— Кстати, про Стивена Армстронга: ты можешь навестить его. Уверен, он будет рад видеть тебя, не так ли?

Возможность снова увидеть его — Ичиро поменялся в лице, когда услышал это.

«Я уже получил его признание, и овладел наномашинами. Хоть наша прошлая встреча и была только для того, чтобы я получил его признание, это не отменяет ее значимости для меня. Почти год прошел, и за это время у меня многое произошло, о чем я мог бы поведать ему…»

— Так это ответ «да» или «нет»? — пока Ичиро размышлял, человек в мантии успел поменяться в лице несколько раз, ожидая ответа.

— Да, — твердо ответил Ичиро. — Не важно в какой раз, я буду рад увидеться с ним. Он... мое воплощение.

— Понятно. Другого ответа я и не ждал от тебя, — ответил человек в мантии, поворачиваясь и уходя куда-то в сторону.

Ичиро сопроводил его взглядом и последовал позади. Существо начало ходить среди белого пространства, останавливаясь на мгновения то тут, то там.

— Нет-нет, не здесь… А может, тут? Или… тут?

Ичиро выглядывал из-за его спины, пытаясь понять, в чем заключается их план блуждания по абсолютно пустому миру, как вдруг человек вскинул голову.

— Точно. Все! Встань сюда, — он направил указательный палец в сторону от себя.

— Вот т-так? — спросил Ичиро, делая то, что от него просили, и не задавая лишних вопросов.

— Да. А теперь согни колени и наклони голову.

— А? Э-это точно обязательно… — едва он сказал это, твердая поверхность под его ногами исчезла, и он уже летел куда-то вниз!

— Ч-что?!

Как оказалось, он приземлялся внутрь какого-то японского сада с десятиметровой высоты.

— Плохой день, плохой день… А-а-а!

Летя вниз с открытым ртом, Ичиро в точности согнул колени и принял позу, которую его попросили сделать. Благодаря удачно выбранной точке падения, его тело невредимо пролетело сквозь ветки деревьев с лепестками вишни и приземлилось точно на мост.

Ичиро раскрыл глаза и оглядел себя.

— Фух… Вроде живой. Черт…

Перед ним был утонченный японский сад с ручьем. Среди мирно стоящих деревьев стояла одинокая высокая фигура мужчины в деловом костюме. Лепестки падали ему на плечи, но он не обращал на это внимания, находя в опускающихся листьях то ли свой покой, то ли умиротворение…

Это был Сенатор Стивен Армстронг; он снова стоял перед Ичиро, как и в тот раз.

Едва Ичиро обратил внимание на такую серьезную фигуру, то он тотчас отчитал себя за нелепый крик, который он испустил, когда падал. Несомненно, это не могло быть не замечено его воплощением, кто сосредоточено глядел куда-то вдаль. Ичиро осмотрел на себя и быстро сменил позу, выпрямляясь за спиной Армстронга, прежде чем тот посмотрит на него и застанет следы его нелепости. Да, Ичиро считал, что он мог помешать ему своим нелепым появлением, и потому решил быстро исправиться.

Но… чем больше он думал о себе, тем менее он замечал, что на самом деле на него не реагировали. И когда он заметил причину, то замер.

«Почему…»

Он с застывшим взглядом обвел фигуру человека, замечая следы изменений на нем. Его глаза не могли не зацепиться за то, как среди волос Сенатора Армстронга появилось множество седых прядей. Можно сказать, вся его голова внезапно изменила свой цвет на серый оттенок.

«…Он постарел?»

Как только его мысли пронеслись, человек у деревьев развернулся, с улыбкой окидывая его взглядом, делая это с таким же простым выражением, как никогда до этого.

Перед глазами Ичиро за мгновение до этого пронеслись моменты их прошлой встречи. Лаконичное слово «сынок» неоднократно прозвучало в его голове, и через секунду он услышал это снова, но изменившемся от времени голосом:

— Давно не виделись, сынок.

«Давно не виделись».

Ичиро с неверием посмотрел на человека перед собой, и заметил еще больше признаков старения, как только Армстронг повернулся к нему.

Его спина была такой же прямой, но плечи опустились. Некогда мощное телосложение теперь лишь отдаленно напоминало о той несокрушимой силе, которая была у этого человека. Черты его лица, такие как лоб и подбородок, остались все такими же выразительными, но везде виднелись морщины. Теперь это, в самом деле, был тот человек, чья эпоха медленно уходила.

Прошли долгие несколько секунд, прежде чем Ичиро моргнул. Он смотрел так пристально, что за очками человека появилось знакомое ему раздражение.

— Ну и на что ты смотришь? У меня что-то, черт возьми, на лице? Или что? — раздался угрюмый голос сенатора.

— А… нет. Вы правы, мы… давно не виделись. И вправду.

Ичиро ответил запоздало. Он перевел взгляд, пытаясь посмотреть на человека в мантии, но понял, что его просто не было тут.

Внутри Ичиро медленно возникало неизвестное чувство жалости, когда он взглянул на плечи Армстронга, где лежали розовые лепестки. Он помнил, с каким отвращением прошлый сенатор смотрел на них, но теперь… тот даже не беспокоился о такой «мелочи».

«Почему… Ты ведь говорил, что ты никогда не примешь эти лепестки вишни, так почему ты сейчас так спокоен?».

— Как твои успехи, сынок? Тебе удалось получить признание своего мира, когда ты продемонстрировал ему силу наномашин? — спрашивал Армстронг неспешным голосом.

Ичиро вновь застыл, когда услышал вопрос.

— Как мои успехи? Я использовал две активации, и все еще учусь их применять. — он улыбнулся, вспоминая последние события. — Появился противник, который смог ранить меня сквозь затвердевание наномашин.

Сенатор Армстронг сузил глаза, а затем рассмеялся.

— Ха-ха, это… забавно.

— Но я больше не позволю себе полагаться на это, думая, что ничто не может ранить меня… Больше не позволю, — с выражением решительности Ичиро посмотрел прямо в глаза воплощению.

— Я вижу, ты быстро учишься, — с едва заметной улыбкой ответил сенатор. — Тот ты, кто стоит передо мной сейчас, больше не неуверенный мальчишка, который отводил взгляд, когда я смотрел. Я… горд.

Ичиро замер, когда услышал это.

«Он гордится мной?».

— Спасибо за похвалу. Я продолжу работать над собой.

— Не принимай это близко к сердцу. Каждая пережитая битва делает тебя сильнее, но по-настоящему сильным ты становишься в тот момент, когда ты минуешь смертельную опасность на волоске от гибели. И если ты переживешь то, что точно должно было убить тебя, то ты получаешь больше, чем просто силу…

Он указал на Ичиро пальцем, и в эти мгновения выражение Армстронга ярко так загорелось в глазах Ичиро, словно он был тем самым Сенатором Штата Колорадо, как и при жизни.

— Ты собственными руками вырываешь свою жизнь из лап смерти, еще раз доказывая, что тебя не сломить. Ты выживаешь. Выживаешь благодаря своей воли и принципам! Так что запомни: каждый раз, применяя эту силу, вспоминай принципы, которые закаляли тебя! Свои собственные принципы!

Ичиро увидел, как за словами человека обретают волю и его идеалы.

Этот человек перед ним, несомненно был героем своей истории. И только что Ичиро лично увидел того Сенатора Армстронга, которым он когда-то восхищался, затаив дыхание, и прямо сейчас тот указывал на него самого.

«Теперь ты продолжаешь мою легенду» — сообщение, которое Ичиро понял для себя, когда он видел огонь в глазах своего воплощения.

Ичиро вздохнул. Он понимал, что часть идеалов этого человека были и в нем самом.

Сенатор Армстронг замолчал, и посмотрел на Ичиро. Внезапно тот поднял голову.

— Спасибо… Несомненно, я пронесу ваши слова через множества своих битв. Спасибо вам, — он несколько раз поклонился по пояс, практически крича слова благодарности.

Когда Ичиро поднялся и посмотрел, то застал следы легкого удивления на лице воплощения.

— Прекрати, все эти поклоны… Ох, теперь я понимаю: у вас это в крови. До этого я не спрашивал, но ты, парень, похоже, чистый Японец, да? Хотя в тебе и есть что-то иное.

Ичиро откровенно был застан врасплох этим вопросом сенатора.

— А… Это так, я родился и проживаю в Японии, но мой отец родом из Америки.

— Как интересно. Но в любом случае, если хочешь выразить кому-то признательность, в моей стране предпочитают пожать руку, — он протянул свою ладонь, улыбаясь.

Разумеется, когда Ичиро увидел перед собой руку сенатора и «почти» президента Америки, он не думая, пожал ее.

В этот момент глаза Армстронга хитро блеснули.

— И как же люди в твоем мире реагируют на способности наномашин? Я слышал от этого парня в мантии, что у них есть подобие врожденных способностей.

— Ну, ха-ха, они очень сильны, и выбиваются из понятия обычных причуд в этом мире, — Ичиро неловко скривился в лице, думая, как ответить ему. — По слухам, когда я применял полную активацию наномашин на экзамене, все участники подумали, что это было землетрясение! А затем…

Ичиро не заметил, как сам углубился в подробности вступительного экзамена, со хвастливым выражением рассказывая о своем опыте применения наномашин.

— Ха-ха-ха-ха! — рассмеялся Армстронг. — Если ты был бы где-то в центре города, то ты бы устроил что-то похуже, чем обесточить наблюдательный центр академии… Не вздумай делать это, ладно? Хотя радиус поглощения энергии можно корректировать, ты мигом уничтожишь всю электросеть города. Это намного большие объемы энергии, чем ты вообще можешь себе представить!

Ичиро серьезно задумался на этот счет.

— Действительно, я даже не предполагал такого. Это… серьезный вопрос.

— Верно. Потому что, если ты в действительности станешь… как ты сказал, «героем»? То ты не сможешь использовать полную активацию в условиях города.

— По этому мне придется во многом сдерживаться, используя остатки энергии только в крайних случаях.

Они продолжали увлеченно обсуждать наномашины в профессии Ичиро как героя, пока внезапно Армстронг не спросил:

— Так и кто же контролирует страны в вашем мире? Могущественные герои?

— Использование причуд строго регламентировано законом, — как по книжке ответил Ичиро. — Нас с детства учат применять способности лишь при необходимости. Только в профессии героя у нас есть свобода в применении своих способностей.

— Какое паршивое законодательство… — проскрипел зубами Армстронг. — Если ты достаточно силен, чтобы изменить свою страну, то нет никакого закона, который запретит тебе действовать! Вырви всю систему с корнем и построй свой закон!

Ичиро не знал, серьезен ли был Армстронг или шутил, но он усмехнулся от того, что этот человек даже в своей загробной жизни был неисправим.

— Это не так просто… В истории было множество личностей, которые пытались противостоять законам, но часто их просто приписывали к лицам злодеев.

— Ты видишь? Они боятся! — с яростью в лице отвечал Армстронг. — Они боятся по-настоящему сильных! Боятся, что такие люди будут у власти, и вешают на них ярлык преступников! Что это, как не система, которая давно прогнила?

— Ну, на самом деле большинство людей, кто поднимали восстание, действительно были… безжалостными. И поэтому правительство делает все возможное, чтобы превратить хаос в цивилизацию.

Армстронг поменялся в лице, долго смотря на Ичиро после сказанных им слов.

— Хорошо, я признаю, что в этом ты прав. Но такие порядки начисто убивают потенциалы способных людей!

— Это не совсем так, — снова покачал головой Ичиро, пытаясь убедить сенатора. — Именно они и реализовывают их, позволяя этим людям стать героями!

— Так может, они просто боятся? — с хищной улыбкой подчеркнул Армстронг. — Вот и пытаются воспитать людей «правильно», ограничивая любые возможности тех, кто мог бы стать потенциальным лидером сегодняшнего дня и начать менять все самостоятельно!

Ичиро снова вздохнул. Чем больше он говорил с этим коренным американцем в лице Армстронга, тем сильнее становился спор между ними.

«Он будто насмехается и просит, чтобы я за него совершил революцию в своем мире. Да если бы это было так просто…»

— Я вижу, это немного тебя утомило? — произнес сенатор, с наглой ухмылкой замечая, что Ичиро не собирается ему отвечать. — Тогда давай сменим тему. Хочу у тебя спросить кое-что, пока не пришел тот парень в мантии, потому что если не успею сделать это, то буду жалеть до конца своих дней!

Ичиро едва подавил свое желание закатить глаза. За этот разговор он уже успел пропитаться спором с этим человеком, и он не так хотел уже рассказывать ему о чем-то, потому что более вероятно, что все сказанное им будет просто подвержено критике. Но затем, увидев что Армстронг и так фактически стар, и ему в самом деле «осталось немного», он сжалился после его слов.

— Ну и что же? Я постараюсь ответить, — сказал Ичиро, говоря сенатору продолжить.

В этот момент лицо Армстронга стало серьезнее.

— Я хочу спросить, в каком виде сейчас находится Америка в твоем мире, учитывая людей с супер способностями? Ты можешь ответить мне на это?

Ичиро долго копался в голове. Этот вопрос явно вызвал у него затруднения.

«Америка в сегодняшнем дне? Я не так-то хорошо изучал это. Я знаю, что реальная ситуация отличается от того, как это было в моем мире. Придется вспоминать все, что я узнал за время этой жизни».

— В Америке не так-то все хорошо, спешу тебя разочаровать… — постепенно начал Ичиро. — Более двадцати одного процента людей находится за чертой бедности. Несмотря на то, что у этой страны развиты торговые отношения настолько, что Америку называют «лидером торговли», это не помогает населению страны. Богатеет только илита, а бедность… лишь растет.

Лицо Армстронга сильно помрачнело. Он молчал, но о чем-то размышленно думал, не думая перебивать Ичиро.

— И кто контролирует это? Я имею ввиду: президент, или главы крупных компаний?

— Я не так много знаю об этом, но крупная компания там только одна — Осборн контролирует почти все направления страны: начиная от медицины, заканчивая парфюмерией и продовольствием. Эта компания крупнейший поставщик по миру почти всем… По слухам власти Америки имеют близкие отношения с главными лицами этой компании.

Ичиро не опускал взгляд и стоял, облокотившись о дерево вишни, но видел периферийным зрением, как Армстронг вообще не шевелился, однако это показалось ему естественной реакцией.

«Думаю, он явно огорчен, в каком состоянии находится его страна… Лучше не буду упоминать, что мой отец связан с этой компанией, а так же дедушка… Эх, я все еще не знаю, как закончился их разговор. Все произошло так внезапно…»

— Понятно, — коротко отозвался Армстронг, смотря куда-то вниз. — Иными словами есть повод полагать, что всем заправляет именно эта компания, а не правительство. Но эта бедность… она поражает. Для чего все это?

Глаза сенатора наполнились глубокой задумчивостью.

— К сожалению, я и сам не знаю, — покачал головой Ичиро, самодовольно улыбаясь. — В общем, я надеюсь, что дал тебе некоторый ответ?

«Я даже удивлен, что помню это все, что нам рассказывали на уроках экономики и истории».

— Ха, лучше бы и не спрашивал… — отвернулся от него сенатор. — Опять слышу историю про то, как прогнившее коррумпированное правительство потакает илите. Ничего не меняется.

В этот момент за спиной Ичиро показалась белая фигура. Армстронг застыл, и перестал быть расслабленным в его присутствии. Ичиро выпрямился и поприветствовал гуманоида в мантии.

— Я вижу, что ты интересно провел время.

— Да, так и есть… в некоторой степени, — рассмеялся Ичиро.

«Не думал, что буду упражняться в политике с главным патриотом Америки».

— В таком случае тебе пора возвращаться. Время вашей встречи подошло к концу.

Ичиро развернулся и посмотрел в сторону сенатора. Тот, как обычно, стоял возле деревьев. Смотря на его выражение, Ичиро ненадолго почувствовал, что значит потерять собеседника и оставаться надолго одному.

Армстронг поднял руку и помахал, ничего не говоря.

И в этот самый миг Ичиро застигло смутное осознание, что, возможно…

Он видит его в последний раз. Но они оба прощаются, словно это не так.

— Помни о том, что я сказал тебе, сынок. Помни свои принципы. Сражайся только за то, во что ты веришь

— Я понимаю. Еще раз спасибо за твои наставления, — вновь поклонился Ичиро.

«И… что будет потом? Я просто вернусь в свой мир? Что будет после этого? Смогу ли я потом еще раз увидеть его?»

Вся эта встреча будто намекала ему о чем-то, но Ичиро боялся это признать.

— И спасибо, что ты был тем, кто вдохновлял меня своими стремлениями, — внезапно добавил он, чем заставил глаза Армстронга дрогнуть.

Сенатор ничего не ответил и только поправил очки, скрывая взгляд. Однако Ичиро видел, как крохотная счастливая улыбка появилась у него на лице.

Вслед за этим Ичиро вместе с существом в мантии покинули сад, в котором деревья вишни медленно сбрасывали свою листву. Но теперь они делали это в последний раз.