Дата выхода оригинала: 13.07.22

— Э-это же!.. — с ужасом и восхищением воскликнул Карузо.

Ариадна с едва заметной улыбкой кивнула.

— Верно. Это «Сердце Синего Моря». Сокровище, дарованное мне самим королём.

— Зачем же вы вытащили столь редкую драгоценность?..

Карузо видел ожерелье впервые, но слышал о нём предостаточно. Многие могущественные люди жаждали заполучить этот драгоценный камень из Таранто, но с тех пор, как он оказался в руках монарха, никто больше не смел и мечтать о нём.

— Я хочу получить ссуду, оставив его в качестве залога, — пояснила Ариадна.

Глаза Карузо округлились, словно блюдца.

— Что?!

Он всегда был сдержанным человеком, но происходящее логике не поддавалось. Сначала светская львица внезапно назначает ему встречу, затем угрожает догматами Святого Престола, а теперь ещё и нахально предлагает в качестве залога дар самого короля!

— Вы ведь лучше многих понимаете, что такую вещь нельзя просто пустить в оборот, — осторожно заметил Карузо.

И он был прав. «Сердце Синего Моря» — это монарший подарок, и если он сменит владельца, слухи об этом пойдут непременно. А что будет, когда они поползут? Лео III наверняка захочет проверить, где находится его сокровище. И если подтвердится, что Ариадна де Маре продала его, её накажут за оскорбление величества.

Прим. перев.: общепринятый перевод термина lèse-majesté.

— Да, отлично понимаю, — ответила Ариадна. — Поэтому я верну вам долг и заберу ожерелье до того, как оно пойдёт по рукам.

В отличие от барона Кастильоне, Карузо не стал допытываться, на что ей понадобились деньги. Раз берёт — значит, нужно. Найти применение такой колоссальной сумме можно было лишь в нескольких случаях: нанять отряд кондотьеров, как и предполагал барон Кастильоне, устроить государственный переворот или затеять масштабное строительство.

И если Ариадна ввязалась во что-то подобное, Карузо совершенно не желал иметь к этому никакого отношения.

— Благодарю вас за то, что позволили взглянуть на столь редкое сокровище, синьорина. Однако у таких мелких торговцев, как мы, нет ни возможности обеспечить безопасность подобной вещи, ни достаточного количества дукатов, чтобы выдать под неё ссуду, — ответил Карузо.

Ариадна заранее предвидела такой исход. Именно поэтому она пустила в ход козырь, который не сработал бы с бароном Кастильоне, но гарантировал победу в случае главы «Боканегро».

— Что значит «нет золота»? — с лёгкой иронией переспросила Ариадна. — Вы крупный делец, ввозящий из Мавританской империи листья Сатаны. Если бы меня попросили назвать в Сан-Карло хоть одно место, где золото течёт рекой, несомненно, это был бы ваш торговый дом.

Зрачки Карузо дрогнули.

— Допустим… посланники Святого Престола заявятся сюда, чтобы наказать вас за нарушение религиозных догматов, и конфискуют все ваши золотые запасы. Как думаете, в сундуках действительно окажется меньше дукатов, чем стоит это ожерелье?

Угроза. Самая настоящая угроза. Карузо лишился дара речи.

А Ариадна продолжала мило щебетать:

— Или, быть может… лучше донести сборщикам налогов Его Величества? Церковники заберут всё, а вот сборщики — всего лишь ту сумму, которую вы утаили.

Если нагрянут представители Святого Престола, это обернётся конфискацией и отлучением от церкви. Если же придут королевские налоговики — взысканием недоимки и заточением в подземелье.

Дрожащим голосом Карузо вымолвил:

— Что вам от меня нужно?

Ариадна стёрла с лица улыбку. Теперь её голос звучал абсолютно серьёзно:

— Я здесь не для того, чтобы вас запугивать, и тратить деньги на сомнительные авантюры тоже не собираюсь. Они нужны мне, чтобы закупить зерно и помочь людям. Но для этого требуются средства.

Такие огромные деньги — и всё ради благотворительности?

— У вас есть гарантии, что вы сможете вернуть долг? — спросил Карузо.

— Если я не смогу расплатиться, вы продадите «Сердце Синего Моря», — ответила Ариадна. — Внутри страны обратить его в наличные будет сложно, но если тайно переправить в Мавританскую империю, то вы без труда сбудете его с рук.

— И сколько же вам нужно?

Настал момент, который должен был решить исход дела. Но Ариадна уже крепко держала противника за горло. Лишь тот, у кого сила, может получить желаемое сполна.

— Сто тысяч дукатов, — просто ответила она.

Прим. автора: 100 тыс. дукатов — 100 млрд вон (~66 млн долларов или 5 млрд рублей).

Глаза Карузо вновь округлились. Он оказался в безвыходном положении и не мог отказаться. И всё же согласиться на подобное предложение — нет, подобное принуждение — было просто немыслимо.

— Это невозможно, — Карузо в упор посмотрел на Ариадну. — «Сердце Синего Моря» — редчайшее сокровище. Равных ему нет. Но даже при самой щедрой оценке за него не дадут больше сорока тысяч.

— Верно, если продавать в Этрурии, — парировала Ариадна. — Но у вас есть контрабандистские суда, идущие в Мавританскую империю. Как только ожерелье пересечёт границу, вы легко выручите за него шестьдесят тысяч дукатов. А если добавить к нему легенду о реликвии этрусских королей, то и восемьдесят тысяч — не предел.

— А как же затраты на использование судна и покрытие рисков?

— У вас будут точно такие же операционные расходы, даже если судно уйдёт в рейс набитым одним лишь табаком.

Они упорствовали до тех пор, пока Ариадна не решила первой пойти на компромисс. Воздух в кабинете сжался до предела, став похожим на надутый шар. А он неминуемо лопнет, если хоть немного не ослабить давление.

— Тогда семьдесят тысяч дукатов, — предложила Ариадна. — А оставшиеся тридцать тысяч вы не дадите мне в долг, а инвестируете.

За ссуду в семьдесят тысяч дукатов Ариадна де Маре несла бы полную ответственность. В случае неуплаты долг покрывался бы залогом, и Карузо был уверен, что при переправке «Сердца Синего Моря» в Мавританскую империю он точно выручит эти деньги.

Однако если предприятие Ариадны де Маре прогорит, то инвестированные тридцать тысяч дукатов просто растворятся в воздухе.

— Подождите, вы предлагаете отдать тридцать тысяч без всякого залога? — опешил Карузо.

— До чего же вы пессимистичны, — усмехнулась Ариадна. — Лучше подумайте о том, что будет в случае успеха. Эти тридцать тысяч гарантируют, что мы с вами в одной лодке. Если я выиграю, торговый дом «Боканегро» получит огромную прибыль от своих вложений.

Она откинулась на спинку стула и закинула ногу на ногу.

— В следующем году — нет, уже нынешней осенью — на Этрурию обрушится жесточайший продовольственный кризис.

— Откуда вам это известно? — с сомнением спросил Карузо.

Не могла же она просто сказать: «Я уже это видела». Поэтому Ариадна назвала другую причину, которая когда-то стала значимой для голода на Центральном континенте.

— Вам ведь известно, что в Ассерето появились полчища саранчи?

— Ещё бы, — кивнул Карузо. — Ассерето — один из покупателей нашей пшеницы.

Герцогство уже второй год подряд страдало от нашествия саранчи на пшеничные поля. Стоило вредителям пройтись по землям, как они уничтожали четверть всего урожая. И такие набеги случались по три-четыре раза за год.

— В силу того, в каком окружении я нахожусь, я услышала версию о божьей каре раньше остальных.

Святой Престол провозгласил, что разгневанный Небесный Отец обрушил проклятие на земли Ассерето из-за грехов их Апостола.

— Но на самом деле это просто нашествие вредителей, — добавила девушка.

— Вас совершенно невозможно понять, синьорина де Маре, — признался Карузо.

Это был прямой упрёк в её адрес: сначала она с пылом истинно верующей отчитывала его за контрабанду табака, а теперь вела себя так, будто церковные учения ничего не значат.

Но Ариадну это нисколько не задело. Она лишь мягко улыбнулась.

— Если бы это была божья кара, она бы и закончилась в землях Ассерето. Однако полчища саранчи уже миновали Таранто и теперь движутся на север, к материковой Этрурии.

— Что?! — охнул от неожиданности Карузо. До него такие вести ещё не доходили.

Ариадна понимающе кивнула. Конечно, он ещё не слышал об этом, ведь вредители доберутся до материка лишь в следующем году, а всерьёз опустошать внутренние земли королевства начнут только через два года.

А в 1123 году ты был ещё совсем зелёным, Карузо Вителли. Твоё удивление написано у тебя на лбу.

Ариадна живо помнила их ожесточённые битвы за цены на поставки в 1137 году и мысленно усмехнулась. С таким противником, как сейчас, вполне можно было иметь дело.

— В донесениях, которые присылают моему отцу из южных епархий, всё чаще мелькают упоминания о стаях чернополосой кобылки, — доверительно сообщила она.

На самом деле Ариадна в глаза не видела никаких отчётов, приходивших кардиналу де Маре, но они наверняка пылились где-нибудь у него в кабинете. Убедить постороннего в том, что она их читала, было проще простого.

— Если всё пойдёт по нынешнему сценарию, то урожай озимой пшеницы этой весной и — если нам очень повезёт — яровой пшеницы ближайшей осенью станут последними нормальными урожаями в Этрусском королевстве.

Глаза Карузо готовы были лопнуть от напряжения.

— Значит, договорились: семьдесят тысяч дукатов вы даёте мне в долг, а тридцать тысяч — инвестируете, — продолжила Ариадна, не сводя с него взгляда. — Я пущу все эти сто тысяч дукатов на закупку пшеницы. Семьдесят процентов от выручки заберу себе, а тридцать процентов достанутся вам.

— Но, синьорина… разве вы не говорили, что затеяли всё это ради помощи беднякам?

У простолюдинов и без того не было денег на еду. Если цены на пшеницу взлетят до небес, они тем более не смогут её купить.

Ариадна широко улыбнулась.

— Беднякам пшеница не по карману, зато в королевском дворце полным-полно золота. Да, вы правы, часть зерна придётся раздать бесплатно. Однако львиную долю выкупит король. Если потребуется, он будет платить за пшеницу золотом по её весу.

Золото по весу пшеницы. Эти слова пьянили душу любого торговца. И если действительно грянет голодный год, такой сценарий был более чем реален.

— Синьорина… Прошу, дайте мне время на раздумья, — дрожащим голосом взмолился Карузо. — Я дам вам ответ послезавтра в это же время.

Ариадна пристально посмотрела на него. На её лице читалась смесь жалости и сочувствия, но Карузо показалось, что девчонка смотрит на него с презрением.

— Синьор Карузо, — произнесла она, нарочито понизив голос.

— Д-да?

— Чтобы прийти сюда, я тоже пошла на огромный риск.

Она бросила взгляд на открытую шкатулку чёрного дерева, по-прежнему лежавшую на столе. Точнее, её взгляд приковал к себе сапфир размером с перепелиное яйцо, ослепительно сверкавший в лучах послеполуденного солнца.

— Что станется со мной, если до Его Величества дойдут слухи о том, что я пыталась заложить «Сердце Синего Моря»?

Карузо нервно покосился на ожерелье.

— Пока не удостоверюсь, что мы с вами в одной лодке, я отсюда не уйду, — поставила точку Ариадна.

Конечно, это не означало, что Ариадна действительно собиралась здесь заночевать. Это была лишь завуалированная угроза: если глава торгового дома не согласится на её условия прямо сейчас, она немедленно донесёт о контрабанде табака Святому Престолу или во дворец.

Карузо пристально посмотрел на неё. Для мужчины, которому едва перевалило за тридцать, его взгляд был слишком глубоким.

— Прошу прощения за то, что вынуждаю вас принимать поспешное решение, — произнесла Ариадна, сцепив руки на столе.

И отчасти она действительно сожалела.

— Взамен я обязуюсь закупать всю пшеницу исключительно через «Боканегро». Это не самый дешёвый путь, но я буду чувствовать себя спокойнее, если хотя бы так компенсирую ваши убытки.

В глазах Карузо блеснул огонёк. Если это правда, то дело принимает совсем другой оборот.

Если «Боканегро» выступит в роли оптового поставщика пшеницы, то гарантированно получит двадцать процентов прибыли. Даже если затея Ариадны с треском провалится, Карузо останется и с двадцатью тысячами дукатов, и с деньгами от продажи «Сердца Синего Моря» в Мавританскую империю. Выходит… примерно девяносто тысяч золотых обеспечены ему в любом случае.

Риск составлял всего десять тысяч. Эту сумму вполне можно было рассматривать как взятку… или плату за то, чтобы Ариадна не сдала его церковникам и королевской страже за контрабанду. И одновременно это была инвестиция, которая принесёт ему тридцать процентов чистой прибыли в случае успеха её предприятия.

Игра стоила свеч, но предложение казалось слишком манящим. Ему нужно было больше времени на раздумья. Карузо закрыл глаза.

Он был погружён в свои мысли, когда у самого уха зазвучал голос Ариадны — хрипловатый, низкий, но звучавший сейчас невероятно сладко.

— Я приближу великое будущее торгового дома «Боканегро» как минимум на десять лет. Когда мы добьёмся успеха, дом Кастильоне даже в мыслях не посмеет тягаться с вами.

Кастильоне? Глаза Карузо распахнулись.

— Кастильоне — подлый и заносчивый отброс из аристократов, — выплюнул он.

Губы Ариадны изогнулись в улыбке.

— Вам больше никогда не придётся склонять перед ним голову.

— Допустим, я соглашусь… как вы планируете получить золото? — порывисто произнёс Карузо.

В Сан-Карло уже существовали первые банки, но выписать вексель на такую колоссальную сумму, как сто тысяч дукатов, им было не под силу. Золотые монеты придётся перевозить вручную.

— Если вы согласны, то доставьте сегодня к полуночи три тысячи дукатов в особняк де Маре, а к середине этого месяца — ещё двадцать семь тысяч. Оставшиеся семьдесят тысяч пустите на закупку пшеницы от лица «Боканегро», — предложила Ариадна. — А «Сердце Синего Моря» я прямо сейчас оставлю вам в качестве залога.

Её второе предложение было не просто щедрым, а невероятным. Даже Карузо был ошеломлён. Это означало, что Ариадна доверяет ему безоговорочно, хотя они, насколько он помнил, виделись сегодня впервые в жизни.

— Но взамен… — Зелёные глаза девушки скользнули по кабинету.

Ей тоже требовался залог, гарантирующий, что Карузо выполнит свою часть уговора.

-------

Прим. перев.: 108 глава манхвы.