После четырех часов дня в школе почти не осталось учеников. Школа погрузилась в тишину, лишь слегка нарушаемую отдаленными звуками духового оркестра, занимавшегося в кабинете музыке.

Я старался ступать как можно тише, кода направлялся в класс С. В класс, в котором находилась Сато-сан. Она сидела во втором ряду от окна, в самой задней части класса и с тяжелым выражением лица склонилась к рукописному листу. К счастью, она не заметила того, как я осторожно заглянул в класс.

В правой руке Сато-сан держала ручку, которую она регулярно подносила к бумаге, но ничего не написав, убирала обратно. В конце концов, она замерла с этим напряженным, тяжелым видом и опущенными плечами. Иногда Сато-сан едва заметно качала головой.

Еще не стемнело, но солнечные лучи уже начинали окрашивать небо в тепло-оранжевые оттенки. Сато-сан лишь немного щурилась, но почти не шевелилась. Потом, она медленно подняла голову и уставилась в окно.

Я на мгновение засомневался, стоит ли заходить внутрь, но… Я же специально пришел сюда, дабы поговорить с ней.

— Сато-сан.

Ее плечи вздрогнули, когда я окликнул ее, заходя в класс. Она взглянула в мою сторону и, узнав меня, удивилась.

— Ямагучи-кун?.. Что ты здесь делаешь? — спросила Сато-сан, сжимая ручку.

— Я просто заболтался с другом и опоздал на электричку. Теперь жду следующую, — выдал я заранее подготовленное оправдание.

Ну, технически, это была не совсем ложь. Я действительно задержался со своими приятелями, а когда они стали собираться по домам, притворился, что кое-что забыл и вернулся в класс. Не думаю, что они что-то заподозрили.

Конечно, все знали, что Сато-сан осталась после уроков, но поскольку это происходило постоянно, они, скорее всего, не обратили на это внимание. В конце концов, я сам был таким до недавнего времени, так что я знаю, о чем говорю.

— Ты пишешь сочинение? — спросил я Сато-сан, как можно более непринужденным тоном, подходя к ней.

Она слегка улыбнулась и кивнула.

— Да. Пока я не напишу его, я не смогу пойти домой.

— И как успехи?

Я пододвигаю стул ближе к ее парте и сажусь. После чего я осторожно добавляю.

— Мне все равно пока делать нечего, так что я могу взглянуть на твою работу.

Глаза Сато-сан расширились.

— А? — медленно произнесла она, — Ты уверен? Я очень благодарна за компанию, но…

— Не переживай, у меня есть время. Нужная электричка ходит раз в полчаса, — я произнес это с нажимом, пытаясь успокоить Сато-сан.

— Спасибо тебе.

Мне послышалось или ее голос дрожал? Возможно, это лишь мое воображение. Я отвел взгляд, чтобы не видеть лица Сато-сан.

— Не за что. Я просто хочу скоротать время.

— Я знаю… Но я все равно очень счастлива.

Стараясь не встречаться взглядом с Сато-сан, я разглядывал рукописный лист на ее столе. Лист на четыреста знаков был совершенно пуст.

— Как видишь, я ничего не написала, — дала довольно бессмысленное в данной ситуации разъяснение Сато-сан.

М-да, ситуация даже хуже, чем я ожидал.

— Ты не можешь выдавить из себя ни строчки? — спросил я, пытаясь сдержать разочарованный вздох. Боковым зрением я вижу, как Сато-сан опустила глаза.

— Эм… Ямагучи-кун, мне нужно спросить тебя кое о чем…

—  И о чем же?

— Я... прочитала эту книгу, — сказала Сат-сан доставая из портфеля небольшой томик.

Биография знаменитой актрисы Хелен Адамс Келлер. Замечательный выбор для сочинения.

— Эта книга тронула меня до слез.

— Ты расплакалась? — невольно вырвалось у меня.

Для старшеклассника плакать над биографией – это излишний сентиментализм. Уверен, что при чтении, я бы и бровью не повел. Впрочем, все это очень в духе моей соседки по парте.

— Угу… — застенчиво кивнула Сато-сан, после чего с блеском в глазах продолжила, — Хелен Келлер удивительна! Я была так восхищена тем, как она преодолела свое тяжелое испытание и выжила. И доктор Салливан тоже впечатлил меня тем, как он поддерживал Хелен.

Это очень похоже на Сато-сан – быть тронутой такой банальщиной. Я отвернулся, чтобы она не видела мою улыбку.

— Ну, тогда напиши о своих впечатлениях. Напиши их поподробнее и все такое. Материала должно хватить на лист, разве нет?

— Я тоже об этом подумала. Меня так тронула эта книга, что я уверена, что смогла бы написать очень много. Но… — Сато-сан на мгновение замолчала, сжимая в руке ручку, — Когда я попыталась описать мои чувства, это получилось очень плохо…

— Почему?

— Просто…

— «Просто» что? — спросил я, и Сато-сан поджала губы.

Некоторое время мы молчали.

Солнечный свет окрашивал класс в золотисто-красные тона. Тень, которую отбрасывала Сато-сан, приближалась к противоположной стене.

В пустом классе было тихо. Мы с Сато-сан сидели на своих местах, как обычно, но теперь между нами царила совсем иная атмосфера.