Выслушав весь рассказ, Эйсия на мгновение забыла об усталости и улыбнулась.

Из-за сокращения поставок провизии она была жутко раздражена. Одно то, что младшему рыцарю пришлось лично идти встречать горстку торговцев, ясно показывало, насколько плохи дела.

До чего же неэффективный подход к делу.

Но Саузенд-Брик был именно таким городом. Здесь нельзя было задирать нос только потому, что ты младший рыцарь.

Эйсии тоже потребовалось время, чтобы привыкнуть к местным порядкам. Когда она впервые увидела, как рыцарь Оара забивает гвоздь плашмя коротким мечом, её чувства трудно было описать словами.

Это было сродни тому, как если бы святым мечом вспахивали поле.

И всё же рыцарь Оара смеялась.

Лучезарная Оара.

Улыбающаяся Оара.

Смеющийся Клинок Оара.

Оара с солнечной улыбкой.

Все прозвища рыцаря Оары были похожи.

Она часто смеялась.

Увидев эту улыбку, Эйсия тут же написала письмо с просьбой прислать нескольких ремесленников и отправила голубя в столицу.

— Ты лучший. И красавчик. Кто бы сомневался, — произнесла Эйсия, отмахнувшись от воспоминаний и подняв большой палец.

— Это что, комплимент? — спросил Энкрид.

— Комплимент в стиле рыцаря Оары, — ответила Эйсия.

Похоже, Эйсия тоже поднаторела в шутках. Затем Энкрид выслушал остальную часть своего задания, помимо Джека-Мечника.

Один из дезертиров снюхался с сектантами и основал новую религию. То есть создал культ.

Эйсия добавила, что этот ублюдок обосновался здесь года два назад, и раз уж его секта так разрослась, без участия Культа Священной Демонической Земли тут явно не обошлось.

— Хотелось бы прямо сейчас пойти и прикончить его, но если начнётся волна монстров, пока рыцарь Оара отсутствует на посту, — нам конец.

По этой же причине Эйсия тоже не могла просто так покинуть свой пост.

Эти твари и гарпии то и дело прощупывали оборону города. Стоило отлучиться — и могла начаться полномасштабная атака с катастрофическими последствиями.

Поэтому прибытие Энкрида было как нельзя кстати.

Однако это был не просто бой, а выслеживание, погоня и зачистка, так что Эйсия не питала ложных надежд на быстрое решение.

Этот ублюдок-главарь так шустро драпает, что, если бы не это, она бы уже стиснула зубы, выкроила время и давно прикончила его.

Честно говоря, не появись здесь Энкрид, она планировала дождаться подходящего момента и сама пойти жестоко с ним разделаться.

Это ведь не какой-то там епископ культа. Какая-то кучка дилетантов возомнила себя богами и пророками. С такими она бы и одна справилась: пришла, перерезала глотки и вернулась.

Энкрид задал еще несколько вопросов.

О местоположении и размерах колоний монстров, а также об отличительных чертах этих так называемых сектантов.

Эйсия рассказала всё, что знала.

— Видел таверну в городе? Её хозяин знает об этом больше меня.

— Он был в ярости из-за сухого закона.

— Вообще-то он славится добродушным нравом. Закажи пару блюд и разговори его. Ах да, кое-что об этих сектантах. Говорят, среди них есть мечник, владеющий магией.

— Какой магией? — спросил Энкрид.

Любое заклинание требовало осторожности.

Он мог изрыгать пламя из рук или опутывать тело чем-то вроде паутины.

Спаррингуя с Эстер, Энкрид испытал на себе самые разные магические фокусы. Бои с магом не принесли ему внезапного озарения в фехтовании, но, по крайней мере, научили противостоять заклинателям.

Поэтому он и спросил.

— Говорят, он делает дыры в животах, даже не касаясь противника, — Эйсия сделала выпад ребром ладони, имитируя удар в пустоту.

Она упомянула, что несколько её солдат уже пострадали от этого, и добавила, что если эти ублюдки попадутся ей на глаза, она наделает им дырок в глотках.

Энкрид услышал всё, что нужно, но понимал: если броситься на поиски прямо сейчас, он их не найдет.

Да еще и три недавно образовавшиеся колонии монстров.

Недаром это место называли границей со Скверной. Стоило ненадолго ослабить хватку, как обезумевшие твари сбивались в стаи, вили гнезда и устраивали форменный ад.

— Добро пожаловать на границу Скверны, в Саузенд-Брик, — сказала Эйсия, словно подводя итог, и Энкрид спокойно кивнул.

Граница или нет — суть не менялась. Просто монстров здесь было больше, чем в других местах, но для Бордергарда это тоже было привычным делом.

У Эйсии было полно дел, но сейчас ей явно требовался отдых. Из черных мешков под её глазами впору было родиться какому-нибудь злому духу.

Будучи младшим рыцарем, она могла похвастаться отменной выносливостью, но в последнее время на неё навалилось слишком много.

— Я двое суток не спала. Из-за этих гарпий.

Уж лучше бы они напали все разом, тогда можно было бы вывести войска и дать бой. Но они прилетали по несколько штук, наблюдали издалека, нападали, если видели слабину, а если нет — улетали.

Даже младшему рыцарю тяжело поймать гарпию, которая отступает, прикрываясь заклинаниями. Если задаться целью, убить их можно, но они держались на слишком большом расстоянии.

Если бы они подлетали к сторожевым вышкам, было бы проще, но к внешним башням или стенам Саузенд-Брика они благоразумно не приближались.

Только когда гарпии, обрадовавшись легкой добыче, атаковали торговцев, Эйсии пришлось бежать им на выручку.

Но даже этот инцидент Эйсия считала скорее удачей. Ведь это был отличный шанс прикончить хотя бы несколько этих пернатых ублюдков.

— Милио. Покажи им жильё и столовую.

— Есть!

Эйсия отправилась отдыхать, поручив их тому самому солдату Милио, которого они встретили у ворот.

Энкрид прислушался, не доносятся ли откуда-нибудь крики или звуки драки. Он искал Рема. Но нигде не было ничего подозрительного.

Город оставался в меру шумным и в меру вонючим.

И большую часть этой вони составлял запах пота.

Кислый дух пропитанной потом одежды смешивался с влажным воздухом, создавая фантастическую симфонию миазмов.

Повсюду были видны люди, качающие мышцы или размахивающие оружием.

— На раз — головы тварям…

— На два — проломим!

— Умрём с улыбкой!

— Оа!

Слышались и строевые речевки.

Шестеро солдат таскали огромное бревно, тренируя выносливость.

Больше всего было тех, кто чистил длинные луки и стругал стрелы.

С них тоже ручьями лил пот. Погода к этому располагала.

Липкий пот проступал, даже если ты просто стоял на месте.

Витающий в воздухе запах был не то чтобы запахом гнили, но в нос шибало знатно.

Дунбакел, которая с самого начала морщилась из-за своего острого нюха, в конце концов зажала нос рукой.

— Воняет жутко. Они что, вообще не моются?

— У тебя совесть есть? — упрекнул её Энкрид.

— А что не так? Я мылась десять дней назад, — буркнула Дунбакел.

Энкрид твердо решил: если в их жилье окажется ванна, он засунет туда Дунбакел с головой. Десять дней назад — это где-то в начале пути сюда.

Дунбакел тогда подошла к ручью, намочила кончики пальцев и пару раз мазнула по лицу. И это она называла «мылась».

— Надеюсь, бадья у них там крепкая, — произнес Энкрид.

Почувствовав в его тоне недоброе, Дунбакел незаметно отступила на шаг. Впрочем, от судьбы это её вряд ли бы спасло.

Руагарне, будучи фроггом, к влажному воздуху относилась привычно. Даже с симпатией.

Запахи её тоже не особо напрягали. Фрогги способны отращивать оторванные конечности, поэтому в плане чувствительности они были слегка толстокожими. А уж сырость они только приветствовали.

Залезть по пояс в озеро и отмокать — вот идеальный курорт для этой расы.

Они не были лягушками, но любили всё то же, что и лягушки.

Сбивать жуков языком и обмазываться грязью в прибрежных болотах считалось у них высшим наслаждением.

Руагарне вспомнила, как при королевском дворе ей иногда устраивали такие грязевые ванны в знак особого уважения.

— Интересно, нет ли тут корыта с грязью… — пробормотала она.

Разумеется, ничего подобного здесь не водилось.

— Грязь, говорите? — отреагировал Милио, услышав её слова.

Обладатель густого баса по-прежнему мечтал скрестить мечи с Энкридом, но пока послушно выполнял свои обязанности.

Он был солдатом, знающим свой долг.

— Если выйти за западные ворота и обогнуть Серый лес, там будет болото. Но туда соваться нельзя. Там вечный ядовитый туман.

«Какая полезная информация», — иронично подумал Энкрид и отвел взгляд.

Перед ним раскинулся город. Он уже успел его оценить, но место действительно было специфическим.

Дома стояли редко, а прорезающая город грунтовая дорога соединяла два крепостных въезда.

Большинство построек стояли на фундаменте из ровно уложенных кирпичей. Причина была проста — низина, которую затапливало при малейшем дожде.

Чтобы избежать этого, повсюду были прорыты дренажные канавы. Все они уходили под уклон, обеспечивая отток воды.

Самым впечатляющим был центральный канал — огромный, похожий на неглубокую пещеру без крыши.

В ливень тут, наверное, образуется целая река. Неужели это выкопал гигант?

— Это работа рыцаря Оары, — пояснил Милио, перехватив взгляд Энкрида.

Солдат оказался на редкость догадливым. Грубоватый тон, но, похоже, мужик он был не злой.

Если верить его словам, рыцарь лично махала лопатой.

Энкрид не знал, удивляться этому или нет, поэтому просто принял к сведению. Как бы там ни было, благодаря этому исполинскому рву затопление местным домам явно не грозило.

Энкрид продолжил осмотр.

Лавка со всякой всячиной, бакалея, таверна, парочка пустых домов, кузня, мясная лавка с освежеванными тушами, какой-то магазинчик, где, похоже, ничего не продавали, одиноко стоящее здание, а между ними — полуразрушенный деревянный манекен и лавка по продаже дров.

— Заезжие купцы забирают свои кроны и уезжают, но внутри города мы всё покупаем за очки заслуг, — Милио говорил только по делу.

Экономика города была весьма специфичной.

— Очки заслуг? — спросила Дунбакел, зажимая нос, отчего её голос прозвучал гнусаво.

Милио посмотрел на неё, кивнул и продолжил:

— Да, очки заслуг. Убиваешь монстров, валишь тварей — очки копятся. Можно помогать городу, например, ворота чинить. А если хочешь сорвать большой куш — помогаешь рыцарю Оаре в бою. Вы же недавно грохнули гарпий? Гарпия-маг — редкая добыча, так что дней десять можете не думать о еде и ночлеге.

Энкрид подумал, что система интересная. Он снова окинул взглядом прохожих: безоружных среди них почти не было. Луки так вообще были у каждого.

И у всех на плече виднелись нашивки с черточками.

— А, это не знаки подразделений, а что-то вроде званий. За основу взяли армейскую систему Науриллии. Раз в месяц сюда наведывается один из сквайров ордена и проводит тренировки.

Одна черта — рядовой, две — ветеран, три — элита.

Перекрещенные черты означали офицерское звание.

Система была похожа на столичную, но со своими нюансами. Зато нашивки на плече позволяли с первого взгляда понять, с кем имеешь дело — отличная идея.

«Надо будет внедрить такое в Бордергарде», — подумал Энкрид.

Он продолжал осматривать город и вдруг почувствовал что-то странное.

Вонь стояла жуткая, но атмосфера была на удивление комфортной. Словно он вернулся домой. Не в родную деревню, конечно, но воздух здесь был именно таким, каким он привык дышать.

Погода оставалась всё такой же мерзкой. Пот прилипал к телу, вызывая острое желание немедленно залезть в бочку с водой. В такую жару хотелось взять Дунбакел, которая принципиально не мылась, и макнуть её головой в корыто.

Тут его взгляд упал на двух солдат, которые схлестнулись на небольшом пустыре, вооружившись деревянными дубинками.

«Спарринг».

Они не дрались, они проверяли друг друга. Голые по пояс, они яростно обменивались ударами.

И в этот момент он всё понял. Это был не город.

«Это огромная казарма».

Саузенд-Брик был городом только по названию. По сути, это был один большой военный лагерь.

И причина была очевидна. Бесконечные волны монстров и тварей.

Здесь нет плодородных земель, это не торговый узел. Кто будет жить в таком месте, кроме солдат?

Все здесь были воинами.

«Превратить целый город в казарму».

И кто же это сделал?

Рыцарь Оара.

Это её рук дело.

— Вот мы и пришли. Ваша комната здесь, столовая на первом этаже. Истребитель демонов — личность известная, так что вас точно узнают.

Это было просторное кирпичное здание. Выглядело оно даже лучше, чем резиденция рыцаря Оары.

Дверь была испещрена надписями. Кто-то вырезал их ножом.

«Бегите все. Ещё не поздно».

«Вечная слава! За рыцаря Оару!»

«Будем крошить тварям черепа до самой смерти».

«Оа!»

«Умрем с улыбкой!»

И всё в таком духе.

Энкрид толкнул дверь.

Раз это казарма, значит, каждый местный житель — воин.

Зайдя внутрь, он увидел того самого солдата и проститутку из переулка. Одежда на них была другая.

Солдат в помятой льняной рубахе разносил еду. А женщина была вооружена. За спиной — короткий лук, на теле — легкий кожаный доспех. Легкая пехота, не иначе.

Выглядела так, будто прямо сейчас отправляется на вылазку.

— Добро пожаловать, — буркнул солдат-официант.

Женщина бросила на Энкрида быстрый взгляд.

— Говорят, Истребитель демонов… А он ничего такой.

Неужели здесь у всех такая манера общения? Или это влияние рыцаря Оары?

Женщина выдала то, что думала, без капли смущения. Услышав её, почти все посетители обернулись к Энкриду.

— …Мужик не мордашкой красен, — пробурчал солдат с подносами.

Тут Руагарне не выдержала:

— У него и всё остальное в полном порядке.

Откуда бы ей знать.

Энкрид проигнорировал этот пассаж и сел за стол. Женщина подошла к нему.

— Я Ровена. Десятник.

Командир десятка солдат.

— Видел вас сегодня в переулке, — с любопытством заметил Энкрид.

— А, это подработка.

Город, где каждый житель — солдат.

— Если что понадобится, обращайся.

Звучало двусмысленно. Подразумевала ли она солдатскую работу или ту самую «подработку» — оставалось только гадать.

— Зря стараешься. У него, может, и нечем, — буркнула Дунбакел, опустив кулак и сопроводив слова красноречивым непристойным жестом.

Энкрид повернулся к хозяину:

— Помыться здесь можно?

— Э? А, да. Бадья имеется.

Только хозяин успел это сказать, как Дунбакел, попытавшаяся дать дёру, была жестко поймана за шкирку.