Рано утром гладиаторы проснулись. Гамилькар с несколькими товарищами отправился на задворки храма, чтобы сварить ячменную кашу и испечь хлеб, используя утварь, найденную на месте.

Спартак же отправил Альтоникса разведать обстановку в Капуе. Тот должен был притвориться мирным жителем и поехать в город на коне, навьюченном оружием и доспехами гладиаторов. Поэтому, когда Вибий выступил из города во главе войска, Альтоникс уже сообщил об этом Спартаку.

Хорошо позавтракав и полные сил, гладиаторы не испугались, узнав, что врагов больше, чем их самих. Напротив, они с ещё большим нетерпением готовились к бою.

Поскольку оружия, захваченного прошлой ночью, не хватало на всех, Спартак распорядился раздать его в первую очередь тем, кто лучше сражался. Максимусу оружия не досталось – ему вручили лишь кухонный нож.

Это было не просто побоище на улице, а настоящее сражение. Врагов было больше, и идти на них с ножом было бы верхом безрассудства. Поэтому Максимус последовал примеру некоторых своих товарищей и отправился в дубовую рощу, где выбрал себе крепкий прямой сук. Заострив один конец, он получил некое подобие копья.

И пусть он находился в тылу, но, видя, как приближаются закованные в броню враги, Максимус всё равно нервничал. Когда Спартак повёл гладиаторов в атаку, он последовал за своими товарищами, но страх всё же заставлял его бежать медленнее.

А затем он увидел, как Спартак и его ближайшие соратники сокрушили первые ряды капуанцев, а те в панике обратились в бегство.

Победа была одержана так быстро, что Максимус не верил своим глазам. Ободрённый, он вместе с остальными бросился в погоню за убегающими врагами.

Максимус был высок и длинноног, а поскольку не был ничем обременён, бежал он очень быстро и вскоре настиг бегущих.

Он изо всех сил ткнул копьём вперёд. Наконечник не смог пробить кожаный панцирь врага, но тот, потеряв равновесие, рухнул на землю.

Максимус не стал тратить на него время. Размахнувшись, он изо всех сил ударил дубинкой по голове другого беглеца. Тот вскрикнул и упал как подкошенный.

Вместо того чтобы испугаться, Максимус почувствовал прилив адреналина. Он бросился вперёд и обрушил дубинку на голову ещё одного врага…

Так он уложил троих или четверых, но остальные бежали слишком быстро. Максимус остановился и огляделся. Его товарищи уже осматривали поле боя. Одни снимали доспехи с убитых, другие добивали раненых, третьи сгоняли в кучу пленников, которые не смогли убежать и сложили оружие…

После погони на Максимуса накатила усталость. Вместо того чтобы присоединиться к остальным, он тяжело опустился на траву и принялся жадно глотать воздух…

Вчера, наблюдая, как его товарищи добивают раненых, он испытывал отвращение. Но сегодня, глядя, как они убивают раненых капуанцев, он не чувствовал практически ничего, лишь лёгкое недомогание.

Неужели я начинаю привыкать к этому? – Максимус поднял голову. Сквозь кроны деревьев пробивались тёплые лучи солнца, согревая его…

Погрузившись в свои мысли, он не сразу услышал, как кто-то окликнул его.

– Максимус, никогда бы не подумал, что ты так быстро бегаешь! Да ты троих уложил!

Максимус повернул голову. Перед ним стоял Торквато, сильный галл. Как и большинство остальных, он раньше презирал Максимуса, но сейчас смотрел на него с нескрываемым восхищением.

«Значит, мои старания не пропали даром!» – подумал Максимус.

– Не троих, а пятерых! – поправил он, растягивая губы в улыбке и показывая растопыренную ладонь. – Но, если бы не вы, мне бы ни за что не удалось уложить столько врагов! Ты бы ещё больше уложил, если бы не доспехи!

Торквато был простодушным человеком. Слова Максимуса польстили ему, и он, широко улыбнувшись, ответил:

– Не переживай, мы захватили много оружия и доспехов. В следующий раз и ты будешь сражаться с нами плечом к плечу!

Признание Торкватоa прогнало непонятное уныние, сковавшее Максимуса. Он словно забыл об усталости и вскочил на ноги. Он уже хотел предложить галлу помощь в сборе трофеев, но в этот момент вдалеке послышались крики. Это Спартак с Криксoм что-то не поделили.

Крикс хотел перебить всех пленников, чтобы запугать римлян, но Спартак был против. Он считал, что нужно отпустить их. Эти трусливые капуанцы разнесут по округе весть о том, насколько они опасны. Римляне дважды подумают, прежде чем отправлять на них войско. Это даст им время. К тому же, проявив милосердие, они настроят жителей Капуи не столь враждебно по отношению к себе. Это облегчит им передвижение по Кампании и набор новых сторонников…

– Спартак дело говорит, – тихо пробормотал Торквато, который всё это время внимательно слушал.

Максимус с удивлением посмотрел на него. Галльские гладиаторы всегда поддерживали Крикса и беспрекословно подчинялись ему.

Максимус перевёл взгляд на Спартака, который в этот момент пытался вразумить Крикса. Он подумал, что, должно быть, его вчерашние слова возымели какое-то действие на предводителя гладиаторов. «Похоже, он умеет слушать и прислушиваться к мнению других», – подумал он и ещё больше утвердился в мысли о том, что ему удастся убедить Спартака бежать из Италии.

Гамилькар, Эномай, Альтоникс и другие поддержали Спартака. Пленников разоружили, заставили снять доспехи и отпустили.

Крикс молча, нахмурившись, наблюдал за происходящим.

Спартак же, глядя на гору оружия, сказал Гамилькару:

– Позови-ка Максимуса, пусть подсчитает трофеи.

Максимус с радостью согласился. Вскоре он закончил подсчёты.

– Спартак, – доложил Гамилькар, – мы убили пятьдесят восемь человек и захватили сто тридцать семь пленных. Всего нам досталось сто девяносто пять кожаных панцирей, триста двадцать шлемов, двести шестьдесят один короткий меч, четыреста пятьдесят два копья и пятьсот щитов.

– Отличный улов! Теперь у всех наших братьев будет оружие! – обрадовался Спартак. – А сколько у нас потерь?

– Трое легкораненых.

Спартак обвёл взглядом собравшихся и рассмеялся.

– Да уж, лёгкая победа! – сказал он. – Капуанцы – славные ребята. Узнали, что нам не хватает оружия, и решили нам его подбросить!

Гладиаторы рассмеялись.

– Капуанцы – всем известно, что это сборище трусов! – раздался ледяной голос Крикса. – Победить их было легко, но с римлянами так просто не справиться.

– Ты прав, – Спартак перестал смеяться и посерьёзнел. – Поэтому мы должны как можно скорее отправляться на юг, к Везувию. Нам нужно собрать большое войско и укрепиться в горах. Римляне не замедлят явиться за нами, а мы должны быть готовы дать им отпор. Эти доспехи и оружие достались нам нелегко. Прикажи всем вооружиться. Оставшееся оружие пусть пока поохраняет Гамилькар. Максимус, поможешь ему.

– Хорошо, – коротко ответил Гамилькар.

Услышав имя Максимуса, Крикс лишь недовольно хмыкнул, но спорить не стал. Он видел, как тот храбро сражался и уложил нескольких врагов. Вместе с подвигом, совершённым прошлой ночью, это несколько улучшило мнение галла о Максимусе.

Первой мыслью, которая пришла в голову Максимусу после того, как он услышал приказ Гамилькара, была: «Значит, меня отправляют в обоз. Похоже, больше не придётся сражаться».

Он, не раздумывая, согласился и спросил:

– Что мне нужно делать?