Глава 115. То, что умеешь ты, умею и я; то, чего не умеешь ты, умею тоже я

— В технике Меча Семи Звезд скрыты мириады хитроумных перемен, это путь меча, ведущий от сложности к простоте, — произнес Янь Чжаогэ, не прерывая схватки с Лу Вэнем.

Они сходились и расходились, и в каждое мгновение позиция Полярной звезды – ключ к инициативе в бою – по нескольку раз переходила из рук в руки.

Тот, кто занимал позицию Полярной звезды, теснил противника; тот, кто уступал ее, терял преимущество.

— Выделять главное – это верно, но чтобы по-настоящему достичь мастерства и воплотить написанное в жизнь, необходим накопленный опыт.

Янь Чжаогэ крутанулся на месте, используя пальцы вместо меча. Тени его движений замелькали в воздухе.

Одним выпадом он заставил вспыхнуть в пустоте семь призрачных клинков, расположившихся подобно созвездию Большой Медведицы.

— Только накопление боевого опыта и глубокое понимание сути меча позволят тебе в любой момент действовать непринужденно и плавно.

Янь Чжаогэ улыбнулся Чжао Мину:

— Свести семь звезд воедино, вознести Полярную звезду в зенит… Звучит просто, но как это исполнить?

— Вот почему я сказал, что тебе еще тренироваться и тренироваться.

С этими словами Янь Чжаогэ сделал шаг и занял позицию Полярной звезды. Семь теней меча одновременно дрогнули и устремились к Лу Вэню.

Лицо Лу Вэня оставалось невозмутимым. В этот миг он совершил в точности то же движение: такой же шаг, те же семь летящих клинков.

Их правые стопы столкнулись носками!

В воздухе мелькали тени, и от их столкновения, словно от ударов настоящей стали, раздался отчетливый металлический звон.

Едва коснувшись друг друга, противники отпрянули, но лишь для того, чтобы мгновенно броситься в новую атаку.

Битва ограничивалась лишь сменой приемов, без использования истинной силы, поэтому внутри Павильона священных писаний Оружейной все казалось спокойным.

Однако в этом переплетении выпадов и защит два выдающихся представителя молодого поколения горы Гуанчэн демонстрировали сокровенные тайны Меча Семи Звезд во всем их великолепии.

Меч одного плел плотную и загадочную сеть, подобно вечному сиянию ночного небосвода.

Меч другого разил широко и мощно, словно стремясь исчерпать все тайны движения светил.

Спустя несколько мгновений глаза Янь Чжаогэ блеснули – он окончательно разгадал манеру боя Лу Вэня.

Взгляд Лу Вэня тоже изменился: в нем появилась уверенность человека, чей план готов к исполнению.

Они снова пришили в движение, в очередной раз сшибаясь за право обладания позицией Полярной звезды.

К этому моменту воля меча обоих была доведена до предела. Сражение достигло решающей точки.

Тот, кто сейчас захватит ключевую позицию, уже не отдаст ее, поставив противника в абсолютно невыгодное положение.

Владеющий Полярной звездой будет держать победу в руках!

Янь Чжаогэ, заменяя пальцами клинок, издал резкий клич. Его напор стал яростным и воодушевленным, словно он наконец давал выход досаде, копившейся все те годы, что Лу Вэнь превосходил его в искусстве Меча Семи Звезд.

Семь теней меча замелькали в воздухе с сокрушительной силой, обрушиваясь на Лу Вэня подобно метеоритному дождю.

«Семь Звезд Почитают Север»!

Сильнейший прием техники Меча Семи Звезд!

— Видимо, за все эти годы ты так и не оставил Меч Семи Звезд, раз сумел достичь таких высот, — негромко произнес Лу Вэнь. — Тот факт, что ты так долго бился со мной на равных, означает, что в этом искусстве ты превзошел всех прочих.

— Обладай ты таким уровнем тогда, тебе не пришлось бы корпеть над этим твоим Лазурным Драконом в Рукаве.

Говоря это, Лу Вэнь ответил встречным выпадом семи мечей – та же техника «Семь Звезд Почитают Север». Он шел на прямое столкновение.

Их силы вновь начали взаимно гаснуть. Казалось, натиск Янь Чжаогэ исчерпан, но в этот миг манера Лу Вэня резко изменилась, и он совершил разворот.

— Но если ты прогрессировал, то мой прогресс еще значительнее.

Лу Вэнь качнул кистью, и внезапно семь теней меча превратились в шесть.

Это уже не был Меч Семи Звезд в привычном понимании – Лу Вэнь вплел в него собственное понимание Пути Меча!

Семь звезд Севера и шесть звезд Юга в это мгновение воссияли одновременно!

Северная Медведица правит смертью, Южный Ковш правит жизнью.

Техника Лу Вэня, достигшая, казалось бы, своего предела, породила новую перемену!

Старая сила, которая должна была иссякнуть, не нуждалась в восстановлении – она внезапно породила силу новую.

Лу Вэнь направил острие меча и сделал шаг, напрямую захватывая позицию Полярной звезды!

Чжао Мин наблюдал за этим с открытым ртом. Он никак не ожидал, что ход боя примет такой оборот.

Меч Семи Звезд, входящий в число Восьми Пределов Высшего Единства, веками оттачивался мастерами горы Гуанчэн, отсекавшими все лишнее.

Насколько же трудно сделать еще один шаг, когда ты и так на вершине?

А сейчас Лу Вэнь сумел взрастить в технике новые ростки перемен.

Пусть они были еще незрелыми, пусть это был лишь набросок, но в этот миг Чжао Мин словно увидел тень Ши Те.

Того самого Ши Те, который довел Алмазное Тело до небывалых высот и продолжал его совершенствовать.

Если Лу Вэнь продолжит этот путь и достигнет уровня культивации Ши Те, сможет ли он поднять Меч Семи Звезд на новую ступень?

Несмотря на то что они с Лу Вэнем принадлежали к разным лагерям, Чжао Мин не мог не признать его величие.

Он с тревогой посмотрел на Янь Чжаогэ, но увидел, что на лице того играет улыбка!

На четвертом ярусе Павильона священных писаний Оружейной старик, доселе дремавший, внезапно открыл глаза. Его взгляд, казалось, пронзил пол, устремившись на третий ярус.

Но смотрел он не на Лу Вэня. Его взор был прикован к Янь Чжаогэ.

Атака Янь Чжаогэ была завершена, и Лу Вэнь, явив новую перемену, уже захватил инициативу.

Но и в искусстве Янь Чжаогэ внезапно произошло превращение!

Среди множества теней меча Янь Чжаогэ не бросился вперед, а отступил!

Лу Вэнь, наносивший удар, вдруг ощутил крайне неприятное чувство: под воздействием внутренней связи его собственный выпад словно потянулся вслед за движением Янь Чжаогэ!

Их техники в этот момент вошли в странный резонанс.

Казалось, они не сражаются друг с другом, а стоят плечом к плечу, атакуя общего врага.

Под влиянием этого единства два потока Меча Семи Звезд слились воедино.

Но стоило Янь Чжаогэ отступить, как положение Полярной звезды в пространстве резко сместилось!

Это вынудило Лу Вэня сделать еще один шаг вперед, иначе он рисковал просто наблюдать, как контроль над позицией возвращается к Янь Чжаогэ.

Чуя неладное, Лу Вэнь, стиснув зубы, шагнул вперед, пытаясь вернуть инициативу.

Но едва он начал движение, как Янь Чжаогэ, только что отступивший на полшага, резко рванулся навстречу!

Его скорость при движении вперед была выше, чем при отступлении. Казалось, он с самого начала не собирался уходить в оборону, а лишь готовил этот выпад.

Стремительный отход и мгновенный рывок вперед сменили друг друга без малейшей паузы, выглядя при этом поразительно легко и плавно.

В этом рывке он нанес очередной удар Меча Семи Звезд.

Глаза Лу Вэня расширились. Теперь он сам, всем телом, буквально насаживался на воображаемое острие Янь Чжаогэ!

— Вот и всё, — Янь Чжаогэ «убрал меч» и выпрямился. Он даже не взглянул на Лу Вэня, обернувшись к Чжао Мину с улыбкой.

Чжао Мин беззвучно разевал рот и лишь спустя долгое время смог выдавить горькую усмешку:

— Один – гений, а другой – гений, способный побеждать гениев!

Кто бы мог подумать, что Янь Чжаогэ, который в былые годы неизменно уступал Лу Вэню в Мече Семи Звезд и, казалось бы, переключился на другие стили, все это время тайно готовился. Там, где он когда-то упал, он решил подняться вновь.

Лу Вэнь пристально смотрел на Янь Чжаогэ. Его голос прозвучал сухо:

— Ты предвидел мою последнюю перемену – переход от смерти к жизни и рождение силы из пустоты?

Янь Чжаогэ взглянул на него и небрежным жестом пальцев повторил в воздухе прием «Семь Звезд Почитают Север». Когда движение достигло предела, оно внезапно обернулось мечом Южного Ковша: старая сила иссякла, и из ниоткуда родилась новая искра.

Это выглядело как предельное усилие, но на деле в нем чувствовался огромный запас мастерства.

— Просто я тоже это умею, — Янь Чжаогэ развел руками.

Лу Вэнь закрыл глаза.

Той же перемены, которой Янь Чжаогэ нанес финальный удар, Лу Вэнь не знал.