「На время моего отсутствия ты, Великий Наставник, снова возьмёшь управление на себя. Как самый верный друг главы.」

— В-великий Наставник!

— Великий Наставник! Кровь!

Ш-ш-ша-а-а-а!

Дождь, едва накрапывавший вначале, внезапно превратился в неистовый ливень. Но сегодняшняя кровь была настолько густой и тёмной, что даже эти хлёсткие потоки не могли её смыть.

«Ха-а...»

Она не помнила, как выбралась оттуда. Помнила лишь, что, принимая на себя удары со всех сторон, отчаянно бежала.

Потому что должна была защитить людей Белой Птицы.

Потому что… так пообещала.

Чхве Давид наспех вытерла залитое кровью лицо. С трудом разлепив один глаз, она заставила себя сделать шаг вперёд — к стоящим перед ней ученикам.

Перед главным святилищем центрального храма главной обители <Хэта>, у зала Тэёнджон.

Все вокруг были в плачевном состоянии: здесь вовсю шёл бой с внезапно напавшим врагом.

— Кто тут за кого переживает?! Времени нет! Первый старейшина со своей группой предал нас! Немедленно соберите оставшихся и эвакуируйтесь!

— Слишком поздно! Враги уже окружили резиденцию. Если попытаемся прорваться силой, юные ученики серьёзно пострадают!

— Чёрт побери! Чем вы вообще всё это время занимались?! Срочно запрашивайте внешнюю поддержку! У нас же есть Чон Иль Хён и союзники!

На её крик один из старейшин, обливаясь холодным потом, поспешно ответил:

— Д-дело в том, что мы уже какое-то время вообще не можем связаться с внешним миром! Похоже, всё перекрыто барьером: сигнал даже до Центра не доходит, а горячая линия Ассоциации тоже молчит!

— А ранкер-канал вам зачем?!

— Там висит сообщение о временной блокировке! Великий Наставник!

— Что?!

Как это возможно?

Лицо Чхве Давид исказилось, словно у якши. Даже она, обычно мало интересовавшаяся внешними делами, знала: в Республике Корея есть «Директор».

Пока Хон Хэя восседает в своём контрольном штабе, подобное просто немыслимо. Чхве Давид поспешно открыла окно канала.

— О чём вы? Первый канал не заблокирован же!..

Свиииств!

Она не успела оставить сообщение.

Стрела, точно срезав, прошла по её щеке.

Не успела она и среагировать, как сквозь дождь обрушился ливень стрел, напитанных внутренней энергией, прямо на учеников.

— А-а-а-а!

— Защищайтесь! Прикройте учеников!

Старейшины, главы залов и старшие ученики отчаянно отбивались, но численный перевес был слишком велик.

Сил явно не хватало.

Повсюду раздавались крики.

Из-за внезапного нападения предателей среди своих уже было полно раненых. Тех, кто мог сражаться, осталось ничтожно мало, а беззащитных детей было слишком много.

Среди них — множество тех, кто даже не прошёл посвящение.

«Проклятье!»

Взмахами ветра отбивая стрелы, Чхве Давид стиснула зубы.

— Забирайте детей и немедленно внутрь Тэёнджона!

— Великий Наставник! Нельзя!

— Чёрт! Не заставляйте повторять! У вас каша вместо мозгов?! Быстро, марш!

— …Проклятье!

БАААМ!

В тот же миг внутренний засов Тэёнджона захлопнулся, а немного поодаль, у главного входа, рухнули ворота Хэта.

По залитой кровью земле шагали третья старейшина и предатели.

Похоже, они объединились с другой фракцией — их стало куда больше, чем раньше.

И напротив них, в самом центре двора Тэёнджона, стояла одна Чхве Давид. Третья старейшина, насмешливо прищурившись, разглядывала промокшего от дождя и крови привратника.

— Ну и зрелище. Кого от кого ты тут защищаешь? Чудовище, а как умело строишь из себя праведницу.

Чхве Давид молчала.

И… шлёп.

— !

Полностью отброшенная гордость.

Опустившись на оба колена, Чхве Давид сказала:

— Простите.

— …

— Это всё моя вина.

— …

— Не знаю, что именно вам так не нравится, но во всём виновата я. Мне правда жаль. Обещаю, впредь я буду тише воды, ниже травы... Так что, прошу... давайте на этом закончим.

— …

— Третья старейшина. Эй. Ты ведь не настолько плохая... Даже если ненавидите, даже если презираете меня — мы всё равно «Хэта». Зачем из-за такой, как я, губить имя с тысячелетней историей? А?

Пожалуйста…

Чудовище, беспомощно склоняющее голову перед ними.

Лицо третьей старейшины окаменело.

Шаг.

Подойдя ближе, она холодно посмотрела на Чхве Давид и резко дёрнула её за волосы.

— Угх!..

— Грязная чужеродная тварь.

— …

— Я ни разу не считала тебя частью Хэты. Да ты вообще понимаешь, что значит это имя, чтобы осмеливаться его носить?

Осмеливаться. Губы третьей старейшины исказились.

— Ты ведь и сама это знаешь? В отличие от других, тебе не просто «не повезло» с дурным покровителем. Ты родилась с этим. Ты — само бедствие.

Врождённый особый тип.

С приходом эпохи Вавилона их стали относить к пробуждённым, но существовали они с незапамятных времён.

Те, кто рождаются, нося в себе «бога».

Иногда они рождались сами, иногда — используя человеческое чрево.

Если источник был благим, они жили в тени как сверхсущности. Но если корень был злым — за ними следили и безжалостно уничтожали, изгоняя.

Пока они не выросли и не погрузили мир в хаос.

И на этой земле, на Корейском полуострове, эту роль исполняли именно тысячелетние стражи — <Хэта>.

Третья старейшина с презрением уставилась на Чхве Давид.

Одно из Четырёх Зловещих.

Воплощение «Цюнци» [1].

Одно из самых зловещих бедствий китайской мифологии — чудовище, пожирающее людей и толкающее их к злу.

Старейшина помнила их первую встречу.

Исхудавшая девушка, в одиночестве стоящая посреди алого моря крови.

Говорили, вся кровь под её ногами принадлежала семье той девочки.

— Хэта привели тебя, чтобы казнить. Это наш долг и миссия, которую мы несём тысячу лет.

— …

— Если бы глава школы… если бы ты не совратила Белую Птицу, мы сделали бы это давно!

Глаза Чхве Давид сильно дрогнули.

В них постепенно выступила влага.

Она была до боли жалкой и по-человечески хрупкой, но третья старейшина лишь сильнее сжала руку.

«Я не поддамся слабости, как Ха Янсэ. Меня не обмануть».

— Я больше не могу закрывать глаза на падшего главу. То, что не смог завершить прежний глава и от чего отвернулся нынешний, кто-то должен продолжить.

— …

— Увидев твою истинную сущность, люди этого мира тоже поймут, насколько глупы они были.

Третья старейшина залилась смехом.

«Мир, воспевающий такое чудовище? Недопустимо».

В многолетнем плане не было изъянов.

Чхве Давид превратится в монстра и разорвёт их — тогда появится Ханыльби и сразит чудовище. Люди с радостью воспоют Ханыльби, покаравшего зло.

Как героя и спасителя.

И как нового хозяина <Хэты>.

— Если поняла, покажи своё истинное обличье! Давай погибнем вместе с этой правдой. Хэта возродится заново, используя трупы лицемеров и твоё тело в качестве удобрения!

— …Ты сошла с ума.

Чхве Давид лишь бессильно пробормотала это, не поднимаясь и не двигаясь.

«Хм».

Третья старейшина отпустила её волосы, отступила на шаг и многозначительно усмехнулась.

— Ах да. Я ведь этого не сказала.

Зловещая улыбка.

Чхве Давид с тревогой подняла взгляд. И слова, будто молот, вбились в сознание.

— Белая Птица уже мертва.

...

— …Что ты сказала?

— Мы проявили к нему каплю уважения и похоронили вместе с божественным зверем. Так что забудь о надежде, что если ты продержишься, она придёт и всё решит.

— Кто… умер?..

П-и-и-и-и-и.

В ушах зазвенело. Третья старейшина что-то говорила, но она больше не слышала.

Чхве Давид, словно под чарами, поднялась.

Пошатываясь, выпрямилась.

Дзинь!

Сгущающаяся жажда убийства заставила врагов разом выставить оружие. Из плотно сжатых губ Чхве Давид потекла тонкая струйка крови.

— Не неси чушь… Думаешь, я поверю в такую ложь…

「Не понимаю. От чего же я отказалась ради тебя, Давид?」

— Л-ложь…

「Такого не было. Напротив — ты дала мне очень многое. С самого начала и до сих пор.」

— Отрицание не вернёт того, кто уже ушёл. Что же делать?

— ЗАТКНИСЬ!!! — под дождём Чхве Давид закричала.

Всё тело дрожало, как осиновый лист. Горячие слёзы неудержимо лились.

Нет. Нельзя.

Она не могла уйти вот так.

Моя Белая Птица, которую нельзя было сломить.

【СЪЕШЬ ИХ.】

【РАЗОРВИ В КЛОЧЬЯ И ПРОГЛОТИ.】

Злой бог внутри неё прошептал.

Тот голос, от которого она отчаянно отворачивалась, сейчас звучал яснее, чем когда-либо.

Кх-хх… сквозь стиснутые зубы вырвался звериный всхлип. Налитые кровью глаза уставились на предателей. И тогда…

ПААААК!

[Активирован уникальный навык — Пришествие одного из Четырёх Зловещих «Цюнци»

— Первая стадия пробуждения — Полубожественная форма]

За спиной распахнулась пара крыльев — чёрно-красных, с оранжевым отливом. Зрачки Чхве Давид сузились в тонкие щели.

Кар! Кар!

На зов смертоносной ауры слетелась стая ворон и расселась на крыши храма.

Дождь, в котором кружили чёрные перья.

«Да. Давай же... чудовище!»

Наблюдавшая третья старейшина захохотала в экстазе. Чхве Давид, охваченная яростью, уже собиралась обнажить клыки, когда…

Перед глазами замелькали образы.

「«Давид», значит. Отличное имя для героя. Добро пожаловать в Хэту. Я — Белая Птица.」

Первое тепло, протянутая рука.

「Не слушай тех, кто тебя не знает. Если тебе трудно верить в себя — верь в меня, ту, кто верит в тебя. Ты хороший человек.」

Первая вера.

「И я благодарна тебе. Благодаря тебе я не одинока, мой дорогой друг.」

Первая разделённая привязанность.

「Тем не менее, Давид. Это место, это имя — наша с тобой Хэта. Позаботься о Хэте.」

«Проклятье».

— …Чёртова птичья башка.

Лицо исказилось. Аха-ха-ха-ха! Чхве Давид разразилась смехом. Смеялась сквозь слёзы от абсурдности ситуации.

Приручённое чудовище не может вредить людям.

Лишь теперь она это поняла.

«Эй, Кён Чжио».

Ты была права.

Если я посмотрю своему внутреннему монстру прямо в глаза, если смогу обуздать его — я больше не чудовище.

И, как ни глупо, монстра внутри Чхве Давид совсем не стоило бояться. Потому что он был приручён давным-давно и уже носил ошейник.

Фр-р-р!

Крылья сложились.

Сквозь разлетающиеся перья Чхве Давид достала из инвентаря меч. Неловко перехватила оружие, которым ни разу не пользовалась.

— …Что ты творишь? Что это за выходка?!

Ху-у! Чхве Давид глубоко вдохнула, выпрямилась и громко провозгласила:

— По праву должности главы школы! Я, страж Хэты, Великий Наставник Чхве Давид!

Самый сильный и самый страшный страж за тысячу лет истории Хэта.

«Якша» Чхве Давид улыбнулась.

— СЕГО-О-О-О-ОДНЯ! Ни один враг не переступит через эти врата-а-а-а!

Я — «охотница».

Друзья верили в неё, и теперь она сама знала это лучше, чем кто-либо другой.

Примечание:

1. Цюнци — это одно из «Четырёх злых существ» (Четырёх Зловещих) (四凶兽) в древнекитайской мифологии, крылатый тигр, который пожирает людей и помогает злодеям, символизируя хаос и разрушение.