Когда закончился бой, и я уже собрался прикончить противника, Нуки заорал, заставил меня остановиться.

– С чего вдруг «нет»? – спросил я его.

– Он был достойным противником, – ответил тяжело дышавший Нуки, – он заслужил жизнь.

В целом, когда меня отпустила горячка боя, ушел азарт, желание убивать также исчезло.

Конечно, мы победили опасных и сильных противников. Но мы выиграли, и убивать их сейчас просто бессмысленно. В конце концов, сколько еще осталось бойцов в особняке? И что они будут делать, когда увидят, как мы убили их старшего? Одно дело, если бы убили в бою, во время драки, и совсем другое дело ‒ добить беззащитного противника.

Вполне возможно, что все наше сражение будет попросту обесценено – увидев, что выжить они не смогут, обороняющиеся откажутся сдаваться и нам все равно придется жечь дом, штурмовать его. Ну и зачем тогда было сражаться?

Я отступил от лежащего на земле герцога, успевшего, похоже, прийти в себя. Однако как только я сделал пару шагов назад, сзади раздалось недовольное ворчание, и послышался чей-то возглас:

– Он проиграл! Он должен умереть! Я сам это сделаю.

Я моментально развернулся и увидел перед собой Р`ама, шагающего к поверженному противнику и небрежно размахивающего в такт шагам секирой.

– Стой! – сказал я.

– Ты устал, брат, отдохни, – ответил Р`ам, – я все закончу.

Во мне вспыхнула злость. Что за кретин?! Сначала втянул меня в бой, в котором лишь чудом мне удалось выжить, а теперь еще и лезет вопреки приказу ярла! Моему, то бишь.

Кулак смачно впечатался прямо в ряху Р`ама. Да так, что зубы клацнули. Р`ам, не ожидавший атаки, тут же оказался на земле, выронив свое оружие. Он зло и одновременно удивленно уставился на меня, растирая ушибленную челюсть.

– Ах ты, сраный… – пробормотал он, и я тут же его приложил снова. В этот раз, целя прямо в нос.

Р`ам откинулся назад, из его носа тут же брызнула кровь. Он схватился за лицо и замычал.

– Сказал же, стой! – спокойно сказал я ему. – Или ты забыл, кто тут ярл?

– Ты не… – начал было Р`ам, и я снова ударил его, в этот раз попросту выбив из него дух.

– Кто еще считает, что не нужно подчиняться моим приказам? – крикнул я, обращаясь к толпе северян, молча наблюдавших за действом. – Кто считает себя намного умнее?

Толпа молча глядела на меня.

– С сегодняшнего дня вы все будете беспрекословно выполнять мои приказы! – заявил я. – Тот, кто ослушается, решит сделать что-то по своему, заговорит без разрешения, пожалеет об этом.

Толпа молча внимала моим словам.

– Все, шутки в сторону, мне надоело то, что каждое свое приказание нужно повторять по десять раз, надоело, что кто-то, считающий себя опытным, бывалым и умелым, решит, что мое повеленье – просто слова. Кто я? – рыкнул я.

– Ярл! – нестройно ответило несколько голосов.

– А что такое ярл? – спросил я.

Ответом мне было молчание.

– Я тот, кто может заставить вас делать так, как должно, – заявил я, – и никто не может со мной спорить! Если вы не согласны с этим – хольмганг разрешит наш спор.

Толпа молча глядела на меня.

– Если кто-то еще раз ослушается меня, не выполнит приказ, – сказал я уже более спокойным тоном, – я его убью!

Братец успел немного оклематься и сейчас хмуро глядел на меня.

– Это касается и тебя, – сказал я ему, развернулся и направился к герцогу, подал ему руку и помог встать на ноги.

– Наш спор закончен? – спросил я его.

Герцог кивнул.

– Тогда выполняй свое обещание!

– Ты убьешь моих людей? – спросил он.

Похоже, насчет собственной участи он нисколько не сомневался. Но даже в такой ситуации переживал за своих подчиненных.

– Нет, – покачал я головой, – если вы выполните, что обещано – мы вас не тронем. Твои люди будут жить, ты тоже.

Герцог явно был удивлен, но вида не подал, лишь благодарно склонил голову.

– Ты – честный и благородный противник, – сказал он.

Ну да, ну да. Я мысленно даже рассмеялся. Если бы не этот дурацкий спор и бой, то мы бы поступили очень благородно – подожгли бы дом вместе с людьми в нем. И плевать мне, выскочат они наружу или нет, главное, что с ними будет покончено.

Но, естественно, эту свою мысль я озвучивать не стал.

Герцог вернулся к дому, прокричал что-то своим людям, а затем…

Затем мои глаза и глаза моих друзей буквально округлились: у братства, ордена, или как там их, оказалось столько сокровищ, что я даже задумался – а надо ли нам пытаться взять дворец и ограбить королевскую сокровищницу? Что-то подсказывало, что у короля, чья страна совсем недавно выбралась из нескольких войн, денег будет в разы меньше.

Но золото – это не самое главное. Побежденные отдали нам и свое оружие, броню. Хотя, если говорить предельно точно – их никто не спрашивал. Они все вышли из дома, и затем внутрь ворвались северяне, вытащившие из строения все, что им приглянулось. В том числе и оружие.

И именно эти трофеи я считал самым главным сокровищем – если Магнус и Торир разберутся с ними, смогут наладить, так сказать, серийное производство тех же арбалетов, брони (которые у орденцев были высшего качества), то…

Не мне рассказывать о закате эпохи рыцарства. Фактически ей пришел конец, когда появились арбалеты, чьи болты с легкостью пробивали доспех. Когда это оружие производилось в таких количествах, что им вооружали даже крестьян, тогда рыцарям и пришел конец. Какой смысл облачаться в тяжелую броню, становится медленным и неповоротливым, когда буквально в первые же минуты боя тебя может убить необразованный сиволапый крестьянин, пару дней назад ушедший со своей фермы и впервые в жизни взявший в руки арбалет?

Так что, получив такое оружие, можно смело утверждать, что мы станем непобедимой армией этого мира. Пока, естественно, кто-то не вооружит свои войска точно так же. Но и на этот случай у меня были идеи.

***

Я стоял на борту нагруженного, тяжелого драккара и глядел на отдаляющийся берег. Ну, вот и все, вот и закончился наш поход. Впрочем, нет – надо еще добраться домой.

Последние несколько дней были довольно-таки напряженными, хотя мы все же справились.

Но обо всем по порядку.

Сразу после того, как мы «ограбили» братство, со стен, где дежурили наши, был подан сигнал.

Похоже, к городу заявился тот самый граф – командующий армией Шиала.

Когда я поднялся на стену, то убедился, что был прав в своей догадке – недалеко от города стоял крупный отряд противника. Как заверил меня Торир – было их около 8 сотен.

Конечно, для нас это довольно сильный противник, который с легкостью сможет разбить моих северян, банально задавив числом. Вот только есть одно «но» – мы сидели внутри города, за стенами. А у графа Войте хоть и было много людей, воспользоваться этим преимуществом он не мог – ничего для штурма у него не было, даже банальных лестниц. Про осадные машины я и вовсе молчу.

Но граф решил взять нас нахрапом. Он выехал на черном жеребце вперед вместе с двумя знаменосцами (один из которых держал штандарт графа, а второй скакал с белым флагом), подъехал прямо к воротам.

– Эй, вы! – крикнул он. – Кто в вашей своре главный?

– Ну, допустим ‒ я, – ответил я ему, – чего надо?

– Даю вам шанс уйти отсюда живыми, – заявил граф, – откройте ворота, оставьте все, что успели награбить, и уходите! Клянусь, вас не тронут.

Я хмыкнул.

– А если мы не согласимся?

– Тогда все вы здесь и останетесь! – заявил граф.

– Ладно, – кивнул я, – договорились.

На лице графа промелькнуло удивление. Он явно не ожидал, что мы вот так вот согласимся на его, мягко говоря, дерзкие условия.

– Вы покинете город? – наконец, справившись с удивлением, спросил он.

– Нет, мы останемся, – ответил я и добавил: – Продолжим грабить твой город и твоих людей.

Граф побагровел, а уж когда мои товарищи начали откровенно ржать, его лицо прямо-таки запылало, хоть прикуривай от него. Он дернул поводком, ударил коня по бокам, развернулся и отбыл к своей «армии».

– И что теперь? – спросил у меня Нуки.

– Продолжаем грабить, – пожал я плечами.

– А этот… – Нуки кивнул на ускакавшего графа.

– Да что он нам сделает? – отмахнулся я.

– Начнет строить лестницы и готовиться к осаде, – встрял Торир. – Уверен, что и людей из ближайших деревень и городов подтянет.

– И много ему на это времени понадобится?

– Если будет дожидаться подкрепления – дней 4-5, – прикинул Торир, – либо через пару дней может попробовать напасть, как только соберет осадные лестницы

– Что они нам сделают, с лестницами-то? – ухмыльнулся Нуки.

– Поверь, могут и сделать, – ответил Торир, – не стоит недооценивать противника. Тем более их намного больше, чем нас.

– Так что будем делать? – вновь спросил Нуки.

– Собираем ценности и отчаливаем, – заявил я, – воевать с ними нет смысла.

Однако воевать нам пришлось.

Торир ошибся с расчетами – граф повел своих людей на штурм уже следующим днем. Или, что точнее, ночью. Похоже, его солдаты могли и умели строить лестницы довольно-таки быстро. Да и штурмовать города тоже умели.

Лестниц они успели наделать много, поэтому на стену лезли по всему периметру. Вопреки моим ожиданиям, оттолкнуть лестницу руками или оружием не получалось.

Во-первых, я слишком поздно сообразил, что для подобного в нашем средневековье использовали специальный, так сказать, инструмент – длинный шест, которым лестница отводилась от стены (и делал это далеко не один человек), перекидывалась в обратную сторону.

Еще одной проблемой являлось то, что стены Редвола не были слишком высокими, и лестницы ставили под таким углом, что даже если оттолкнуть их метра на два от стены, они все равно возвращались на место.

Впрочем, все это было меньшим из зол. Главной проблемой было то, что как только лестница «падала» на стену, ее верхушка словно бы складывалась – два огромных бревна падали, цеплялись за зубцы стен, и тем самым фиксировали лестницу.

Я, если честно, к подобному был совершенно не готов. И ведь даже не потрудился выйти из игры и пошариться в интернете, найти варианты борьбы с этим. Благо, с горем пополам мы пока сдерживали атакующих, а затем мне в голову пришла отличная мысль – мы залезали на зубцы и швыряли вниз кувшины с земляным маслом, обливая и землю, и основание лестниц. Ну а затем с помощью стрел поджигали это дело.

Лестница пылала, воспользоваться ею не могли. К сожалению, рассчитывать на то, что собранные из еще сырого дерева конструкции сгорят к чертовой бабушке, не приходилось, однако наш финт позволил выиграть время, убрать «фиксаторы». А затем кто-то из наших нашел эффективный метод борьбы: за лестницу цепляли крюк на тросе, тянули в сторону, заваливая конструкцию. Вот это уже начало работать.

Ближе к трем ночи штурм захлебнулся, хотя люди графа и умудрились занять часть стены.

Не без труда, но и оттуда мы их выбили.

Когда противник отступил, все мы были вымотаны, истощены. На стене тут и там лежали тела (благо, большинство принадлежало воинам графа), отрубленные конечности. Шагу нельзя было ступить, чтобы не вляпаться в огроменные лужи крови.

Но все же мы отбились.

Я, вытирая взмокшее лицо, стараясь унять дрожь в руках, открыл интерфейс и проверил статус задач:

Задание: «Ярл-разбойник». Если вы хотите стать настоящей легендой северных народов – ваш рейд должен завершиться удачно.

Доп. задание: 60% вашего отряда должно выжить. Текущее значение: 71%

Доп. задание: вы не должны потерять более 5 кораблей. Текущее значение: 11/11

Доп. задание: захватить 500/0 треллов.

Доп. задание: захватить золото 3000/12840.

Доп. задание: захватить золото 5000/12840.

Доп. задание: захватить золото 10000/12840

Доп. задание: захватить золото 15000/12840

Доп. задание: захватить ценности 10000/24570

Доп. задание: захватить ценности 20000/24570

Доп. задание: захватить ценности 30000/24570

Доп. задание: захватить, ограбить, разрушить город.

Доп. задание: уничтожить крупные силы противника (убить более 500 воинов). Текущее значение: убито 512 противников.

Доп. задание: уничтожить крупные силы противника (убить более 800 воинов). Текущее значение: убито 512 противников.

8/13 доп. заданий выполнено.

0–2 выполненных заданий: штраф ‒ презрение северных народов, лишение титула ярл»

Награда: повышение статуса лидера набега, повышение статуса лидера.

Я облегченно вздохнул. Все, пожалуй, уже хватит. 8 заданий уже сделано, и в награду мне упадет статус. Как личный, так и лидера набега. Не знаю, насколько он мне нужен, но пускай будет.

Плюс еще можно будет добить парочку заданий – треллов мы точно прихватим, да и город перед уходом можно поджечь, авось еще и это задание засчитается. Добивать еще три сотни противников у меня желания не было – вряд ли потянем, учитывая то, сколько нас осталось. Почти треть отряда полегла. А ведь к противникам скоро подойдет подкрепление, и тогда они еще более рьяно начнут лезть на стены. Нет, к черту! Не будем мы тут больше сидеть, и замок штурмовать сейчас не вариант, хотя перед штурмом мы и пытались это сделать.

В конце концов, обойдемся и без королевской казны – вон, столько золота и других ценностей добыли, с нас хватит.

Сказано – сделано.

Едва только мои бойцы успели перевести дух, как тут же, повинуясь приказу (слава богам, теперь уже некому было со мной спорить, ведь братец со сломанным носом и вывихнутой челюстью лежал грустный на своем драккаре), принялись готовиться к отходу. Они перетаскивали и грузили на корабли все, что удалось добыть, начали отбирать людей, которых планировали забрать с собой в качестве треллов, ну и готовить город к поджогу, куда уж без этого…

К рассвету все было готово: корабли были загружены так, что я боялся, как бы они не перевернулись на волнах. Отобранных треллов уже тоже усадили на специально отведенные места на драккарах, ну а затем в корабли начали грузиться и сами воины.

Когда мы отчалили, на берегу оставалось всего два драккара – их экипажу предстояло поджечь город. Впрочем, на это я не особо надеялся – уверен, как только местные поймут, что мы ушли, тут же начнут гасить пожары. Так что на доп. Задании, касающемся уничтожения города, можно ставить крест – не выполним мы его. Ну и хрен с ним!

Зато другое доп. задание выполнили – 500 треллов с небольшим мы с собой таки забрали. К слову, никого из братства с собой мы не взяли, Нуки об этом попросил, а я не смог отказать. Хотя, чего уж душой кривить – не особо мне нравилось, что на наших островах может появиться группа людей, прекрасно умеющих сражаться, и людей, которым нечего терять. В конце концов, одно дело ‒ проиграть в том сражении, и совсем другое ‒ всю жизнь тянуть лямку трелла. Они на это не пойдут. И когда кончится их терпение – они наломают дров. А оно мне надо?

Что не говори, а набег выдался крайне удачным – разграбили ярмарку, смогли захватить столицу. Жаль, конечно, что нас так мало. В ином случае смогли бы повеселиться дольше. В том числе взяли бы и дворец.

Но чего жалеть о том, чему не суждено случится? Во всяком случае, сейчас. Главное – мы живы, мы возвращаемся домой, и возвращаемся мы не с пустыми руками.

Теперь осталось без проблем прибыть домой.

***

Ортанг беззвучно рыдал, сидя на берегу миниатюрного острова. Того самого, где он сам и его семья многие годы скрывалась от бед и проблем, случись такие на большой земле.

Но в этот раз остров не смог защитить, не смог помочь.

Старик проклинал свое немощное тело, которое не позволило ему в тот день отправиться на яле вместо сына. Проклятая старость, проклятые болячки! Его скрутило так, что пошевелиться не смог. Он лежал, двигая лишь глазами, и просил сына не плыть, остаться на острове с ним, невесткой и детьми. Но его сын был непреклонен – что скажет благородный господин, если его просьба, за которую было дорого уплачено, не будет выполнена?

И вот, прошло уже два дня, а на горизонте ял так и не появлялся. Еще вчера старика словно бы что-то кольнуло в сердце, что-то екнуло. И он тут же понял – его единственного сына больше нет…

Ортанг сидел на берегу, глядел вдаль, надеясь увидеть знакомый парус, и сам же не верил в то, что это случится.

Слезы текли по его обветренному, морщинистому лицу, однако он не издал ни звука – дети и женщина не должны видеть его слез, не должны догадаться, что случилось. И он им не скажет правду, она не узнает, что муж уже никогда не вернется назад, а дети, что они уже никогда не увидят отца.

Сегодня он, как и прежде, пришел на берег с первыми лучами солнца, и начал вглядываться вдаль.

Ял не появлялся.

Зато далеко, на самом горизонте, старик разглядел корабли. Было их много ‒ десяток, а может и больше. Они уходили в открытое море, а шли со стороны столицы.

И это не были корабли, которые ему доводилось видеть раньше.

Скорее уж, это были корабли тех, о которых последний год ходили жуткие слухи. А еще старик увидел дым, поднимающийся в небо. И дым этот был точно над столицей.

Старик сжал кулаки. Он уже понял, что случилось, что произошло. Он догадался, кто плывет на этих кораблях и что означает дым над столицей.

Вот, значит, для кого нанимали рыбаков, вот для кого предназначался сигнал…

Старик сжал кулаки уже прямо-таки до боли.

Гвардеец должен за это заплатить. Должен! Ведь именно он виноват в смерти его, Ортанга, сына.

И старик знал, кого заинтересует рассказ о гвардейце, заплатившем рыбаку. Знал, кто услышит слова, поймет суть. А главное, он знал, кому присутствие того самого гвардейца совсем не по душе.

В конце концов, сам Ортанг хотел бы, чтобы гвардейца наказали. Жестоко наказали. И даже не за смерть его, Ортанга, сына. А за предательство. Люди Редвола, король, дали приют этому наемнику, этому лукавому обманщику. И как он им за это отплатил? Предал их, отдал ватаге дикарей!

Ортанг вытер слезы с лица, вернулся к хлипкой лачуге, где еще спала его невестка и внуки.

– Вставайте, – сказал он, – пора возвращаться домой.