Дата выхода оригинала: 15.05.22

В королевском дворце поднялся невообразимый переполох.

— Никому не выходить!

В обеденный зал ворвалась королевская гвардия и перегородила выход. Запертым внутри дамам оставалось лишь тревожиться и шептаться.

По срочному приказу королевы Маргариты примчались трое придворных врачей. Каждый принёс с собой реактив для пробы воды, разлившейся по полу, и один за другим они принялись осматривать уже остывшее тело собаки.

— Рокко! Не смейте даже притрагиваться к моему псу своими грязными руками! — взвизгнула графиня Рубина.

Дамы кольцом обступили лекарей и следили за каждым их движением. Один из врачей раздвинул медицинским зеркалом задний проход щенка и заглянул внутрь — и тут графиню Рубину словно переклинило. Не переставая визжать, она окончательно сорвалась в истерику.

Королева Маргарита сверлила её ледяным взглядом. Ариадна безошибочно уловила настроение королевы и шагнула вперёд.

— Ваше Сиятельство, прошу вас, не допускайте опрометчивых поступков.

Лицо Рубины вспыхнуло, налилось краской от ярости. Как смеет какая-то девчонка её одёргивать? Да ещё эта самая девчонка, о которой она была неплохого мнения. Обманутые ожидания лишь распалили её злость.

— Ты! — проревела графиня. — Как ты смеешь так вести себя перед старшей по титулу? Забыла своё место?!

Формально она была права: у Ариадны не было никакого придворного чина, тогда как Рубина оставалась графиней. Но такие резкие слова заставили королеву Маргариту нахмуриться и вмешаться.

— Это касается и вас, графиня, — холодно заметила она.

Рубина вперила в Маргариту пылающий, злой взгляд. Её губы дёрнулись, но она не промолвила ни слова. Потому что королева, увы, тоже была права.

Ариадна спокойно, но жёстко предупредила:

— Ваше Сиятельство, мы имеем дело с инцидентом, который вполне может оказаться покушением на членов королевской семьи. Сейчас под подозрением каждая. И если одна из нас окажется виновной, живой отсюда не выйдет.

После этих слов графиня Рубина сжала губы и нехотя умолкла. Лишь теперь до неё по-настоящему дошло, в какое положение она себя поставила.

— Кто мог на такое решиться?

— Но почему графиня вдруг притихла?

— Понимает, что её сделают главной подозреваемой. Если Её Величество умрёт, кто выиграет от этого?

— Боже мой…

— Невероятно…

На фоне нарастающего гомона придворные врачи собрались в центре зала, пошептались и вскоре объявили свой вердикт.

— Ваше Величество, позвольте доложить. Что до воды на полу… Когда мы прибыли, её осталось слишком мало, так что выявить в ней конкретный яд не удалось.

Ариадна прикусила губу. Нет! Там должна была чётко проявиться примесь мышьяка!

Но главный лекарь ещё не закончил:

— Однако, судя по состоянию животного, естественная смерть почти исключена. Если мы вскроем труп, с большой долей вероятности определим вид использованного яда.

— Но вы уверены, что это именно яд? — неуверенно спросили из круга дам.

— Собака умерла слишком быстро, — ответил врач. — Подобная молниеносная смерть редко бывает от болезни. Чаще всего такое вызывает мышьяк…

Мышьяк. Это слово заставило всех дам в зале разом проглотить крик ужаса. Репутация мышьяка как орудия убийства была общеизвестна. Графиня Рубина закрыла лицо руками.

Неужели это и правда покушение на королеву?

Никто не решался даже кашлянуть, пока придворный врач не продолжил доклад:

— Мышьяк невозможно обнаружить после смерти. Именно поэтому его так часто выбирают убийцы. Если бы эту воду выпил человек, уже сегодня к вечеру у него начались бы понос и тошнота. Мучаясь около двух недель, он бы умер, и отличить такую смерть от болезни было бы почти невозможно. Но…

Он бросил короткий взгляд на труп собаки:

— Воду выпила не человеческая особа, а маленький пёс. Для него это была не обычная смертельная доза, а сильнейшая передозировка. В таких случаях при вскрытии мы нередко видим кровоизлияние в желудке. Если рассечь живот собаки и посмотреть, что внутри…

Его оборвал пронзительный вопль.

— Нет! — это была графиня Рубина. Она чуть ли не перелетела через зал к помощнику врача и вырвала из его рук любимого щенка. — Рокко… Бедненький мой Рокко…

На Центральном континенте верили: если тело умершего изуродовано, душа не сможет вступить в вечный Цикл Перерождения. Графиня Рубина плакала навзрыд. Обычно она держалась высокомерно и дерзко. Такое беспомощное отчаяние она позволяла себе лишь перед королём Лео III.

Королева Маргарита смотрела на рыдающую графиню ледяным, нечитаемым взглядом. Синьора Карла, похоже, до конца не оправилась от шока. Опасность, едва не стоившая королеве жизни, выбила её из колеи: лицо побелело как мел, вся она мелко дрожала.

В конце концов Ариадна не выдержала и вмешалась:

— Ваше Сиятельство! Я всем сердцем сочувствую вашему горю, но вы не можете мешать работе королевских врачей.

Даже ближайшее окружение графини Рубины не осмеливалось за неё заступиться: её люди только молча жались поодаль и внимательно следили за происходящим.

— Прошу, отойдите, — твёрдо сказала Ариадна. — Речь идёт о покушении на королевскую семью. Ни одна мелочь не должна остаться без внимания. Всё должно быть выяснено до малейшей детали!

— Она права.

— Тут и спорить нечего.

— Но графиня Рубина… правда так убивается только из-за собаки?

В зале всё явственнее звучали нотки сомнения.

И тут голос дворцового глашатая прорезал гул обеденного зала:

— Его Величество, король Лео III!

Тяжёлая створка двери, до этого плотно закрытая, с грохотом распахнулась. Сопровождаемый начальником королевской гвардии, в зал вошёл король Лео III, шаги его гулко отдавались по мрамору.

При его появлении все, включая королеву Маргариту, тут же пали на колени.

— Дозвольте приветствовать солнце Сан‑Карло!

— Встаньте, — резко бросил Лео III, явно раздражённый. Он обвёл взглядом притихший зал: — Что здесь происходит?

Королева Маргарита уже собиралась сделать шаг вперёд и ответить, но её опередила графиня Рубина. Прижимая к груди мёртвого пса, она бросилась к королю со слезами:

— Ваше Величество!

Лео III вздрогнул и отшатнулся, опасаясь, что на него попадут собачьи испражнения. Но Рубина, не замечая этого, метнулась к нему изо всех сил и буквально швырнула себя ему под ноги, всхлипывая:

— Рокко… Мой Рокко…

Король Лео III смутился: уж слишком явно он только что отшатнулся от графини на глазах у всего зала. Он неловко откашлялся:

— Что с Рокко, Рубина?

Он нарочито наклонился вперёд, изображая заботу, пока графиня жалобно рыдала:

— Мой Рокко мёртв! А лекарь говорит, что отрежет ему все лапы!

— Я не говорил про лапы, я сказал, что нужно рассечь живот и осмотреть желудок…

— Тсс!

Стоило помощнику попытаться её поправить, как главный врач тут же его одёрнул. Он уже сросся с этим дворцом и прекрасно знал: даже будучи правым, не суйся в чужую истерику — себе дороже.

Графиня Рубина, наоборот, ловко использовала обстановку себе на пользу. Она вцепилась взглядом в короля и взмолилась:

— Не отдавайте Рокко этим мясникам, прошу вас! Я хочу похоронить его целиком!

Королева Маргарита, хмурясь, молча следила за сценой. Всего несколько дней назад она пошла наперекор Лео III. Если сейчас при всех начать требовать, чтобы он урезонил графиню, — кто знает, в какую ярость он впадёт. И всё же позволить увезти пса, не проверив его, она тоже не могла.

Пальцы королевы мелко задрожали и покрылись холодным потом. В этот момент к её руке осторожно, почти неслышно, скользнула маленькая ладонь.

От внезапного прикосновения Маргарита вздрогнула и обернулась. Рядом стояла Ариадна — высокая для юной девушки, но всё ещё хрупкая, тонкая в плечах. И при этом спокойная, собранная, с той твёрдой уверенностью, которой от девушки её лет никто бы не ждал.

За подобную вольность королева вполне могла бы прикрикнуть, назвать это дерзостью. Но от тёплого, цепкого прикосновения ей вдруг стало легче дышать. Она безмолвно посмотрела на Ариадну — та подняла глаза и улыбнулась. Одними губами, беззвучно, произнесла: «Всё будет хорошо, Ваше Величество».

Королева Маргарита почувствовала, как потеплело у неё на душе. Она едва заметно улыбнулась. Маленькая девочка, изо всех сил старающаяся утешить взрослую женщину, — это было бесконечно трогательно.

Но сама Ариадна не собиралась ограничиваться утешением. Дар, который она собиралась преподнести своей королеве, был другим. Она намеревалась раскрыть это дело.

Низкий, приятный голос Ариадны разнёсся по всему обеденному залу:

— Ваше Величество, солнце Этрусского королевства… осмелюсь ли я произнести одно слово в вашем присутствии?

Королева Маргарита и все знатные дамы разом с удивлением обернулись к черноволосой девушке.

А вот король Лео III нахмурился, уставившись на неё:

— Ты?..

Секретарь у его плеча торопливо прошептал:

— Это вторая дочь кардинала де Маре, сир. Та самая… с апостолом Ассерето…

— Знаю, знаю, — оборвал его Лео III.

Его мало интересовало, кто она такая. Гораздо важнее было другое: с какой стати в этот момент на приёме у королевы всплыла вторая дочь де Маре — и почему она решилась заговорить с ним.

Глаза Лео III сузились, змеиным прищуром скользнув по Ариадне. Даже такую крепкую девушку, как она, этот взгляд пробрал до костей; по спине побежал холодный пот. Король был явно недоволен и, казалось, прикидывал, какое наказание ей уготовить.

Но, на её счастье, вмешалась графиня Маркес:

— Ваше Величество, король Лео III, — отчётливо произнесла она, — именно эта юная синьорина не дала Её Величеству королеве поднять отравленный бокал.

Услышав, что перед ним стоит спасительница королевы, Лео III заметно оттаял. Он любил считать себя мудрым правителем, который умеет ценить подданных, принёсших пользу короне.

— Что же ты хочешь сказать, синьорина де Маре? — обратился он к Ариадне.

Даже у смелой обычно Ариадны по спине побежали мурашки. Сейчас она уже сидела верхом на тигре, и слезать было поздно. Раз уж ввязалась, отступать нельзя. Всё должно получиться.

Прим. перев.: оставили корейскую идиому, потому что в Италии XIV века о тиграх хотя бы слышали.

Она перевела дух и заговорила:

— В королевском дворце Этрурии произошло покушение на королевскую семью. Точнее, был подан отравленный напиток — намеренно приготовленный, чтобы лишить жизни Её Величество. Сегодня целью стала королева, но кто знает, кто будет следующим? Больше никто во дворце не может считать себя в безопасности.

Лео III тяжело вздохнул. Сказано было верно. Одна лишь мысль о том, что яд могут подлить в его собственный бокал, не раз лишала его сна.

Ариадна не дала паузе затянуться:

— Поэтому мы обязаны выявить всех, кто за этим стоит. Нужно вычислить и зачинщиков, и сообщников, чтобы разом вытащить всю эту шайку на свет. Тогда больше никто даже не помыслит сотворить подобное. А для этого прежде всего нужно точно установить, какой яд был в этой воде.

Её перебил визг Рубины:

— Какая вообще разница, что за яд?! Нужно просто поймать и казнить мерзавца, который пытался отравить Её Величество! Зачем ради этого вспарывать живот моему бедному Рокко?!

Но Ариадна даже не дрогнула и спокойно ответила:

— При всём уважении, Ваше Сиятельство, без этого нельзя. Только выяснив точный вид яда, мы поймём, у кого из людей, допущенных во дворец, есть именно такое средство. Тогда его владельца можно будет назвать истинным зачинщиком.

— Что?.. — Рубина заметно побледнела.

Ариадна продолжила:

— Среди тех, кому позволено входить во дворец, наверняка найдутся люди, у кого дома есть растительные яды. И те, кто хранит минеральные.

В зале снова поднялся гул.

— Неужели так много людей держат у себя яд?

— П-понятия не имею…

— А давайте просто ворвёмся к ним всем и разом их повяжем! Кто вообще держит такую отраву у себя дома?

Некоторые дамы, и правда хранившие дома яд, тут же притихли и постарались уйти от темы. Зато те, кому нечего было бояться, с торжеством загалдели, предлагая немедленно прочесать все дома.

Ариадна скользнула по ним взглядом и спокойно пояснила:

— В большинстве случаев яд — это всего лишь оборотная сторона лекарства. Уверена, почти у каждой из вас дома есть обычные травы от боли в животе. Но даже такие безобидные снадобья, если смешать их с другими и переборщить с дозой, могут убить человека.

Тут даже самые самоуверенные дамы, у каждой из которых эти травы лежали в аптечках, разом прикусили языки. Домой их отпустят, только если врачи докажут: яд приготовили из какого-то редкого вещества.

Ариадна бросила на Рубину выразительный взгляд:

— Боюсь, Ваше Сиятельство, именно вам больше всех и стоит надеяться, что это был не мышьяк.

— Что… с чего это вдруг? — Рубина с усилием удержалась от дрожи.

Ариадна встретила её взгляд в упор:

— Потому что у вас, графиня, хранятся немалые запасы сальварсана — препарата мышьяка!

Графиня Рубина шумно втянула воздух и отступила на шаг.

Эта дрянь… Откуда она об этом знает?

---------

Прим. перев.: 99 глава манхвы.