✧

Город был окутан золотистыми нитями, словно в ловушке света.

Это была самая настоящая магия.

Находившаяся в оцепенении от восхищения На Чжоён не сразу заметила, как Чжио лениво окликнула её:

— Соберись. Ещё не закончили.

— А… Д-да!

— Начнём с того Трикстера. Устроим ему приём.

— Трикстер? Это кто вообще…?

С недоумением на лице На Чжоён перевела взгляд, а Чжио уже мягко приземлилась на крышу соседнего здания и скользнула взглядом вбок.

Туда же почти одновременно с ними прибыл молодой человек в сопровождении мерцающего белого льва.

— Подробности узнаешь у него.

— А?! Господин До Хён!

Бэк До Хён тяжело выдохнул, приходя в себя, и бросился к ним:

— Госпожа Чжио, ну нельзя же вот так внезапно исчезать!

— А что мне оставалось, когда наша Добби, выкрикнув «Чжо», бросилась прямо в пасть дракона, как Сим Чхон перед морским царём [1]? Сама в шоке была.

— Увх! Х-ха… Госпожа Чжо Чжо! Не говорите так, будто я совсем безмозглая…

— Госпожа Чжоён… Вы — само воплощение неприятностей.

— А ну заткнись! Ты хоть слово на другом языке выговорить можешь? Только и знаешь, что за госпожой Чжио бегать! Как хвост у редиски!

— Хвост… у редиски?..

На Чжоён, которая ещё недавно смущалась из-за сравнения с ландышем, теперь выдвинула подбородок в типично уличном стиле.

Их бесконечные перепалки «Добби vs. Дворецкий» могли бы продолжиться, но оба всё же понимали, где находятся. Быстро оправившись от шока из-за «редиски», Бэк До Хён поспешно доложил:

— У Трикстера, насколько мне известно, нет способностей дальнего боя. Он не из тех, кто бьёт издалека. Скорее всего, он где-то рядом.

— Знаю, это очевидно.

Она уже чувствовала.

[Магическое зрение]

Потоки магии, протекающие через весь город, были как на ладони.

Оставалось только найти одно искажение — тот единственный магический след, который не вписывался в картину.

Одна, вторая, третья ступень активации…

Сняты все три ограничителя. Магическая цепь действовала с безупречной скоростью.

Через несколько секунд Чжио уставилась в одну точку. С полной уверенностью.

Её взгляд был прикован к телевизионной башне Циндао — самой высокой точке, с которой можно было обозревать весь город.

✧

— Точка три остановилась. Принудительно.

Старческая рука опустила кубик, который больше не реагировал.

Трикстер рассмеялся, глядя на игрушку, которая больше не слушалась.

— Киддо был прав. Похоже, это и есть тот самый монстр, что наводит ужас. Он действительно прибыл в Китай.

— И что ты лыбишься? Не до смеха.

Рядом, спустившись с обзорной площадки, проворчала девочка:

— Мне страшно. У меня колени трясутся. Мы зря с ним связались.

— Слова Тринадцатого месяца — закон. Это первый принцип Освободительного Отряда. Или ты собираешься возразить, Июнь?

— Я не спорю. Я жалуюсь! Это разное! Я имею право поныть, нет?!

Июнь, «Хелпер», нервно накручивала на палец свои платиновые локоны.

Перед ними раскинулся город, окутанный золотым светом.

Сила, вызывающая благоговение. Даже просто глядя, казалось, что это явление из другого мира.

— И всё это сила одного человека?.. Ну даже с моими баффами… Как нам вдвоём с этим справиться? Это вообще реально?!

«Мы все погибнем…» — безнадёжно пробормотала Хелпер, а Трикстер снова ухмыльнулся:

— Ну, не всё так безнадёжно, как кажется.

— Что за бред?!

Вместо ответа он поднял осколок зеркала. В крошечном отражении виднелась тень — юноша, сжимающий окровавленное копьё.

Кён Чжирок.

«Зеркальный лабиринт иллюзий…!»

Ловушка Трикстера, гарантирующая 100% успеха.

Хелпер скривилась от ужаса:

— Ты рехнулся?! Киддо же сказал не трогать его!

— Он говорил не трогать Короля, а не Оленя.

— Это одно и то же! Ты что, не понял, они же… они друг без друга не могут!

Хелпер уже почти взвизгивала от нервов.

— Ты забыл, зачем мы здесь, Трикстер?! Мы просто отвлекаем его. Задача — прикрыть, а не закончить всё здесь!

Просто потерпите ещё тридцать минут, и всё закончится.

Дэн Лива вела себя предсказуемо, её люди рано отступили, как и планировалось.

Их отход дал Трикстеру полную свободу действий.

Нужно было просто продержаться чуть больше часа.

— Всё почти закончено. Просто тяни время. Не лезь вперёд. Не тупи. Ты меня слышишь?

Хелпер почти прикусила губу от тревоги, но Трикстер лишь невинно пожал плечами:

— Увы… уже поздно.

✧

Тззззз-зззззз!

— …Что?

Чжио резко остановилась. Один глаз дёрнулся вверх.

Снаружи телебашня казалась невредимой.

Но внутри всё было совсем иначе…

Как только Чжио шагнула внутрь, всё вокруг в одно мгновение изменилось.

Она задумчиво посмотрела под ноги — на пол, отражающий её лицо как зеркало.

«Зеркало...?»

Зеркала со всех четырёх сторон.

Похоже на лабиринт кривых зеркал в парке аттракционов.

Стоило поднять взгляд и перед ней раскинулось бесчисленное множество её отражений. Спутники, с которыми она вошла, исчезли, не видно ни одного.

Чжио равнодушно ударила ногой по полу.

Гданнь! Глухой, характерный для зеркал звук отозвался эхом.

«Чувствуется по-настоящему… Не иллюзия».

...Да какая разница.

Скорее всего, очередной жалкий фокус.

Вспомнив, как здание отеля раскалывалось, словно куб, Чжио начала концентрировать магическую силу. Борьба за контроль над пространством? Победитель уже предопределён.

И как раз в тот момент, когда она собиралась развернуть [область]...

-Нуна.

— …

- Нуна!

— …Кён Чжирок?

Вопрос вырвался сам по себе.

Голос был чуть моложе, но... без сомнений. Чжио резко обернулась. Ощутила, как кто-то прошёл мимо.

Топ-топ-топ.

Лёгкие шаги ребёнка отдавались в лабиринте.

Как загипнотизированная, она пошла следом.

Голубая футболка с воротничком, шорты. Форма детсада «Утренняя Звезда», куда они вместе ходили.

Без сомнения, это был маленький Кён Чжирок.

Он исчезал за углами едва заметно, будто играя в салки — дразня, но не убегая.

Шаги Чжио становились всё быстрее.

С каждым пройденным зеркальным поворотом Кён Чжирок взрослел: из малыша в подростка, потом в юношу.

Всё вокруг затопляли образы прошлого: воспоминания, в которых брат и сестра росли бок о бок.

- Нуна, нуна! Ты же ещё не смотрела «Историю игрушек», мы же вместе хотели!

- А... Кот Бэмби… Отдал его другу. Мы уже слишком взрослые для таких игрушек. Нет, я не потерял его, я подарил! Ты что, мне не веришь? [2]

- Эй. Здесь первый класс? Позовите Кён Чжио. Кто я? А ты кто такой? Какая тебе разница?

- Эй, полночь пробила. Теперь твой день рождения. Зажги свечи снова [3]. Эх ты, неудачница. Если торт летит в тебя, надо уворачиваться, а не ловить его лицом! Смотри, медленно открой глаза. Больно?

- Поздравляю с выпуском, Кён Чжио.

- Это что ещё за ожерелье? [Три Завета]? Только мешается в бою... Чёрт! Ладно, ладно! Хватит этой дурацкой рожи!

- Нуна. Эй, Кён Чжио...

Голос становился всё тише.

Чжио застыла на месте.

Яркие, ослепительные сцены рассеялись. А сама она оказалась посреди руин.

Небо — багровое, облака — чёрные.

Хруст — под ногой раздавился камень, и Чжио дёрнулась.

【Нет.】

【Такое показывать уже нечестно.】

『Предупреждение. Обнаружено вмешательство за пределами допустимого. Будьте осторожны.』

— …Нуна.

Голос стал таким чётким, будто говорящий стоял в шаге от неё. Но не было времени на размышления. Чжио снова свернула за угол.

И там...

Шлёп. Она машинально посмотрела вниз — к её ботинкам подступала багровая лужа крови. Вся — кровь её брата.

На коленях стоял окровавленный юноша.

Он, должно быть, услышал её, медленно приподнял веки. Их взгляды встретились.

Опираясь на копьё, Кён Чжирок с трудом поднялся. Чжио не сдвинулась с места, даже когда его окровавленная рука коснулась её щеки.

Он выдохнул нечто похожее на смех:

— Это всё из-за тебя…

— …

— Ты всё разрушила…

Температура тела, голос, прикосновение — всё было настоящим.

Слишком реально, чтобы назвать это ложью.

Чжио ещё никогда не чувствовала себя настолько беспомощной.

Пальцы брата сжимались на её щеке всё сильнее. И в тот миг, когда копьё в его другой руке медленно развернулось к ней…

Плотно сжатые губы Чжио дрогнули:

— …Чё несёшь, уродец.

Хрясь!

Грудь проткнуло… с обеих сторон!

Чжио, пронзившая врага магическим лезвием, резко подняла голову. В тот же миг с оглушительным треском разлетелись осколки зеркал.

Дзинь!

Между осколками возник чей-то облик.

Растрёпанные волосы, свирепый взгляд.

Настоящий Кён Чжирок.

— Извини, но мы — дружная семья. На такие жалкие провокации не ведёмся.

Вонзив копьё в грудь фальшивой Чжио, он повернулся к ней. Его сухой взгляд прояснился…

— …Кён Чжио?

— Бэ… Бэмби… — хотела крикнуть она, но не успела.

ГРОХ!

Копьё с грохотом упало на пол.

Кён Чжирок молча заключил Чжио в объятия и крепко прижал её к себе.

Он дрожал, согнувшись, как раненый зверёныш, и то и дело зарывался лицом в её плечо, в шею, будто проверяя, правда ли она здесь.

— Бл… Как же всё это омерзительно…

— …

Чжио знала, что он чувствует.

Потому что она чувствовала то же самое.

Вонзать клинок в грудь того, кто выглядел как родной человек, было невыносимо. Не имело значения, фальшивка это или нет.

Она вытерла тыльной стороной ладони его холодный лоб и прижалась щекой к его лицу.

И когда её потупленный взгляд снова поднялся…

«На этом игра окончена».

Магия, светящаяся самым тёплым цветом и самым холодным светом, яростно вспыхнула.

— [Развёртывание области].

Ква-га-гак!

Мир лабиринта начал рушиться.

Зеркальный ад разлетелся на куски.

Пространство исказилось, сломалось, переплелось. И Чжио, ни на секунду не медля, дважды прыгнула вперёд.

Она не собиралась оставлять врагу ни шанса.

Лицо, искажённое ужасом, возникло перед ней.

Жалкий старик.

Трикстер вскрикнул, ослеплённый внезапным воплощением кошмара:

— К-как ты…?!

— Заткнись.

БУМ!

Чжио без пощады вмазала ногой ему по лицу.

За её спиной, подобно стае хищников, зеркальные осколки, ведомые волей Короля, вспыхнули острыми гранями.

Самый сильный охотник в пищевой цепочке, орудующий клинком вместо ветра, тихо прошептал:

— Как же надоело показывать разницу в силе каждому второму статисту [4].

Словно идиотам, которым нужно увидеть, что Земля круглая, чтобы поверить.

— Сожаления и оправдания оставь для загробного мира. Это цена твоей тупости.

Примечания:

1. Сим Чхон — героиня одноимённого пансори (корейского музыкального сказания). Юная девушка, которая бросается в море, чтобы боги вернули зрение её слепому отцу.

2. Полагаю, речь о игрушке, которую Гымхи в 48 главе нашла на чердаке (Бэк До Хён рассказал о ней Чжироку, чтобы тот поверил, что он регрессор).

3. У Чжирока день рождение 31 декабря, а у Чжио 1 января, так что они могли вот так почти одновременно задувать свечи.

4. Статист — это человек, который участвует в массовых сценах в театре, кино, на телевидении или других зрелищных мероприятиях без слов и без значимой сюжетной роли.