Третий этаж некоего здания – Уолл-стрит – Нью-Йорк.

— В сторону это, Ледоруб Томпсон, хах? Что за имя такое дурацкое. Ещё раз, какая газета начала звать его так?

— ДД, судя по тому, что я слышал.

— Дейли Дейс, значит… Для мелкой газетёнки они довольно хороши в том, чтобы цепляться за лучшие сплетни.

— Без шуток.

— В любом случае на прошлой неделе был четвёртый, верно? Разве к этому моменту он не примерно наравне с Джеком Потрошителем?

— Надеюсь, что нет.

— Что говорит полиция?

— Они не могут найти ни единой зацепки.

В новостной компании в Нью-Йорке начался обед.

Группа мужчин, окружённых кучами документов, фотографий и рукописей, участвовала в обсуждении. Конечно, это не значило, что у них в самом деле перерыв. Люди вокруг них отчаянно боролись с горами информации и телефонными звонками, словно им позволялось уйти на обед только после того, как они закончат работу.

Иными словами, даже среди журналистов у этой группы была целая гора свободного времени…

И словно чтобы вывести их из этого вялого состояния обратно на пик, главный редактор вышел из задней части офиса и повысил свой голос.

— Похоже, у некоторых из вас руки чешутся взяться за ещё больший объём работы, раз у вас есть время поболтать о чьём-то ещё сюжете, а?

Беззаботный, но всё же мрачный тон их босса быстро заставил журналистов замолчать. Один из них попытался оправдаться.

— Но, шеф, что мы должны делать? Лестер тот, кто ответственен за это, и он, ну, вы знаете…

— Вам лучше думать о том, как закончить свою собственную работу, прежде чем говорить о чьей-то ещё у человека за спиной. Может, вам тоже удастся попасть на свидание с этим чёртовым серийником, если вы закончите свои сюжеты, – главный редактор усмехнулся.

Хотя ему было явно за пятьдесят, он был закалённым мужчиной, чей крепкий характер становился очевиден по его улыбке.

Журналисты и редакторы, однако, могли сказать, что его отличительная улыбка не достигала глаз, виднеясь лишь на губах, и один за другим быстро бросились прочь из комнаты.

Главный редактор вздохнул и осмотрел офис. Он заметил одну конкретную личность в беспорядке комнаты.

Мужчина подошёл к молодому человеку, положив руку ему на плечо.

— В чём дело, Лестер? Не должен ли ты пойти работать над своим сюжетом?

Лестер вздрогнул от тяжёлого тона главного редактора.

Он был светловолосым юношей двадцати с чем-то лет.

Ему понадобилось мгновение, чтобы перевести дух, после чего он обернулся, взглянув на своего начальника.

— Прошу, не пугайте меня так, шеф. Я всю неделю на взводе.

— И всё же я думаю, что это идеальный сюжет для такого осторожного человека как ты, Лестер.

— Жаль, что я слишком осторожный, чтобы уследить за всем, что происходит в этом деле, – Лестер, который был ответственен за сюжет о «Ледорубе Томпсоне», вздохнул и покачал головой. – Всё это дело… Скорее всего, это какой-то бедный ублюдок, который сошёл с ума из-за того, в каком состоянии экономика. Всё, что мы знаем – это то, что оружие, вероятнее всего, ледоруб и что преступник не охотится за деньгами, судя по тому, что кошельки жертв он не тронул… Вот и всё. Это буквально всё, что у нас есть, шеф! Как я должен написать статью, имея лишь это?

— Я уверен, что там должно быть больше деталей, в которых ты мог бы покопаться. Проведи интервью с семьями жертв. Попытайся выяснить, если ли какая-то связь между ними.

— Я уже сделал это, но работать всё ещё особо не с чем.

— Что мы можем сделать? Прямо сейчас Америка сгребает золото, и мы не можем продолжать нести эти мрачные сюжеты вечно. Конечно, таблоиды выдумывают сюжеты так, будто завтра конец света. Благодаря этому Дели Дейс выпала честь окрестить этого убийцу, – главный редактор посмеялся и занял пустое место возле Лестера. – Если честно, учитывая круг наших читателей, мы продадим больше копий, если пока что просто сфокусируемся на Олимпийских играх. Всё, что мы должны сделать – это суммировать общий итог и позже составить хронологию событий, а потом выпустить серию статей об этом. И если преступник будет пойман, тогда мы все сможем вернуться в обувной магазин, не оглядываясь по сторонам.

Лестер знал, что «обувной магазин», о котором говорил главный редактор, – это спикизи.

В это время даже обувные магазины открывали спикизи в своих подвалах. Учитывая находящуюся на пике Депрессию, владельцам бизнесов становилось всё сложнее и сложнее прокармливать свои семьи. Бесчисленное множество людей было вынуждено обратиться к незаконному алкоголю с целью удержать свои семьи на плаву.

Лестер также знал, что абсолютно каждая жертва была атакована в пустых переулках на пути в или из спикизи.

Это было всеобще известно, и об этом вещали по радио и писали в газетах, но люди обнаруживали, что всё равно возвращаются в свои любимые спикизи.

Конечно, поскольку Лестер не желал говорить обо всём этом со своим начальником, он решил молча продолжить слушать.

— И, если так подумать, ты был тем, кто в первую очередь попросил назначить тебя на этот сюжет, Лестер. По правде говоря, я был весьма удивлён. Это не тот тип сюжетов, за который ты обычно берёшься. Если ты не в состоянии сделать это, я поменяю тебя с кем-то ещё.

— …Простите за всё это шеф. Но я бы хотел продолжить. Могли бы вы позволить мне и дальше работать над ним? Я просто стал слегка нетерпелив из-за того, что не мог особо продвинуться вперёд. Мне правда жаль, шеф. Клянусь, я больше не буду жаловаться.

— Да пожалуйста, жалуйся сколько хочешь, Лестер. В конце концов, мы можем винить лишь полицию за отсутствие прогресса.

Главный редактор сложил руки и сделал Лестеру предложение.

— Слушай, Лестер. Пока ты проделываешь эту работу, бегая взад-вперёд между полицейским участком и тёмными переулками, как насчёт того, чтобы взяться за ещё один сюжет?

— …

— Ты не особо веселишься со всем этим сюжетом про Ледоруба Томпсона, не так ли? Не стоит и говорить, что Карл всегда на шаг впереди тебя.

— …Прошу, не говорите о нём, шеф.

Карл.

Лестер нахмурился при упоминании этого имени.

— Он неудачник, шеф. Оставить это место, чтобы перейти в какую-то мелкую компанию вроде ДД… Почему он вообще должен меня волновать?

— Но Карл Дигнесс тот, кто придумал прозвище «Ледоруб Томпсон». Кто знает? Может, он предназначен для исторических книг новостного бизнеса.

— …

— И не то чтобы он бесцеремонно ушёл. Он перешёл в ДД только с целью помочь заботиться о своей больной дочери. Я не знаю деталей, если честно, но я не вижу причин звать его неудачником, Лестер.

Лестер как раз собирался пожаловаться из-за того, что главный редактор принимал сторону Карла, но главный редактор продолжил до того, как тот успел сказать хоть слово.

Его слова были строгими, но всё же добрыми.

— Но, видишь ли, Лестер. Отставим в сторону факт того, что всё это не о чьей-то победе или проигрыше, не то чтобы ты сам планируешь становиться неудачником, не так ли? И вот почему ты вызвался добровольцем на этот сюжет.

— …

Лестер затих. Главный редактор медленно поднялся и дал Лестеру дополнительную работу.

— Это новый сюжет о молодых людях из тёмных переулков Нью-Йорка. По своему существу они не являются бандами, но ты знаешь, что в последнее время появилось довольно много хулиганов, верно? Что молодые парни и девушки в прослойке нашего общества думают обо всём этом? Что у них на уме? Эти молодые люди наше будущее. Что они думают сейчас, когда наше будущее столь туманно? Это тема одной из колонок, которую мы вскоре начнём… Как насчёт того, чтобы начать с этого?

Похлопав Лестера по плечу, главный редактор вручил ему клочок бумаги из своего кармана.

На бумаге были записаны несколько адресов. Скорее всего, это были местоположения укрытий молодых людей.

— Не слишком волнуйся об этом. Они может и хулиганы, но дети есть дети. Не стоит их переоценивать или недооценивать.

— Но ты не думаешь, что это пара пустяков в сравнении с серийным убийцей?

⇔

Закат – Где-то в Нью-Йорке.

Ха-ха. Придурок.

Лестер шёл по улице: недовольство отчётливо заметно на его лице.

Чёрт возьми. Почему из всех людей он в итоге упомянул Карла?

Вспомнив беседу со своим начальником, которая завершилась всего пару часов назад, Лестер даже не подумав стиснул зубы.

Карл был его знакомым журналистом, который работал в той же компании, что и Лестер, ещё пару лет назад.

Он около пяти лет был старшим товарищем Лестера в компании, и для Лестера он был ролевой моделью и целью.

Однако, чем дольше он работал, тем яснее Лестер видел различия между собой и Карлом… Отличие, которое нельзя было преодолеть с опытом. В конце концов, его уважение уступило зависти.

Он никогда не смог бы сравниться с Карлом даже в своих мечтах.

Лестер пытался загнать эту мысль в глубины своего разума и отчаянно боролся со своей работой с целью доказать, что он неправ, но результаты были катастрофическими. Ничто никогда не выходило так, как ему хотелось.

Однажды его начальник сказал ему: «Для журналиста ты слишком уж дорожишь своей жизнью». Несмотря на то, что журналисты должны были справедливо рассматривать собственную безопасность как главный приоритет, когда писали свои статьи, Лестер был из тех людей, кто избегает опасностей любой ценой, даже если это означало потерять потенциальную сенсацию.

Несмотря на то, что ошибочно было бы заявлять, что журналисты не беспокоились о своих собственных жизнях, Лестер был слишком уж осторожен для собственного же блага. Это касалось не только его карьеры. Его жизнь также развивалась с учётом такого же образа мышления.

Ставить свою собственную жизнь на кон ради сенсации?

Я не понимаю людей, которые размышляют так.

Мы должны следовать за инцидентами. Нет ничего более унизительного, чем самому стать жертвой и создать новости для других людей.

В конце концов, базовый принцип жизни… это то что ты являешься всем в своём мире.

Если бы мы обладали десятью тысячами жизней, каждая из них обладала бы собственной «сущностью», и в итоге все они заботились бы лишь о себе.

…Или Карл отличается?

Я слышал, что он сделал нечто глупое, чтобы заработать денег и вылечить свою дочь… Но в итоге он просто разделил собственную жизнь со своим больным членом семьи. Он даже брался за опасную работу, говоря, что он делает это ради своей больной жены. Чёрт бы его побрал.

У Лестера, с другой стороны, не было проблем с тем, чтобы писать хорошие статьи, но он не был способен добраться до правды, скрывающейся в инцидентах, о которых он докладывал. Его неспособность сделать ещё шаг вперёд в сюжетах привела к тому, что в офисе его стали звать трусом.

Вот когда Карл сделал ему строгое предупреждение относительно его подхода. В этот момент зависть Лестера вспыхнула, и с этого дня они больше не смогли прийти ни к какому рода соглашению.

В любом случае… молодые люди в глухих переулках, хах.

Очередная раздражающая работа…

Список адресов, который главный редактор вручил ему, содержал местоположения закрытых фабрик, спикизи, заброшенных церквей и разрушенных отелей.

В записке было всего одно имя, и оно было помечено фразой: «Прояви осторожность».

«Грэм Спектр», хах…

…Никогда раньше не слышал это имя.

Возможно, он был хорошо известен среди уличных юнцов, но в конце концов, скорее всего, он был просто ещё одним хулиганом. Не тот человек, которого стоит запоминать, подумал Лестер.

Чёрт возьми. Дети довольно большая головная боль, когда имеешь с ними дело, и в лучшие времена…

Дерьмо. Я просто должен продолжать преследовать какой-то сюжет, из которого даже не выйдет хорошей статьи?

Я должен преследовать этого чёртового убийцу.

Верно. Я… я не трус.

Я заполучу эту сенсацию раньше Карла. Я им всем покажу, что я не трус.

Пока он продолжал идти, потерянный в мыслях, Лестер почувствовал что-то холодное на своей руке.

— ?

Парень поднял взгляд. Холодная капля воды упала на его лицо.

Первые одиночные капельки воды вскоре уступили место моросящему дождику, а затем ливню… Не прошло и пары минут, как Лестер промок насквозь под дождём.

К тому времени как он осознал, что стало слишком уж темно для этого времени суток, было уже поздно. Внезапный ливень в мгновение ока обрушился на улицы, быстро отгоняя людей прочь с центральных улиц.

Гроза, хах.

…Может, Ледоруб Томпсон покажется.

Жертв Ледоруба Томпсона всегда обнаруживали после дождя.

Одной из его визитных карточек был особенно ужасающий труп, оставленный позади, когда с плоти уже смыли кровь, оставляя раны чистыми и невероятно заметными.

Если я продолжу идти в одиночку… В итоге я могу стать потенциальной жертвой, хах.

Лестер содрогнулся от этой мысли, но он не замедлился, продолжая шагать как ему заблагорассудится.

Промокший до самых костей парень без зонта забежал в тёмный глухой переулок.

Он шагнул вперёд убеждённый, что путь впереди чист, однако…

Его надежды рухнули слишком уж быстро и внезапно.

Пока он бежал по переулку в сторону своего пункта назначения, заворачивая в особенно пустынный угол, он заметил впереди одинокую фигуру.

Как результат… журналист, который ценил свою жизнь, в итоге столкнулся с серийным убийцей.