Глава 74. «Эрцгерцогиня Лариса всё испортила.»

Изабелла пришла в ужас.

Жаль пропускать зимний светский сезон в Таранто, но мне нужно поскорее выйти и распустить слух, что графиня Батолини – настоящая любовница маркиза Камфа, чтобы выбраться из этой грязной пропасти!

– Охо! Остановись! Даже в этой ситуации ты не слушаешься родителя и кричишь о том, что будет лучше для тебя!

– Нет, нет, папа, это не так……

Её лепетание было оборвано резким криком Лукреции:

– Успокойся! Слушай, что говорит отец! Мне так неловко, что я не смогу даже ходить с поднятой головой!

Поскольку мать обычно принимала её сторону, несмотря ни на что, Изабелле стало ещё грустнее. Вынесение приговора кардиналом дэ Маре продолжилось:

– Переписка с внешним миром также запрещена. Ты не будешь ходить даже в церковь. Не привлекай внимание людей и живи так, словно ты мертва.

– Только не запрет на отправку писем! Пожалуйста, только не это!

Так я не смогу сказать хотя бы моим немногим оставшимся друзьям, что на самом деле любовница маркиза Камфа не я, а графиня Батолини!

Но кардинал дэ Маре настоял на запрете отправки писем, даже если скоро умрёт и, смотря на свою старшую дочь, решил, что у Изабеллы, должно быть, есть роман с мужчиной по переписке, поскольку она просто без ума от мужчин.

Хочется сказать, что это была совершенно неверная мысль, но это был вполне разумный вывод, учитывая подарки от разных мужчин, валявшиеся в комнате.

– Даже сейчас ты не можешь прийти в себя! Как девушка может быть настолько ослеплена мужчинами, что не понимает, насколько портит свою репутацию! Ты абсолютно это не понимаешь! – закричал кардинал дэ Маре. – Все предметы роскоши будут конфискованы из этой комнаты! Отец забирает всё это и вернёт тебе, когда ты одумаешься!

Кардинал посмотрел на дворецкого Николо, стоявшего у входа в комнату:

– Николо! Убери все предметы роскоши, которые в этой комнате дарили мужчины, нет, которые не соответствуют её потребностям, сложи их в коробку и перенеси в главную спальню!

– Да, Ваше Высокопреосвященство кардинал!

Дворецкий Николо и несколько крепких слуг ворвались в комнату Изабеллы и принялись складывать её дорогие вещи в большой деревянный ящик.

С туалетного столика была конфискована косметика и украшения, а также забрали мех и роскошные платья. Предметы роскоши уже были конфискованы, но рука одного из слуг потянулась к коробке с париком Изабеллы, стоявшей рядом с туалетным столиком.

Частично снятый шиньон был доказательством того, что Изабелла испортила крючки Ариадны.

– Папа! – испугавшись, закричала Изабелла.

Я ни за что не должна быть сейчас поймана!

– Охо! – кардинал дэ Маре почувствовал прилив новой злости, смотря на старшую дочь, которая всё ещё не подчинялась ему. – Похоже, ты и правда не пришла в сознание от «Женских городских историй». В этот раз всё увенчается успехом! Даже не думай выходить из комнаты, пока не перепишешь всю «Книгу медитации»!

Лицо Изабеллы побледнело. В прошлый раз у неё был домашний арест. В этот же раз её заперли в комнате с испытательным сроком.

Это было наказание, которому часто подвергалась Арабелла, но сама Изабелла никогда не страдала от него ранее.

– Что ещё? Ты настолько жаждала рубина, что позволила своей сестре страдать от позорного клейма? У тебя вообще есть понятие дружбы? – кардинал дэ Маре был так расстроен, что ударил себя по груди. – После того, как я умру, останетесь лишь вы! Вы должны полагаться друг на друга!

После смерти отца я шепну кое-что брату и её сразу же вышвырнут из дома, – мысленно пробормотала Изабелла.

– Внимательно переписывай «Книгу медитации» и думай, что ты сделала не так! – громко закричал кардинал, словно услышал намерения старшей дочери. – В книге Карла апостол Варнава говорил: «Не ставьте камень преткновения перед братьями вашими» и учил, что те, кто пришёл в этот мир раньше, должны подавать пример и контролировать себя, чтобы не заставлять своих братьев споткнуться! Став старшей сестрой вместо того, чтобы думать о том, как подать пример младшим, как говорили святые, ты беспокоишься лишь о том, как запугать свою младшую сестру, я серьёзно не могу понять, что и где пошло не так в твоём воспитании!

Кардинал дэ Маре пересматривал своё отношение к старшей дочери.

Моя старшая дочь, известная как величайшее сокровище Сан-Карло и самая красивая женщина в Сан-Карло, оказалась несравненной нарушительницей спокойствия, личность которой не настолько же велика, как прекрасно её лицо. Сможет ли это дитя и правда стать подругой принца Альфонсо?

Даже если мне удастся ввести её в королевскую семью, пройдя через множество трудностей, сможет ли она принять правильное решение, которое пойдёт на пользу семье?

Однако кардинал дэ Маре не оставлял этой надежды.

Он приговорил Изабеллу к наказанию с расчётом на её изменение.

Это дитя, нет её красота продастся, куда бы она ни пошла. Пожалуйста, моя дочь, прекрасная, как снежинка, приди в себя, переписывая книгу медитации.

– Обдумай «Книгу медитации» два или три раза, прежде чем переписывать её! Начиная с Карло, который учит братской любви! Нет, начни со второго закона, где подчёркивается женское целомудрие!

Репутация дочери – главный приоритет. Дальше дружба. Нет, дружба должна быть на первом месте? Голова раскалывается.

– И не выходи из комнаты, пока всё не перепишешь! А до этого момента два раза в день будешь питаться лишь сухим хлебом и водой.

Изабелла шокировано смотрела на отца.

– Естественно, не думай, что, когда выйдешь из своей комнаты, ты можешь даже не мечтать о том, чтобы подойти на 100 фиэди к мужчине! – кардинал дэ Маре не забыл и о последнем пункте. – Ты больше никуда не пойдёшь одна! Тебе запрещено выходить одной!

БАМ! – тяжёлая дубовая дверь закрылась прямо перед шокированной Изабеллой.

Это был последний свет снаружи неё, который девушка могла увидеть, пока не закончит переписывать «Книгу медитаций».

К счастью, шкатулка с шиньоном осталась у туалетного столика. Возможно, из-за того, что она не выглядела дорогой, дворецкий Николо не стал изымать её.

Изабелла поспешно бросилась к шкатулке перед туалетным столиком и расплакалась в одиночестве, запертая в комнате.

Не, несправедливо! Это так несправедливо! Что, чёрт побери, я сделала не так!

*****

На следующий день после бала-маскарада король Лев III, королева Маргарита, принц Альфонсо и эрцгерцогиня Лариса совершили совместную утреннюю прогулку.

Несмотря на то, что Лев III был стариком, он был уверен в своих физических силах. Он желал показать послам из Галико, что у него достаточно сил проснуться рано утром после вечеринки, поэтому запланировал эту прогулку очень ранним утром.

Из-за этого оставшиеся трое человек не смогли насладиться утренним сном и были вытащены на рассвете, чтобы заставлять себя любоваться осенней листвой в саду дворца Карло.

– Да, эрцгерцогиня Лариса, как прошёл вчерашний бал-маскарад?

Когда присутствовавший здесь переводчик передал вопрос Льва III эрцгерцогине Ларисе, девушка улыбнулась и отпустила его:

[– Я буду говорить лично.

– Однако обычай……

– Если я выйду замуж в Сан-Карло, то в конечном счёте стану этрусской, не так ли? Мне нужно уже сейчас привыкать к местному языку.]

На лице переводчика отразилось смущение.

В конце концов, эрцгерцогиня Лариса, не сумев прогнать переводчика и скомпрометировавшая себя разговором с ним, посмотрела на Льва III и с улыбкой ответила:

– Это был фантастический бал. Из-за вас. Благодарю.

Её речь не соответствовала грамматике, но это был уровень, который можно было посчитать милым.

Как может быть неприятно видеть, как Эрцгерцогиня королевства Галико, чья национальная мощь растёт и доставляет мне неприятности, первой подошла и поклонилась? – Лев III широко улыбнулся и весело спросил Ларису в ответ:

– Эрцгерцогиня, вы встретили много людей?

Вопрос означал – нашла ли она новых друзей, но Лариса поняла его как «кого она увидела». И Естественно заговорила о людях, которых увидела вчера.

– Людей Этрускана. Красивых и прекрасных.

– Хо-хо, они были в маске, но вы всё увидели? Похоже, вам понравился этот интимный бал-маскарад!

Это была совершенно неуместная шутка. Единственные разы, когда маску снимали на балу-маскараде, происходили для поцелуя или чего-то большего. «Интимный бал-маскарад» был вопросом о том, с какими мужчиной Эрцгерцогиня проводила своё время.

Но в тот момент, когда королева Маргарита слегка нахмурилась, эрцгерцогиня Лариса сделала заявление, подобное взрыву бомбы:

– Два сына Короля. Сняли маски. Они оба очень красивы и очень близко.

Два сына? – глаза Льва III расширились.

У меня ведь официально лишь один сын? Нет, Эрцгерцогиня из Галико должна знать лишь об одном сыне, так откуда же она могла увидеть лица обоих моих сыновей?

И что она имеет в виду под «очень близко»? Не может быть, чтобы эти двое были близки друг с другом…… неужели она целовалась с ними обоими?!

Принц Альфонсо и королева Маргарита также не смогли контролировать выражение своих лиц в ответ на хлёсткое заявление Ларисы.

В этот момент секретарь Короля, лорд Чиприано Дэльфиано, следовавший позади, быстро поравнялся с ними:

– Ваши Величества, речь о моменте, когда граф Чэзарэ снял маску перед всеми. С принцем Альфонсо также не происходило ничего особенного.

– А-а. Так речь об этом?

– Так и есть.

Лев III также получил краткий отчёт о вчерашних событиях. Его содержание было примерно таким: «Произошёл скандал, в котором маркиз Камфа был уличён в прелюбодеянии на балу-маскараде, а граф Чэзарэ разрешил ситуацию».

Однако, пусть ситуация прояснилась почти сразу, нахмуренные брови Короля не распрямились:

– Но, два сына?

У Льва III официально был лишь один сын. Хотя в Этрускан ходила секретная информация о том, что Чэзарэ – бастард Короля. Всё же нельзя полностью заткнуть чужие рты.

Но это была отнюдь не та история, которая могла дойти до ушей Эрцгерцогини, готовящейся выйти замуж в чужой стране, тем боле за принца королевской семьи. В этой сложной ситуации ничего не могло помочь эрцгерцогине Ларисе.

А она ярко улыбнулась и кивнула, не в силах понять воцарившееся настроение:

– Ваше Высочество Король. Два сына! Эти двое так близки. Принц Альфонсо, солгал ради женщины графа Чэзарэ.

Сопровождающим эрцгерцогини Ларисы был граф Лбиен, близкий сторонник герцога Валоа. Поскольку он не был членом королевской семьи, он не мог присутствовать на этой прогулке. Другими словами, некому было помешать Ларисе говорить.

Чтобы не дать девушке взорвать ещё большую бомбу, королева Маргарита ткнула свою горничную в бок и приказала ей быстро привести графа Лбиена, находившегося где-то в королевском дворце.

Совершенно потрясённый переводчик быстро обратился к эрцгерцогине Ларисе с предложением, чтобы как-то предотвратить эту катастрофу:

[– Эрцгерцогиня, как насчёт того, чтобы продолжить разговор на языке Галико для более плавной беседы?]

Лариса, которая в этот момент ощущала себя немного растерянно, ярко улыбнулась и согласилась:

[– Так и поступим?]

И, свободная от языковых ограничений, без колебаний, распутала клубок своей истории. Для ушей секретаря Короля, лорда Дэльфиано, каждое слово звучало как взрыв бомбы.

[– Я почти неправильно поняла всё, но принц Альфонсо лично вмешался и спас брачного партнёра графа Чэзарэ от опасности получения позорного клейма. Её приняли за любовницу плохого человека, но господин Принц сказал, что в это время был с ней! Потом пришёл граф Чэзарэ и выразил свою благодарность принцу Альфонсо. В мужчинах Этрускан есть что-то чудесное от рыцарей, не так ли?]

– ……Брачный партнёр Чэзарэ?

Чэзарэ не собирался ни на ком жениться, – но интуиция Короля указывала в определённом направлении:

– Этим партнёром выступает случайно не 2-я дочь кардинала дэ Маре?

Переводчик немедленно передал этот вопрос эрцгерцогине Ларисе, которая посмотрела на Льва III широко раскрытыми глазами:

[– Да, всё так и есть…… Ваше Величество не знал, на ком женится граф Чэзарэ? Разве граф Чэзарэ ещё не получил разрешение на брак у Вашего Величества? Но он всё равно выступил вперёд, боже, это же так романтично!]

Лев III был опытным монархом. Едва только услышав рассказ эрцгерцогини Ларисы, он в общих чертах нарисовал картину того, что произошло вчера.

У Чэзарэ нет партнёрши для брака.

Похоже, Альфонсо совершил какую-то глупость в дворцовом саду. Другим участником, должно быть, является вторая дочь кардинала дэ Маре. Похоже, поэтому Чэзарэ позаботился обо всём.

Между тем, кажется, он вышел вперёд и сказал, что является сыном Короля. Мой старший сын не из тех, кто действует исключительно ради блага других в ситуациях, в которых нет никакой выгоды для него самого.

Ситуация может быть забавной, а может создать долг у Альфонсо перед ним, – Лев III медленно оглянулся на лорда Дэльфиано, который уже дрожал как осинка:

– Лорд Дэльфиано? Думаю, мне стоит получать больше отчётов.

Дэльфиано, который нервничал так, что у него вспотели подмышки, мгновенно понял, что имеет в виду Король и глубоко поклонился Льву III:

– Я приму меры, чтобы вы немедленно получали отчёты.

Лев III кивнул эрцгерцогине Ларисе с выражением лица, которое невозможно было прочесть и перевёл взгляд на королеву Маргариту и принца Альфонсо.

Королева глубоко вздохнула. Зная, что такое выражение бывает у Короля, когда он очень зол.

– Ты. За мной.

– Да, Ваше Величество.

Лев III оставил всю компанию и направился в свой кабинет, пренебрегая даже почётным титулом супруги, с которым должен был обращаться к своей Королеве перед эрцгерцогиней Ларисой. Принц Альфонсо, поняв, что рассердило его отца, последовал за ним и матерью во дворец.

Однако королева Маргарита остановила сына:

– Тц. Возвращайся во дворец Принца. Тебе незачем идти туда.

И последовала за супругом и лордом Дэльфиано, которые быстро направлялись во дворец Короля, оставляя позади принца Альфонсо и эрцгерцогиню Ларису.

[– Принц, я совершила какую-то ошибку?] – спросила Лариса у Альфонсо, оставшись с ним наедине, не понимая, что происходит.

Альфонсо, который не мог сказать: «Это не ваша вина», дал краткий ответ вместо того, чтобы обвинить иностранную Эрцгерцогиню:

[– Это внутреннее дело и не имеет никакого отношения к Эрцгерцогине. Пойдёмте, я провожу вас до ваших покоев.]

С опозданием прибежал граф Лбиен, ответственный за брачные переговоры и сопровождающий эрцгерцогини Ларисы, но вся ситуация уже завершилась.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –