Глава 44. Давление рангом, подавление техникой

Сяо Шэн вступил в долину. Его взгляд скользнул по Янь Чжаогэ и Фэн Юньшэн, после чего глаза сузились в едва заметные щелки.

В этом прищуре сверкнул холодный блеск, ядовитый, словно змеиный взор.

Даже его грубый голос не мог скрыть леденящей ненависти:

— Прекрасно, просто прекрасно. День прожит не зря: в одно время и в одном месте я встретил вас обоих.

На заросшем бородой лице Сяо Шэна проступила ледяная ухмылка.

Янь Чжаогэ слегка склонил голову, бесцеремонно разглядывая гостя:

— Эта твоя борода… Смотрю на нее, и мне становится как-то не по себе, хотя и не пойму почему.

У Сяо Шэна дернулся мускул у глаза:

— Янь Чжаогэ, помнишь, я говорил, что у нас с тобой всё еще впереди?

— И не думал я, что этот день настанет так скоро.

Сяо Шэн перевел взгляд на Фэн Юньшэн, и его голос заметно помрачнел:

— Младшая сестра Фэн, и тебе я тогда сказал: тебе не сбежать.

— Судя по твоему виду, ранила я тебя тогда знатно, — безучастно отозвалась Фэн Юньшэн.

Сяо Шэн впился в нее глазами:

— Младшая сестра, я и раньше знал, что ты не боишься смерти. Теперь я в этом убедился окончательно.

— Но не спеши. Я покажу тебе, что в этом мире есть вещи куда страшнее смерти.

— И в данный момент, здесь, предо мной, твоя жизнь и смерть тебе больше не принадлежат.

Голос Сяо Шэна внезапно стал вкрадчивым, но от него веяло могильным холодом:

— Поверь мне, я не дам тебе даже шанса покончить с собой.

Фэн Юньшэн лишь тонко улыбнулась. Сейчас она находилась лишь на уровне Закалки Тела, тогда как Сяо Шэн уже был Мастером Внешней Гань на поздней стадии.

Разрыв между ними был столь колоссален, что одна сторона действительно могла полностью лишить другую воли над собственной участью.

Тем не менее, она лишь крепче сжала рукоять клинка. В ее облике не было и тени страха:

— Сяо Шэн, тебе стоит поблагодарить меня за то, что я помогла тебе избавиться от твоей главной слабости.

— Неужели ты не чувствуешь, что за эти два года твой прогресс стал куда стремительнее, чем раньше?

Взгляд Сяо Шэна стал еще темнее:

— Ты всё такая же острая на язык. Что ж, это мне в тебе и нравится.

— Скоро у нас будет уйма времени, чтобы вдоволь наговориться о прошлом.

— Ты ведь не думаешь, что этот выскочка рядом сможет тебя защитить? Если ты на это надеешься, то вкус у тебя паршивый.

Янь Чжаогэ, услышав это, не выдержал и прыснул со смеху:

— Тот деревянный идол Святого Великого Солнца, которого ты лично разнес в щепки, сейчас наблюдает за тобой с небес.

К удивлению, Сяо Шэн не вспылил, а лишь спокойно кивнул:

— Верно, Янь Чжаогэ. Ты не прост.

— Должен признать, раньше я тебя недооценивал.

— Но если ты возомнил, что раз однажды получил крохотное преимущество, то превзошел меня – ты тешишь себя иллюзиями.

Пока он говорил, его тело оставалось неподвижным, но наружу начала вырываться мощная гань.

В потоках ци замелькали отблески металла, становясь всё ярче и ослепительнее.

В мгновение ока вокруг Сяо Шэна образовалось кольцо золотого сияния.

В следующий миг золотые лучи сорвались с места. Они заструились в пространстве, подобно бесчисленным клинкам, выкованным из самого солнечного света.

Золотые росчерки в миг преодолели сотню шагов, проносясь мимо Янь Чжаогэ и Фэн Юньшэн.

С резким скрежетом лучи вонзались в скалы и землю, превращая склон долины позади Янь Чжаогэ в решето.

Эти золотые всполохи не гасли, застревая в камне.

Словно реальное оружие, они образовали полукруг, запирая Янь Чжаогэ и его людей в ловушке.

Группа охранников в черном за спиной Янь Чжаогэ нахмурилась.

Управление ци на расстоянии в сто шагов, воплощение энергии в твердую форму – гань превратилась в осязаемое призрачное оружие.

И в атаке, и в защите это на голову превосходило возможности Мастера Внешней Гань на начальной стадии.

Это был неоспоримый знак Мастера Внешней Гань средней стадии.

Когда гань обретает плотность, она позволяет наносить дистанционные удары. На таком расстоянии атака достигает цели мгновенно, не давая врагу и шанса на бегство.

Но и это было не всё. Сяо Шэн заложил руки за спину, и его тело начало медленно отрываться от земли. Он поднимался всё выше, пока не замер в воздухе.

Под его ногами не было никакой опоры – он просто парил в пустоте.

А это уже был признак Мастера Внешней Гань поздней стадии.

Только обладая еще более колоссальным объемом и плотностью ци, а также безупречным контролем, можно было на короткое время зависать в воздухе и даже совершать рывки в полете.

Против врага, не способного на подобное, Сяо Шэн автоматически получал преимущество.

Всё просто: если бой идет не в его пользу, он может взмыть вверх и разорвать дистанцию, оставив противника бессильно взирать на него снизу вверх.

Даже если оппонент ответит дистанционной атакой, сила призрачного оружия слабеет с каждым шагом. Сяо Шэн же, находясь в воздухе, всегда будет в более выгодном положении.

Тогда, во время поединка через куклу, Сяо Шэн словно танцевал в кандалах – его истинная мощь не была проявлена и на малую долю.

Сейчас же он демонстрировал подавляющее превосходство поздней стадии Внешней Гань над начальной.

Давление рангом – это не просто слова.

Сяо Шэн парил в небе, взирая на Янь Чжаогэ свысока.

— Я – Мастер Внешней Гань на поздней стадии, а ты – на начальной. Возможно, ты сочтешь бой со мной несправедливым, но раз уж ты решил влезть в дело Фэн Мугэ, пеняй на себя.

— Даже если бы здесь стояли старейшины твоей горы Гуанчэн, расклад бы не изменился.

— Ты укрываешь беглую ученицу моей секты Великого Солнца. А значит, наша битва – это не дружеский спарринг.

Сяо Шэн посмотрел на Янь Чжаогэ сверху вниз и вдруг усмехнулся:

— Мне ничего не стоит прикончить тебя прямо здесь.

— Впрочем, даже если ты не станешь вмешиваться в дела Фэн Мугэ, сегодня нам всё равно будет чем заняться.

— Только сначала с тобой поиграет младший брат Чао.

В долине показалась группа молодых людей в белом. Возглавлял их Чао Юаньлун – тот самый, которого Янь Чжаогэ одолел в Бездне Подавления Дракона.

Чао Юаньлун медленно выдохнул:

— Янь Чжаогэ, я требую реванша.

Вокруг его тела снова вспыхнул ослепительный золотой свет, напоминающий мириады тончайших игл.

Тогда, в Бездне, когда Чао Юаньлун высвободил свою гань, земля под его ногами просто треснула.

Теперь же поверхность вокруг него покрылась густой сетью крошечных отверстий, словно от уколов мириад игл.

Проникающая способность и плотность его ци стали совершенно иными.

В золотых иглах его гани теперь тоже отчетливо читался металлический блеск. Он определенно пробился на уровень Мастера Внешней Гань!

Фэн Юньшэн, глядя на него, удивленно вскинула брови:

— Ты вживил в себя Божественные Солнечные Иглы, чтобы насильно закалить гань и заставить ее выйти наружу?

На лице Янь Чжаогэ появилось выражение праздного интереса:

— Слышал о таком. Помнится, побочные эффекты у этого метода просто жуткие: ты будешь корчиться от боли день и ночь, а твой дальнейший прогресс в культивации почти остановится.

Лицо Чао Юаньлуна осталось бесстрастным:

— По сравнению с тем унижением, что ты мне нанес, любая боль – ничто.

— Пока этот позор не смыт кровью, я не найду покоя!

С этими словами Чао Юаньлун сделал резкий выпад, мгновенно оказавшись перед Янь Чжаогэ!

Янь Чжаогэ вскинул бровь и взмахнул рукавом – навстречу противнику молнией метнулась лазурная вспышка.

— Лазурный Дракон в Рукаве? Ну давай! — Взревел Чао Юаньлун, вскидывая руки.

Но это была не Божественная ладонь Середины Неба.

Его золотая гань, только что казавшаяся набором острых игл, вдруг стала податливой, обратившись в бесчисленные тонкие нити.

Множество золотых струн сменили жесткость на мягкость и, подобно клубку змей, обвились вокруг лазурного меча.

Янь Чжаогэ встряхнул мечом, высвобождая ярые потоки лазурной ци, чтобы рассечь золотые путы.

Однако нити казались бесконечными – они наматывались снова и снова, постепенно гася инерцию удара.

Янь Чжаогэ внимательно присмотрелся к технике Чао Юаньлуна, и его губы дрогнули в странной усмешке.

Чао Юаньлун холодно процедил:

— Я знал, что ты раньше меня достиг уровня Внешней Гань. И всё же я пошел на вживление Божественных Солнечных Игл, чтобы поскорее стать Мастером.

— Всё ради того, чтобы овладеть искусством, которое является прямой погибелью для твоего Лазурного Дракона в Рукаве!

— Сегодня ты станешь не драконом, а дохлой змеей!