Едва мы вышли из дома, как Нуки тут же поймал земляка, тащащего мимо нас здоровенный мешок со всяким добром.

– Стой! На, отнеси это к кораблям.

– У меня своих трофеев полно, – буркнул северянин.

– Брось свой хлам и тащи это! – зло рявкнул Нуки, сбросив с плеч свой мешок на дорогу, отчего тот зазвенел.

Во время падения один из узлов развязался, и в дорожную пыль вывалилась горсть золотых монет.

– Понял, – тут же оживился остановленный воин, уже без всякого сожаления сбросивший собственные трофеи.

Он подскочил к мешку и заглянул внутрь.

– Хороший улов, тэн, – хмыкнул он и поднял глаза на Нуки.

– А то! – довольно ответил Нуки. – Давай, тащи это на корабли.

– Сделаю, тэн.

Он схватил мешок, не без труда закинул себе на спину, и с такой скоростью дернул в сторону пристани, что я даже задумался – уж не берсерк ли он? С такой скоростью обычные люди передвигаться не могут… Впрочем, когда у тебя СТОЛЬКО золота, то и не такую скорость сможешь развить…

Наша же компания, проводив «курьера» взглядом, двинулась дальше по улице.

Интересное, кстати, наблюдение: город назывался Редволл, и теперь, на рассвете, я понял, почему.

Стены города, дома, даже камни, которыми были вымощены улицы, были красными. Нет, не ярко-красного цвета, но с небольшим, специфическим оттенком. Впрочем, стены, я уверен, красили специально, подчеркивая необычность и цвет камня, из которого они и были сооружены.

Сейчас в свете поднимающегося солнца город выглядел необычно, пейзаж был такой, будто ты на другой планете, на каком-нибудь Марсе, что ли…

Похоже, каменоломня была совсем недалеко от города, так как камня здесь было много – мощеная дорога, по которой мы шли, по сторонам была украшена эдакими террасами, несколько приподнятыми над общим уровнем, засыпанными землей. На этих «клумбах» росли цветы – синие, зеленые, белые. Было видно, что местные высаживали их в строго заданном порядке, межуя цвета в шахматном порядке или полосами, волнами. Каждая клумба была с собственным уникальным рисунком, и это придавало улице оригинальности. Пожалуй, даже в ухоженной Европе, где мне доводилось бывать, подобного я не встречал.

Если ранее дома нам встречались однотипные, за редким исключением, то сейчас мы шли по улице, где, судя по всему, жили люди небедные – это уже даже не дома, а целые особняки или усадьбы. Иногда за высокой стеной даже дома нельзя было увидеть. Впрочем, даже если зайти в калитку или ворота, дом можно было найти не сразу, ведь у местных была еще одна традиция – засаживать внутренний дворик деревьями, причем весьма и весьма обильно, и иногда за ветками и листьями дом не разглядеть.

Те же дома, что выходили на улицу, с лицевой части украшались со всем старанием. Более того, походило, что это было запланировано даже на момент постройки – у многих в стенах были белые, обычные серые камни, выложенные в строгом порядке, в форме квадратов, ромбов, лесенок и тому подобного.

Пожалуй, если бы этот город существовал в реальном мире и смог бы продержаться до настоящего времени, он был бы одним из самых крупным туристических центров, как Венеция, к примеру, или Рим. Слишком уж удивлял его вид, архитектура. Слишком уж завораживал этот город своей необычностью.

– Ярл!

Мы повернулись.

К нам спешил Магнус.

– Ярл! Ворота захвачены, наши люди на стенах! – радостно заявил он. – Все! Город наш.

– Оставь часть, как наблюдателей, и следите за дворцом, чтобы никто оттуда носа не показал, – приказал я, – остальные могут пока собирать трофеи.

Магнус кивнул и моментально исчез, ну а мы продолжили свой путь.

Похоже, здесь северяне уже порезвились – все дома, что попадались нам по пути, были открыты, на некоторых двери выбиты, выломаны или просто распахнуты.

Никаких намеков на то, что внутри одного из них остались люди, не было. Быть может, жители этих домов просто сбежали во дворец?

К слову, какой-то местный царек неправильный – я бы на его месте всякую чернь во дворец не пускал: проку от них ноль, да еще могут начать права качать. Впрочем, не совсем я и прав – дворец правителя находился на отгороженной от остального города территории и, уверен, спасающийся от нас обычный люд находится сейчас во внутреннем дворе, а вот в сам дворец их как раз таки и не пускают.

Своего рода слой, на который мы бы должны были отвлечься, если прорвемся во внутренний двор. А ведь мы прорвемся! Я обещал Дитриху не трогать короля, но насчет дворца как такового у нас никакого уговора не было. Уходить из столицы, не забрав королевскую казну – ну, такое себе решение. Глупое, я бы сказал. Тем более конкретно сейчас не воспользоваться ситуацией было не просто глупо, а верхом идиотизма.

У нас в запасе есть день-два, пока граф Войте, командующий армией, не вернется назад к стенам столицы. За это время мы не только успеем «вскрыть дворец», но и даже подготовить неплохую оборону.

Можно, конечно, сделать все быстро, схватить казну и дать деру. Но я посчитал, что мы можем себе позволить некоторое время удержаться в осаде – спокойно погрузим все награбленное, выберем лучших рабов…

А быть может, еще и самого Войте пошантажируем, но с этим еще посмотрим…

Пока что нужно вычистить город от его жителей – нам тут партизан еще не хватало. Представляю, как мы засядем на стенах города, собираясь отбиваться от штурма, который наверняка попытается провести Войте, и тут же нам в спину ударят организовавшиеся горожане и защищающие дворец воины. Нет уж! Такого нам не надо.

Именно поэтому северяне сейчас и грабили город, заставляя горожан в панике бежать к дворцу. Но, конечно, дворец уже закрыт, и большинство беглецов попадалось нашим. И в таком случае исход для них был прост: либо их попросту убивали, либо доставляли в «вольер», где уже собрали несколько сотен местных.

Северяне, к слову, знали, как полностью деморализовать противника – в качестве «загона» использовалось весьма необычное строение (то ли амфитеатр, то ли эдакий средневековый стадион). Суть в том, что площадь у него была огромна – тут с легкостью могло уместиться несколько тысяч человек. И именно сюда северяне и сгоняли пленников. Но прежде чем выпустить их в «загон», у пойманных забирали абсолютно все, включая одежду. Несложно понять, что большинство из них стыдливо забилось по углам, прикрывая интимные части тела, и ни о каком сопротивлении, ни о каком планировании прорыва речи там идти не могло.

Да еще дело усугубляли северяне-охранники, бродившие над пленниками, периодически тыкавшие в них пальцами и ржавшие, как умалишенные.

М-да…та еще обстановка…

Хотя, к счастью пленников, охранников была едва дюжина – остальные были заняты грабежом города.

И, кстати, мы наконец-то добрались до домов, где все еще шла «мародерка». Но если у близлежащих домов все было как-то спокойно, обыденно, что ли, то далее собралась уже целая толпа.

Мы направились туда. Пока шли, из окон и дверей домов, которые мы проходили, то и дело что-то вылетало – тюки со всяким добром, мешки с едой, даже пару раз нам пришлось уворачиваться от табуреток и стульев, чем-то понравившихся северянам, которые те явно намеревались забрать с собой на острова.

Гор, к слову, чуть не схлопотал прямо по голове медным тазиком, вылетевшим из окна второго этажа.

Однако среагировал Гор вовремя, отбив летающий тазик оружием.

– Жаль, что не прибили тебя им, – заявил Нуки, конечно же, не пропустивший такой случай подколоть Гора, – было бы, о чем рассказать дома!

– Смотри, чтобы тебя не прибили! – огрызнулся Гор. – Вот будет умора, если такого известного берсерка собьет с ног мешок с зерном.

В последнее время эдакая пикировка между этими двумя стала уже привычной. Того и гляди, станет доброй традицией.

Наконец мы добрались до высокой изгороди, за которой была явно немаленькая усадьба. Рядом со сломанными воротами собралась толпа северян, мнущихся рядом с выбитыми створками, и почему-то не спешивших заходить внутрь двора. Что такое? Слишком большая охрана? Интересно, кому принадлежит этот особняк?

– Что здесь происходит? – спросил Нуки, развернув лицом к себе одного из наблюдателей.

– Да засели здесь… – буркнул северянин, узнав, кто перед ним.

– Кто?

– А я знаю? – пожал плечами воин. – Но воины они серьезные…

– Вас тут человек десять, – удивился Нуки, – чего на месте топчетесь? Уже бы давно сравняли эту хибару с землей!

– Уже пытались сравнять одни, – нахмурился воин, – вон они, лежат.

Только сейчас мы обратили внимание на три тела, лежащих на узкой, мощеной дорожке, ведущей от ворот к, собственно, самому дому. А вот возле самого дома, прямо у его дверей, я увидел еще два тела.

– Вперед! – заорал вдруг кто-то из собравшейся толпы и бросился в сторону двора.

Следом за ним кинулись еще трое.

Однако стоило им сделать только шаг в сторону дома, как его ставни распахнулись и оттуда послышались хлопки. Двое бежавших северян вдруг споткнулись и рухнули на землю.

Остальные двое, включая предводителя штурма, почти добрались до дома. Однако когда им оставалось до входной двери шагов десять, не больше, она распахнулась, и на пороге возник человек, самый настоящий гигант, закованный в металлический доспех с ног до головы. Лица его видно не было – сквозь узкий разрез на шлеме виднелись лишь глаза.

Воин был вооружен здоровенным мечом, вроде того, которым орудовал Торир.

К слову, Торир обнаружился тут же – сидел возле ворот на камне, облокотившись на собственный меч, воткнутый в землю, и молча наблюдал за происходящим.

А меж тем, двое северян добрались до стального гиганта, замелькали их топоры, удары обрушились на защитника. Однако он даже не пытался уворачиваться, или отбиваться – спокойно подставлял плечи или руки, явно пытаясь принять удары на наиболее бронированные части своего доспеха. А затем резким движением рубанул своим мечом, разрезав одного из нападавших пополам, второму же зарядил здоровенным кулачищем в латной перчатке прямо в лицо.

Бедолага, оглушенный ударом, тут же сел на землю, выронив оружие, а гигант поднял свой меч и обрушил его со всей силы на сидящего врага. Мерзко чавкнуло, меч разрубил, раскрошил голову, пошел дальше, застряв чуть ниже шеи.

Здоровяк в броне уперся ногой в уже мертвое тело, толкнул его назад и выдернул свой меч. Несколько секунд он стоял, не двигаясь, наблюдая за толпой беснующихся северян, а затем ступил назад, скрылся за дверью дома.

– А ну, стоять! – заорал я, увидев, как разъяренная толпа двинулась было в сторону дома.

Ты смотри, взбесились они! Надо было или с теми четырьмя бежать, или уже вовсе не кидаться. А теперь и оставшихся смогут довольно-таки легко перебить.

Я твердо знал – в оконных проемах стреляли из арбалетов. Пусть и не такой уж большой у меня опыт, но в этом я был уверен. Тем более в теле одного из наших, которые сейчас лежали у дома, из груди как раз таки торчал арбалетный болт – уж их я видел, и не раз. Причем вживую (посчастливилось как-то побывать на какой-то тусовке ролевиков-реконструкторов).

Впрочем, арбалеты ‒ еще не самая страшная проблема. Гигант в латах ‒ вот это сложность. Почему-то мне казалось, что он там не один – наверняка остальные в доме, сколько бы их там не было, могут быть вооружены и защищены не хуже.

А тут, рядом с нами, как назло, собрался в основном молодняк и те, кто еще не успел получить новую броню из кузницы Магнуса. Либо же получил, но предпочел ее снять (чтобы таскать трофеи было легче).

Я тяжело вздохнул. Вот еще одна причина заняться дисциплиной – какого черта эти идиоты сняли защиту? Уже возомнили себя хозяевами города? Ну, вот и результаты: лежат во внутреннем дворике в нескольких экземплярах.

– Торир! – позвал я наемника. – Что за дерьмо здесь происходит?

– Я говорил, что к этому дому лучше не соваться, – пожал плечами наемник.

– Почему?

– На нем знак Триликого, – ответил наемник и махнул рукой на ворота.

Там я увидел необычный знак – треугольник, возле каждого угла и возле каждой стороны которого были нарисованы линии. Они словно бы окружали треугольник, превращая его в эдакое подобие шестигранника, где внутри находился сам треугольник.

– И что? – отведя взгляд от знака, я вновь повернулся к наемнику.

– Этот дом принадлежит братству, – ответил наемник таким тоном, будто с ребенком говорит и вынужден объяснять прописные истины.

– Какому еще братству? – спросил я, хотя уже догадался, о чем идет речь. Похоже, мы вновь столкнулись с теми, с кем уже сражались во время прошлого набега. И памятуя тот опыт, должен признать, что этот противник весьма и весьма опасный, хоть и немногочисленный.

– Братство Триликого, – сказал Торир, – искусные воины, стоит признать. Я бы с ними не связывался – себе дороже будет. А еще, если даже сможешь их сейчас убить, наживешь себе сильного врага. Они тебя обязательно найдут и отомстят.

– Тогда они не особо спешат, – усмехнулся я, – с прошлого раза уже уйма времени прошла.

– С прошлого? – опешил Торир.

Я же развернулся к своим, нашел взглядом Рагнара и Р`атора.

– Значит так, – сказал я им, – быстро найдите десяток лучников и ведите их сюда.

Оба тут же исчезли, спеша выполнить приказ. М-да…если ветераны ни в грош не ставили дисциплину и приказы, иногда предпочитая делать все по собственному разумению и пониманию, то у «молодых», прошедших благодаря мне курс молодого бойца, к моим приказам было совершенно иное отношение. До идеала, конечно, далеко, но все же…

Я рассматривал дом, прикидывая пришедшую в голову мысль, обкатывая ее и так и сяк. Нет, определенно, идея неплоха. А главное – своими воинами рисковать не нужно. И так уже потеряли нескольких, причем весьма глупо.

Рагнар, Р`атор и около десятка молодых воинов, пяток воинов Гора появились буквально через минут десять.

Когда они остановились, уставились на меня, ожидая приказаний, я еще раз оглядел дом, в котором засел противник, а затем начал говорить:

– Значит так, поднимаетесь на крыши соседних домов, но сначала…

***

На все про все понадобилось минут двадцать. Да и то, больше времени занимала подготовка к грядущему действу. Позиции лучники заняли минут за пять, не больше.

Задумка была простой до безобразия – сначала крышу дома закидали всевозможными горючими смесями, которые только смогли найти. Причем швыряли их не только на крышу, но и старались попасть в окна второго этажа. А затем, после того, как дом будет качественно «сдобрен», предстояло его зажечь.

После того, как он вспыхнет, лучникам предстояло начать отстрел «погорельцев», которые однозначно начнут вылезать из своей норы, задыхаясь от дыма и жара.

Конечно, против «латника» лучники ничего не смогут сделать. Но на этот случай были уже мы с Нуки. Точнее, пока что только Нуки – у меня ведь способность «откатывалась».

Хотя, как мне кажется, пока суть да дело, пройдет достаточно времени и я смогу активировать берсерка нужного мне «уровня» без всяких проблем.

Вот только все задуманное нами так и не состоялось – едва только полетели первые кувшины с земляным маслом (которое местные использовали в качестве топлива для всевозможных ламп и светильников), двери дома отворились, и на пороге вновь возник «латник».

– Трусы! – гулко объявил он. – Вы думаете, мы не понимаем, что вы задумали? Решили нас сжечь, лишь бы не сражаться в честном бою? Неужели вы, женоподобные дикари, трусливые и бесчестные, не можете победить нас в доброй драке? Даже числом не можете нас взять! Выберите самого сильного вашего воина, и пускай он сразится против нашего. Победите вы – мы выйдем из дома, и не будем сопротивляться. Если же победим мы – вы оставите нас в покое и не будете больше беспокоить. Это справедливые условия, и если вы, жалкие…

Нуки скрипнул зубами и ступил вперед. Однако я придержал его, выставив руку, словно шлагбаум.

– Может, мы, конечно, и дикари, – ответил я «латнику», – но далеко не тупые. Твою броню сложно пробить мечом или топором. У наших воинов такой брони нет. Думаешь, мы не понимаем, чем кончится такая «честная схватка»? Трусы здесь вы! Сними свою броню, под которой прячешься, и выйди против нашего воина. Тогда и посмотрим, кто сильнее.

Латник уставился на меня, несколько секунд стояла тишина. Он словно бы обдумывал мое предложение.

– Да будет так! – наконец прогремел он. – Трое наших против троих ваших. Никакого оружия, никакой брони. Сразимся насмерть!

Ого! Намечаются бои без правил?

– Одно условие, – меж тем прогремел великан.

– Какое?

– Я – герцог Де Тро, брат короля Огюста. И я не буду биться с кем попало! Я – предводитель своих людей. Пусть против меня выйдет ваш предводитель или же кто-то из ваших дворян, если такие есть.

– Тэн острова тебя устроит? – прорычал Нуки.

– Тэн? Правитель? – переспросил латник.

– Да!

– Устроит! – кивнул он.

– Наш ярл ‒ великий воин, и он уничтожит тебя голыми руками!

Я повернулся на крик. В нескольких метрах от меня стоял Р`ам. И именно он произнес это.

– Ярл? Ваш король? – удивился латник. – Где же он?

– Вот он! – Р`ам указал на меня. – Он вырвет тебе сердце голыми руками.

Твою же мать! Вот только этого мне не хватало! Ну, Р`ам, ну, братишка! Спасибо, удружил! Надо было кончить его все-таки, когда была возможность. Ведь так и знал, что опять подгадит. Вот, получите и распишетесь, что называется…

Как раз я и не собирался принимать участие в бою. Нуки бы прекрасно справился и сам, уверен.

А причина для моего отказа от сражения была простой – навык берсерка еще не успел откатиться. И до его окончания целых двадцать пять минут. Имею в виду навык 3-го уровня, второй то уже готов к использованию. Да вот только совершенно непонятно, хватит ли мне его, и не приведет ли его активация к обновлению счетчика на третьем уровне.

Короче, участвовать в бою мне сейчас не стоило, но благодаря братцу у меня не осталось иного выхода – толпа северян, успевшая собраться возле ворот, уже начала скандировать:

– Р`мор! Р`мор!Р`мор!

Латник словно бы понял, о чем я размышляю, и я готов был поклясться, что в то время, как он задавал вопрос, на его лице гуляла ехидная улыбка.

– Так что, ярл, принимаешь вызов? Или ты все же трус, и все твои отговорки насчет брони просто предлог, чтобы самому избежать битвы?

Я тяжело вздохнул. Ну, вот и все. Вся моя была слава, все мои победы просто обесценятся, если я «сдам назад». Но и выходить против этого верзилы у меня не было никакого желания.

И что делать?