— Эх...

Услышав вздох справа от меня, я взглянул на Сато-сан. Ее лицо приобрело невиданное ранее мной выражение – ее ресницы были опущены, а взгляд мрачен. Поняв, что я на нее засмотрелся, я поспешно отвернулся.

В это раннее майское утро в классе было шумно. Не то, что бы шум был чем-то необычным для предурочных минут, но сегодня у ребят особенно приподнятое настроение – приближается Золотая неделя.

Я тоже ждал Золотой недели. На каникулах у меня будет возможность отдохнуть от занятий и позависать с друзьями.

А какие планы на каникулы у Сато-сан?

Нет, я не буду спрашивать ее об этом. Мы не настолько близки, да и вообще это не мое дело.

— Э-э-э-эхх… — Сато-сан еще раз тихо и протяжно вздохнула.

Бросив на нее еще один быстрый взгляд, я увидел, что выражение ее лицо оставалось таким же мрачным. Что же с ней стряслось? Я никогда не видел ее такой подавленной с самого утра. Мне стало любопытно, что ее гложит.

Как только я почувствую намек на что-то слишком сложное, я отступлю. С этой мыслью я открыл рот.

— Что-то не так, Сато-сан?

— …А? — прошло несколько секунд, прежде чем мой вопрос добрался до сознания моей соседки по парте, после чего она повернулась ко мне. И на ее лице не было столь привычной мне улыбки.

— Ты постоянно вздыхаешь, — сказал я, доставая из парты учебник.

Я не притворяюсь, что веду светскую беседу, нет, не притворяюсь, я на самом деле просто устраиваю с Сато-сан досужую болтовню. Я просто по прихоти задал этот вопрос, а не потому что беспокоюсь о Сато-сан. Дело не в том, что она мне нравится.

— Ты расстроена, потому что третьим уроком у нас будет физкультура? — спросил я с легкой усмешкой, и Сато-сан слабо улыбнулась в ответ.

— Не без этого, но… — сказала она упавшим голосом.

«Не без этого», да? Значит, дело не только в физкультуре. А в чем? Я не смог заставить себя спросить подробности, но чувствовал неприятное беспокойство в груди.

Ни я, ни Сато-сан ничего не говорили, и разговор затух, даже не начавшись.

Суетливая атмосфера класса вдруг стала мне противна. Как все могут быть такими веселыми? Сато-сан ведь…

Я продолжал украдкой поглядывать на мою соседку по парте. Ее мрачное лицо не давало мне покоя. С таким выражением лица она выглядела неестественно, словно сразу стала старше на несколько лет.

Так мы просидели несколько минут…

— Ямагучи-кун… — окликнула меня Сато-сан, и я повернулся к ней.

— Да?

— Могу я спросить тебя кое о чем?

— О чем же?

— Допустим… — Сато-сан нервно прикоснулась своим заплетенным в хвостик волосам, — Допустим, твой лучший друг будет очень подавлен.

— Подавлен?

— Да. И когда он попросит у тебя совета по поводу своих проблем, что ты ему скажешь?

Вопрос, заданный мне Сато-сан был не только малопонятным, но и сложным. Я опустил лицо, задумавшись.

— Иметь друзей бывает довольно непросто, да.

— Ага, ты прав.

— Что же… Прежде всего, ответ зависит от того, какие у него проблемы.

Сато-сан тихо улыбнулась в ответ.

— Точно. Ну, я думаю, что… э-э… у него жизненные проблемы?

— Жизненные?

Это серьезно. Очень. Не знаю, кто рассказал ей о своих проблемах, но тот человек явно поступил весьма опрометчиво. Глуповатая, но заботливая Сато-сан только будет зря мучиться, если узнает о чужих проблемах, а дельного совета так и не даст.

Сато-сан постаралась объяснить ситуацию, не сильно вдаваясь в подробности.

— Ну, то есть проблемы с тем, что происходит в его жизни…

— То есть бытовые проблемы?

— Да, именно такие.

Казалось, моя подсказка облегчила ей задачу.

— Он попросил у меня совета по поводу некоторых проблем, но я не знаю, что именно посоветовать ему. Я хочу ему помочь, но думаю, он сам может найти выход из создавшейся ситуации, поэтому я хочу хотя бы сказать ему несколько теплых слов. Но ведь теплыми словами никому не поможешь, да?

— Да.

Я слышал о подобном. Не стоит говорить «постарайся» или «не грусти» подавленному человеку. Когда ты в отчаянии, а тебе говорят подобные вещи, это лишь еще больше загоняет тебя в угол. Если бы мне кто-то сказал мне «постарайся», то я бы просто проигнорировал такого «советчика» и попросил бы этого навязчивого человека оставить меня в покое, ведь я и без него знаю, что я должен постараться. Но некоторые люди еще более чувствительны, чем я.

Мне стоит поделиться своими соображениями с Сато-сан.

— Я собираюсь позвонить ему сегодня вечером, — заговорила моя соседка по парте.

Интересно, что это за человек, который рассказывает ей о своих проблемах? Одноклассник? Нет, он бы точно не полез за советом к туго соображающей Сато-сан.

— Я думаю, что я должна сказать ему… — сказала она со вздохом.

Нет, ее мрачное и подавленное выражение лица не дает мне покоя! Оно слишком неестественное! Я должен придумать, чем ей помочь.

— У меня есть идея, — внезапно сказал я, — «Скажи мне, если я что-то смогу для тебя сделать».

— Что? — Сато-сан подняла на меня непонимающий взгляд.

— Таким людям, как твой друг, нужно сочувствие, а не совет. И ты уже проявила сочувствие к нему, Сато-сан. Поэтому тебе остается лишь ждать, пока он сам не попросит твоей помощи.

Если человек готов принять помощь другого, он сам попросит об этом. Навязывать подавленному человеку свои советы и помощь было бы навязчиво, и лишь оттолкнула бы его.

— Скажи ему, что ты всегда рядом и готова помочь. Ведь для и этого и нужны друзья.

Я давал такой мудрый совет Сато-сан, но смог бы я сам сказать другому эти слова? Не знаю. Вряд ли. Сато-сан такие слова подходят, мне – нет.

Сато-сан внимательно выслушала мои слова. Через некоторое время она опустила взгляд и приложила палец к подбородку, глубоко задумавшись.

— Может, нам лучше с ним переговорить вживую?

— Да, так даже лучше. Живое общение всегда предпочтительнее.

Я уверен, что есть вещи, которые невозможно передать только словами. Многим можно поделиться мимикой и жестами.

— Да, ты прав, — на лице Сато-сан вновь расцвела ее обычная улыбка, а печаль исчезла из ее взгляда, — Спасибо большое, Ямагучи-кун. Ты очень умный.

— Ничего особенного, я просто поделился своим мнением.

— Нет, это потрясающе. Ты даже самые сложные вещи объясняешь так, что я их понимаю. Я думаю, что это потрясающе.

Мне немного неловко слушать такие искренние похвалы.

— Не преувеличивай, — сказал я, отвернувшись, но в глубине души почувствовав облегчение.

На лицо Сато-сан вернулась ее обычная улыбка. Увидев раз ее мрачное лицо, я больше не хотел его видеть. Не то, чтобы ее улыбка была милой, она была скорее… успокаивающей. Возможно, потому, что я привык ее видеть.

Я не знал, какие проблемы у ее друга, но был уверен, что если она продолжит улыбаться ему своей искренней детской улыбкой, то ему станет легче.

Сато-сан же продолжала меня благодарить меня со своей глуповатой настойчивостью. По какой-то причине, это вызвало у меня желание немного подразнить ее.

— Теперь, когда ты почувствовала себя лучше, я уверен, что ты сможешь с достоинством выдержать урок физкультуры, верно? Я слышал, что у девочек будет бег с препятствиями.

— Ой… — лицо Сато-сан мгновенно стало подавленным.

Увидев это, я тот час же пожалел о своих словах. Ну, уже ничего не попишешь. Я не знал, какой совет я мог дать ей по спортивным вопросам, поэтому не придумал ничего лучше, как сказать ей так ненавистную мной фразу.

— Ты уж постарайся, Сато-сан.