В день церемонии совершеннолетия, Лайла накрасилась сильнее чем обычно. Дворецкий поспешно отвел взгляд, увидев, как она с торжествующим видом спустилась вниз после всех своих приготовлений. Было видно, как задрожали кончики её губ, и хотя она и пыталась это скрыть, но на её лице появилось довольное выражение.

Все слуги поворачивали головы, столкнувшись с ней. Юные леди в банкетном зале слышали звуки рвоты.

Лайла широко улыбалась словно рвотные позывы были комплиментами.

Она разделила волосы на прямой пробор, собрала их в пучок и пригладила рукой. Ее прекрасные лиловые волосы были завиты, как рога горной козы. В Империи такого стиля нельзя было увидеть. Её платье, которое колыхалось при каждом движении, было темно-грязно-зеленого цвета. Этот тёмно-зелёный цвет был похож на сок, при взгляде на который сразу кажется, что он горький. Вокруг талии, поверх пышного материала, который она носила, была повязаны большая жёлтая лента. Она была больше похожа на детскую ленту, чем на ту, что использовали взрослые женщины. Слуги захихикали, прикрывая рты руками.

Это был не ежемесячный банкет, а традиционное празднество, проводимое в императорском дворце в честь совершеннолетия, детей из знатных семей, которые отпраздновали его в этом году.

Как бы страшна она не была, хоть кто-то должен был остановить её, но никто этого не делал. Они были заняты тем, что прятались друг за друга, боясь даже мельком её увидеть

Наконец дворецкий, оттесненный в сторону другим слугой, сказал с высокомерным видом:

- Ах, мисс, Вам необходимо двигаться прямо.

Лайла была вполне довольна поведением дворецкого. Это был не обычный банкет, это была церемония совершеннолетия. Она бы солгала, если бы сказала, что не боится, но больше Лайлу пугало то, что она не сможет свернуть с первоначального сюжета.

Она невольно вздрогнула, когда карета тронулась в нежеланный путь. Лайла плотнее запахнула платье, зажмурилась и глубоко вздохнула. Церемония совершеннолетия, которой так много места уделялось в романе, была уже не за горами.

Когда показалась золотистая округлая крыша, Лайла пробормотала себе под нос слова:

“Момент стыда гарантирует надежное будущее. Стыду нет места в моей жизни. Я здесь не главный герой”.

При каждом нервном вдохе большая черная родинка, надежно приютившаяся возле ноздри, сильно вздрагивала. Её щеки, щедро намазанные тусклым темно-розовым румянцем, при воспоминании покраснели ещё сильнее.

Каждый раз, когда я вдыхаю и выдыхаю, мои темно-фиолетовые губы, блестящие, как мясной жир, открываются и закрываются.

Когда карета наконец остановилась, её ресницы, накрученные кёрлером, были склеены густыми красными тенями для век, что придавало выразительности ее узким глазам.

Не дожидаясь, пока кучер окликнет её, Лайла открыла дверцу кареты. Когда она вышла, то услышала громкий вздох слуги, который проверял приглашения.

Стоило ей войти в бальный зал по дорожке, которая была украшено более богато чем обычно, тут же послышались тихие вскрики. Лайла так нервничала от того, что это был важный банкет в честь совершеннолетия и атмосфера отличалась от обычной, что не слышала криков.

Она не могла перестать волноваться и наблюдать за тремя исполнителями главных мужских ролей, хотя они постепенно потеряли к ней интерес с тех пор, как познакомились в детстве.

История ещё не началась - не началась церемония её совершеннолетия, самая важная часть романа и не было Шарлотты, злодейки, которая будет мучить её потом.

Несмотря на нервозность, её спина подергивалась, и она, как обычно, переваливалась с ноги на ногу, как утка.

- Вы, должно быть, шутите, Вы пришли в императорский банкетный зал в таком виде?

- Ой!

- Моя Леди, Вы в порядке?

Крики и рвотные позывы постепенно сливались в нечто, что было похоже на прекрасную музыкальную мелодию.

- Серьезно, не слишком ли далеко она заходит?

- Нет, я имею в виду, как могла леди, у которой сегодня будет церемония совершеннолетия, прийти в таком виде, и что, чёрт возьми, делает её кузен, барон?

- Как безответственно.

Разнёсся слух, что это проблема не только для леди барона. У Луи отвисла челюсть, а глаза расширились, когда он увидел, как его кузина входит в комнату.

Он слышал, как слухи распространяются вокруг него. Он попытался последовать за ней, злясь до безумия из-за того, что о нем говорили.

В этот момент в шумную комнату вошла Шарлотта. Когда они с ней обменялись несколькими словами, в зале стало ещё более шумно.

- О, боже мой… Это не то платье, которое было выставлено в костюмерной Рафаэля?

- Я думала, они сказали, что это платье не продаётся...

- Оно такое красивое.

Не в силах оторвать глаз от платья Шарлотты, юные леди быстро прикрыли рты веерами.

Тёмно-рыжие волосы Шарлотты были собранными сзади в пучок, она была одета в вечернее платье, подчёркивающее фигуру. Оно было того же оттенка зелёного, что и у Лайлы, но настроение было совершенно другим. Платье нежно-зелёного цвета с малиновым отливом по подолу. Похожая на птичью клетку юбка развевалась при каждом её шаге. Очертания её тонких рук были обнажены, а круглые белые плечи были усыпаны мелкими жемчужинами, которые поблескивали в свете люстры. Круглые золотистые глаза завораживали, хотя и были фальшивыми, они поднимались вверх, когда люди здоровались с ней.

За Шарлоттой последовали три фаворита. Вошёл Теобальд и, наконец, император и императрица.

- Их Величества, Великий Император и Императрица империи Вассиум, будут обедать со всеми вами! Выскажите же своё почтение!

В шумном зале мгновенно воцарилась тишина. Дворяне поклонились двигающимся императору и императрице. Восседая в золотом кресле во главе стола, император заговорил строгим голосом:

- Поднимите головы!

С разрешения императора все медленно подняли синхронно головы.

- Сегодня мы празднуем церемонию совершеннолетия, отпраздновавший его в этом году. Я надеюсь, Вы создадите незабываемые воспоминания о сегодняшнем дне, ведь такое событие бывает лишь раз в жизни.

Император ласково улыбнулся, произнося эти слова, и молодые лорды и леди, которым сегодня предстояло достичь совершеннолетия, снова выстроились в ряд.

Этот праздник традиционно проводился в мае, когда распускались все виды цветов. Церемония, проводившаяся для детей из благородных семей, достигших девятнадцатилетнего возраста, была чем-то вроде официального приветствия в обществе. До этого они могли посещать светские мероприятия, но это было не то же самое, что быть принятыми в общество, это был признак того, что они уже взрослые и их следует рассматривать для вступления в брак.

“Красиво говоря, это церемония совершеннолетия, но она не особо отличалась от любого другого места, где можно постоять”.

Лайла стояла в углу, вне поля зрения толпы, и наблюдала за тремя мужскими героями. Молодые аристократы и девушки, участвовавшие в сегодняшней церемонии, взволнованно переглядывались, и Лайла почувствовала укол зависти, наблюдая за происходящим.

Насколько лучше было бы, если бы место, в котором она начала свою новую жизнь, было не в том дрянном романе, который она знала. Тогда она могла бы работать усерднее, встретить того, с кем ей суждено быть, и устроить свадьбу своей мечты, как и все остальные…

Серьезный голос императора достиг ушей Лайлы, у которой разыгралось воображение:

- Давайте же начнём!

После слов Императора, его слуга, стоя сбоку, начал говорить:

- Шарлотта Ф. Пинателли, дочь графа Пинателли, пожалуйста, выйдите вперед.

Шарлотта вышла из толпы и грациозными шагами приблизилась к трону императора.

Она поднялась, словно цветок розы, и грациозно поклонилась. Глаза императора и императрицы, сидевших во главе стола, были ослеплены.

- Приветствую Ваше Величество Императора, Солнце Империи Вассиум, и Ваше Величество Императрицу, Луну Империи.

Шарлотта поприветствовала их голосом, чистым, как пение птицы по утрам. Люди с удивлением смотрели на неё, видя, как она нервничает в присутствии императора и императрицы.

Глаза наследного принца Теобальда, сидевшего во главе стола рядом с императором, ничего не выражали.

Его огненно-красные глаза сверкали, как будто он жаждал чего-то блестящего.

- Шарлотта Пинателли, поздравляю Вас с совершеннолетием. Я надеюсь, Вы будете хорошо служить Империи в будущем.

На слова императора Шарлотта спокойно ответила:

- Я благодарена, Ваше Величество. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы служить империи Вассиум.

С этими словами Шарлотта снова поклонилась и отступила назад. Затем были вызваны остальные в порядке старшинства.

Лайла стояла последней в очереди и, ожидая своей очереди, снова и снова повторяя фразу себе под нос.