Чаша Сиванму… что?

«Теперь ещё и в чужой таз лезь, да?»

Чжио нахмурилась, она только недавно вырвалась из [Нефритового мира лиса], а её снова куда-то заталкивают. Что за мода: засовывать её то туда, то сюда?

— Отказано.

— Ладно, тогда как только выйдешь из пеще… э?.. — Ё Хан, собиравшийся спокойно разъяснить, резко повернул голову. — Ты сама сказала: «Назови условие»!

— Сказала. Но я не говорила, что его приму! Обычно, когда говорят «назови условие», нормальные люди отвечают: «А-а, великий Король Чжио! Как я, жалкий червь, посмел бы перечить? Немедленно исполню!» — разве нет?!

«Какую же тираническую жизнь ведёт эта кореянка…»

— Да. Совершенно верно. Любой бы согласился.

«Это ещё что за тип…»

Китаец смотрел на этих двоих с открытым ртом. Говорят, что в мире однооких двуглазый — уродец. Вот и сейчас, видимо, истина та же.

«Неужели… в этом секрет успеха корейской Башни Вавилона? Все тут слегка не в себе?»

Потерять рассудок — значит войти в эпоху личного успеха.

Пока иностранец, словно увидев рекламу онлайн-университета, переживал озарение, Чжио развалилась среди обломков разбитого компьютера.

— Я тебе вот что скажу. Раз уж зовёшься коммунистом, будь добр, веди себя по-коммунистически. Говорите же: «Все народы — товарищи». Ну так за грехи тоже вместе отвечайте. Разве не так?

За то, что вы вывели моего Бэмби на международную бойню. И за то… что осмелились лезть поперёк меня.

Холодный взгляд, который Чжио метнула в его сторону, ясно дал понять: первородный грех был на Кён Рэе, но вашу участь я тоже не забуду.

Дэн Ё Хан усмехнулся.

«Беспощадная, как всегда».

Он вспомнил тот день на Пэктусане.

「Король Магов… ты и правда невероятна. Спасибо тебе. Эту дружбу я лично никогда не забуду.」

「Дружбу?」

Гром птицы не стих даже после смерти хозяина-чудовища. На земле, где ещё трещали синие молнии, стояла одна Чжио, холодная и равнодушная, как властитель.

「Не льсти себе. Это не дружба. Это долг.」

Холодный, пустой взгляд.

「Посчитай всё правильно. И держи голову трезвой.」

「…」

「Из-за твоего опоздания цена долга, который ваша сторона должна выплатить, составит 120 тысяч квадратных километров земли.」

Впрочем, эта земля и так всегда была их.

С тех пор прошло много лет, но лицо Чжио не изменилось. Внешность могла измениться, но для того, кто видит истину, это не имело значения.

Смотря на неё, Ё Хан заговорил спокойно:

— Но мне всё равно нужен предлог.

— …

— Сяолу… Я и правда сожалею о том, что с ним произошло. Поэтому я и хочу помочь. Но… вы ведь знаете, в каком я положении.

Восемь лет назад, примерно в это же время, Ё Хан мечтал совсем о другом будущем.

На городской площади он поднял знамя и громко заявил, что свободу пробуждённых и их волю ничем нельзя истребить или подчинить.

Итог был ужасен.

Многие соотечественники тогда потеряли и свои жизни, и свои семьи.

И сам Ё Хан не исключение.

— Если я даже на минуту выйду из этой пещеры, — сказал он тихо, — то пусть меня не все поймут, но хотя бы для одного человека… для него у меня должна быть причина.

Единственная семья Дэн Ё Хана — его сводная сестра Дэн Лива.

Он до сих пор помнит её глаза, полные ненависти, когда та, держа пистолет, преградила ему путь:

「Предатель родины, топчущий кровь товарищей, пожирающий их плоть и кости!」

Это был конец жалкой революции.

— [Чаша Сиванму] — это чаша, которую я получил в подарок за помощь уйгурам несколько лет назад. Она стояла в Тяньшане, под Урумчи, а я перенёс её сюда.

— …

— Найди там нефритовую шпильку моей сестры. Это моё условие…

Бунтарь с убогой судьбой усмехнулся. Грустная улыбка.

— …и моё оправдание, «Великий Император».

✧

Когда Башня Вавилона открыла двери в новый мир, а звёзды засияли среди бела дня, вещи, долго скрытые от глаз, начали проявляться. Мифы, легенды, предания…

То, что человечество лишь смутно представляло и передавало из уст в уста.

Они чаще всего являлись в виде силы или оружия, но иногда представали в своём истинном облике.

Прямо перед глазами.

Как эта [Чаша Сиванму].

Она находилась недалеко от жилища Дэн Ё Хана — источник с бирюзовой водой, скрытый между наклонившимися скалами.

Чжио подошла и заглянула внутрь. Странно, но её отражения не было.

«Если не знать, что это, можно принять за обычную лужу».

— И ты перенёс ЭТО?

〖Нет, ядро — всего лишь чаша размером с ладонь. Вода бьёт из неё и расширяется. Если поставить в более просторном месте, станет размером с озеро. Как на Тяньшане.〗

Сказал лев с восемью глазами. Бледный дух, посланный Дэн Ё Ханом в качестве проводника.

— …А если я войду, меня ждёт туманное прошлое? Или я не смогу выйти? Или превращусь в новичка с ржавым мечом? Ты ведь не подстроил какую-нибудь дрянь? — Чжио сузила глаза с недоверием. Опыт побега из [Нефритового мира лис] до сих пор отдавался пульсом под рёбрами.

〖Не наговаривай на святую землю с печатью Сиванму! Другие бы и рады войти, да не могут!〗

— А чего все туда так рвутся?

〖Вы, корейцы, такие недоверчивые… Разве вы не знаете, кто такая Сиванму? Богиня, что ведает бессмертием! Посмотри на меня. Разве не видишь, как я помолодел?〗

Бэк До Хён, едва коснувшийся воды рукой, вздрогнул и тут же отдёрнул Чжио.

Атмосфера резко похолодела, и Ё Хан торопливо замахал руками: «Не-не-не, не так понял!»

〖Я имел в виду, что если ходить туда-сюда сотни раз — да, будет эффект! Но вы же пробудете там от силы час! Не верите мне?〗

— «Сделано в Китае» не внушает доверия.

〖…〗

Было ясно: спорить бесполезно.

Пробормотав, что пойдёт разбирать остатки защитных печатей на Лаошане, Ё Хан оставил их и растворился дымом, следом за ним исчез и дух-лев.

Чжио тем временем начала разминаться.

— …Что вы делаете?

— Разминка. Не видишь?

— …Вы умеете плавать?

— Конечно. Я выпускница детской секции YMCA.

«Слышали о «Морских котиках из Сэбён-дона»? Вольный стиль, брасс, баттерфляй — всё могу!»

Благодаря матери S-ранга, Пак Сун Ён, которая, несмотря на скромный доход, вкладывала всё в образование детей, Чжио с детства занималась балетом, плаванием и прочим.

Бэк До Хён восхитился про себя:

«Кажется, она умеет всё… кроме рисования!»

— Плавание — обязательный навык современного человека. Вот если бы все так думали, не пришлось бы искать чужие вещи и доставлять неудобства.

Нефритовая шпилька Дэн Ливы.

Когда-то, прямо перед тем, как брат с сестрой окончательно разошлись, маленькая Лива уронила её в родник. Дэн Ё Хан пытался найти её, но безуспешно — шпилька была зачарована так, что враги владельца не могли её обнаружить.

«Я и так полгрузовика своих вещей по миру растеряла, а тут ещё чужие искать приходится… Эх».

Глаза нынче модный «аксессуар».

От «Наблюдателя Хон Дальи» до «Ока Истины Дэн Ё Хана»…

«Да что за турнир глазёнок такой, блин?»

«Может, скоро Шаринган [1] выкатится или красноглазые начнут плодиться, и Король Чжио устареет?»

[Ваша Заветная Звезда, «Чтец Судеб» шепчет: «Ах, наша малышка хочет красивые глазки? Давай-ка твой оппа покопается в закромах…»]

«…Хватит».

Говорят, при ребёнке даже воду холодную пить не стоит. А перед звёздами-идиотами и шутить нельзя.

Пока Чжио разминалась перед прыжком, Бэк До Хён ухмыльнулся:

— Мне вот что интересно…

— Что?

— Дэн Ё Хан говорил, что эта Чаша Сиванму… показывает искателю «ответ».

Омоложение — просто побочный эффект.

Как и [Источник Мимира] [2] в Исландии, чаша Сиванму даёт мудрость тем, кто её ищет.

Раньше, выходя из пещеры, Бэк До Хён спросил:

「И что вы там увидели?」

— Самое дорогое.

— …

— Дэн Ё Хан говорил, что видел дорогого ему человека. Может, поэтому он так и бродил сюда снова и снова. Тосковал.

«Самое дорогое…»

Чжио задумчиво смотрела на воду.

Поверхность, не отражающая ничего, была непроницаемо спокойна.

— Но если задержимся надолго, будет плохо. Пора нырять. За Корею всё же тревожно.

— Из-за того «Освободительного отряда»?

— Да. Всё-таки вас нет на месте… Вы не переживаете?

— Не особо.

Чжио равнодушно махнула рукой:

— Я оставила «страховку». Большую и дорогую.

✧

Сеул. Кафе одной крупной сети.

До пробных экзаменов осталось мало времени. В зале стоял шелест учебников.

У окна, щурясь от солнца, Кён Гымхи скривилась из-за сломанного грифеля и отложила карандаш.

И в тот же миг над учебником легла тень.

Тёплый и чуть горький аромат накрыл её — запах того человека, которого она и любила, и ненавидела больше всего на свете.

— Опять ты…

— …

Она подняла глаза.

Квидо Марамальди ухмыльнулся, слегка спустив солнцезащитные очки.

— Ты «одна»? Наша Гымхи.

Фоновый шум будто исчез, заменённый мягким, чужим голосом.

Гымхи уставилась на него.

А потом… усмехнулась.

— Одна? Вряд ли.

Тук.

Чья-то рука обняла её за плечи.

Тонкие запястья, ухоженные ногти, но взгляд был совсем иным.

Кафе мгновенно наполнилось яркой, густой демонической аурой.

Бариюн, Великая Лиса, игриво поджала алые губы:

— Ах ты ж. И какие у тебя дела к нашей принцессе?

Но она была не одна.

Подкравшийся юноша в синем кашлянул и стукнул веером по руке незваного гостя:

— Эй, если не садишься, не загораживай. Это место великой волей нашего короля отныне занято мной.

«Волей короля»…

Что ни говори, с их Королём сладу не жди.

Квидо лениво скрестил ноги с нечитаемой улыбкой:

— Хм… какие недоверчивые. Я ведь всего лишь зашёл поздороваться. Раз уж в Корею приехал, решил повидаться со старым другом.

Хотя моё «дело» — на самом деле в другом месте…

✧

— Страховка?

Бэк До Хён удивлённо повернулся.

Чжио покосилась на него и наклонила голову:

— Стратегический резерв Великого Короля Чжио. А что?

— Нет, просто… — он почесал шею, смущённо улыбаясь. — Я тоже оставил. Большую и очень дорогую.

✧

— Бл×ть, сукааа! Почему я, бл×ть, должна торчать в этой дыре в Ульсане?! А-а-а!

Примечания:

1. Шаринган — это техника глаз, являющаяся наследственной чертой клана Учиха в аниме и манге «Наруто». Шаринган позволяет пользователю видеть чакру, копировать движения противника и использовать различные иллюзии.

2. Источник Мимира, также известный как колодец Мимира, — это источник мудрости в скандинавской мифологии. Он охраняется великаном Мимиром и расположен под одним из корней мирового древа Иггдрасиль.