Глава 102. «Возрастание привязанности или что-то похожее»

Альфонсо прибыл в Таранто вдвое более измотанным, чем по прибытии в Сан-Карло. Даже для мужчины, обладавшего значительной физической силой, два стремительных путешествия верхом, по трое суток в каждую сторону почти по 24 часа бодрствования, были непростым испытанием.

Даже рыцари не были исключением в этом, из десяти рыцарей, сопровождавших Принца, трое остались и лишь семеро, плюс Альфонсо, вернулись в Таранто вовремя. В результате принцу Альфонсо удалось идеально соответствовать своему алиби о том, что «ему не здоровится», поскольку по возвращении он буквально рухнул в постель.

– Принц, я понимаю, что вы устали, но у меня есть срочный доклад, который вам необходимо услышать, – Бернардино, его секретарь, осторожно подошёл к принцу Альфонсо.

– Дино, потом, – Альфонсо по возвращении сразу же принял ванну и от нахождения в горячей воде его глаза стали невольно слипаться. Он просто был не в состоянии слушать доклад.

– Речь об эрцгерцогине Ларисе……

Совершенно не хочу слушать это.

– Дино, давай разберёмся с этим за 3 часа.

Когда Альфонсо закрыл глаза рукой и рукавом домашней туники, заслоняя себя от света, Бернардино начал отступать. Нет, он попытался сделать это.

БАМ!

– [Господин Принц!] – в комнату ворвалась эрцгерцогиня Лариса.

– Хо! – Бернардино испуганно вскрикнул. Его блестящий план дать своего господину немного отдохнуть провалился. Секретарь Альфонсо буквально бросился на Ларису, которая почти выломала дверь своим напором, и поспешно остановил её, вытянув обе руки в стороны. – Эрцгерцогиня! Вам не пристало врываться в комнату к мужчине, находящимся в подобном виде!

Однако девушка оттолкнула Бернардино и решительно двинулась к кровати принца Альфонсо:

– [Господин Принц!]

– [……Эрцгерцогиня?] – Альфонсо выглядел невероятно измождённым.

После недели марш-броска со сменой лошадей каждые 16 часов в день он потерял как минимум 3-4 ротоло (около 3-4 килограмм), а под его глазами залегли синяки от недосыпа. В полусонном состоянии молодой мужчина выглядел так, словно его лихорадит.

Увидев измождённый и бледный вид Альфонсо, Лариса в ужасе прикрыла рот ладонями:

– [Господин Принц…… вы и правда больны,] – она попыталась коснуться лба принца. – [Простите меня…… Я думала, вы притворяетесь больным, потому что не хотите видеть Лари. А оказывается, вы и правда больны.]

Альфонсо инстинктивно уклонился от прикосновения девушки. Лариса же, то ли не заметила откровенного отторжения Принца, то ли была совершенна равнодушна к этому и вновь попыталась прикоснуться к Альфонсо.

Испуганный Бернардино буквально кинулся к девушке, преграждая ей путь:

– [Эрцгерцогиня! Вы не можете делать так! Вам следует поторопиться и вернуться в свою комнату, пока никто не увидел вас!] – он даже позвал прислугу. – Есть тут кто? Стра…… Нет, приведите графа Лбиена!

Бернардино собирался инстинктивно позвать стражу, но в последнюю минуту склонился к графу Лбиену. Нельзя было просто вызвать стражу и приказать вытащить Эрцгерцогиню, с которой обращались как с Принцессой чужой страны.

Однако Лариса сохранила спокойствие, даже услышав о вызове графа Лбиена. Казалось, Граф был совершенно не способен контролировать девушку.

К счастью, граф Лбиен был где-то неподалёку, поэтому тут же помчался в личные покои принца Альфонсо. Не имея разрешения на личные встречи с Принцем, пожилой мужчина замер у входа в его покои и умоляющим голосом позвал Ларису:

– Эрцгерцогиня! Его Высочество принцу нужно отдыхать! Выходите скорее! Пожалуйста!

Последние слова трогательно дрожали от искренних чувств графа Лбиена. А Лариса, лишь услышав о том, что Принцу нужен отдых, шокировано прикрыла губы ладонью:

– [Верно, господин Принц. Вам необходимо отдыхать.]

Альфонсо и Бернардино, нервничающие из-за того, что девушка могла настоять на том, чтобы заботиться о Принце, выдохнули с облегчением.

– [Тогда Лари оставит «нашего Ала» и уйдёт первой,] – Лариса, собирающаяся выйти из комнаты, но вдруг замерла и обернулась. Она встретилась с взглядом Альфонсо и просияла вежливой и сдержанной улыбкой. – [Наш Ал не забудет своё обещание, не так ли?]

Девушка возбуждённо взмахнула подолом платья и выбежала из покоев Принца.

Альфонсо, полностью проснувшийся от яростного нападения эрцгерцогини Валоа на него, сердито посмотрел на Бернардино:

– Дино, кажется, ты хотел мне что-то сообщить.

– Ваше Высочество Принц, вы же……

– Кто, чёрт побери, такой «Ал»? Неужели это моё прозвище?

– Это…… Я всё объясню вам.

Бернардино обменивался письмами с эрцгерцогиней Ларисой, выдавая себя за принца Альфонсо, пока сам Альфонсо был в отъезде.

– И обещание, что за обещание?

– Я сейчас объясню вам всё по порядку!

– Если ты можешь объяснить это, то можешь ли взять на себя ответственность?

– Я не могу взять на себя ответственность.

Альфонсо закричал, прижимая подушку к лицу.

*****

Малета смотрела на своё нижнее бельё в ванной с выражением полного отчаяния на лице.

Красная кровь. В этот месяц очередная неудача.

Ипполито не знал, но Малета активно пыталась зачать ребёнка, питаясь лишь полезной едой и считая дни цикла.

Ещё в первый месяц спустя 2 недели после менструации Малета отчаянно набросилась на Ипполито. Тот, не обращая внимания на сторонние факторы, расслабленно наслаждался активностью своей женщины, говоря, что это весело.

Малета заскрипела зубами.

Если бы удалось забеременеть, он бы сразу же остепенился! – эта мысль была совершенно неуместной, но Малета была уверена, что молодой господин позаботится о ней, если она забеременеет.

– Малета, что бы ни случилось у тебя будет только этот молодой господин, не так ли?

Вернувшись в Сан-Карло, Ипполито, в отличие от своего отношения к ней в Таранто, стал очень дорожить Малетой. Время, проведённое с женщиной в Таранто, оказалось на удивление разочаровывающим. Ипполито часто, если не сказать постоянно, оставлял её в одиночестве, отправляясь на вечеринки с друзьями.

Уходя, он уверенно говорил: «Малета, я обязательно приведу тебя в зимнюю светскую тусовку!», но никогда не водил её на официальные мероприятия, где требовалась партнёрша.

Единственным местом, где он мог демонстрировать свою связь с Малетой, был карточный клуб «Салон», организованный друзьями Ипполито.

Войдя в «Салон», с великолепным макияжем и в роскошном наряде, Малета обнаружила, что внутри, кроме неё, находились лишь курящие мужчины.

А, там были женщины. Куртизанки, личные горничные.

Малета, представлявшая, что сегодня её будут представлять высшему свету как «будущую мадам дэ Маре», была так расстроена, что чуть не разразилась злостью на Ипполито. Единственным утешением для неё стал один из его друзей.

– Кто эта дама? – вежливый и учтивый дворянин, имени которого она не знала, сделал вид, что признаёт Малету.

Малета повеселела и качнулась вперёд. Непривычная к стилю речи дворян, она не поняла, что это излишняя формальность, крайне неуместная в данном случае, являлась сарказмом.

– А-а-а. Я же тогда рассказывал, – к сожалению, Ипполито, стоявший рядом с Малетой, прекрасно уловил скрытый намёк и ответил соответственно.

Он даже не употребил слово «возлюбленная», как надеялась Малета, не говоря уже о том, чтобы назвать её своей будущей женой.

– А, эта? – дворянин поднял мизинец.

Ипполито усмехнулся и кивнул. Дворянин тут же хлопнул его по плечу:

– Выглядит весело.

– Что весёлого? Узнаешь, если попробуешь.

– Это верно. Хе-хе. Попробую первым.

После этого слухи о положении Малеты распространились среди гостей мужчин: некоторые пытались флиртовать с ней, одновременно стараясь потрогать её, другие предлагали ей выпить, а третьи подержать их за плащи.

Даже Малета, известная своей непробиваемой натурой, в тот вечер почти отказалась от попыток вцепиться в своего молодого господина. Только потом Ипполито дэ Маре, проявлявший упрямство, вдруг изменился.

– Малета, у тебя ведь есть только я, верно? Ты же не сможешь жить без меня?

Малета, которая изначально старалась быть словно язык в его рту, сердито посмотрела на Ипполито, ощущая нарастающую обиду:

– Молодой господин съел что-то невкусное? Почему вы ведёте себя так?

– Ай, Малета. У тебя есть только я. Скажи это.

– Ну, не знаю.

Малета восприняла этот разговор как знак перемен в их отношениях. И совершенно не заметила, как глаза Ипполито прищурились, как у шипящей змеи, наблюдающей за своей добычей.

*****

Выслушав объяснение Бернардино, Альфонсо глубоко выдохнул:

– Нет, Дино…… За моё отсутствие ты натворил это……

Пока принц Альфонсо был в отъезде, эрцгерцогиня Лариса постоянно просила о встрече. Когда Бернардино объяснил, что Принц уехал навестить свою кузину, Бьянку Таранто, девушка взорвалась криком «Я что, ниже по важности, чем его кузина?!», вызывая переполох.

Бернардино покачал головой, считая, что этот переполох на самом деле был больше похож на стихийное бедствие.

– Это было всё, что ты мог сделать?

– Я сделал всё, что мог, – серьёзно ответил секретарь.

В эти дни Бернардино, выдающий себя за принца Альфонсо, писал ответы на утренние письма эрцгерцогини Ларисы, но будучи холостяком, которому было чуть за 30, он совершенно не понимал женщин и не мог приспособиться к капризам 18-летней девушки. Поэтому мужчина просто послушно соглашался со всеми просьбами эрцгерцогини Ларисы.

– Господин Принц, я совершенно не понимаю, как вам удаётся так спокойно справляться с этой бомбой замедленного действия?

Бернардино уступил требованию принцессы Ларисы: «Мы скоро поженимся, поэтому давайте придумаем прозвища, которыми будем пользоваться лишь мы», и в результате стали «Лари» и «Алом».

Подобное ужасное прозвище Альфонсо не позволял использовать даже Ариадне.

– Ты думаешь, мне легко? – спросил дрожащий Принц.

– Вы будущий Король, будущий Король!

Принцесса Лариса постоянно хотела большего. Она заявила, что хочет посетить знаменитый сад нарциссов во дворце Палаццо Карло наедине с принцем Альфонсо по возвращении в Сан-Карло. А всё из-за существовавшей легенды о том, что один из предыдущих Королей, Стефан I, сделал предложение Бригитте Таранто, дочери герцога, именно в этом саду.

Бернардино, естественно, не имел полномочий самостоятельно изменять график принца Альфонсо. Только он был так занят тем, чтобы угрозы принцессы Ларисы о том, что она ворвётся в спальню Принца, не исполнились, что согласился, решив, позже извиниться и отказаться.

– Как управление людьми может считаться талантом Короля? Это талант подчинённых, – упрекнул секретаря Альфонсо, намекая, что именно Бернардино должен был утихомирить Ларису.

– Это равносильно управлению своими шумными подчинёнными, просто влияя на них своей добродетелью, а это талант будущего Короля, – сегодня Бернардино решил льстить Альфонсо по максимуму.

В любом случае именно принцу Альфонсо придётся иметь дело с мучительным прозвищем и последствиями сорвавшегося свидания.

Чтобы поднять настроение Принцу, Бернардино решил предложить ему слова утешения:

– Принц, после свадьбы у вас, в конце концов, всё равно появятся прозвища, не так ли? Если уж суждено получить их, то стоит придумать заранее.

Альфонсо посмотрел на него со странным выражением лица.

– Неужели…… – Бернардино, ощущая себя неуютно, пристально посмотрел на своего молодого хозяина.

Почти сразу после отъезда Принца он также получил эту новость. О том, что умершей дочерью кардинала дэ Маре была Арабелла, самая младшая, а не Ариадна, вторая.

– ……Пожалуйста, скажете, что это не так, Принц.

– Твоя догадка верна. Я не женюсь на Эрцгерцогине Ларисе, – Альфонсо поднялся, оставляя перепуганного секретаря.

– Я иду сообщить об этом отцу и матушке.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –