Глава 116. Где упал, там и поднимись

Глядя на погрузившегося в молчание Лу Вэня, Янь Чжаогэ пожал плечами.

Прежний владелец этого тела в юности был горяч и самолюбив; подначки Лу Вэня заставили его бросить тренировки Меча Семи Звезд. Желая доказать свою исключительность, он даже не стал изучать другие техники из Восьми Пределов Высшего Единства, а попытался создать собственный путь меча, и надо признать, добился определенных успехов.

На самом деле талант того Янь Чжаогэ был велик, и в Мече Семи Звезд он тоже обладал глубокими познаниями. Просто есть люди, рожденные для определенного вида боевых искусств: как Цигун Золотой Солнечной Иглы идеально подходил Чао Юаньлуну, так Меч Семи Звезд подходил Лу Вэню.

Впрочем, сможет ли Лу Вэнь в будущем достичь высот Ши Те – вопрос открытый.

Ши Те, даже не практикуй он Алмазное Тело, выбери он любую другую технику из Восьми Пределов, включая Меч Семи Звезд, все равно остался бы выдающимся Королем Железным Львом.

Для Лу Вэня же отказ от Меча Семи Звезд означал бы совсем иное.

Но то, что он в свои двадцать пять-двадцать шесть лет сумел стать лучшим среди всех Мастеров горы Гуанчэн в этой дисциплине, не было случайностью. Это был плод истинного таланта и труда.

У нынешнего же Янь Чжаогэ взгляд на Меч Семи Звезд был иным.

Он видел в этой технике немало достоинств и скрытый потенциал, который еще предстояло раскрыть.

К тому же для него самого тот факт, что он когда-то «бросил» Меч Семи Звезд, казался досадным пятном на репутации. Оставлять такой старый шрам было не в его правилах – это задевало его самолюбие…

Янь Чжаогэ тщательно изучил все боевые искусства, которыми владел прежний хозяин тела. И больше всего усилий он приложил вовсе не к Лазурному Дракону в Рукаве или ладони Тушита, а именно к Мечу Семи Звезд, который все считали заброшенным.

Опираясь на фундамент предшественника и обладая куда более высокой проницательностью, Янь Чжаогэ быстро достиг глубокого понимания этой техники.

Чтобы разрушить сложившееся у окружающих мнение, вовсе не обязательно было использовать Лу Вэня в качестве «подопытного», хотя победа над ним давала наилучший эффект. Но раз уж Лу Вэнь сам напросился, Янь Чжаогэ с радостью принял этот подарок.

На четвертом ярусе павильона старик смотрел на Янь Чжаогэ. Его взгляд был глубоким и не выражал никаких эмоций: «Какая поразительная проницательность…»

Янь Чжаогэ с улыбкой сложил руки перед Лу Вэнем:

— Благодарю за науку.

Сказав это, он прошел мимо Лу Вэня и направился вниз.

Пришедший в себя Чжао Мин смотрел на Лу Вэня без тени пренебрежения, напротив, в его глазах читалось восхищение. Лу Вэнь был по-настоящему силен.

Выделиться в таком месте, как гора Гуанчэн, где таланты встречаются на каждом шагу, и стать одним из лучших в своем поколении – Лу Вэнь, несомненно, был гением среди гениев.

Жаль только, что он столкнулся с еще более могучим Янь Чжаогэ.

Кто на всей горе Гуанчэн среди сверстников того же ранга культивации посмеет заявить, что имеет абсолютные шансы на победу над Лу Вэнем? Тем более – победить его в той области, где он сильнее всего.

До сегодняшнего дня среди мастеров ниже ранга Великого Мастера Лу Вэнь считался первым в искусстве Меча Семи Звезд на горе Гуанчэн. Даже завтра он все еще будет возвышаться над всеми прочими, но теперь над ним самим появилась фигура того, кто еще сильнее.

Тот самый юноша, которого он когда-то заставил бросить этот меч, победил его именно этим мечом!

Чжао Мин вздохнул и последовал за Янь Чжаогэ:

— Тот, кто превосходит гения – гений среди гениев. Но как тогда назвать того, кто превосходит таких исключительных людей?

Янь Чжаогэ обернулся и, увидев задумчивое лицо идущего следом Чжао Мина, рассмеялся:

— Такое искусство, как Меч Семи Звезд, не освоишь в один присест. Возвращайся и обдумывай все не спеша.

Чжао Мин очнулся и кивнул:

— Это я понимаю. Но запереться в уединении не получится – чуть позже мне нужно отправиться в секту Алой Радуги на Северном Небесном континенте.

Янь Чжаогэ хихикнул:

— В гости к будущему тестю?

Секта Алой Радуги была крупной организацией на Северном Небесном континенте, по статусу схожей с королевством Восточная Тан – они владели землями и признавали верховенство горы Гуанчэн.

Хотя Восточная Тан и Алая Радуга находились в разных регионах, они поддерживали тесные связи. На землях секты выращивали множество духовных трав, и значительная часть сырья для алхимии Восточной Тан поступала именно оттуда.

Как и любая организация, секта Алой Радуги жаждала заполучить талантливых учеников, но, находясь в Небесном регионе, она неизбежно пребывала в тени горы Гуанчэн. Самые одаренные юноши и девушки стремились попасть в главную секту, и в Алой Радуге давно с этим смирились. Чтобы укрепить связи с горой Гуанчэн, секта сама направляла туда лучших воспитанников.

Дочь нынешнего главы Алой Радуги как раз обучалась на горе Гуанчэн. Благодаря частому общению и молчаливому одобрению семей, они с Чжао Мином постепенно сблизились.

На подколку Янь Чжаогэ Чжао Мин ответил совершенно спокойно:

— Я еще не наносил официальный визит старому главе секты, так что в этот раз решил съездить.

Янь Чжаогэ кивнул:

— Желаю успеха. Если сроки совпадут, возможно, нам будет по пути.

Чжао Мину было любопытно, зачем Янь Чжаогэ на Северный Небесный континент, но расспрашивать он не стал, лишь согласно кивнул:

— Это было бы замечательно. Как раз смогу порасспрашивать тебя о Мече Семи Звезд в дороге.

При этих словах Чжао Мин невольно вздохнул: еще полгода назад из-за разницы в возрасте он обходил Янь Чжаогэ по уровню культивации, а теперь тот оставил его далеко позади. Действительно, сравнивать себя с ним – только расстраиваться.

Попрощавшись с Чжао Мином, Янь Чжаогэ вернулся к себе. Собрав вещи, он позвал Фэн Юньшэн, чтобы начать подготовку к отправке в Горный регион.

Эта поездка была связана не только с делами горы Юньчжао, но и с восстановлением Тела Тайцзи у Фэн Юньшэн.

А что касается А-Ху, то после периода раздумий и тренировок он наконец преодолел последний барьер и достиг десятого уровня ранга Мастера – стадии Достижения Небес!

Этот с виду простоватый здоровяк обладал отличной проницательностью в боевых искусствах. Стоило Янь Чжаогэ дать ему пару подсказок, как А-Ху, которому не хватало лишь последнего рывка, нашел нужный ключ и совершил прорыв.

— Хорошо, что успел, ох, хорошо-то как! — А-Ху довольно скалился в широкой улыбке.

Янь Чжаогэ похлопал его по плечу:

— Пошли, сопроводишь меня в Зал Поручений.

Там Янь Чжаогэ снова встретился со своим вторым дядей-наставником, главой Зала Поручений Фан Чжунем.

Фан Чжунь первым делом сообщил:

— Что касается наследия Воинственного Святого Ледяного Дракона, то поскольку оно связано с переменами в Преисподней, секта сначала проведет собственное расследование. Однако все, что не относится к Преисподней, по-прежнему будет принадлежать тебе.

Янь Чжаогэ улыбнулся:

— Можно считать это нашей совместной с сектой экспедицией, я не против.

— Секта никогда не станет забирать то, что принадлежит тебе по праву, — ответил Фан Чжунь. — Детали обсудим, когда вернется старший брат.

Янь Чжаогэ кивнул. Он знал, насколько это важно: Ши Те снова отправился в путь, взяв с собой малую железную табличку, и сейчас был далеко в Северном море.

Фан Чжунь продолжил:

— Что до кольца, принадлежавшего Е Цзину, после проверки мы можем подтвердить его связь с Великим Императором Огненных Демонов времен до Великого Бедствия. Однако там остался лишь слабый след ауры, скорее всего, это просто древний артефакт, не имеющий прямого отношения к нынешнему миру Огненных Демонов.

Янь Чжаогэ оставался спокоен:

— В сущности, это хорошие новости.

— Верно, новости и правда хорошие, — Фан Чжунь перевел взгляд с Янь Чжаогэ на Фэн Юньшэн. — Кстати, примерно через полгода состоится очередной Альянс Достижения Небес. Если планируешь участвовать, начни готовиться.

Альянс Достижения Небес не был собранием мастеров стадии Достижения Небес – это был съезд лучших молодых талантов Великого мира Восьми Пределов. Он проводился раз в три года, и оценивали там прежде всего потенциал, а не текущий уровень культивации. В этом и заключался смысл названия – «достичь небес».

Именно после прошлого Альянса прославились Четыре Молодых Господина, да и многие другие таланты заявили о себе на весь мир.

Некоторые секты или отдельные мастера предпочитали скрывать свои силы, развиваясь в тени. Однако столкновение и обмен опытом между гениями часто порождали невероятные озарения, принося участникам огромную пользу и неожиданные находки.

Путь воина – это не только изнурительные тренировки в одиночестве и «изобретение велосипеда» за закрытыми дверями. Поэтому вопрос участия или скрытности каждый решал для себя сам.

Янь Чжаогэ кивнул:

— Я понимаю.

Фан Чжунь добавил:

— Что касается вашей поездки в Горный регион, вас будет сопровождать сильный мастер от секты.

Хотя Янь Чжаогэ был весьма искушен, официальный визит к горе Цанман требовал присутствия высокопоставленного лица – таков был этикет.

Янь Чжаогэ был к этому готов:

— Дядя-наставник, позвольте узнать, кто именно возглавит группу?

— Твоя младшая наставница Фу, — ответил Фан Чжунь.

Услышав это, Янь Чжаогэ почувствовал, как у него предательски задергалось веко:

— …Старшая наставница Фу?