Закаляющая Великая Алокрылая, «Первозданное Возвращение»… антропоморфная форма.

Она имитировала человеческую «систему» и, наполнив её колоссальной энергией, превратилась в младенца-гиганта, достигающего небес. Удар ладони этого гиганта был равносилен стихийному бедствию. Это было не что иное, как оскорбление: тот, кто уничтожил человечество, теперь использовал силу и наследие, которые люди Эпохи Божественных завещали своим потомкам.

— Да-а-а-а-а… бу-у-у-у-у-у-у…!

На лице-бабочке, похожем на маскарадную маску, испепеляющие шары начали делиться. Десятки маленьких шаров, расположенных на обоих крыльях, выпустили на землю лучи палящего света. Каждый из них преследовал свою «цель», и хаотичный танец раскалённых лучей вспарывал землю.

Одно её движение убивало людей, один взгляд — испепелял. Но перед лицом этого гигантского монстра внимание игроков было приковано лишь к одному.

?: — Температура тела — нормальная, тридцать шесть градусов!

?: — Можно бить!

Наконец-то пришёл черёд физических дамагеров, которые до этого были лишь статистами или живыми щитами. Для игроков ближнего боя, которые уже было отчаялись от того, что участвовали в бою, но не могли ничего сделать, эта новость прозвучала как стартовый выстрел.

Они — геймеры. Каждый из них, в той или иной мере, был героем, спасшим мир, специалистом по убийству монстров. Какой бы реалистичной ни была игра, какой бы гигантской ни была тварь, на которую приходилось задирать голову до боли в шее, чтобы увидеть её целиком… не было причин бояться врага, чья кожа была твёрдой, как у младенца, присыпанного пудрой, и имела нормальную температуру тела. Разве что те, кто страдал трипофобией, не могли смотреть ей в лицо.

Кей: — Температура тела нормальная, как у человека, но лицо, похоже, нет… При этом плечи не горят, значит, жаропрочность у неё бешеная. Так… всем объявление. У кого остались предметы для тушения — бейте по лицу. Остальные — по конечностям, чтобы свалить её!

Услышав по связи подтверждающие возгласы, Ойкаццо, разворачивая своё припасённое снаряжение, оглянулся… и заметил, что одного человека не хватает.

Кей: — …А? Где Этернал Зеро?

Пеппер: — А… вон там.

Палец показал на фигурку пятилетнего ребёнка, с налитыми кровью глазами несущуюся на Закаляющую Великую Алокрылую.

Его уменьшенное тело, несущееся на полной скорости, выглядело, мягко говоря, жутко.

Зеро: — В твоём рёве не хватает детской искренности, тварь!

Пеппер: — …Слушай, а он случайно не того?.. Даже если это отыгрыш, всё равно как-то…

Кей: — Ну, знаешь, как говорится: если притворяться сумасшедшим и бегать по улице…

Пеппер: — Да.

Кей: — Не волнуйся, он, скорее всего, не притворяется, а такой и есть.

Пеппер: — Вот это-то и пугает.

Ойкаццо по своему опыту знал, что вокруг того друга всегда собираются геймеры с причудами.

«Может, он какие-то особые электромагнитные волны излучает?» — с улыбкой подумал он, словно это его не касалось… не осознавая, что со стороны он и сам был одним из тех «геймеров с причудами».

Кей: — Тотальная атака, Пеппер. Твоя боевая мощь сильно зависит от количества предметов… что будешь делать?

Пеппер: — …Глупый вопрос. Если я сейчас буду экономить и умру, то потом долго не смогу смотреть в зеркало. Уж больно глупая рожа будет.

Пеппер с ухмылкой достала свои атакующие зелья. Ойкаццо ответил ей такой же улыбкой и снова посмотрел на гигантского младенца… на сверхгигантского рейд-босса «Закаляющую Великую Алокрылую», по которому уже карабкались толпы первопроходцев.

Кей: — Ладно. Тогда и я достану свой козырь.

Он открыл Инвенторию. Из этого крошечного «мира» он извлёк огромный… шар. Пока Ойкаццо надевал свою особую усиленную броню, шар, словно цветок, раскрылся и принял форму тигра.

Белое тело с чёрными полосами, стальные внутренности, наполненные виртуальной кровью — плазмана-энергией, — и рёв, достойный самого Бьякко. Но это был не Бьякко… не один из четырёх прототипов, ведущих к «Кирину» в «Shangri-La Frontier».

Даже если не брать в расчёт, что Нестандартный Эфирный Реактор пока был только один, один игрок, который явно скривился при мысли о передаче (возвращении) «Бьякко», долго и нудно рассуждал о «преимуществах, которые возникнут, если “Бьякко” будет у меня», но в то же время предложил «ограниченно воспроизвести характеристики “Бьякко” + преимущество взаимозаменяемости, так как это будет серийная модель»… Так родилась, можно сказать, серийная тактическая машина.

Кей: — «Тигр на Ширме», под кураторством Раст… боевые испытания начинаются.

Тигр раскрылся ещё больше. Это была вторая стадия трансформации тактической машины: стальная шкура тигра окутала своего владельца, превратившись в доспех.

Механический воин с головой тигра смотрел на «красного» — того, кто победил цивилизацию, ставшую основой для его создания. Хоть он и был рождён в настоящем… кровь технологий, что текла в его жилах, спустя тысячи лет, принесла с собой час отмщения.

П/А:

• «Тигр на Ширме»

«Ну, я его не получала, и по системе он как бы общий, но, честно говоря, я уверена, что смогу использовать его лучше, чем Пенсилгон, Ойкаццо… или Санраку. Нет, я не собираюсь его присваивать и уважаю тех троих, кто его получил, но если верить информации, то стратегические преимущества от того, что это вооружение будет у меня, нельзя игнорировать… А! А как насчёт такого? Я создам тактическую машину с той же концепцией, что и у “Бьякко”. Конечно, все расходы я беру на себя, и никаких компромиссов. Итак, представляю вам “Тигра на Ширме”. Этот шедевр воспроизводит тягу и огневую мощь “Бьякко”, заменяя всасывание и выброс материи собственной энергией. Вместо встроенного вооружения он оснащён зарядным устройством для реактора, которое превращает функцию продления времени работы реактора в своего рода магазин. Это позволяет достигать высокой производительности, не сокращая время работы самого тела. Да, и без “Бьякко” всё будет в порядке. Правда-правда. Я не вру». (Произнесено на четырёх вдохах) (Ойкаццо согласился).