Первая ночь круиза.

Маленький корабль пересекал океан.

Правда, «маленьким» он был в сравнении с определённым роскошным круизным лайнером.

Это судно, которое было достаточно большим для частного прогулочного корабля, быстро неслось вперёд.

В поле видимости не было никаких других кораблей.

Всё, что его окружало – это водная гладь.

Единственной примечательной вещью было звёздное и особенно прекрасное небо, из-за которого мир казался естественно образовавшимся планетарием.

Корабль продолжал двигаться в сторону своего пункта назначения посреди этого вида, который практически создавал иллюзию того, будто всё в этом мире затонуло под волнами.

Вскоре… перед кораблём предстала некая форма.

Вдалеке виднелся некоего рода свет, слегка отличный от сияния звёзд, отражающихся в воде.

Когда корабль подплыл ближе, света стало куда больше, а его источники многочисленны, теперь практически напоминая остров.

Когда они достигли точки, где в этом объекте легко можно было распознать роскошный круизный лайнер, корабль погасил свет и медленно подплыл к круизному судну.

Обычно круизный лайнер передвигался куда быстрее.

Однако маленький корабль просчитал его траекторию и двигался кругами, медленно приближаясь.

И наконец…

Когда он достиг точки, где корабль в теории мог столкнуться с круизным лайнером, тень покинула меньшее судно.

Это была тёмная фигура.

Человек, весь покрытый чем-то чёрным, носил костюм для дайвинга и, держа в каждой руке некоего рода движитель, тихо направился к кораблю.

Словно торпеда в кромешно-тёмных водных глубинах.

С близкого расстояния можно было легко понять, что круизный лайнер плыл на огромной скорости.

Гигантская масса прокладывала свой путь через океан на скорости более пятидесяти километров в час.

Столкновение с таким объектом превратит жертву в кучку ошмётков, даже если она попытается уклониться, поскольку огромные винты нашинкуют её в фарш прежде, чем кто-либо заметит.

Однако тень приближалась к круизному лайнеру, не колеблясь ни секунды.

…И она зацепилась за боковую сторону корпуса так, словно это не требовало совершенно никаких усилий.

Скорее всего, в своих руках она держала некоего рода присоски.

Хотя в таком состоянии нельзя было сказать наверняка, как они работали, тень повторно прилепила и переместила присоски, забираясь по поверхности корабля, как какое-то насекомое.

Наконец забравшись на высоту, равную небольшому зданию, тень прибыла на балкон какой-то из нижних палуб.

На Энтренсе все полулюксовые каюты, сосредоточенные у носа корабля, были оснащены балконами.

Шагнув на один из таких балконов, человек молча приступил к своей работе.

Из футляра на своей спине он достал маленькую лебёдку и привязал её к верёвке, которая была обмотана вокруг его талии и тянулась сквозь водную гладь.

И, когда он смог поднять контейнер, который был связан с верёвкой…

Он услышал, как стеклянная дверь, ведущая в каюту, открылась.

Фигура в каюте сглотнула, увидев человека на балконе.

Нарушитель носил чернильно-чёрный боевой костюм, как некоего рода тайный военный агент. Его лицо полностью скрывала силиконовая маска, и поверх своих глаз он надел пару очков ночного видения.

И увидев на своём балконе эту явно очень подозрительную личность…

Обитатель каюты выдохнул и сказал:

— Не пугай меня так, Лайф. Мог бы, по крайней мере, постучать.

Затем человек, который был скрыт с головы до пят, не показывая ни миллиметра кожи, спокойно ответил:

— Я прибыл именно так, как и планировалось. На самом деле, я был удивлён, обнаружив, что вы оставили балкон без присмотра.

Его голос был монотонным и несколько отстранённым. Благодаря тому, что его слова заглушала маска, едва ли возможно было понять, что голос принадлежал молодому человеку.

— Если бы я просто стоял здесь всё время, другие пассажиры могли бы что-то заподозрить.

— Мне казалось, что пятнадцать кают, окружающих эту, были заняты нами или же нашими коллегами, – холодно заметил Лайф.

Обитатель каюты шагнул на балкон и сплюнул в воду.

— Не будь таким дотошным… Этот Деф всё же был лучшим из вашей команды.

— И я согласен, что он был самым умелым из нас всех. Теперь, когда его нет, мне не кажется, что мы продержимся намного дольше.

— Хорош быть таким занудой.

— Разве не нелепо потерять наше самое сильное оружие на мелкой работёнке ещё до того, как мы приступили к этой? Я присоединился к этой миссии, как и приказывал президент, но, если быть совсем откровенным, я практически не вижу шансов на успех.

Бизнесмен раздражённо вздохнул, когда его союзник изложил неприятные факты в излишне сухой манере.

— Заткнись. Вы все из «Четвёрки Агонии» должны держать свои рты на замке и делать то, что мы вам говорим. Ты принёс товар?

— Если вы хотите знать, я бы попросил вас помочь в доставке «товара» как можно скорее.

— Тц…

Бизнесмен, очевидно, был недоволен, однако всё равно начал помогать затаскивать груз Лайфа.

Несколько минут спустя Бизнесмен открыл два контейнера, которые они вытащили…

— …Это просто идеально, Лайф.

Он усмехнулся, а его прежнее раздражение рассеялось без следа.

Внутри ящиков находилась настоящая гора «товара».

Огромная масса, которая, казалось, была огнестрелом и гранатами, сливалась воедино.

Там даже были объекты, которые нельзя было распознать с первого взгляда. Содержание контейнеров выглядело так, будто они собираются использовать всё это, чтобы начать войну.

И эти люди действительно планировали нечто подобное.

— Ты, должно быть, шутишь! Ты реально притащил РПГ? Ты что, планируешь потопить этот корабль или как?! – обитатель каюты издал удивлённый смешок, доставая особенно примечательную трубу.

— Если до этого дойдёт, тогда да.

— Воу. А ты знаешь? Если плохие парни затаскивают подобное оружие на корабль или типа того, герой в итоге добирается до него и стреляет в их вертолёт для побега в самом конце.

— И я бы попросил вас позаботиться о том, чтобы такого не произошло.

— Это ты Иллнесс скажи.

Бросив это последнее замечание, мужчина повернулся к Лайфу спиной.

— Я позову остальных. Эта дура Иллнесс отсиживается в кинотеатре, так что не беспокойся о ней.

— …

— Эй, уж не знаю, какое лицо ты там состроил, но просто остынь. Мы единственные на этом корабле, у кого есть оружие. В лучшем случае у охраны есть ружья для подавления толпы или пистолеты для стрельбы по тарелочкам. И со всеми этими антитеррористическими мерами в наше время кто-то из пассажиров никак не мог пронести оружие.

И он рассмеялся, став монстром, который может уничтожить корабль…

— Мы готовы разрушить это место, прямо как в «Чужом», так что лучше повеселиться, пока мы занимаемся этим!

— Я ощущаю некий укол совести, словно жульничаю в видеоигре, – впервые Лайф ответил несколько шутливым тоном.

Мужчина фыркнул от смеха и покинул комнату.

Вновь оставшись один, Лайф систематически проверил содержимое оставшихся контейнеров и пробормотал себе под нос:

— Разрушать, вот как?..

Хотя в его голосе была заметна некая шутливость, никак нельзя сказать, улыбалось ли его лицо, скрытое под маской.

— Я лишь надеюсь, что в самую последнюю секунду герой не одолеет вас.

Следующий контейнер, который он открыл, содержал нечто, что очень сильно отличалось от оружия или чего-то для захвата.

— В конце концов, вы не Джейсон или Фредди… Вы просто злодеи, которые участвуют в заговоре по захвату корабля.

Внутри контейнера лежали множество белых масок прямиком с какого-то итальянского карнавала.

— У вас нет идеологии или принципов, президент даже не сообщил вам о его истинных намерениях… украсть чужое будущее ради бизнеса. В конце концов, вы лишь беспринципные безмозглые преступники. Как и я сам.

Практически казалось, что Лайф, чьё истинное лицо тоже скрывала маска, отражался в бесконечном зеркальном коридоре.

Парень достал одну из этих масок и со смущением произнёс:

— …Я слишком много разговариваю сам с собой. Это тревожащая привычка. Даже для меня.

⇔

В то же время – У фонтана Треви в корабельном казино.

— Что это за?..

Фиро тихо сглотнул, стоило ему зайти в это место.

Как только грандиозная церемония отправления, полная фейерверков и голубей, завершилась, парень сменил свой смокинг на более комфортный пиджак и отправился осматривать корабль вместе с Эннис и Чесом.

Короче говоря, на корабле было всё.

Хотя это могло показаться несколько обманчивым заявлением, но на корабле было всё, что только Фиро мог представить на борту судна.

С точки зрения одних только ресторанов, там были и пятизвёздочные закуски, и дешёвые забегаловки, итальянская, китайская, японская еда и даже место, где подавали живых муравьёв в мёде, как деликатес коренных народов Австралии.

С точки зрения шоппинга, казалось, словно на судно перенесли гигантский торговый центр. Хотя свежая еда, к сожалению, была ограничена, там было всё, начиная с высококлассных бутиков и заканчивая магазинами спорттоваров, книжными, магазинами игрушек, салонами красоты и залами игровых автоматов. В центре корабля находился гигантский холл, и магазины были выстроены на этажах, образуя круг вокруг этого самого центра. Потолок холла был выполнен из прозрачного акрила, и в дневное время использовались зеркала, чтобы освещать холл естественным солнечным светом.

Но наиболее разнообразными здесь были места проведения досуга. Хотя такие вещи как колесо обозрения или карты, что неудивительно, отсутствовали, Фиро почувствовал несколько странное ощущение какой-то неправильности, когда увидел на корабле бассейн с искусственными волнами.

И когда он обнаружил объекты вроде теннисных кортов и галереи для стрельбы по тарелочкам, впечатление Фиро об Энтренсе перешло от «плавающего замка» к «плавающему городу».

В первый день они решили попробовать привыкнуть к своей каюте и заказать ужин прямо в номер.

После Эннис отправилась в салон красоты, как посоветовал ей Чес, а Фиро решил посетить казино, но…

Даже если оно было небольшим, Фиро всё же управлял игорным заведением, и, по его мнению, корабельное казино было…

…Великолепным. Восхитительным. Воистину роскошным.

Учитывая общую элегантность судна, он ожидал, что это будет единственное место, где он сможет отдохнуть от всей этой культуры.

Однако все его прогнозы рухнули в тот самый момент, как он шагнул в казино.

Это практически мини Вегас.

С потолка свисало бесчисленное множество люстр.

Свет отражался от жетонов и карт, образуя завораживающее сияние.

Казино было оснащено столами для таких основных игр как покер и блэкджек, а также рулеткой, слот машинами и столами для баккара.

Конечно, ставки здесь были куда более ценными, чем любой токен в аркадных автоматах. Ими были жетоны, которые позже обменяют на деньги, – истинный и абсолютный господин казино.

Когда парень услышал, что может заплатить за жетоны кредитной картой и оплатить наличными позже, Фиро решил поставить сто долларов, просто чтобы посмотреть, будет ли это место полезным примером для казино самой семьи Мартиджо.

Деньги переходили из рук в руки, и крохотные повороты изменяли целые жизни.

Однажды сорвав ногти особенно дерзкого клиента, Фиро всегда рассматривал казино как микрокосм жизни.

Однако парень не мог заметить будоражащего напряжения, от которого его сердце билось быстрее, которое обычно возникало в казино.

Стоит заметить, что это и правда было жизнью в миниатюре.

— Отлично! Я ставлю на это все жетоны! – воскликнул один джентльмен, когда положил жетоны, которые, казалось, стоили примерно в тридцать раз больше тех, которые держал Фиро.

— Я буду придерживаться этого, пока не разорюсь! – одна леди продолжала ставить по тысяче долларов на нули на рулетке.

— Ох, жаль! Похоже, я проиграл этот раунд! – мужчина, который проиграл все свои жетоны из-за поворота судьбы, случившегося в самую последнюю минуту, улыбнулся своему оппоненту.

Конечно, это не означало, что все здесь купались в деньгах. Естественно, были и некоторые посетители, которые делали ставки по десять долларов и расстраивались из-за каждого проигрыша. Однако эти люди тихо сидели на окраинах, явно ощущая дискомфорт.

Ох, ясно.

Пока молодой человек наблюдал за тем, как лица игроков растягиваются в улыбках даже при поражении, Фиро пришёл к осознанию.

Для этих ребят жетоны – это лишь аркадные токены.

Глядя, как эти люди наслаждаются игрой, не беспокоясь, что в это вовлечены их собственные деньги, Фиро обнаружил, что ещё больше убедился в собственном заключении, что это место определённо было микрокосмом жизни. Их жизней.

В таком случае…

Он решил, что это казино вполне может оказаться нужным местом для того, чтобы проверить опыт, который он накапливал прошедшие несколько десятилетий.

Не слишком плохая идея посмотреть, какую часть этих гор из наличных он сможет выиграть, просто делая ставки.

С этой мыслью Фиро усмехнулся… и шагнул вперёд.

⇔

В то же время – На палубе.

Хотя царила уже глубокая ночь, люди всё ещё толпились на палубе у носа корабля.

Некоторые собрались, чтобы взглянуть на гигантскую акулу, а кто-то вышел, чтобы просто подышать свежим воздухом, в то время как другие планировали полюбоваться звёздным небом.

За исключением случайной тряски, связанной с расположением палубы, это не сильно отличалось от какого-то парка на побережье. Тут даже были парочки, обнимающиеся где-то в стороне.

Наблюдая за всем этим, Бобби раздражённо цокнул языком.

— Чёрт… И где этот Фиро?

— Я сомневаюсь, что у нас есть какие-то шансы найти его, бездумно шатаясь по месту, напоминающему гигантский торговый центр… Могу ли я предложить просто украсть список пассажиров?

— Заткнись, Трой. Этот твой спокойный голос меня бесит.

Бобби отклонил предложение темнокожего мальчика, который стоял возле него, и повернулся в сторону остальной части своей банды.

Трой собирал вирусы, известные как «Троян».

Толл был высоким.

Хампти полным.

Всё это было кличками, придуманными Бобби, и они ему очень нравились, потому что их было легко произнести. Хотя получатели этих самых кличек выражали откровенное недовольство ими, Бобби не обращал на это никакого внимания.

В настоящий момент больше всего его волновало, что делать с девочкой, стоящей с ними.

— Что-то не так? Вы ищите кого-то?

— Нет, ну… Я должен кое-что узнать, прежде чем мы расскажем что-то.

— Да? Что такое?

— Кто ты такая?

После нескольких часов вынужденной тишины мальчики и девочка наконец смогли выскользнуть из спасательной шлюпки. Девочка, которая была ответственна за их неспособность говорить всё это время, виновато опустила взгляд.

— Прошу прощения. Я безбилетница, и меня зовут Карнеа.

— Ты уже говорила это. Не то чтобы я вообще это запоминал! – сплюнул мальчик, хотя это было не особо справедливо, и куда тише добавил. – Ну и? Зачем ты пролезла без билета?

— Я прямо как и вы… Я ищу кое-кого.

— Кого?

— Я точно знаю, что он на этом корабле… Видите ли, он для меня как отец… – девочка опустила голову и призналась.

Кажется, несмотря на загорелую кожу, она всё же была довольно замкнутой.

— То есть вроде приёмного отца? Он что, оставил тебя, когда отправился в отпуск, и ты здесь, чтобы вернуть его?

— Нет, это не так… Я здесь, чтобы остановить его.

— Остановить его?

— Да. Он…

В тот момент, когда Карнеа собиралась объясниться, Бобби прикрыл ей рот, сказав: «Подожди секунду».

— Мгх!..

— Прости, я выслушаю твою историю позже.

Бобби знаком показал остальным спрятаться за стенкой, пока сам осматривал палубу.

На ней находился мальчик в детском смокинге, который смотрел на аниматронную акулу.

Этот мальчик, который с виду был довольно сильно младше самого юноши, кажется, бродил по кораблю в полном одиночестве.

— Это он… Это младший брат Фиро.

— Ошибки быть не может. Я благодарю тебя за подвиг, с которым ты обычно бы не справился, учитывая твои умственные способности, Бобби.

— Ага. Продолжай в том же духе, Трой.

Мальчик усмехнулся даже не осознав, что его только что оскорбили, и решил начать преследовать Чеса.

— Хорошо, давайте проследим за ним.

— Ум… что вы собираетесь делать с этим мальчиком? – нервно спросила Карнеа.

Бобби по-злодейски улыбнулся и повернулся к Трою, Толлу и Хампти.

— Ну, что думаете?

— Я бы предложил взять его в заложники, но отсутствие моей веры в твои навыки ведения переговоров подсказывают мне нечто иное.

— Кроме того, что мы будем делать, когда схватим его? Не то чтобы у нас тут была штаб-квартира, где мы могли бы запереть его.

— Ч-что если экипаж корабля схватит нас прежде, чем мы успеем поймать этого ребёнка?

Злобная ухмылка застыла на лице Бобби, когда он заметил отсутствие энтузиазма у своих друзей.

Итак, в итоге он повернулся в сторону Карнеа.

— …А ты что думаешь? – сказал он, выдавая тот факт, что он совершенно не продумал, что делать дальше.

— Ух… Вы собираетесь издеваться над маленьким мальчиком? – немного поколебавшись, спросила Карнеа.

Бобби быстро потряс головой.

— Нет! Это не так… Его старший брат – злая шишка из мафии. Мы просто хотим отомстить им за то, что они сделали с нами! – уверенно заявил Бобби несмотря на то, что сам был не особо прав. – Они свора ублюдков, которые грубой силой забрали у нас вещь, заработанную тяжёлым трудом! Вот почему мы собираемся заставить их понять, что мы не просто кучка скота, которую можно использовать. Мы покажем им, что мы сильны и достаточно умны, чтобы бросить им вызов!

Бобби поэтически прославлял собственные действия, полностью опуская часть о том, что они украли камеру у туриста.

— Ясно…

Не казалось, что громкое заявление Бобби как-то повлияло на Карнеа, и она тихо пробормотала себе под нос:

— Полагаю, такие вещи везде одинаковые.

Но поскольку Бобби был слишком взволнован, он не услышал тихого голоса девочки, чего нельзя было сказать о трёх других мальчиках.

Переглянувшись, они решили посмотреть, чем же всё это кончится.

И их самой большой проблемой был их лидер, который уже начал следить за младшим братом их врага.

— Ну же, ребята, не сидите без дела! Мы должны следовать за ним!

⇔

— …Возможно, я зашёл немного слишком далеко.

С тех пор, как Фиро вошёл в казино, прошло два часа.

И его небольшой вызов самому себе привёл к ошеломляюще положительному результату.

Конечно же он играл по правилам. Парень просто действовал в соответствии с настроением и выражением лиц своих оппонентов, после чего делал логические шаги в каждой игре…

И, как результат, он обнаружил, что держит около сотни тысячедолларовых жетонов.

Когда он зашёл внутрь, Фиро заметил нескольких клиентов, у которых было полно наличных, которые к тому же явно были настоящими экспертами в игре. Поскольку такие люди были зверями с финансовой поддержкой, Фиро изо всех сил старался избегать их.

Затем он выявил тех, кто смеялся над собственными поражениями, и поочерёдно выигрывал и проигрывал некоторые менее значимые игры. И после он находил шанс повысить ставку.

Несколько таких повторений спустя Фиро в итоге заработал в своё распоряжение целую гору жетонов.

Наверное, я переборщил.

Честно сказать, именно после такого казино обычно начинает интересоваться тобой.

Если бы Фиро был менеджером, примерно в этот момент он бы сам выступил против посетителя, чтобы тайком проверить, не жульничает ли он.

Однако и работники казино, и другие посетители, и даже его побеждённые оппоненты ничего не предпринимали, кроме того, что поздравляли его с победами.

Несмотря на то, что он не причинял никому вреда, Фиро чувствовал себя несколько виновато и теперь метался между тем, чтобы отступить или вызвать на игру экспертов, которых он видел ранее…

И тогда рядом с ним сел мужчина.

— Эй, мистер, а вы довольно хороши. Как насчёт матча один на один?

Это спросил мужчина в тёмном жилете и чёрных кожаных штанах.

Лишь взглянув на него Фиро мог сказать, что этот человек не был из тех, кто жил по закону.

Дело было не во внешности. Аура вокруг этого мужчины практически кричала о том, что они сделаны из одного теста. И, скорее всего, этот человек находился ещё глубже в подпольном мире, чем сам парень, ведь в нём виднелась тёмная проницательность таких людей как Клэр, Кит или даже некоторых старших руководителей семьи Мартиджо.

Хотя Фиро и обнаружил, что задаётся вопросом, почему человек вроде него был на таком корабле, он вспомнил, что всё же не находится в той позиции, чтобы говорить подобное, так что решил послушать, что тот хочет сказать.

— Нет, мне просто немного повезло. Не думаю, что я правда достоин такого признания.

Молодой человек говорил своим обычным рабочим тоном и ждал реакцию мужчины.

— Не надо так скромничать. Удача это или же навык… Ну, я не говорю, что вы жульничали, но можно легко сказать, что кто-то опытный игрок.

— …

— А я пришёл просто подумав, что здесь лишь развлекаются. Я и представить не мог, что такие люди, как вы, окажутся неподалёку.

Скорее всего, он был испанцем или латиноамериканцем. У него была тёмная кожа и определённые черты, из-за которых он выглядел как тот типаж, который был бы популярен среди женщин.

Пока Фиро мысленно размышлял об этом, мужчина начал лично перетасовывать колоду, полученную от дилера.

И тогда Фиро заметил кое-что.

Взгляд парня зацепился за одну единственную карту, которая выскользнула из рукава мужчины в колоду, пока он яростно перетасовывал её.

Никто не заметил этого, и для дилера невозможно было увидеть это со своего ракурса.

Мужчина продолжил умело тасовать колоду, закончив движением, из-за которого карта, которую он добавил, оказалась на самом верху.

Он довольно хорош.

Фиро одновременно и восхищался навыками мужчины, и задавался вопросом, что именно могли значить его действия.

Учитывая, насколько далеко зашло это жульничество, подобное, скорее, казалось весьма бессмысленным. В конце концов, им ведь ещё предстояло выбрать игру.

Фиро знал, что человек такого калибра вполне мог бы провернуть этот трюк так, чтобы даже сам парень ничего не заметил.

Однако тот факт, что он позволил ему увидеть это, должно быть, означал, что он намеренно позволил этому случиться.

Конечно, обычный человек не заметил бы ничего из произошедшего.

Он проверяет меня? Чтобы посмотреть, смогу ли я разобраться с этой уловкой?

Фиро усмехнулся и взял колоду, которую мужчина положил на стол.

— Ну, думаю, пришла моя очередь.

Парень достал свои безрецептурные очки из нагрудного кармана, поместил их поверх глаз и усмехнулся.

И он принялся тасовать карты так умело, что вполне мог бы посоревноваться с этим мужчиной.

Ших-ших-ших. Карты с удовлетворительным звуком летали взад-вперёд.

И…

— Упс, прошу прощения.

Посреди перетасовки одна карта вылетела из колоды и упала прямо перед мужчиной в чёрном.

Фиро робко рассмеялся, словно допустил оплошность, и положил колоду на стол перед своим оппонентом, даже не поднимая карту, которую уронил.

Мужчина поднял карту с пола, усмехнулся и вновь начал перетасовку.

В то же мгновение карта, которую Фиро намеренно уронил, вернулась туда, где и принадлежала – обратно в рукав мужчины. Опять же, Фиро увидел это только потому, что мужчина хотел, чтобы он заметил это.

— Что ж, – мужчина слабо улыбнулся, – тогда во что будем играть?

Начнём с заключения: игра в блэкджек закончилась победой Фиро.

В начале это была битва умов, и игроки шли ноздря в ноздрю…

Однако в тот момент, когда они действительно повысили ставки, мужчина получил совершенно нелепый перебор более двадцати одного.

— Это полное поражение с моей стороны. Что могу сказать? Вы были прекрасны. Вы рассчитывали свои усилия до самого конца.

— …Благодарю.

Хотя Фиро улыбался, у него всё ещё остались некоторые вопросы.

Неважно, как на это взглянешь, похоже, он проиграл намеренно…

Когда, несмотря на свои подозрения, Фиро натянуто улыбнулся, мужчина протянул руку для рукопожатия.

— Пожалуйста, позвольте мне представиться. Меня зовут Анджело. Я работаю с международным экспортом.

— Фиро Проченцо. Я менеджер в ресторане.

Фиро принял рукопожатие, а мужчина по имени Анджело, извиняясь, покачал головой.

— Судя по всему, ваш выигрыш в последнем раунде превышает количество жетонов, которыми я располагаю… Если вы не против, то я хотел бы угостить вас выпивкой в моей каюте в качестве извинения. Что скажете?

— Если это не займёт слишком много времени.

Фиро мог сказать, что мужчина с самого начала намеревался привести всё к этому.

Хах?.. Я когда-нибудь начинал враждовать с испанцами или латиноамериканцами?

Однажды Фиро вместе с Лаком Гандором уничтожили мелкую организацию в Мексике. Однако это случилось почти полвека назад. Парень не думал, что есть большая вероятность того, что в этот момент времени кто-то будет за неё мстить.

В итоге, несмотря на все вопросы, всё ещё плавающие в его голове, Фиро решил принять предложение незнакомца, чисто из любопытства.

В конце концов, если бы он отмахнулся от намерений этого человека, то мог бы получить выстрел или что-то вроде того в присутствии Эннис и Чеса… И он никогда больше не сможет смотреть им в глаза, если что-то подобное произойдёт.

— Спасибо за предложение. Я заскочу к вам в гости.

После того, как он попросил сотрудника обменять свои жетоны на деньги, Фиро медленно поднялся на ноги.

Однако его мучило беспокойство, которое затмило даже тот факт, что он только что заработал более чем достаточно денег, чтобы оплатить их билеты.

Что ж, а, если этот парень просто гей… что я буду делать?

⇔

Как её имя и подразумевало, девочка по имени Иллнесс была больна.

Это то, что решили окружающие её люди, и то, чего хотела она сама.

Тогда она могла сказать, что это потому, что она больна.

Потому что она была нездорова.

Я ненормальная, так что…

Она верила, что, если она больна, вещи, которые она делала, могут быть приемлемы.

И она также знала, что это было лишь желанным мышлением.

Вот почему она пыталась быть человеком, но люди вокруг неё отрицали это.

Неважно, что она делала, они говорили ей:

— Ты странная.

— Ты ненормальная.

— Ты не в порядке.

И поскольку она знала, что должна была злиться на эти заявления, Иллнесс злилась.

Но никто не признавал это подобающей реакцией.

Они думали, что звать саму себя больной было лишь формой эскапизма. Они думали, что так она сбегала от правды.

Но когда она слышала реакцию людей вокруг неё, определённый страх пускал корни в её сердце.

Может, я действительно ненормальная?

С точки зрения всех остальных, ответ на этот вопрос был бы оглушительным «да».

Однако с куда более широкой точки зрения – или, по крайней мере, с её собственной – ответ не был столь чётким.

Она думала об этом.

Она помнила тот факт, что она была ненормальной с того самого момента, как родилась.

Но эта ненормальность заключалась не в ней… а в мире вокруг неё.

И в цели, с которой её родители создали её.

Под её одеждой, где никто не смог бы их увидеть, были скрыты бесчисленные шрамы.

Они были не только ранениями от ударов или порезов. Некоторые больше напоминали те отметки, которые остаются, когда из тебя что-то «вырезают» и «разрывают».

Однако её родители говорили ей, что это правильно.

И все остальные говорили то же самое.

— Ты не делала ничего плохого, – говорили ей её родители, – так что не волнуйся.

И вскоре её улыбающийся отец… разрезал кожу на её спине.

Это была лесная сказка.

Ужасающая повесть внутри европейского особняка в чаще.

История из давнего-давнего времени.

Старая сказка семи лет назад.

История начиналась с крика маленькой девочки.

Большинство её воплей даже не были словами, просто первобытным воем.

Хотя время от времени она могла выкрикнуть что-то связное, в её словах не было никакого смысла.

Она могла кричать: «Мне больно, я не могу дышать, жалит, зудит, мне жарко, мне холодно, холодно, холодно-холодно-холодно», но люди вокруг неё просто продолжали молиться.

Они молились и молились. Не ради её спасения, а в благоговейном поклонении её крику.

Они молились за своё собственное счастье: «Сегодня я был счастлив, спасибо тебе большое».

И когда девочка продолжала корчиться от боли, они продолжали молиться ей и её страданиям.

И всё же девочка никогда не говорила: «Помогите мне».

Это потому, что её научили, что это она помогала другим.

Девочка, у которой ещё даже не было имени «Иллнесс»…

Не знала, что значат слова «помогите мне».

Вот почему она не знала смысла, который скрывался за тем, что они делали с ней.

Она не знала мира, в котором нет боли, ожогов или пыток.

Она не знала о мире, где ей не отрывали бы ногти.

Она не знала о мире, в котором ей бы не вырезали плоть.

Она не знала о мире, в котором буквы не вырезали бы на её удалённых рёбрах, после чего возвращали обратно в её тело.

Каким был мир, где ей не приходилось бы голодать по две недели, а после для неё не устраивали бы пир, в блюдах которого не содержалось бы ровно столько яда, чтобы она в итоге не умерла.

Каким был мир, где ей не приказывали бы убить девочку её возраста, с которой она дружила уже целый год.

Люди освободят эту девочку как раз перед тем, как Иллнесс успеет убить её.

И теперь свяжут уже саму Иллнесс.

Девочка, уже полностью восстановившись, предстанет перед ней, чтобы отомстить.

Она не знала о мире, в котором подобное было бы немыслимо.

Она ничего не знала и никогда не пыталась узнать ничего из этого.

Потому что она уже лишилась способности рассуждать о том, что потенциально лучший мир вообще может существовать.

Так и было, пока ей не исполнилось девять лет… Когда она встретила нескольких детей немного старше её, которые пробрались в «замок».

До тех пор, пока она не подружилась с ними.

До тех пор, пока они не сказали ей, что она «странная».

До тех пор, пока они не сказали ей, что «никогда не смогут простить» взрослых, окружающих её.

До тех пор, пока они не попытались спасти её.

До тех пор, пока они не показали ей новый мир.

До тех пор, пока взрослые не поймали их прямо перед тем, как они смогли сбежать… и пока они не были хладнокровно убиты.

Я та, кто убил их.

Это всё, потому что я сказала им.

Потому что я думала, что я хочу быть частью мира, где мне не нужно страдать.

Потому что я попросила их «помочь мне».

Вот почему эти дети попытались спасти меня, и в итоге все погибли.

Но эти дети до самого конца пытались помочь мне.

Мой отец сказал последнему из них:

— Это моя любимая дочь. Если ты вырежешь ей один глаз, то я позволю тебе жить.

Но этот мальчик…

Тот мальчик сказал мне бежать и порезал моего отца ножом, который тот ему дал.

Но отец держал пистолет.

Это стало концом его истории.

Но на этом сказка не закончилась.

Отец говорил со мной. Я плакала, когда отец говорил со мной.

— Мы были неправы.

Дым ещё шёл от пистолета, а отец извинялся перед девочкой и перед остальными людьми…

Затем девочке позволили узнать мир.

Ей рассказали о самых разных вещах, скрытых за пределами леса.

Она смотрела телевизор, читала книжки с картинками и даже японские комиксы.

С помощью музыки и фильмов она узнала о надежде, которая наполняла мир, и о том, как жили другие дети её возраста…

— Теперь мы понимаем. Невежество притупляет боль.

И она продолжила страдать, как и раньше.

Люди продолжили молиться, благодаря её.

За то, что она не была человеком.

За то, что она была дитём Господа.

Год спустя…

Её родители были убиты группой людей, которая внезапно напала на поместье.

Позже ей сказали, что отец мальчика, которого убил её отец, был руководителем влиятельной корпорации. «Изготовители Масок» были наняты, чтобы выполнить эту работу.

Человек, который нашёл девочку, чьи конечности и язык были скованы, направил на неё пистолет.

— …Ты кажешься жертвой, но вот в чём проблема… Нам приказали убить каждого человека здесь…

Тогда девочка почувствовала облегчение, осознав, что её родители, другие взрослые и дети были мертвы.

Её мысли были туманными, но она была рада, что они умерли мирной смертью, не пережив все те страдания, которые испытала она.

Даже несмотря на то, что она знала, что значит ненавидеть, даже несмотря на то, что она была расстроена, что того мальчика убили, она всё ещё не относилась к тем людям плохо. Девочка думала, что, наверное, она ненормальная.

— Последние слова? – спросил человек с пистолетом.

Девочка ответила:

— Эй, у меня есть вопрос. Я человек? Или богиня?

Затем человек рассмеялся.

— Ясно. Мне сказали убить всех людей, но никто ничего не говорил про богинь.

Вот как её вывели из поместья.

Это стало концом лесной сказки.

Она знала.

Продолжение не было особо счастливее.

Как член организации «Изготовители Масок» девочка выучила все те вещи, которые ей нужны были, чтобы жить среди них.

Эта боль отличалась от страданий, которые она испытала в том лесу.

Она тренировалась убивать людей.

Хотя сейчас она находилась за пределами леса, это всё ещё отличалось от «нового мира», о котором девочка знала.

Однако теперь, когда она знала, что это возможно, она не хотела умереть в агонии.

Если бы она сказала, что не хочет убивать, скорее всего, её саму тут же бы убили… А если нет, она была уверена, что они выгонят её, и она не сможет выжить сама по себе.

Когда бы она ни задавалась вопросом, больна ли она или нет, Иллнесс вспоминала своё прошлое.

И она вновь подтверждала, что она ненормальный человек.

На самом деле, она верила, что она больна.

Она верила, что обычные люди не убивали других из страха за свои собственные жизни.

Она верила, что, если бы человек попал в её ситуацию, вместо этого он бы без колебаний умер.

Всё, потому что она видела это… если бы только она не видела.

Она видела мальчиков, которые пытались спасти её.

И она видела их смерти.

Для неё те мальчики символизировали мир.

И поскольку её действия не соответствовали действиям тех детей, она, должно быть, была ненормальным человеком… Поскольку она выбрала жить.

И вновь подтверждая, что она была больна, сегодня Иллнесс без какого-либо энтузиазма отправлялась на работу, как и всегда.

⇔

Энтренс – Кинотеатр.

— Хмык… хмык…

Как её имя и подразумевало, девочка по имени Иллнесс была больна.

Это именно то, что думали все, кто знал её…

И, наверное, это то, что сейчас сказали бы люди, окружающие её в настоящий момент.

Она находилась в гигантском мультиплексе кинотеатров возле кормы корабля.

Всего там было семь кинотеатров, и в течение всего этого плавания каждый экран был зарезервирован под «Специальное издание Акульего Полёта». Там показывали некоторые фильмы, в которых снялась Клаудиа, а также прошлые работы Джона Дрокса.

Иллнесс смотрела одну из знаменитых работ Клаудии…

«Атака убийцы Эдисона».

«Коммуникатор из призрачного мира, который был разработан Эдисоном уже в преклонном возрасте, вернулся в наши дни! Однако Коммуникатор был одержим ужасающей Демонической Королевой! Изобретения Эдисона захвачены злыми духами и начали атаковать людей! Берегитесь, лампочка – ваш враг!»

Хотя это очевидно был третьесортный фильм категории Б, мир был потрясён, когда выяснилось, что Клаудиа будет играть важную роль. Роль напоминающей ребёнка Демонической Королевы.

Это случилось сразу же после её знаменитого шага на путь драматических ролей с фильмом «Дикие Псы Ветров», где она играла роль девочки, чьих родителей убила полиция.

Однако её стильное выступление в качестве злодейки в этом дешёвом фильме привело к тому, что ей дали прозвище «Клаудиа на все руки», которое считалось честью… или же нет.

В любом случае этот фильм стал культовым хитом. Среди особенно преданных фанатов Клаудии просмотр этого фильма более десяти раз стал чем-то вроде церемонии инаугурации.

И в кульминации этого откровенно глупого фильма, получившего мировое признание, когда Демоническая Королева швырнула душу Николы Теслы в глубины ада и объявила, что берёт всех людей, смотрящих этот фильм, в заложники… Иллнесс начала плакать.

— Хмык… Хмы-ы-ы-ык…

Другие люди в зале, которые не могли увидеть в этой конкретной сцене ничего, что пробивало бы на слезу, задавались вопросом, может, у этой девочки болит живот, но никто не мог заставить себя заговорить с ней из-за её весьма диковинного внешнего вида.

Вскоре фильм закончился, и Иллнесс начала хлопать так сильно, как только могла, когда начались титры.

Растерянные зрители один за другим начали подниматься со своих мест…

Но Иллнесс не могла оторвать своих слезящихся глаз от экрана.

Через некоторое время она подумала, что осталась в кинотеатре одна. И затем…

— Ты в порядке, сестрёнка?

Какой бы странной она ни была, кто-то всё равно заговорил с ней.

— Хмык… ты кто?.. – спросила Иллнесс, вытирая слёзы.

Мальчик перед ней усмехнулся и ответил:

— Меня зовут Томас… Или, скорее, я Чеслав Мэйер. Зови меня Чес.

Чес вручил девочке носовой платок, когда Иллнесс начала вытирать свои слёзы, и девочка улыбнулась.

— Хмык… Спасибо, Чес. Хотя я не знаю, почему ты назвался Томас, а потом поправил себя.

— Сила привычки. Не переживай по этому поводу.

— ?

Иллнесс вытерла свои слёзы носовым платком и склонила голову набок.

Хотя казалось, что она сотрёт свои тени, не похоже, что слёзы оказали на них хоть какой-то эффект.

Видя это, Чес задался вопросом, в самом ли деле это были мешки под её глазами, или же это татуировки… Но мальчик смог удержаться от того, чтобы спросить об этом.

— Почему ты плакала?

Вскоре Чес побудил Иллнесс попытаться вспомнить, с чего вдруг она лила слёзы.

Но девочка и сама не могла понять почему.

Когда она начала рыскать в своём разуме…

Девочка вспомнила беседу, которую провела с определённой кинозвездой этим вечером.

⇔

Так что ты наверняка хороший человек!

Иллнесс чувствовала смесь благодарности и вины по отношению к кинозвезде, которая без колебаний сказала ей эти слова.

Но такими темпами Клаудиа будет втянута в неприятности.

Неприятности, причиной которых станут они… Девочка станет частью инцидента по захвату корабля. До тех пор, пока она оставалась на борту, это был неоспоримый факт.

А-а-а-а-а-а, а-а-а-а, нет, о нет. Что мне делать? Что же мне делать?

Такое несколько раз случалось и раньше.

В некоторых случаях она пыталась сделать что-то по этому поводу.

Однако каждый раз её останавливали Деф или Лайф, которые говорили: «Ты должна действовать как профессионалка».

Хмпх. А я и не профессионалка. Я любительница.

Так что, если я хочу спасти кого-то, я спасу его, – подумала Иллнесс, даже если в этих мыслях не было особой логики.

Несмотря на всё это, она никогда не могла бросить вызов ни им, ни президенту. В конечном счёте она всегда ставила в приоритет свою собственную жизнь, и в итоге заканчивалось всё тем, что она просто продолжала утопать в самоненависти.

Но сегодняшний день отличался.

Президента на корабле не было, а Деф мёртв. Эйджин на другом корабле, а Лайф собирался вскоре прибыть, но пока что его здесь ещё не было.

Тогда, думаю, всё будет в порядке, верно? Верно ведь?

Это было невероятным упрощением.

Абсолютно непродуманно.

Итак, Иллнесс – член загадочный организации, которая планировала захватить корабль, и в то же время одна из самых мощных фигур в группе – сказала это.

Она небрежно призналась в той единственной вещи, которую не должна была говорить.

— Эм-м-м, эй, Клаудиа?

— Что такое?

Клаудиа уверенно улыбнулась, что создавало резкий контраст с безжизненной бледностью Иллнесс.

— Ты можешь прямо сейчас покинуть этот корабль?

— ? Зачем?

— Ум… Я не могу сказать, но, возможно, произойдёт кое-что плохое. Если ты не можешь, тогда, по крайней мере, попытайся держаться неподалёку от спасательных шлюпок.

Иллнесс сказала эти шокирующие слова девочке, которая назвала её «хорошим человеком» и без каких-либо предубеждений разговаривала с ней.

Технически всё это было предательством организации, но Иллнесс так не считала.

В конце концов, я же не сказал ничего определённого.

Эта слабенькая отговорка давно стала законным оправданием в разуме Иллнесс.

— С чего это ты вдруг? Воу, ты можешь видеть будущее, Иллнесс?

Клаудиа склонила голову набок. Иллнесс, в свою очередь, смущённо отвернулась.

Если бы другие Бизнесмены находились рядом, у них началась бы настоящая истерика, и простыми насмешками девушка бы явно не отделалась. Но Иллнесс было плевать. Она просто «предупредила» Клаудию, не упоминая ничего конкретного.

— Н-нет, это не так. Но, ум… Ох… Я не могу сказать. Я не могу ничего сказать, но… В любом случае случится нечто плохое!

Девочка активно жестикулировала и развернулась к акуле, чтобы забыть обо всём произошедшем.

Затем Иллнесс начала бормотать что-то и гладить реалистичную текстуру кожи акулы, будто вовсе никогда ничего не говорила.

Последовала короткая пауза.

Кинозвезда сделал вдох и нарушила задумчивую тишину.

— Иллнесс, ты хороший человек? Или плохой? – спросила Клаудиа.

Пока Иллнесс восхищалась движениями акулы, Клаудиа внезапно наклонилась к ней, чтобы хорошенько рассмотреть её лицо.

— Х-хах?..

— Ты говоришь, что ты собираешься сделать что-то с этим кораблём?

Вау, я никогда не встречала кого-то настолько проницательного!

Я ведь совсем ничего ей не сказала!

— Н-нет, это не так! Я ничего не знаю!

Технически это было правдой.

Они собирались захватить корабль, но ей не рассказывали о деталях плана.

Всё, что сказали Иллнесс, это: «Ты наш план Б. Твоя миссия – позаботиться о полиции, если они воспользуются вертолётом или скоростными катерами, чтобы попасть на борт корабля. Иными словами, если всё пройдёт хорошо, тебе и вовсе ничего не придётся делать».

Иллнесс была настолько удивлена вопросом Клаудии, что не могла заставить себя посмотреть девочке в глаза.

— Тогда просто ответь мне, – нетерпеливо сказала Клаудиа, – ты хороший человек или плохой?

Иллнесс начала нервничать из-за этого нелепого вопроса.

Ведь он попал прямо в яблочко.

Но в итоге её нервный ответ оказался ещё ближе к самой сути.

— Ну… Если убийство людей делает меня плохим человеком… Думаю, я правда очень-о-о-очень плохой человек…

— …

А? Я только что сказала что-то не так?

Когда Иллнесс восстановила своё спокойствие, девочка начала осознавать смысл того, что она только что произнесла, и задрожала.

— П-погоди секунду! Видишь ли…

Всё кончено.

Хотя Иллнесс не могла определить, что именно было кончено, но результат чётко отразился в её разуме.

Она, должно быть, только что сказала нечто, что было совершенно ненормальным.

Она доказала собственное ненормальное существование.

Её болезненное лицо скривилось ещё сильнее, будто она сейчас заплачет, однако…

— Хм-м…

Клаудиа была ещё более «ненормальной» девочкой.

— На самом деле, неважно, хороший ты человек или плохой. Мне нравятся честные люди.

— А?..

— Кроме того, ты волновалась за меня, верно? Тогда для меня ты хороший человек! Убивать людей плохо, и я не смогу простить тебя, если ты убьёшь кого-то, о ком я забочусь, но мой прадедушка – легендарный наёмный убийца. И вот как он в итоге женился на моей прабабушке. Так что, на самом деле, я ничего не могу сказать против этого, поскольку меня бы попросту не существовало, если бы они не поженились.

Рыжеволосая уверенно рассмеялась и заявила старшей девочке:

— Так что будь уверена! Даже если весь мир отринет тебя, я – Клаудиа Уокен – приму тебя! Поскольку для меня ты хороший человек, я пущу тебя в свой мир! Решено! Ох, но просто, чтобы ты знала, теперь ты не можешь делать ничего плохого. В конце концов, я не хочу, чтобы часть моего мира застрелила полиция!

— Н-но…

— Когда придёт время убить тебя, я сама сделаю это. Так что не делай ничего опрометчивого, ладно?

Возможно, это было высокомерно, а может попросту глупо, но Клаудиа была абсолютно серьёзна. И, закончив свою речь, девочка уверенно кивнула.

⇔

Впервые кто-то сказал мне нечто подобное.

Иллнесс пришла посмотреть эти фильмы, потому что она хотела знать больше об этой девочке, чьи слова всё ещё эхом отзывались в её разуме.

Она уже посмотрела три фильма, но каждый из них показывал разную Клаудию.

Будто Клаудиа было всем, чем не была Иллнесс. Будто она знала всё. Но она просто играла. Она показывала самые разные роли. Иллнесс знала всё это.

Но всё же. Всё же…

На экране она всегда сияла.

Была ли она злодейкой или трагической героиней, каждая роль обладала своим собственным светом. Иногда этот свет был тёмным, а иногда пронзительным. Возможно, единственным недостатком её игры было то, что она слишком сильно сияла, даже когда играла небольшую роль.

Мир улыбался ей.

У неё было всё: влияние, талант и даже удача.

И кроме того, скорее всего, она тяжело работала ради всего этого.

Так почему же Иллнесс плакала?

Потому ли, что её признал столь талантливый человек?

Или она плакала из-за унижения, когда осознала, что она сама заслуживала лишь презрения?

Иллнесс не могла найти ответ.

Она могла лишь вспомнить свет девочки, которую она видела на экране и которую встретила лично. И слёзы вновь навернулись на её глаза.

— Ух… а… П-почему ты опять плачешь?!

Чес торопливо попытался утешить Иллнесс, не в силах проследить за её эмоциональным ходом мыслей.

Хотя Чес уже привык видеть плакс, эта девочка, кажется, чем-то отличалась.

Обычно Чес не попытался бы подбодрить девочку, плачущую в кино, но в этот раз кое-кто другой беспокоил его, и он решил попробовать сблизиться с этой девочкой с целью разузнать побольше.

— Может, ты хотела бы вернуться в свою комнату, сестрёнка? Я тебя провожу.

Девочка вытерла слёзы и посмотрела на Чеса, мягко рассмеявшись сквозь слёзы.

— Хе-хе. Тебе ещё надо подрасти лет этак на десять, чтобы начать приударивать за девушками.

— Тогда как насчёт того, чтобы я попытался вновь в следующем веке? – ответил Чес на шутливый комментарий девочки. – Если ты, конечно, ещё будешь жива.

Вот так Чес отправился сопроводить Иллнесс в её комнату.

Поскольку её каюта находилась на нижней палубе возле носа корабля, прогулка получилась удивительно длинной.

Чес сделал несколько поворотов, чтобы продлить этот путь настолько сильно, насколько это возможно, и…

Мальчик подтвердил свои подозрения примерно в тот момент, когда шагнул на лестничный пролёт.

За мной кто-то следит.

Он не мог сказать число и телосложение людей, преследующих его, но мальчик был уверен, что эта группа состояла минимум из двух человек.

Они издалека следили за ним в людных местах и приближались в тихих закоулках.

Чес заметил этот хвост ещё до того, как пошёл в кино, так что в итоге решил использовать плачущую девочку с целью узнать, кем же были эти люди.

Как только они окажутся в её каюте, он сможет безопасно разведать ситуацию.

Он также рассматривал вариант просто вернуться в собственную комнату, но ему не нравилась идея того, что он покажет место своего проживания своим оппонентам.

И хотя он, в конце концов, вовлёк во всё это не связанную с этим девочку, Чес был уверен, что всё будет в порядке, как только он сможет понять, кто его преследователи.

Ход мыслей Чеса был довольно холодным и расчётливым, но в основном мальчик был ведом страхом.

Чувство тревоги охватило его с тех самых пор, как он столкнулся с человеком в чёрном в коридоре ранее этим днём.

И по какой-то необъяснимой причине… это напомнило ему о поезде.

Конечно, Чес путешествовал на поездах и кораблях множество раз с тех пор.

Сначала травма делала всё несколько проблематичным, но со временем отвращение рассеялось.

Но этот раз отличался.

Даже несмотря на то, что пространства здесь было куда больше, чем на трансконтинентальном поезде, и даже несмотря на то, что с ним были надёжные члены его семьи, – Фиро и Эннис, – что-то беспокоило Чеса.

По своей жуткости эти ситуации можно было сравнить с уединённой деревней в Европе, которую он посещал в прошлом году… Нет, даже хуже.

Что это за озноб?.. Почти кажется, будто я столкнулся на улице со слишком уж радостным Виктором.

Виктор Талботт был бессмертным, рядом с которым Чес всегда испытывал дискомфорт.

Хотя лично Виктор не доставлял Чесу никаких проблем, у него была прискорбная тенденция без какой-либо деликатности совать нос в болезненное прошлое других бессмертных. Виктор, наверное, верил, что делает всё правильно, но Чесу всё равно было неприятно.

Что здесь случится? Неужели те части его личности, которые он в себе ненавидел, опять покажутся на свет?

Или в итоге он окажется лицом к лицу с истинным страхом, как тогда на поезде?

Или и то, и другое?

Стоп, хватит. Давай не будем слишком задумываться над этим.

Кроме того, для начала я должен что-то сделать с этими людьми, преследующими меня…

Пока Чес пытался разработать свой план действий, Иллнесс внезапно остановилась.

— Что такое?

— О-о-ох… Извини, Чес. Тут рядом никого, так что теперь я могу сказать тебе.

— Ч-чего?!

Эта девочка ведь сейчас не атакует меня?!

Его ситуация могла принять плохой оборот. Он не был уверен, что она планировала и считал ли он драку с девочкой желанной или же нет, но больше его волновала вероятность атаки со стороны группы, которая преследовала его, пока он разбирается с ней.

И пока Чес волновался по поводу этих не слишком детских мыслей, глаза Иллнесс пронзительно засияли над её тёмными кругами.

— Прости, Чес. Судя по всему, меня преследовали.

— А?

— Хм… они все маленькие. Возможно, дети. Четыре мальчика и девочка? Но в наше время шаги некоторых мальчиков совсем не отличишь от девочек, так что может и нет.

— Постой, о чём ты говоришь? – растерянно спросил Чес.

Иллнесс понюхала воздух и ответила:

— Я не думаю, что тут распылили какой-то газ. Не волнуйся.

И в следующее мгновение…

— Поскольку рядом никого, я поймаю их.

Чес пришёл к осознанию.

Он наконец заметил, что они находились куда ниже самой нижней палубы с каютами… Они стояли на лестницах, которые, кажется, вели к инженерным комнатам.

Это странно. Я думал, что это я вожу нас кругами.

В конце лестницы находилась дверь с надписью, гласящей: «Посторонним вход воспрещён».

Это девочка обманом заставила этих людей проследовать за нами сюда? Она… и меня тоже провела?

Когда эти вопросы начали формироваться в голове Чеса, девочка прыгнула…

Но с такой силой, что казалось, будто её запустили из катапульты.

Она удержала равновесие на узком поручне и отскочила от стены, чтобы мгновенно переместиться к самому верху лестницы.

К тому моменту, как растерянный Чес побежал за ней вверх по ступенькам, Иллнесс уже достигла коридора, который находился на самом верху.

Она прыгала по коридору так, будто бежала по стенам.

Такого рода движения не казались человеческими.

Это то, о чём подумал Чес, но вскоре он поправил сам себя.

Такого рода движения не мог совершить нормальный человек.

Сам Чес лично знал некоторых людей, которые могли двигаться как какие-то ниндзя из фильмов.

Нил, Денкуро, Кристофер, Шарон…

Среди этого списка имён было одно, которое Чес изо всех сил старался не вспоминать.

— А-ха-ха-ха-ха… Ха-ха-а-а-а?..

Она оттолкнулась от стены.

Она отскочила от дверной ручки.

Она сделала разворот на сто восемьдесят градусов, чтобы отскочить от потолка.

Она запустила себя вперёд, отлетев от противоположной стены, чтобы вернуться к коридору.

В её движениях не было слаженности.

Она покинула коридор с помощью прыжков и рывков, бросающих вызов самой гравитации.

Чес начал задаваться вопросом были ли вовсе все эти движения необходимы. Её движения… Нет, сам курс был столь непредсказуемым, что практически казалось, будто это предназначалось для того, чтобы противостоять противнику, вооружённому пистолетом.

Итак, Чес в итоге вспомнил имя, которое он никогда бы не хотел вспоминать.

Она прямо как….

Железнодорожный… обходчик…

Озноб пробежал по позвоночнику мальчика, когда он пробормотал это имя.

Травма мгновенно затмила все его мысли.

Чес отчаянно потряс головой и попытался привести свой рассудок в порядок.

Нет, она не Железнодорожный обходчик! Она не на его уровне. Может, ближе к Нилу…

И когда бессвязные мысли наполнили его голову…

— …А?

Чес успокоился достаточно, чтобы осознать тот факт, что Иллнесс обладала куда более уникальными способностями, чем предполагала её внешность. А затем он услышал крики с другого конца коридора, вслед за которыми последовал игривый голос:

— Че-е-есси, я смогла поймать трои-и-их!

— …Я облажался?

И в этот момент он осознал, что вновь по собственной воле шагнул на путь ненормальности.

⇔

В то же время – Коридор корабля.

Пока Иллнесс скакала по этажу полулюксовых кают…

Анджело вёл Фиро в свою собственную обычную каюту, что находилась на довольно приличном расстоянии оттуда.

— Так вы расположились в люксовой комнате, мистер Фиро? Я слегка завидую.

— На самом деле, я думаю, что это, возможно, слегка слишком роскошно на мой вкус.

— Хотел бы я себе такую проблему. Может, вы рассматриваете обмен?

И когда они достигли каюты… телефон Анджело зазвонил.

— …Прошу прощения.

Анджело отошёл на некоторое расстояние и поднял трубку. И его поприветствовал грубый голос.

[Здоров, мистер Анджело! Как ся чувствуете? Должен сказать, что я довольно, мать вашу, шокирован, что увидел вас в казино буквально недавно. И вы ещё играли в карты с каким-то подозрительным типом и всё такое.]

— …Ох, да, сэр. Давно не слышались, не так ли?

[Воу, тот тип там с вами, а? Не переживайте, говорите, что хотите. Должен сказать, что я прям вовремя. Я как раз подкинул вам небольшой подарок перед тем, как заскочил в казино. Хорошо, что вы оставили дверь приоткрытой, прежде чем уйти, прямо как я вам и сказал.]

— Да, я рад, что у вас всё хорошо. На самом деле, я сейчас на корабле. У вас там всё нормально с телефонными счетами? – стоически продолжил Анджело.

Получатель его слов, – подрывник, – хихикнул и продолжил бессмысленную беседу.

[Те обязательно напоминать, а? Мы на одной грёбаной лодке, а мне всё ещё приходится использовать спутник. Может, дешевле будет просто побалакать лицом к лицу.]

— Конечно, я бы хотел вновь увидеться с вами.

[Серьёзно, что ли? Ты даже не надел смокинг, и это после всего того, что я сказал тебе? Те люди в казино думали, что ты какая-то кинозвезда! По-видимому, тут проходит какое-то мероприятие. И я отказываюсь шататься вокруг с каким-то парнем, который выглядит как Антонио Бандерас, из-за чего моё лицо точно отпечатается в чьей-то памяти.]

— На самом деле, я принимаю гостя. Я перезвоню позже.

Анджело повесил трубку и одарил Фиро ироничной усмешкой.

— Прошу прощения. Это был мой дядя… У нас с ним не лучшие отношения.

— Конечно, я так и подумал, – с улыбкой ответил Фиро.

Повисла комфортная тишина.

Анджело был тем, кто нарушил её, когда открыл дверь и пригласил внутрь своего необычного гостя.

— Довольно милое местечко, – воскликнул Фиро, когда шагнул в стандартную каюту.

С точки зрения цены, она стоила примерно, как одна десятая каюты Фиро.

Однако эта комната выглядела прямо как приличный роскошный номер отеля в миниатюре. Она казалась вполне комфортной для одного человека.

Там не было балкона, лишь окно, чтобы наслаждаться видом снаружи, но наблюдать за тем, как океан проносится мимо, из каюты с кондиционером, не казалось таким уж плохим занятием.

На столе в углу комнаты стояла деревянная коробка для алкоголя.

— Если вы позволите, я налью нам выпить. Видите ли, я недавно обнаружил весьма неплохую находку в торговом центре, – Анджело мягко улыбнулся, и Фиро бесстрашно ухмыльнулся в ответ.

— Тогда, думаю, я выпью достаточно, чтобы компенсировать ту небольшую сдачу.

Они сели за противоположные концы круглого стола, и Анджело потянулся к ящику.

Алкоголь в деревянной коробке, хах…

Этот вид пробудил в Фиро воспоминания о том времени, когда он только стал бессмертным. Заставляло задуматься, что его интерес к тому деревянному ящику много лет назад стал причиной того, почему он был таким, каким был.

Хотя Фиро молчал, погрузившись в воспоминания…

— Кстати, мистер Фиро…

Фиро отбросил свои мысли, когда Анджело внезапно заговорил с ним.

— Это касается вашего ресторанного бизнеса.

— Да?

— …Он случайно не известен под названием «Изготовители Масок»?

Что это вообще? – это вопрос, который тут же появился в голове Фиро, но в тот момент, когда парень собирался ответить…

Его воспоминания остановили его.

«Изготовитель Масок».

В нормальной ситуации эта фраза говорила сама за себя. Кто-то, кто изготавливает маски. Вот и всё.

Но предупреждающие звоночки с ума сходили где-то в памяти Фиро.

Это особая фраза. Опасность, опасность.

Чьи были эти воспоминания?

Было ли это его собственным опытом из его очень долгой жизни?

Нет.

Было ли это воспоминанием из жизни Сциларда, которого юноша поглотил?

Нет.

Эти воспоминания находились куда глубже.

Из его воспоминаний, организованных как ветви дерева, эти шли от тонких веточек, которые отделялись от более крупной ветки памяти Сциларда.

Воспоминания того, кого поглотил Сцилард, или того, кто был поглощён кем-то, кого позже поглотил Сцилард.

Серийный убийца Италия     Граф-бабник

Наркотики, которые отец приказал изготовить   Загадочный фантом

Жертвы детей     Тухлые яйца   Старший брат       Бегг Гаротт

Гретто.

Эти воспоминания принадлежали… младшему брату мистера Майзы.

Пока Фиро напряжённо пытался прочесть эти туманные воспоминания, другой человек возник в его разуме…

Фраза «Изготовитель Масок» значила кое-что особенное и для кое-кого другого в его памяти.

Трагедия для маленьких детей          Два мальчика     Две девочки

Моника Ники   Преступная организация       Команда наёмников

Золото золото золото смерть золото золото золото золото один, но легион

Лабро.

В тот момент, когда Фиро осознал, кому принадлежали эти воспоминания, он оборвал себя и не стал вспоминать что-то ещё.

Нет.

Я не должен смотреть воспоминания Лабро.

Фиро испытывал сильное отвращение от прочтения воспоминаний Лабро.

Скорее всего, это из-за того, что Лабро был съеден алхимиком, который сам позже был съеден Сцилардом, воспоминаний для прочтения было куда меньше, чем у других бессмертных. Они, скорее, напоминали собственные воспоминания Фиро, когда ему было где-то от трёх до пяти лет.

Хотя Фиро и мог узнать всё более чётко, если бы проник достаточно глубоко, у парня создавалось неприятное ощущение, что он не должен слишком хорошо узнавать этого человека по имени Лабро.

Верно. Я не могу сделать воспоминания этого ублюдка своими.

Ведь Лабро…

Это то, насколько далеко зашёл Фиро, прежде чем его вернули обратно в реальность.

Фиро был потерян в мыслях об Изготовителе Масок, скорее всего, не больше нескольких секунд.

Однако для Анджело этого времени было более чем достаточно, чтобы укрепить свои подозрения.

— Так ты действительно что-то знаешь.

То, как мужчина ранее перетасовывал карты, казалось детской игрой в сравнении с тем, с какой скоростью он достал чёрный пистолет, покрытый красными и золотыми украшениями.

Это казалось сценой прямиком из фильма…

Стрелок стоически вернул Фиро обратно в реальность.

— Ну, я бы оценил, если бы ты рассказал мне об «Изготовителе Масок».

— О твоём боссе… И ублюдке, который приказал убить моего босса. Всё, что тебе известно.

⇔

В то же время – На мостике.

Капитан.

Это слово, которое использовали, чтобы описать сущность, которая курировала всё на корабле или же была его лидером.

Однако в отличие от капитанов обычных рыбацких суден, паромов или пиратских кораблей, капитан роскошного круизного лайнера должен был обладать всеми возможными навыками: от навигации и инженерии, до харизмы руководить и контролировать бесчисленное множество подчинённых и работников, находящихся под его командованием.

Гигантская, напоминающая отель, система жилья, торговый центр, наполненный самыми разными магазинами, и неисчислимое количество развлекательных заведений…

Всё это в конечном итоге находилось под командованием капитана.

Как человеку, который был ответственен за безопасность пассажиров, ему нужно было быть публичной личностью, а иногда даже приходилось соглашаться с необоснованными запросами.

Такие сотрудники, как первый помощник капитана или управляющий отелем, были там, чтобы облегчить некоторое бремя на его плечах.

Иногда в фильмах капитаны развлекали посетителей и пили с ними… Это было частью их долга. Однако неважно, сколько тостов он произносил вместе с пассажирами, ему никак нельзя было напиваться, и он всегда продолжал следить за происходящим.

Держа это в уме, Фолк Коннор, – капитан Энтренса, – патрулировал корабль, проверяя, что всё идёт как надо…

Когда он вдруг получил вызов с мостика, мужчина спокойно открыл дверь…

— Что случилось, старший помощник…

Внезапно он почувствовал дуло пистолета у своей спины.

— Ага, спасибо за вашу работу.

Затем капитан осознал, что на мостике около дюжины «чужаков», если не считать того, который держал пистолет, наведённый на него.

Все они были одеты по-разному, за исключением прекрасных масок поверх их лиц, которые, казалось, попали сюда прямиком с итальянского карнавала.

Хотя капитан хотел бы подумать, что они были пьяными пассажирами с бала-маскарада, на корабле не планировалось никаких подобных мероприятий.

И словно в подтверждении, что эти гости не были просто группой пьяных хулиганов, каждый человек в маске словно профессионал держал в своих руках оружие.

Капитан доверял своей интуиции в том, что их пистолеты были настоящими. Он застыл на месте и мрачно произнёс:

— Мне сообщили, что на радарах было замечено огромное неопознанное судно.

— И это неправда. Это судно существует лишь как ложь, которую мы попросили сообщить вашего первого помощника.

Теперь капитан заметил, что другой человек держал пистолет у головы его первого помощника.

— Ясно. Тогда я рад, что у нас нет угрозы столкновения.

Капитан Коннор стиснул зубы и отчаянно сдерживал свою злость, говоря напряжённым голосом.

— Мостик закрыт для посторонних лиц. Я бы оценил, если бы вы покинули его.

— Никак не выйдет, но я уверен, что вы уже и сами это знаете.

Один из нарушителей в маске неприятно рассмеялся и подошёл к капитану.

— Некоторым нравится ждать, когда в людях погаснет последний луч надежды, но это просто не наш стиль, так что скажу сразу: мы начали наш захват с офиса коммуникации, так что у вас могут возникнуть некоторые проблемы с отправкой сигнала СОС.

— …

— Ну же, не смотрите на меня так. Мы не собираемся делать ничего вопиющего, например, говорить всем пассажирам собраться в главном холле или вроде того. По факту мы бы хотели, чтобы все пассажиры наслаждались своим путешествием, не подозревая о том, что на самом деле происходит! Верно! В конце концов, если мы расскажем пассажирам о захвате, какие-нибудь специальные оперативники, которым повезло оказаться на борту, могут показаться и начать строить из себя героев. И к концу дня нас обнаружат СМИ или нас будут преследовать копы, – заявил захватчик с легкомысленным смешком.

Конечно, ни один корабль не отплывает без подготовки к возможному захвату.

И поскольку на Энтренсе плыло множество вип-гостей, экипаж хорошо позаботился о том, чтобы обеспечить на борту безопасность, однако…

— Теперь, небольшая викторина для вас.

Захватчик широко раскинул свои руки, словно высмеивая подобные мысли.

— Как думаете, как много людей и оружия мы пронесли на борт, чтобы убедиться, что столь крупная работа пройдёт как надо?

— …

— Ответ: секрет. Вы можете попытаться поискать список пассажиров, но мы на самом деле купили билеты, знаете? Но позвольте дать вам одну подсказку. Некоторые из нас сели на борт куда позже. Хотя я не расскажу вам как.

Капитан заскрежетал зубами, пока захватчик продолжал о чём-то болтать, явно наслаждаясь ситуацией.

— И к тому же всё наше оружие на сто процентов настоящее. Вы знаете, насколько улучшили охрану после того, что случилось в прошлом году? Нам пришлось пройти через множество проблем, чтобы пронести тяжёлый огнестрел на этот корабль.

Мужчина поднял штурмовую винтовку, словно чтобы похвастаться проделанной ими работой. Капитан заметил запасной пистолет у него на поясе, но он отклонил попытки выхватить пистолет силой, когда немного обдумал свою ситуацию.

— Я перейду прямо к делу. Мы не установили бомбу в инженерном отсеке, и мы не связали и заткнули кляпами рты всей тысяче членов экипажа. По правде сказать, единственные, кто знает о захвате – люди в этой комнате и наши приятели в офисе коммуникации.

— Что вы имеете в виду? – спросил капитан.

Человек в маске усмехнулся, прежде чем ответить.

— Нет, ну… Что я говорю, так это то, что величайший актив, который в настоящий момент находится под нашим контролем – это вентиляционные шахты и системы корабля.

— Что?..

— Это потрясающий корабль, признаю. Мы можем сидеть всего в одной комнате и контролировать всё: от кают и центров развлечений до температуры в складских помещениях. И у вас даже установлена система принудительной вентиляции.

Мужчина опустил свою винтовку и достал из кармана маленькую бутылочку.

Это был флакон мужского одеколона. Продукт бренда, который продавался на борту.

Когда мужчина повернул крышечку, внутри бутылочки послышался странный щелчок.

— Думаю, всё будет нормально, если я проведу небольшую демонстрацию.

И, как только он закончил это предложение, мужчина брызнул одеколон прямо в лицо первого помощника.

— Что за… угх… А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! А-а-а-а-а-а-а-а-а! Гах… хах… аргх…

Первый помощник соскользнул на пол и начал дёргаться и кричать, словно насекомое.

Парень дрожал на полу, как маленькая букашка, умирающая от удушения. Хоть в конце концов он и не умер, прошло очень много времени, прежде чем он прекратил вздрагивать.

— Теперь, как видите, вот что происходит всего от одного вдоха этого вещества. Рейтинг смертности от двух вдохов составляет девяносто процентов. Добавьте к этому вентиляционные системы, и вы поймёте суть того, что мы пытаемся сказать, верно?

— Ублюдки!..

Мужчина проигнорировал возмущение капитана и молча развернулся.

— Так что позвольте мне сказать прямо. Поскольку пассажиры ничего не знают, вам просто нужно сотрудничать с нами, и все они прибудут к пункту назначения без заминок. Но я надеюсь, что мне не нужно говорить, что случится, если нас прервёт полиция или вроде того… Поняли?

— Каковы ваши требования? Вам нужны деньги?

— Деньги? Да. В конце концов мы Бизнесмены. Конечно, думаю, что в этой работе также замешана какая-то личная неприязнь со стороны нашего президента, но без разницы, – беспечно заявил мужчина и разразился смехом вместе со своими товарищами.

Капитан, раздражённый этим звуком, смело повысил голос.

— Вы думаете, наша компания так легко вам заплатит?

— И-и-и ответ отрицательный, капитан, – захватчик щёлкнул пальцами и указал прямо на капитана. – Вы нас не так поняли. Так не пойдёт. Так совсем не пойдёт. Если мы свяжемся с вашей компанией, полиция пронюхает о том, что мы делаем. Мы не можем этого допустить. Нет-нет. На самом деле, мы не планируем вымогать деньги у ваших боссов. Мы просто возьмём под контроль этот мостик, чтобы убедиться, что нам поверят.

— Ч… что? – недоверчиво спросил капитан, но представитель захватчиков просто весело продолжил.

— Знаете, я всегда задавался этим вопросом, когда смотрел кино. Почему захватчики и похитители вроде нас всегда проваливаются?

— Потому что злу никогда не победить.

— Думаю, это тоже верно, но вы довольно, чёрт возьми, спокойны, капитан… В любом случае, думаю, ответ: это потому, что герой всегда находится в зоне досягаемости злодеев.

— …?

Капитан просто уставился на них, услышав странные слова захватчика.

Мужчина покачал головой, глядя в потолок, и спокойно продолжил.

— Я говорю это, потому что больше нам нет особого смысла что-то скрывать, но, видите ли, другая сторона в этих наших небольших переговорах…. Они из так называемого «героического» типа ребят. Не говорю, что они некоего рода бойцы за правду, справедливость и американскую мечту, но у них в рукаве есть некая особая сила, и если они увидят заложников, то без раздумий бросятся их спасать. В любом случае только наш президент знает, кто они такие.

Мужчина болтал, драматично жестикулируя, и повернулся, чтобы посмотреть на капитана.

— …Но, видите ли, это невозможно, если мы, конечно, не используем этот сестринский корабль.

— Быть не может…

— Может. Если мы возьмём в заложники оба сестринских корабля…

Мужчина выдержал театральную паузу и продолжил, словно развлекая самого себя.

— Если мы возьмём в заложники оба корабля, то они ничего не смогут сделать, поскольку они застряли лишь на одном из них, верно?

Захватчики начали смеяться. Глаза их представителя блеснули, и его голос стал глубже.

— Теперь… у меня есть для вас очень важный вопрос, капитан.

— Ч-что такое?

Захватчик посмотрел капитану в глаза, в этот момент они оба были невероятно серьёзны.

— Непобедимый Кок и Бывший Универсальный солдат не на борту корабля, не так ли?

⇔

Каюта Фиро и остальных.

Куда мог деться Фиро?

Эннис вернулась после своих процедур ухода за кожей в салоне красоты. Однако неуместно для её красивой кожи, её лицо было полно беспокойства.

Чес тоже не вернулся.

Сегодня Эннис впервые в жизни ходила в салон красоты.

Поскольку она была гомункулом, лечение кожи или беспокойство о здоровье особо не было у неё в приоритете. Однако Эннис было несколько любопытно посмотреть, окажет ли людское лечение такой же эффект на гомункула.

Девушка беспокоилась, что она будет делать, если профессионалка заметит некие неуловимые аномалии в эластичности её кожи и обвинит в том, что она не человек. Несмотря на это, беспокойство не успело охватить Эннис. Массажистка просто сказала нечто вроде: «У вас такая чистая кожа! Я так завидую». Последующие три часа они потратили, наводя свою магию.

Хотя Эннис не могла сказать, принёс ли уход какие-то внутренние изменения, её кожа мерцала, а волосы девушки, казалось, были даже элегантнее, чем обычно.

Что, если я выгляжу странно?

Из-за того, что её кожа ощущалась совершенно иначе, Эннис решила спросить Фиро и Чеса об их мнении. Однако они ещё не вернулись в их комнату.

Чес сказал им: «Ночью я схожу посмотреть кино или что-то вроде того, так что не переживайте, если я не вернусь», а Фиро заявил, что собирается посетить казино.

Вот почему Эннис заглянула в казино по пути, но Фиро там не было.

Девушка подождала некоторое время после того, как вернулась, но ни Фиро, ни Чес не связались с ней.

Лучше мне сходить найти их… – подумала Эннис.

Но в тот момент, когда она встала, девушка услышала пиканье ключа-карты у входа и звук открывающейся двери секундой позже.

Увидев на пороге Фиро, Эннис с облегчением выдохнула…

И немедленно втянула дыхание, увидев то, что казалось дырами от пуль в его одежде.

— Фиро?! Что случилось?!

— Ох… Нет, ну, не волнуйся, я позаботился об этом. Более-менее.

— Что вообще…

— Ну, знаешь. Со своей работой сейчас я уже довольно-таки привык к подобному, но…

Фиро горько рассмеялся и достал из своего нагрудного кармана изуродованные очки.

— Ух, блин… А они ведь дорогие.

Физически на главе семьи не было ни царапины, но парень выглядел усталым, когда пожал плечами.

— Знаешь, а ведь действительно сложно прояснить некоторые недопонимания…

Когда парень рухнул на диван, зазвонила внутренняя телефонная линия.

Эннис торопливо подняла трубку и коротко поговорила со звонившим.

— Ум, Фиро?

— Что такое?

— Это Чес… Он сказал, что он останется на ночь с какой-то знакомой и не вернётся в каюту. Он не хочет нас беспокоить.

— С какой-то знакомой?

Фиро подумал об этом пару секунд, задаваясь вопросом, кто же это мог быть.

Скорее всего, его перехватила Клаудиа, или Шарон, или, возможно, Чес просто столкнулся со старым другом, о котором они не знали.

Чес жил уже очень давно, так что не было бы странно, если бы он знал кого-то с этого корабля.

— Блин… А это ведь должен был быть семейный отпуск, – пробормотал Фиро, но вдруг вспомнил, что Чес сказал ему, когда они заходили на борт.

«Когда мы поднимемся на борт, я буду избегать вас двоих настолько много, насколько смогу, так что я вас не побеспокою.»

«Ночью я схожу посмотреть фильм или вроде того.»

Бвух.

Фиро от шока чуть дух не испустил и начал тяжело дышать, а его лицо вспыхнуло красным.

— Фиро! Ты болен? Дай мне взглянуть…

Эннис, беспокоясь, подошла ближе к парню, но для Фиро это лишь усугубило ситуацию.

Пока его лицо становилось всё более и более красным, Эннис начинала переживать всё больше и больше.

— Ты совсем красный! Даже бессмертные могут заработать временную лихорадку, если их отравят или заразят…

— Н-нет, дело не в этом!

Фиро быстро потряс головой и отчаянно попытался успокоиться.

Эннис растерянно склонила голову, но вид её приходящего в себя супруга, похоже, успокоил и её беспокойства.

Ещё раз внимательно посмотрев на девушку…

— Кстати, если подумать, твоё лицо и руки кажутся действительно мягкими.

Парень отметил эффект от её посещения клиники.

— Хах?!

В этот раз, кажется, Эннис была той, кто удивился. Девушка нервно отвела взгляд.

— Ум… это… странно?..

— Конечно нет. Ты прекрасна.

Фиро лишь высказал своё честное мнение.

Хотя не так уж давно он находился в смертельной опасности, Фиро казалось, что его спас один только вид сияющей кожи и волос Эннис и её стеснительного выражения лица.

— Ты… правда так думаешь?

Когда щёки Эннис покрылись румянцем, Фиро подумал: «Она милая, даже когда краснеет». И парень решил, что этого для него достаточно.

И первая ночь для робкого мужа и его невинной жены закончилась без происшествий.

Ведь они даже не осознавали, что могло тихо происходить под поверхностью всего этого.