Глава 101. «Возвращение мерзавца»

Хлоп! – за плотно закрытой дубовой дверью трапезной раздался громкий звук открывающейся входной двери. Послышался шум входящих людей.

Альфонсо и Ариадна удивлённо переглянулись.

– Эй, есть кто? – раздался громкий мужской голос. Который словно приближался.

– Нужно поторопиться. Кажется, тебе пора уходить.

Альфонсо кивнул в ответ на слова Ариадны. Если бы новость о том, что Принц находился в Сан-Карло распространилась, то, несомненно, вызвала бы немало споров. Особенно учитывая нахождение принца именно в резиденции кардинала дэ Маре.

– Ты же не вернёшься в Таранто прямо сейчас?

Принц только что прибыл в Сан-Карло, проведя в пути трое полных суток, поэтому Ариадна с тоской посмотрела на него, беспокоясь, что он так быстро отправится в это же долгое и тяжёлое путешествие.

Однако Альфонсо с улыбкой успокоил её:

– Не переживай. Я поеду в свой дворец, в Палацио Карло, улажу кое-какие дела и только потом поеду. ……Только мне нужно покинуть Сан-Карло не позднее завтрашнего утра, – молодой мужчина крепко обнял Ариадну и с трудом, неохотно выпустил её. – Ари, пока весь двор не вернётся в Сан-Карло к «Весеннему фестивалю» в конце марта, мы не сможем увидеться. Ты сможешь терпеливо дождаться этого?

Ариадна энергично кивнула.

Моя жизнь – сплошная череда невзгод и испытаний. Я вытерпела те долгие годы, а тут всего чуть больше месяца. Пока у меня есть надежда, я смогу вынести всё.

– Хорошо питайся, – добавил Альфонсо. – Я проверю, когда вернусь.

Ариадна сердито посмотрела на принца:

– Как ты собираешься проверить это? – надувшись на слова Альфонсо, она требовательно спросила. – Ты же не задумал ничего непристойного, раз собрался использовать метод досмотра?

– Нет! За кого ты меня принимаешь! – яростно отрицал это Альфонсо, но лёгкий румянец на его лице намекал на отсутствие его невинности.

Ариадна уже собралась рассмеяться, как из главного зала раздался ещё один удар и её лицо окаменело.

– Альфонсо, сюда, – она схватила Альфонсо, который успел накинуть капюшон зимнего плаща, за рукав и вывела его через заднюю дверь трапезной, ведущую на кухню.

Внутри девушка с быстротой белки подвела Принца к одной из кладовой при кухне и вытащила из кармана платья большую связку ключей. Это были ключи хозяйки дома. Ими Ариадна открыла дверь кладовой, ведущую на улицу.

– Здесь можно выйти на задний двор. Иди вдоль забора, который увидишь, и сможешь найти боковые ворота. Мы всегда держим их открытыми в это время, – сказав это, девушка на мгновение замолчала, обдумывая ситуацию.

За исключением восхода и захода солнца, есть ли в мире что-то, что происходит «всегда» без каких-либо изменений?

– Нет. Возьми это, – Ариадна нашла в связке ключ среднего размера и, вытащив его, протянула Альфонсо. – Если закрыто, то открой им. У меня есть запасной, поэтому бери спокойно.

Она открыла дверь кладовой и подтолкнула Принца к выходу:

– Теперь поторопись.

Альфонсо повернул голову, с лёгким сожалением смотря на Ариадну и, быстро наклонившись, в последний раз поцеловал её в губы. Это был короткий, но полный глубокого сожаления поцелуй. Сразу же после этого принц покинул склад.

Ариадна безучастно смотрела в удаляющуюся спину и коснулась своих губ.

БАМ! – раздался звук распахивающей двери комнаты, примыкающей к главному залу.

Ариадна, подозревая, что это вернулся Ипполито, поспешила в большую галерею, чтобы поприветствовать гостя. Однако там стоял мужчина средних лет, которого она никогда раньше не видела.

– Кто вы……

– Я пришёл увидеть свою племянницу в последний раз, но должен называть своё имя тебе? Кто ты, мисс? Где Лукреция?

Это точно кто-то из семьи Росси. Мало того, что речь такая же невежественная и высокомерная, так и буквально точь-в-точь повторяет слова Лукреции и Джаноби, – у Ариадны возникло дурное предчувствие, кричащее ей сохранить своё имя в тайне, но поскольку она была главной скорбящей, скрыть личность для неё было невозможно.

– Я – Ариадна дэ Маре, вторая дочь Его Высокопреосвященства кардинала дэ Маре, – представилась Ариадна. – Матушке сейчас нездоровится. Мне сообщить о вас как о госте?

– А-а, это ты? – услышав её представление, незнакомый мужчина вместо того, чтобы начать обращаться к ней как к дочери кардинала дэ Маре или сменить тон, окинул Ариадну с ног до головы яростно-агрессивным взглядом.

Стало очевидно, что Лукреция писала об Ариадне в своих письмах родительской семье. Только оказалось, что мужчина разозлился на Ариадну не только из-за писем Лукреции.

– Ты – бессовестная девка, подставила нашего бедного Джаноби! Ты – никчёмная соплячка! Я – Стэфано, отец Джаноби!

Ариадна моментально разозлилась и захотела многое сказать в ответ, но к счастью для Стэфано дэ Росси, сегодня она была снисходительнее обычного по разным причинам. Главной из которых было нежелание затевать ссору при проведении Арабеллы в последний путь.

– Есть тут кто! – повысив голос, позвала Ариадна прислугу.

Доместико, который должен был приветствовать гостей, запыхавшись, выбежал из зала. Казалось, он где-то бездельничал. На шум также прибежал Джузеппе, который ранее работал кучером, а теперь охранником особняка.

– Отведите гостя в гостиную на первом этаже и сообщите мадам Лукреции о том, что приехал её старший брат.

– Да, мисс, – доместико попытался отвести Стэфано, но тот продолжал стоять на своём, крича на Ариадну:

– Ты, ты разрушила блестящее будущее моего сына! Мой ребёнок не из тех, кто способен на такое!

Ариадна, не желавшая ссориться, отвернулась и собралась уйти, как вдруг Стэфано закричал:

– Ты сейчас игнорируешь меня? Ты хочешь сказать, что не собираешься относиться с уважением к своим старшим родственникам из-за благородства дэ Маре?

– «Дядя».

Лицо Стэфано дэ Росси слегка просветлело, когда он услышал это обращение.

Получается, она признаёт меня старшим?

– Это место, где можно помолиться за душу усопшего. Вместо того, чтобы сегодня думать о ситуациях других, пожалуйста, помолитесь за упокой души бедной Арабеллы.

Несмотря на компромисс Ариадны, Стэфано дэ Росси, как отец Джаноби, продолжал цепляться за свои желания, не обращая внимания на ситуацию и место. Его раздражение продолжало бушевать.

– Ты сейчас поучаешь старшего родственника? Что за воспитание в этой семье! Это неприемлемо, принесите мне дубинку прямо сейчас. Сегодня я исправлю твоё поведение, а затем заставлю заплатить за несправедливые обвинения Джаноби!

Джузеппе и доместик дома дэ Маре в недоумении вытаращились, когда Стэфано затребовал дубинку. Однако Стэфано был родственником семьи, которой они служили, без прямого приказа Ариадны эти двое не могли тронуть его.

– «Дядя», тем, кто лично подтвердил факт нападения на меня Джаноби дэ Росси, моего кузена, был лично Его Величество король Лев III, – холодно посмотрев на Стэфано, заговорила Ариадна. Её слова звучали искренне. – Я говорю это ради вас, «дядя», но, если будете распространять своё мнение о ложном обвинении Джаноби, вас могут арестовать за оскорбление Короля, поэтому прошу прекратить делать это.

– Ты, гнилая стерва……! – однако искренность Ариадны плохо передавалась мужчинам, которые были старше её, но имели более низкий статус. Стэфано направился к Ариадне, намереваясь осуществить свои угрозы.

Однако здоровяк Джузеппе преградил ему путь.

– Это уже не шутка, – угрожающим тоном предупредил он Стэфано. – Если хотите, чтобы вас принимали как гостя, то ведите себя соответственно.

После того как его остановил молодой мужчина лет 20, лицо Стэфано залилось краской стыда. Однако, в отличие от своего высокомерия перед Ариадной, Стэфано моментально сдулся перед крепким стариком.

– Проводите его в гостиную, – увидев, что дядя стал послушным как крольчонок, Ариадна цокнула языком и отвернулась, оставляя очередного члена семьи дэ Росси позади.

Она планировала рано или поздно избавиться от Лукреции.

С исчезновением Лукреции мне больше не придётся видеть, как родственники семьи дэ Росси продолжают бушевать в особняке дэ Маре.

*****

Другой мерзавец, не являющийся членом семьи Росси, но имеющий в своих жилах кровь семьи дэ Маре, прибыл на похороны Арабеллы даже после истинного Росси. Речь об Ипполито.

Ипполито, который должен был быть главным скорбящим, прибыл в особняк дэ Маре ближе к вечеру 13-го дня, за день до похорон и поминальной мессы. И был хуже, чем прошлый гость. Ведь о возвращении Ипполито объявила его женщина.

– Есть кто? – Малета, облачённая в чёрное «траурное» одеяние, торжественно вошла в дом, распахивая дверь.

Плотное атласное зимнее платье, которое носила служанка, было чёрным, но всё остальное в нём было совершенно неподобающим для траурного одеяния, которое прислуга одевала во время траура по своего господину. Ослепительно блестящее чёрное платье было чрезмерно роскошным, а невероятно глубокий вырез скрывала чёрная сетка, будто лукавая деталь.

Более того, на Малете было жемчужное ожерелье, не меньше двух фиэди (около 86 сантиметров). Взгляды всех находящихся на первом этаже внезапно обратились к Малете.

– Матушка! Я приехал! – за ней появился бесстыдный Ипполито, облачённый в роскошную шубу из ондатры поверх костюма, даже не чёрного, а тёмно-фиолетового цвета.

Даже Лукреция, всегда с радостью встречавшая любую прихоть сына, нахмурилась при виде этого зрелища и, быстро оглядевшись, отругала его:

– Ты с ума сошёл! Что на тебе надето, снимай эту белую шубу!

К счастью, в этот момент Лукреция и Стэфано были единственными, кто присматривал за галереей на первом этаже. Слуги уже приступили к работе, кардинал дэ Маре поднялся в свою комнату отдохнуть, сославшись на головную боль, а Ариадна отошла продумать приготовление обеда, который семья должна была съесть после завтрашней поминальной мессы.

– Твоя младшая сестра умерла, но ты не бросил всё и не примчался сюда немедленно! – принялась без остановки ругать сына Лукреция. – Ты же старший сын и брат в этой семье!

Стэфано цокнул языком и отчитал сестру, стоя у входа:

– Лукреция, ты испортила своих детей. Они не ладят друг с другом. –––Может разные?

Лукреция покраснела и пнула Стэфано по голени.

– Ай! – мужчина разозлился, когда младшая сестра ударила его. – Что я не то сказал?

– Заткнись! – Лукреция огляделась, но, к счастью, Ипполито и Малета, пришедшие с холода, были заняты снятием плащей, поэтому не слышали этого.

Ипполито явно разозлился, когда никто из прислуги так и не появился позаботиться о нём:

– Где доместико! Николо! Николо!

Войдя в дом, Малета с порога увидела своего заклятого врага, мадам Лукрецию, поэтому насторожилась и тут же спряталась за спину возлюбленного.

Лукреция, воспользовавшись тем, что они отвлеклись, стиснула зубы и зашипела на старшего брата:

– Брат, пока ты здесь, держи рот на замке. Не знаешь от кого зависят Росси? Собрался убить всех?

– Ты сейчас почти ничего не получаешь.

– Говори тише! – Лукреция сердито посмотрела на Стэфано так, словно хотела снова стукнуть его и искоса покосилась на сына и неприятную служанку рядом с ним. – Продолжишь нести чушь, я убью тебя.

Стэфано поднял обе ладони в знак капитуляции, заметив необычное выражение лица Лукреции. Та, подумав, что вопрос решён, поторопила сына:

– Ты, поторопись и переоденься! Как закончишь, сообщи отцу, что вернулся!

– Да, да, понял, мама. Ты не рада увидеть сына после столь долгой разлуки?

Лукреция почувствовала облегчение лишь когда Ипполито, ворча, поднялся наверх. Увидев, что он ничего не сказал, женщина решила, что никто ничего и не слышал.

Однако, вопреки мыслям Лукреции, Малета, следовавшая за Ипполито, опустила голову, погружаясь в размышления.

––Разные? Что я только что услышала?

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –