дней, что, иными словами, означает, что я подмастерье солнца и этого мира?.. И что эта знойная, жаркая погода – проверка?! Это нехорошо, Шафт. Я всё ещё ничему не научился!

— Тогда почему бы вам не завалить эту проверку, чтобы мир бросил вас, мистер Грэм?

Пока Грэм продолжал свою обычную тираду, а Шафт сухо отвечал ему, высокий мужчина в длинном пальто сидел в углу спикизи. Возле него сидела маленькая фигура, шляпа которой отбрасывала тень на её лицо.

— Эй, подмастерье.

— Да, мистер Смит?

— …Зови меня учитель.

— Да, учитель?

Ошибки быть не могло. Карл знал это лицо.

И, словно чтобы подтвердить его подозрения, Шафт вдруг подал голос.

— В любом случае, мистер Грэм, вам действительно нужно было остановиться именно на истории «безымянного мальчика, потерявшего память»? Я хочу сказать, это убого, и, кроме того, весьма очевидно, что это Мар-… Гах!

— Хорош трепаться, Шафт! – отозвался Грэм, закрыв рот Шафта концом своего гаечного ключа. – Послушай. Личность Ледоруба Томпсона останется между нами.

— …Конечно-конечно, мистер Грэм. Не расскажу даже собственному отцу, если спросит.

Подслушав их беседу, Карл подождал, пока Смит покинет своё место, прежде чем заговорить с мальчиком.

Но мальчик просто сказал ему, что он будет работать как подмастерье наёмника по имени Смит.

— Хотя это не значит, что я хочу стать наёмником. Мистер Сми-… то есть, учитель сказал, что он заберёт моё прошлое и даже все мои преступления, но я не могу полностью забыть об этом. Я убийца, нравится мне это или нет.

Он сказал, что Смит согласился с его точкой зрения, намереваясь действительно убедиться, что мальчик по имени Марк во всех отношениях мёртв.

— Так что… я хочу последовать за господином, когда он двинется дальше с моими преступлениями. Я хочу наблюдать за этим до самого конца.

— …И ты намереваешься взять ответственность за его грехи?

— Не знаю. Может, мне просто тяжело отпустить это, но…

Марк на мгновение закрыл глаза и вспомнил свою мать… Он натянул улыбку, которую попытался сделать похожей на улыбку своей матери.

— Я всё ещё жив благодаря моей маме и всевозможным совпадениям. Я… я хочу посмотреть эту жизнь до самого конца.

Карл подумывал о том, чтобы сказать что-то, но покачал головой, увидев улыбку мальчика.

— Если ты когда-нибудь устанешь от всего, найди меня в Дейли Дейс.

Информационный брокер подумал, что он, возможно, лицемер, раз видит свою погибшую дочь в этом мальчике, но он одарил Марка своей собственной улыбкой.

— Я был бы рад обучить тебя основам журналистики.

⇔

На перроне плакала маленькая девочка, по-видимому, разлучённая с родителями.

Люди, проходившие мимо, на мгновение обеспокоились ей, но звон просигнализировал о неизбежном отправлении поезда, заставляя их поторопиться в свои вагоны.

Но один человек подошёл к девочке, не волнуясь о звоне.

Двери поезда закрылись.

Хотя парень только что впустую потратил свой билет на поезд, он присел, чтобы быть на одном уровне с девочкой, и нежно улыбнулся, успокаивая её.

— Приветик, приятно познакомиться! Ты можешь продолжить плакать, если хочешь, но попытайся улыбнуться мне! Покажи мне широкую улыбку!

Тем летом рыдающая девочка повстречала…