Увидев Шарлотту с Генрихом и Альфонсо, кронпринц напрягся, но продолжил уверенно идти. Кончик его носа уловил какой-то запах, и Теобальд повернул голову. Остановившись, он обернулся и увидел место, где на мгновение задержалась Лайла. Когда она ушла оттуда, принц неосознанно посмотрел ей вслед. Он наблюдал, как она пропадает в коридоре, пока Шарлотта не отвлекла его тем, что позвала.

Шарлотта была единственной женщиной, с которой он мог общаться. Её внешность, воспитание и очаровательный взгляд - всё это принадлежало ему, только вот его сердце молчало. Почему? Он просто обязан был влюбиться в неё.

- Ваше Высочество, куда Вы смотрите? - обижено позвала она Теобальда.

Генрих и Альфонсо недовольно нахмурились, но ничего не сказали. Заметив выражение их лиц, принц повернулся к Шарлотте с ободряющей улыбкой на лице и, нежно сжав её руку, он сказал:

- Не на что.

Его голос прозвучал холодно, но ей это понравилось. Она знала Теобальда достаточно хорошо, чтобы понимать, что любой другой лорд даже не встал бы на её сторону.

Поцелуй, что оставил принц на тыльной стороне ладони девушки в знак уважения, вызвал зависть у всех молодых леди. Это была жалость и как бы это не было печально, Шарлотта улыбнулась словно была самым счастливым человеком на свете. Для неё притвориться было проще, чем лечь и наслаждаться массажем от горничной.

- Ваше Величество, я так рада Вас видеть. - пролепетала Шарлотта, слегка опираясь на руку Теобальда.

От её шеи пахло духами, и, когда она наклонилась ближе, насыщенный аромат коснулся кончика носа принца, но он не испытал того же волнения, из-за этого Теобальд почувствовал странное волнение. Сопровождая Шарлотту, он вспоминал запах Лайлы. Принц ощущал, действительно, странное чувство. Как будто его кто-то обманул.

“Или что я где-то ошибаюсь”.

* * *

На следующее утро после совершеннолетия в дверь Лайлы грубо постучали.

- Лайла Эль Эсте! - голос Луи дрожал от гнева.

БАМ!

- Сейчас же открой!

Лайла, которая заснула точно так же, как и пришла, подскочила в тревоге. Она бросилась к двери, открыла её, и в комнату ворвался Луи, сбив её с ног.

- Луи! - девушка подняла на него сердитый взгляд.

Её кузен зло, что было для него не характерно, усмехнулся, глядя на неё сверху вниз.

- Есть лимит того, насколько долго я могу закрывать на всё глаза. Я держался всё это время, потому что твой отец, глава семьи, попросил меня об этом, но больше я не могу этого делать.

- Брат!

- Я собирался выдать тебя замуж и взять Бекки в жёны. Но судя по тому, как ты себя ведёшь, похоже, что ты будешь привязан к этому баронству до конца своих дней, не говоря уже о том, чтобы выйти замуж.

Лайла мысленно фыркнула на слова Луи.

“Ты думаешь, я навсегда останусь здесь просто потому, что я сумасшедшая?”

Никто не мог помочь ей с нарастающей грустью, ведь она была единственной, кто был так расстроен.

- Не знаю, захочет ли принять тебя какая-нибудь семья, но я отправлю письмо с предложением о браке в любой дом, который подойдёт по всем параметрам. Если какой-нибудь примет твоё предложение, я отправлю тебя туда без вопросов. И в будущем у тебя не будет никакой поддержки. Оставайся дома и не бегай повсюду, показывая, насколько ты толстая! Ты меня поняла?

Закончив говорить, он тут же вышел из комнаты.

Пока она рыдала, Бекки подошла к ней и тихо заговорила.

- А я ведь всё это время говорила тебе. Ах и теперь, когда ты знаешь об отношениях между мной и бароном, не могла бы ты говорить поласковее?

Она едва сдерживала слёзы, когда Бекки, которая не собиралась помогать ей подняться, прошептала, обмахиваясь веером:

- Послушай свою сестру, юная леди. Ох, ты ведь понимаешь, что для леди ничего не значит то, как я её зову?

Бекки открыто нахмурилась, увидев, как лицо Лайлы сморщилось от неудовольствия и обиды. Она старалась держать себя в руках, но не долго:

- Ты ужасно уродлива.

Бормоча что-то достаточно громко, чтобы её услышали, Бекки вышла из комнаты. Холодный воздух, казалось, прошёлся по тыльным сторонам ладоней Лайлы. Она сложила руки и закрыла глаза. Ещё одна слезинка скатилась с её жалобно опущенных губ.

“Меня не раскрыли. Я молодец! А раскрою только тому, кому захочу”.

Она знала, что единственный человек в этом мире, который мог за неё постоять, - это она сама. Успокаивая себя, Лайла прочистила горло.

Остался один год.

Как только ей исполнится двадцать лет, а именно в этом возрасте началось её заточение в оригинальной истории, она без промедления покинет баронство.

Сжимая в руках сумку, которая могла обеспечить её будущее, Лайла поднялась с пола. Она медленно подошла к окну и посмотрела на город, видневшийся из окна баронства. Девушка подумала о том, что хотела бы сделать, если бы была одна.

Её хотелось зарабатывать деньги, ей хотелось заводить друзей, хотелось попробовать напитки и еду, что продавались на улицах, ей так хотелось прогуляться по улице в погожий день, не зная, куда направляется.

Чувствовать себя такой свободной, находясь в одиночестве, вдали от посторонних глаз. Она взялась за ручку окна и рывком открыла его. Выражение лица Лайлы стало более счастливым.