Убедившись, что мне не послышалось, я спросил:

— Что ты, чёрт возьми, несёшь?

— Слушай, я это не по своей воле говорю, ясно? Просто так сложились обстоятельства! — она отвернулась, залившись краской, словно помидор.

Глядя на неё, я кое-что осознал:

— Ты что, втюрилась в меня? Это было признание?!

— Н-нет, вовсе нет!

— Прости, что не заметил твоих чувств раньше… Но всё же извини, я не могу на них ответить, — холодно отрезал я, поправляя волосы.

Будь она обычной одноклассницей, я бы, наверное, обрадовался, но она ведьма, так что ни о каком восторге и речи быть не могло.

— Прекрати! Я совсем не это имела в виду!

— О чём ты тогда вообще толкуешь?

Ну, предсказуемо. Не могла она питать ко мне подобные чувства.

В конце концов, наши отношения никогда не были простыми.

В прошлой жизни мы были заклятыми врагами и пытались убить друг друга бесчисленное количество раз.

Чувства между нами, может, и были, но скорее ненависть, чем любовь.

Вот почему её «признание» поначалу прозвучало так нелепо.

Я наклонился к самому её лицу, но она тут же отпрянула, густо покраснев.

— С-слишком близко!

— Вот как?..

Хотя мы не были настолько близко, чтобы так краснеть.

Видать, она и в этой жизни так и не научилась ладить с людьми?

Ведьма прокашлялась и глубоко вздохнула.

— Как ты знаешь, моя душа проклята.

— Это цена за то, что ты прокляла весь мир, верно?

— Именно. Как говорится, за всё надо платить. Каждый раз, когда я использую колдовство, приходится отдавать что-то взамен. За то, что я прокляла мир и ввергла его в хаос, к моей собственной душе привязали проклятие, равное тому по силе. Хотя для них и требовалась одна и та же мана, колдовство отличалось от обычной магии.

Колдовство было редким ответвлением магии, рождавшимся из слияния маны и темных эмоций. Оно обладало куда большей разрушительной силой, чем обычное волшебство, но за его использование заклинатель платил высокую цену. Из-за этого пагубного побочного эффекта от колдовства отказались за сотни лет до моего рождения. Обычная магия была куда практичнее — зачем убивать себя ради того, чтобы нанести урон врагу?

Так было, пока ей не удалось возродить это искусство. Благодаря ему она в одиночку ввергла мир в пучину катастрофы.

— Если я умру, моя душа исчезнет, а проклятие, привязанное к ней, лишится сосуда и разлетится по всему миру. Кроме меня, никто не в силах сдерживать его, поэтому…

— А, понятно…

Я уже слышал это от неё в прошлом мире. Но тогда всё закончилось иначе: вместо того чтобы развеяться, она переродилась здесь. «Постойте, значит ли это, что проклятие не поразит тот мир?» — подумал я.

Словно прочитав мои мысли, ведьма продолжила:

— Перед самой смертью я использовала магию реинкарнации. Это ничего не меняет, проклятие всё так же приковано к моей душе, но так я хотя бы выиграла время.

— Я понимаю, зачем ты это сделала, но почему выбрала другой мир?

— Потому что… я не хотела больше подвергать опасности тот… В конце концов, это мир, который ты только что спас… Если я перенесу душу в другое место, там будет безопасно… — она говорила так, будто пыталась меня успокоить.

Я невольно задумался: что, если на тот мир снова обрушится беда? Героя там больше нет, справятся ли люди? Впрочем, сейчас это не важно. Ведьма сказала кое-что другое, что не давало мне покоя:

— Но если так, не окажется ли в опасности этот мир?

— Верно. Ну, тогда мне было плевать, что станет с миром, которого я не знаю, — бросила она безразличным тоном.

Было очевидно, что она лжет.

— И какой план? Раз ты разоткровенничалась, значит, придумала, как всё исправить?

Она не стала бы со мной разговаривать, если бы ей было всё равно. Она приложила столько усилий, чтобы обезопасить прежний мир, который ненавидела. Не могла она остаться безучастной и к этому.

— Терпеть не могу, когда ты говоришь с таким видом, будто видишь меня насквозь… Но да, ты прав.

Она ткнула пальцем мне в лицо:

— Ты. Ты и есть мой план.

— Вот оно что.

Так вот зачем она утянула меня за собой.

— Значит, тебе нужен мой экзорцизм?

Экзорцизм. Техника изгнания демонов и проклятий. Вмешиваясь в потоки маны и рассеивая их, она позволяла сводить на нет любые магические феномены. Колдовство не было исключением: хоть оно и отличалось по природе от магии, для него всё так же требовалась мана. Мастеров экзорцизма было мало, ведь ими становились лишь те, кто был неспособен управлять маной. Иными словами — «бездарности». В прошлом мире таких людей можно было пересчитать по пальцам на всём континенте.

— Да. Ведь ты единственный, кто способен развеять моё проклятие.

Я был одним из них. Способность к экзорцизму была обязательным условием для того, чтобы убить ведьму. Экзорцисты вроде меня были её естественными врагами, ведь её сила строилась на манипуляции маной. Другие тоже могли её убить, но тогда проклятие в её теле вырвалось бы из-под контроля. Вот почему только экзорцистам дозволялось нанести решающий удар. И именно поэтому меня выбрали Героем. Я был не только сильнейшим мечником, но и сильнейшим экзорцистом в мире. Моей миссией было убить Ведьму Бедствий и спасти мир.

— Ну так что, поможешь мне? — ведьма усмехнулась, но в её глазах промелькнула тень ненависти. — Если бы ты тогда выполнил свою работу как следует, ничего этого бы не случилось…

Она была права. Я лишь слабо кивнул.

— Я понял. Ладно, я сделаю всё, что в моих силах… Но как?

— Используй экзорцизм, чтобы постепенно вытравливать проклятие из моей души. Это единственный способ сделать это, не убивая меня. На всё уйдет пара десятилетий.

— …Так вот что ты имела в виду под «не смогу без тебя жить»?

— Именно. Заранее извиняюсь, но на это время ты ко мне привязан.

Конечно, проще было бы убить её прямо сейчас. Когда ведьма умирает, проклятие на короткий срок впадает в «спячку» — это идеальный момент, чтобы уничтожить его окончательно. Проблема лишь в том, что при неудаче проклятие перекидывается на убийцу, и всё начинается сначала.

— Знаешь, — добавил я, — проще всего было бы прикончить тебя на месте.

— Я знала, что ты это скажешь. Серьёзно, какой же ты проблемный, — ведьма тяжело вздохнула.

Эта её черта не изменилась. Даже после перерождения она продолжала относиться к своей жизни так легкомысленно.

— Напомню тебе кое-что: в этом мире нет магов. Ни заклинателей, ни экзорцистов, ни героев вроде тебя. У нас только один шанс. Если провалимся — этому миру конец. Местные жители не смогут противостоять демонам.

Демоны. Порождения проклятий в облике монстров. Они питались темными эмоциями и жили лишь инстинктом убивать. В прошлом мире они расплодились из-за её проклятия, и если бы не маги, человечество бы вымерло.

— И всё равно, я не хочу тебя убивать.

— До чего же ты упрямый. Сколько раз повторять: это самый быстрый путь!

— На себя посмотри. Если бы всё было так просто, ты бы не переводилась в эту школу. Могла бы просто подойти и умолять, чтобы я тебя прикончил. Зачем же ты сама всё усложняешь?

Она нахмурилась и снова вздохнула. Кажется, я попал в точку.

— …Ладно, ладно. В таком случае тебе придётся провести остаток жизни со мной. Это цена за то, что я останусь в живых.

— Ого, какая неожиданная покладистость. В прошлом мире ты не останавливалась ни перед чем, лишь бы заставить меня убить тебя. Серьёзно, не надо подкладывать мне кинжал в руку, пока я сплю. Это совсем не тот вид «ночных визитов», о которых я мечтал.

— Я не самоубийца, хватит меня так называть!

— После всего, что ты вытворяла, это синонимы!

Я потер переносицу, а ведьма надулась и отвернулась.

— …В прошлой жизни я была совсем одна.

— Только половину жизни. Вторую половину я всегда был рядом.

— Вот так запросто ляпнуть такое… Ты совсем не изменился… — она посмотрела на меня с каким-то брезгливым недоумением, а затем добавила: — Никто не оплакивал мою смерть, кроме тебя… О чём ты только думал? Мы же были врагами, черт возьми…

Чистая правда. В любом мире мы были бы врагами.

— Но всё же… ты был прав… Теперь у меня есть семья… Мне плевать на свою жизнь, но если я умру… им будет грустно…

Она пробормотала это, густо покраснев. Я не сдержал смешка.

— Т-ты чего смеёшься?!

— Да так… Рад за тебя, Ведьма.

Я сказал это искренне. Теперь она не одинока.

— Эта твоя улыбочка меня бесит… Хмф.

Она фыркнула, скрестила руки на груди и прислонилась к стене. Поза была знакомой, но что-то в ней казалось неправильным…

— Не знаю почему, но тебе не идет эта поза.

— Что?

— Ну… может, потому что ты теперь выглядишь иначе?

— Заткнись! Как будто ты сам не изменился!

— Намекаешь, что я стал уродом?

— Я-я такого не говорила! К тому же, ты сейчас… выглядишь неплохо…

Как всегда, она умела задеть за живое, даже не осознавая этого. Вторую часть фразы я не разобрал, но решил не придираться.

— Ты и раньше была симпатичной, но сейчас ты скорее миленькая.

— М-миленькая?.. Кхм… Не думай, что мне приятны твои комплименты, ясно?!

Я снова окинул её взглядом. Ей шестнадцать, как и мне. Возраст тот же, что и в прошлой жизни, но пропорции тела изменились. Не хватало двух вещей, которыми она когда-то очень гордилась. Двух очень весомых вещей.

— Т-ты куда пялишься?! — она тут же закрыла грудь руками.

— Да ладно тебе, не переживай ты так.

— Не смотри на меня с такой жалостью! Я еще расту, ясно?! Они обязательно вырастут!

Редко увидишь её такой растерянной. Я решил подлить масла в огонь:

— А ведь какая фигура была…

— Я засужу тебя за сексуальные домогательства!

— Ну, я понимаю, у тебя отобрали единственное достоинство, но не кипятись. Надежда еще есть… наверное…

— …Ах вот ты как. Думаешь, я не посмею пустить в ход кулаки? Ну сейчас ты у меня узнаешь!

От неё повеяло такой жаждой убийства, что я невольно отступил на пару шагов.

— Н-насилие — не выход! Успокойся!

— …Хаа… Ладно. Пошли в класс. Будет плохо, если я пропущу всё утро в первый же день. Честно говоря, мне очень не хотелось пропускать первый урок… — сказала ведьма, сверившись с часами.

Я достал телефон. И правда, первый урок уже закончился. Она зашагала прочь, и я последовал за ней, вспомнив кое-что:

— Кстати, что это за спектакль был на классном часе?

— Что? Это мой образ примерной ученицы. Есть проблемы?

— Ну, примерные ученицы не прогуливают уроки в первый же день.

— П-прекрати! Ты же знаешь, у меня не было выбора!

— И всё же, зачем это? Корчить из себя паиньку. Ты же просто выглядишь как тихушница с проблемами в общении.

— …Вот как? Значит, ты тоже так думаешь, — её плечи поникли.

Атмосфера стала даже более гнетущей, чем когда мы говорили о гибели мира.

— Тебе всё еще трудно разговаривать с людьми?

— Да, и что с того?! В прошлом мире ты был единственным, с кем я могла нормально общаться, так что ничего не поделаешь!

— То было тогда, а это сейчас. Ты больше не ведьма, люди не обязаны тебя ненавидеть. К тому же, у тебя теперь есть семья, друзья…

— С семьей я нормально общаюсь! А друзья… Э-это кто такие? Их едят?

— Значит, друзей нет?

— Заткнись! Люди не меняются так быстро!

— Если бы ты вела себя естественно, как со мной, тебе было бы проще. А роль «идеальной ученицы» только отталкивает.

Услышав мой совет, она нахмурилась и склонила голову набок с искренним недоумением.

— О чём ты вообще? Если они увидят меня настоящую, то, очевидно, возненавидят.

Она произнесла это как непреложную истину, не оставив мне шанса возразить. Увидев, что я молчу, ведьма развернулась и припустила к классу, а её черные волосы заплясали в такт бегу.

————————————————————

Догнали прошлый перевод, дальше пойдут только новые главы.