Дата выхода оригинала: 16.02.22

Поездка с Рафаэлем оказалась на редкость спокойной и весёлой. Услышав слова Ариадны, он удивлённо воскликнул:

— Правда? Вы думали, что мы с Джулией враждуем?

— Нет, просто судя по её рассказам, вы должны были быть… гораздо страшнее.

Рафаэль весело рассмеялся.

— Ой. И что только сестрица про меня наговорила!

Ариадна тоже засмеялась, чуть смутившись. Пересказывать все колкости Джулии было бы ябедничаньем. К счастью, Рафаэль сам разрядил неловкость.

— Мы смертельные враги, это правда. В детстве было ещё хуже, — признался он. — Дрались не на шутку, таскали друг друга за волосы. Вы знаете, какая у неё тяжёлая рука?

— Нет… Мне не довелось испытать, — ответила Ариадна.

— Надо же, сестрица человеком стала.

Он усмехнулся и продолжил:

— Раньше она была настоящим маленьким чудовищем. Но когда я пробыл так долго вдали от семьи, вдруг обнаружил, что скучаю и хочу её видеть. Сам не ожидал, но кажется, семейная привязанность — удивительная штука.

На этот раз Ариадна улыбнулась уже натянуто. Семейная привязанность? Это и есть то чувство, что связывало её с Арабеллой? Или с Санчей?

— Обычно я её на дух не выношу, но если кто-то её обидит — тоже злюсь, — продолжил Рафаэль. — Так что лучше держаться от неё подальше.

— Простите?

— В смысле, пока её не вижу, всё хорошо. А иначе бесит всё, что она делает.

Не поймёшь, ладят они или нет.

Хотя они только познакомились, разговор с Рафаэлем оказался на удивление приятным: болтали так увлечённо, что не заметили, как пролетело время. Вскоре они прибыли в Палаццо Карло.

— Ой, совсем забыл! — спохватился Рафаэль. — Хотел расспросить вас о теологии, а в итоге и слова про это не сказал.

Ариадна слегка напряглась.

— Но у нас впереди целый вечер. Времени поговорить будет достаточно. Правда ведь, Ариадна? — улыбнулся он.

Она ответила ему такой же светлой улыбкой.

— С вами так легко разговаривать. Если так и дальше пойдёт, бал пролетит незаметно.

— Тогда позвольте проводить вас в зал, госпожа.

Рафаэль почувствовал, что карета остановилась, и протянул левую руку. Ариадна рассмеялась и положила свою правую ладонь поверх.

Ей вдруг показалось, что они могут стать хорошими друзьями.

***

Экипажи знати должны были высаживать пассажиров в строго отведённом месте — на вымощенной гранитом площади перед большим фонтаном, довольно далеко от главных ворот дворца.

Одна за другой кареты останавливались и высаживали хозяев у фонтана; на площади уже толпились люди. Слишком уж было далеко от неё до Зала Белых Лилий, чтобы идти пешком. Это было сделано намеренно, чтобы подчеркнуть величие короля. С интервалом в пару минут подъезжали открытые экипажи. На дверцах красовались олень и лавровые листья — знак королевского дома и герб Этрурии.

Экипажи забирали гостей и увозили их вглубь дворца. В ожидании знать собиралась небольшими группками под тентом у фонтана. Заодно и укрывались от последних лучей заходящего солнца.

Среди толпы была и Джулия де Бальтазар.

— Рафаэль! — воскликнула она, удивлённо вскинув голову. Затем увидела Ариадну и радостно помахала рукой: — Ариадна! Идите сюда!

Джулия схватила брата за ворот и затащила обоих под тент.

— Солнце ещё припекает. Идите в тень.

— Что это с тобой? С каких пор ты обо мне заботишься? — подначил её Рафаэль.

— Ну вот, опять, — буркнула Джулия. — Ариадна, у моего брата характер, конечно, так себе, но в целом он не такой уж плохой человек.

Ариадна фыркнула.

— Вот оно что...

— Что?

— Братская любовь. А я-то думала, вы друг друга на дух не переносите, судя по тому, как вы друг о друге отзывались.

— Что?! — вскинулась Джулия. — Рафаэль, что ты обо мне наговорил?!

— Ничего лишнего, — невозмутимо ответил он.

— Рафаэль!

Партнёром Джулии на балу был барон Кассери, вассал маркиза Бальтазара. Её отец решил сделать всё, чтобы до официальной помолвки не всплыло ни одного скандала. Поэтому приглашения от сыновей знати отклонялись, а в сопровождающие ей приставили надёжного подчинённого.

Барону Кассери было слегка за сорок; он был счастливо женат и воспитывал двоих детей. Баронесса Кассери, ожидавшая третьего ребёнка, уехала к родителям готовиться к родам и ещё не вернулась в Сан-Карло. Воспользовавшись этим, маркиз Бальтазар быстро пристроил барона к дочери — формально как сопровождающего, а по сути шаперона и наблюдателя.

— Добрый вечер, Ваше Сиятельство, — поприветствовал барон Кассери, улыбаясь и низко кланяясь Рафаэлю.

— Не надо так, барон. Мне неловко, — попросил тот.

— Напротив. Вы мой будущий господин, — настаивал барон.

— Барон Кассери!

Рафаэль, только что улыбавшийся приветливо, будто сменил маску: теперь он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Похоже, ему было действительно неприятно, что барон обращается с ним как с вышестоящим.

— Рафаэль, смирись уже, — отрезала Джулия. — Старшего брата больше нет. Теперь ты будущий глава дома.

— Джулия! — Рафаэль сжал губы и замолчал.

Ариадна в отчаянии огляделась по сторонам, пытаясь разрядить накалившуюся атмосферу. К счастью, нашёлся подходящий повод.

— О, посмотрите! Вон Фелиция!

Фелиция де Эльба, дочь виконта и подруга Джулии, только что прибыла на бал со своим партнёром. Лицо Джулии просветлело, и она радостно помахала им.

— Фелиция!

— Джулия!

Увидев Джулию, Фелиция обрадовалась и взяла её за руку; её спутник вежливо поклонился всем присутствующим. Остальные ответили на приветствие.

— Фелиция, не представишь нас?..

Ариадна ещё плохо знала молодых людей Сан-Карло. В прошлой жизни она общалась в основном с главами семейств — самими дворянами и дворянками, а не с их детьми. В этой жизни все молодые люди для неё были незнакомцами.

Фелиция застенчиво улыбнулась и представила спутника Ариадне:

— Позволь представить тебе Джамбаттисту Аттендоло, сына графа Аттендоло.

— Ах, вы старший сын дома Аттендоло...

— Просто Джам, пожалуйста, — мягко перебил он, вежливо улыбаясь. — Я наслышан о вас, синьорина де Маре. О вас в Сан-Карло говорят все. Для меня большая честь встретиться с вами.

— Что вы, я вовсе не... — смутившись, Ариадна рассмеялась, отмахиваясь от похвалы.

Джамбаттиста Аттендоло. Интересный выбор.

Из семьи Аттендоло Ариадна знала только одного человека — Якопо, того самого, что подарил Изабелле бриллиантовое кольцо и упорно приставал к ней. Он был неудачливым младшим сыном, которому не суждено унаследовать графский титул отца.

Похоже, Джулия думала о том же самом. Она многозначительно взглянула на карету, которая только что прибыла. Ариадна проследила за её взглядом и увидела, как из экипажа выходит ещё одна пара.

Якопо Аттендоло, человек вовсе не благородных манер, явно пытался их изобразить: он помогал выйти из кареты молодой даме. Это была самая красивая девушка Сан-Карло — в нежно-розовом платье, с льняными волосами, небрежно заплетёнными в косу на боку.

— Это же Изабелла, — прошептала Джулия.

Ариадна кивнула. На лице Джулии промелькнула усмешка, и она пробормотала:

— Наша Фелиция, конечно, хороша во многих отношениях, но нельзя отрицать, что она дочь новоиспечённого виконта. И тем не менее она привела на бал самого наследника дома Аттендоло.

Ариадна снова кивнула — на этот раз молча и медленно.

— А вот Изабелле удалось заполучить в партнёры лишь пресловутого скандалиста Якопо, — продолжала Джулия. — Её репутация летит в пропасть. Нет, она уже рухнула на самое дно. Вот это поворот!

Изабелла, то ли избегая чужих взглядов, то ли поддерживая свой новый образ, скромно потупила глаза и послушно шла под руку с Якопо, делая осторожные шаги по гранитной площади.

Вместо обычных сверкающих шёлковых нарядов она была одета в лёгкое хлопковое платье, почти домашнее на вид. На ней не было никаких украшений — лишь венок из живых цветов на голове. Издалека она казалась воплощением невинности.

Не выдержав, Ариадна прошептала Джулии:

— Если услышишь какие-нибудь сплетни, сразу скажи всем: я не урезала содержание Изабелле.

Хотя сам кардинал де Маре лично запретил Изабелле чрезмерные траты, Ариадна оставила сестре ту же сумму, что была при жизни Лукреции.

— Ничего себе! И всё равно она так разгуливает? — удивлённо цокнула языком Джулия.

Ариадна покачала головой и устало ответила:

— Похоже, у неё новый образ. Бедная деревенская девушка!

Но настоящие деревенские девушки не могли позволить себе такую косметику и светлые хлопковые платья. Если бы они надели подобное, на ткани тут же появились бы пятна от работы руками. Ариадна сама выросла в деревне, и этот спектакль отнял у неё даже право на собственную нищету. Настроение испортилось окончательно.

— Пойдёмте уже, — поторопила Ариадна.

Как раз подъехал королевский экипаж. Джулия кивнула:

— Конечно. Зачем нам портить настроение из-за неё.

Три пары, стоявшие впереди, оставили запоздавшую Изабеллу де Маре в очереди и отправились к Залу Белых Лилий.

***

Изабелла де Маре опускала глаза сразу по двум причинам: она и поддерживала образ благочестивой деревенской девушки, и не хотела встречаться ни с кем взглядом.

После смерти Лукреции пожилые дамы стали относиться к ней с некоторым сочувствием, а среди знатных мужчин всегда находились те, кто прощал всё благодаря её красоте. Но в высшем обществе Сан-Карло её в основном «избегали». Стоило ей приблизиться, как люди тут же отворачивались, будто наткнулись на что-то постыдное.

Как бы они ни относились к самой Изабелле, никто не хотел, чтобы их увидели рядом с любовницей худшего отребья Сан-Карло.

Лучше я первая отведу глаза, чем буду смотреть, как отворачиваются другие.

Изабелла закусила губу. В душе осталась только злость. Но, к счастью, у неё ещё были люди, которые от неё не отвернулись.

Ипполито, взявший карету де Маре, чтобы забрать свою даму, только что прибыл во дворец. Выйдя из кареты, он поздоровался с сестрой. Рядом с ним стояла Летиция в милом жёлтом платье.

— Изабелла!

Летиция, не сдержав радости, громко поприветствовала подругу. Ипполито в конце концов так и не нашёл себе партнёршу и последовал совету Изабеллы — пригласил на бал дочь виконта де Леонати. Так он избавил её от невообразимого позора — остаться без пары накануне бала.

Веселье Летиции немного подняло настроение даже Изабелле. Хоть подруга она и так себе, пустоватая, но всё же лучше, чем ничего.

Но был ещё один человек, который не мог от неё отвернуться.

К фонтану подъехала роскошная карета; из неё вышла молодая дама, ведомая под руку с пожилым аристократом. Это были граф и графиня Бартолини.

— Клементе! — нарочито громко окликнула Изабелла, изображая радость.

В Сан-Карло существовало негласное правило: человек ниже по положению не должен первым заговаривать с тем, кто выше. Исключение делалось лишь для близких друзей.

Сейчас Изабелла — всего лишь дочь кардинала, не имеющая титула — без малейших колебаний поздоровалась с графиней Бартолини. Со стороны они выглядели чрезвычайно близкими подругами. Люди стали оборачиваться, наблюдая за этой сценой.

Графиня Бартолини, на которую Изабелла набросилась сразу по прибытии, нервно покосилась на мужа и ответила на приветствие. У неё не было выбора.

— З-здравствуй, Изабелла... Как дела?

— Клементе, я так рада, что ты тоже здесь! — защебетала Изабелла. — Мне не с кем было проводить время, но теперь я могу быть с тобой!

Для графини Бартолини это было как гром среди ясного неба. Она из последних сил пыталась сохранить невозмутимый вид.

— Н-но, Изабелла... я... я договорилась провести вечер с графом и графиней Бальдзо... — пролепетала Клементе.

— Как замечательно! — воскликнула Изабелла. — Я слышала, графиня Бальдзо увлечена благотворительностью! Я её так уважаю! Мне давно хотелось с ней познакомиться. Ничего, если я буду с вами, Ваше Сиятельство?

Пожилой граф рассмеялся и кивнул:

— Будем только рады. Ваша молодость вдохнёт жизнь в наши старые души.

Якопо Аттендоло, партнёр Изабеллы, тут же подхватил:

— Граф Бартолини! Вы ведь занимаетесь виноделием вместе с моим отцом. Я давно мечтал услышать ваши мудрые советы.

Лицо Клементе всё сильнее кривилось. Но старый граф, не замечая чувств молодой жены, благодушно хохотнул и похлопал Якопо по плечу:

— Верно! Твой отец — мой давний друг. Да, я начал раньше, но это не умаляет заслуг дома Аттендоло. У вашей семьи славные рыцарские традиции. Давайте сегодня поговорим об этом подробнее.

— Благодарю вас, Ваше Сиятельство!

Теперь совместное времяпрепровождение на балу стало не просто реальностью — это был последний гвоздь в крышку гроба.

Клементе де Бартолини оставалось лишь натянуто улыбаться.

-----

Прим. перев.: 84 глава манхвы.

Участие Изабеллы в этих сценах полностью вырезано.

Заголовок снова смысловой, гибридный. В обеих версиях 무도회의막이오르다 / The Curtain Rises for the Royal Ball, буквально «Занавес поднимается для королевского бала». Сцена уже готова. Спектакль начинается.