Пол двигался только вперед. Безлюдные коридоры порождали тишину, позволяя ему стереть любые эмоции в себе.

С медленным скрипом двери в огромный зал раскрылись, занеся крохотные блики света с открывшейся стороны, но те сразу растворились в обитавшем мраке и тумане.

По сторонам от Пола были колонны-гиганты, уходящие куда-то вверх. Он шел по поверхности из гладкого камня и слышал собственные шаги. Едва войдя он направил взгляд в конец зала. Там, между колоннами и туманом на небольшой возвышенности находился каменный трон…

Окутанный небольшим туманом, который выходил откуда-то позади, этот трон создавал впечатление таинственности. На его гладкой поверхности находилась чья-то фигура, которую было сложно разобрать во тьме.

Пол медленно шел через затуманенный зал. Его шаги создавали характерные отзвуки. Внутри он, как есть, попытался смочить горло, испытывая волнение. Уголки его губ дрожали.

Стараясь не поднимать своих глаз, он продолжал идти, пока не достиг середины зала. Пол остановился на изображении звезды. Она была ярко освещена столбом света, падающим откуда-то из отверстия сверху.

Не спеша преклонившись он встал на одно колено. Его и серый трон разделяло около шести метров, и уже невооруженным взглядом можно было заметить силуэт человека на нем.

— Здравствуй, отец.

Слова Пола раздались по залу с характерным эхо.

Среди появившейся тишины на троне послышалось дыхание.

— Пол… Давно не виделись, сын мой.

Едва услышав голос, Пол оживился в лице и поднял взгляд.

Не сером, гладком троне находился силуэт человека. Его черт лица или тела невозможно было разглядеть, он был окутан в мантию зеленовато-серого оттенка.

Его голос был ни молодым, ни старым. Он звучал по особенному глубоким, истинный возраст владельца было очень трудно определить. Слушая его, Пол мысленно опустился ниже перед троном.

— Отец, вы просили моего возвращения, по этому я здесь.

В смирении он снова опустил голову, ожидая слов.

— Да, это так, потому что тебе есть что сказать.

Услышав это, силуэт пожилого мужчины дрогнул.

Сердце Пола пропускало удары. Ответ, который он услышал, напрямую говорил ему о том, что его отцу обо всем известно. Но, несмотря на это, в его голосе не ощущалось какого-то гнева, лишь размеренное спокойствие, отчего становилось еще напряженней.

Пол очень долго гадал, с каких слов ему стоит начать. Лучше стоит начать с самого начала, когда он покинул компанию. Возможно, так ему получится минимизировать недовольство со стороны своего отца…

— Отец, пожалуйста послушайте меня. Мои действия, безусловно, заслуживают вашего наказания. Они были самовольными, и я признаю это. Но ими я нисколько не хотел подвергнуть нашу компанию опасности, или осквернить её репутацию.

Владелец таинственного голоса все продолжал молчаливо слушать, заставляя ощутить холод по спине. Все это время Пол говорил спокойно, но чем больше это продолжалось, тем сильнее было видно его текущее волнение от ситуации. Он боялся поднять глаза и взглянуть на едва видный силуэт в мантии.

— Тогда, многое время назад, вы помогли мне. Освободив меня от части полномочий, вы позволили мне ощутить свободу, начать больше заниматься своими делами. В тот момент я еще не знал, что вы подразумеваете за своими действиями, но я был благодарен вам…

Пол сделал искреннее выражение, но через секунду в его лице отобразилось сожаление:

— Но я разочаровал вас! Ощутив вашу поддержку, я забыл о главном. В тот момент, вы кажется, имели какие-то ожидания… Отец, я никогда не знаю ваших планов, Но вы тот, кто всегда стоит над нами, наблюдая и направляя нас, когда это требуется. Вся семья Осборнов в долгу перед вами.

Пол ненадолго замолчал смотря вниз, после чего тяжело вздохнул:

— Но, кажется, в данный момент, стоя здесь и сейчас, я подвел ваши ожидания. Пожалуйста, простите меня.

Туман клубился, окружая силуэт Пола. Тронный зал погрузился в тишину.

— Пол, я не виню тебя… — этот звук заставил Пола поднял свои глаза. — То, что ты делал с самого начала, не несло чего-то отрицательного для нас. И даже если ты искал нашу кровь где-то за пределами компании, означает ли это, что ты хотел принести пользу?

Услышанное нисколько не удивило Пола. Еще после того как президент протянул ему «руку помощи» до этого, Пол стал догадываться, что тому конечно обо всем известно. Изначально Пол не хотел, что бы кто-то знал о его планах в Японии. Он считал, что это касалось только его сына и внука. Но, похоже, теперь скрывать все не было никакой необходимости.

Голос президента компании продолжал медленно и глубоко вещать:

— Семья Осборнов должна расширяться, и поиск тех, в ком может проявляться наша кровь, имеет первостепенную важность. Ты поступил правильно, когда проявил инициативу в собственном начинании, немногие из семьи способны на это…

Пол ощутил, как с его плеч упал огромный камень, что было видно по его лицу.

Слова президента не выражали никакого презрения к его действиям. Более того, он видел в этом и положительные вещи. А значит, что все было хорошо!

Но Пол по прежнему не расслаблялся, когда услышал слова о «поиске их крови». Разумеется, он понимал, что президент видит пользу в привлечении его внука в компанию. Но, похоже, прямо сейчас тот не видел в этом нужды, или не был сильно заинтересован.

Пока Пол размышлял, голос с трона снова раздался.

— Но ты сам, какой ты вынес урок после произошедшего?

Кажется что в этот момент сердце Пола замерло. Он был смущен этими словами.

— Какой… я вынес урок? — в растерянности произнес он.

— Верно. Ситуация, которая произошла — это результат сугубо твоих и Беатрис действий. Здесь нет однозначно правых, но ведь ты тоже участвовал в этом.

В одно мгновение Пол напрягся. Он понял, что радоваться было рано.

— Если бы хоть кто-то из нашей компании попал тогда в руки к ассоциации героев, то боюсь, нам пришлось бы поступать уже по-другому. И хотя все разрешилось благополучно, кто-то должен вынести урок из всего этого… Поэтому, возвращаясь к моему вопросу, Пол, что ты понял для себя?

Медленный, но гнетущий рок, казалось, двигался к нему. Пол не мог однозначно понять, что было в интонации сказавшего ему голоса и был полон сомнений. Он не знал правильных слов, но тем не менее, все же попытался убедительно ответить.

— Если бы у меня была возможность, я бы всеми силами пытался избежать конфликта в Японии, устранив все проблемы еще до их зарождения…

В этот момент раздался смех, прервавший его.

— Нет, Пол. Пытаясь размышлять расчетливо, ты упускаешь главное во всем, — голос с трона замолчал, заставляя Пола переосмыслить сказанные им слова, но вскоре продолжил: — Нельзя отклоняться от своей семьи.

Пол поднял голову, слушая каждое слово. Он ждал следующих слов.

— Вы и Беатрис не чужие люди. Ты искал свою цель вдалеке, без оглядки на семью, но в этом твоя ошибка, Пол. Осборны — это не отдельные люди. Мы — единое целое. Если бы ты держал своего близкого родственника рядом с собой, то смог бы вовремя предостеречь себя от его предательства. Держать близких рядом с собой — это главное правило семьи. Теперь ты понимаешь это?

Пол стоял пораженный. Он совершенно не ожидал этих слов, но чувствовал, как внутри него реагировало что-то близкое к этим словам.

«Семья. Мой сын…»

Он вспомнил, как однажды отдалился от своего сына и других людей. А после живя и не замечая вред, которые он несет для окружающих, он окончательно замкнулся в себе.

Он совершил ошибку. Страдая, он вовремя не заметил, как упустил своего сына, который погрузился в еще большее отчаяние. Это тот проступок, о котором Пол сожалел всю свою жизнь.

Но теперь он хочет все исправить.

В этот момент Пол осознал то, насколько сильно он хочет все исправить. Нечто внутри него кричало с такой силой, что он едва мог удержать в себе это чувство.

Желание все изменить. Желание!

Он больше половины жизни сожалел об этом, боясь взглянуть страху в глаза. И его внук в ключевой момент помог ему разобраться в себе, осознав, насколько велико прямо сейчас в нем это желание, превратив его из сожаления в самоотверженное стремление все изменить!

Руки Пола были сжаты, он размышлял. Слова его отца окончательно позволили ему все понять.

— …И тем самым, ты бы смог совладать со своей сестрой — Беатрис, — обладатель голоса застыл, заметив нужные изменения в нем. При виде его дрожащего лица у человека на троне не больше было никаких сомнений, и он растянулся в улыбке, какую не могли сокрыть ни туман, ни тьма.

Серая, абсолютно высохшая, уродливая и безжизненная кожа на лице, но такие пронзительные глаза — все это сейчас было повернуто к Полу. Не скрывая того, человек на троне ликовал.

— Вижу, ты и сам осознал все, сын мой.

Пол успокоился и тотчас поднял голову. Его лицо переполняло почтение.

— Как всегда, я не смог бы понять всего без вашей мудрости, отец, — он говорил с благодарностью, и не заметил никаких видимых изменений.

— Что касается Карательного отряда и остальных, то я считаю, что они не виноваты. Они лишь действовали исполняя приказы. Виноват лишь тот, кто отдал им их…

Пол кивнул, не выражая даже малейшего несогласия.

— Что насчет тебя, то я не против, чтобы ты продолжал заниматься своими делами вне компании, как это было в Японии.

Пол наклонил голову и сказал самым благодарным тоном:

— Отец, я благодарен вам за ваше понимание и поддержку. Ваши слова наполняют меня надеждой и уверенностью.

В то же время, не дожидаясь что Пол скажет что-нибудь еще, голос раздался снова, словно выражая интерес:

— Ну а теперь, не расскажешь ли ты о своем путешествии в Японию?

Пол обрадовался и ответил улыбкой, после чего все рассказал все.

…

Спустя определенный срок Пол покинул тронный зал, погрузив его в гробовую тишину.

Человек на троне не двигался. Его безжизненное тело, закутанное в тень, напоминало статую. Он долго и оценивающе ждал.

— Ты наконец-то осознал свое желание, Пол. Ты… Хе-хе-хе… изменился…

Хриплый и пронзительный смех, подобный умирающему человеку содрогнул холодные стены тронного зала. Он был пронизан насквозь оттенком переносимой болезненности, и звучал хуже, чем предсмертный хрип.

Это был смех подобный мертвецу и леденящий душу, смех переполненный ужасным деянием, смех грешника…

У него не было лица. Он был похож на мумию, потерявшую человечность. Иссохшая кожа, покрытая рубцами, заменяла ему здоровую плоть. Его худые, бедствующие руки, покрытые зелеными и фиолетовыми вздувшимися венами, напоминали мертвечиные. Совершенно обезображенная плоть, отравленная и мертвая кровь… Проклятие, которое хуже смерти…

Президент компании Осборн — Леандро, первый Осборн.

— Такое искреннее, такое… невероятно сильное желание. Теперь твое желание… сильнее всех. Хе-хе-хе… сколько времени прошло, но теперь то, мой сын, ты следуешь своему желанию.

Его тело дрожало от слабости, но монарх не должен показывать себя слабым. Мантия позволяла ему скрыть гниющее тело, туман — изъеденное лицо, а аппаратура за троном — смертельную болезнь. Все это было маскарадом от мертвеца, где подданные-марионетки опускались на колени перед ним. Даже голос, с которым он говорил со своим сыном был ненастоящим…

Но ему был не нужен человеческий облик. Ему нужна была власть.

Власть, основанная на желаниях людских сердец.

Поддерживай свою власть, даруй подчиненным то, чего они хотят, и тогда они в сердце будут почитать тебя, и твой статус монарха будет вечным! И если создать между твоими людьми рознь, они будут бороться за твою благосклонность как собаки, зависящие от куска мяса. Это и означает быть монархом…

— Люди так эгоистичны и жадны, но в сердце они всегда одинаковы до собственных желаний… Только живя в нищете, измученный бедняк будет искренне желать вкусить обеденный хлеб; птенец с обломанными крыльями желать покинуть родительское гнездо, а скорбящий отец — вернуть утраченную семью. Монарх просто должен дать своим людям жизнь, которая будет им нужной… только так они будут желать чего-то. А компания Осборн… даст вам все это.

В этот момент серое лицо человека задрожало и вены на его лице начали болезненно пульсировать.

Скрытый механизм внутри трона начал работать, и тут же в его тело через прикрепленные трубки начала поступать светло-зеленая жидкость.

— Времени все меньше, а мне все труднее поддерживать это тело… в нем нет совершенства, но скоро это исправится… ха-ха-ха… — безумие и восторг сошлись воедино на его лице, рождая гримасу ужаса.

Состояние постепенно стабилизировалось, позволяя ему сделать спокойный вдох.

— Поиск подходящего наследника должен продолжаться… Он возьмет обязанности управления компанией, когда я… — он в задумчивости облокотил руку на трон, когда размышлял. — Возможно, он подойдет… но еще рано…

Его голос стал низким, почти шепчущим, но от этого не менее устрашающим. В нем звучало что-то, от чего даже самый преданный ему человек почувствовал бы холод в груди.

— Компании Осборн необходимо выйти за новый рубеж. Если расширение пройдет успешно… тогда цель станет возможным достичь быстрее… и вы, мои Осборны, поможете мне в этом… — Он вновь растянул губы в дьявольской улыбке. — Все вы когда-то исполните свои желания. Каждый из вас. Непомерно жадные… эгоистичные… ничтожные… и я помогу вам в этом. Взамен же…

Он медленно склонил голову, пронзая взглядом саму реальность.

— Помогите мне исполнить одно свое. Настоящее.