Спустя час после звонка Ли Мэй, как она и предсказывала, пресс-конференция Либерти Альянса и Гильдии Осон транслировалась в прямом эфире по всему миру.

— Исследование недавно обнаруженного Кардинального Греха уже завершено, и мы находимся на финальной стадии подготовки к его идеальному зачистке.

— Дата штурма — 26 апреля, ровно через неделю. Карательный отряд, сформированный совместно Либерти Альянсом и нашими элитными охотниками из Гильдии Осон, выступит в первых рядах. Мы уверены в успехе, чего бы нам это ни стоило.

Вместо председателя Дэвида в качестве представителя выступил Уильям, который вместе с Лин Сяоци из Гильдии Осон разъяснил детали предстоящей операции. Эта новость мгновенно разлетелась по всему миру.

Громкое заявление о том, что они добьются успеха любой ценой.

За всё это время бесчисленное множество гильдий исчезло после подобных речей, но когда дело касается уровня 10 великих гильдий, ситуация меняется.

— Говорят, они просчитали все переменные вплоть до мельчайших деталей?

— Разве это вообще возможно? Это же Кардинальный Грех, который намного сложнее ранга S, а не какое-то подземелье ранга C...

— Раз они так уверенно заявляют, значит, знают, что делают. Неужели 10 великих гильдий станут лгать, рискуя собственными жизнями?

Даже Либерти Альянс, когда-то занимавший первое место в мире, потерпел неудачу в зачистке Кардинального Греха, понеся астрономические убытки, а его таланты разбежались кто куда.

С другой стороны, Гильдия Белого Лотоса, успешно справившаяся с задачей, расширила свое влияние настолько, что уже посягает на мировое лидерство. Так что они явно не стали бы разбрасываться словами без веских оснований.

Поэтому профессионалы отрасли внимательно следили за тем, какую скрытую силу продемонстрирует Гильдия Осон. Кан Юсик не был исключением.

«В этот раз, значит, Похоть».

Просмотрев опубликованные Либерти Альянсом статьи, Кан Юсик погрузился в раздумья, потирая подбородок.

Похоть была одним из тех Кардинальных Грехов, что не были зачищены до его регрессии, но благодаря нескольким предпринятым попыткам он владел базовой информацией.

«Монстры, похожие на куски человекообразной плоти, которых там несметное количество... И когда они умирают, повсюду распространяется нежно-фиолетовый туман, кажется».

Уровень монстров варьировался от S-класса до В-класса.

По сравнению с Обжорством, где в основном кишмя кишели монстры ранга S и выше, это могло показаться пустяком, но истинный ужас Похоти заключался именно в «тумане».

«Воздействие тумана вызывает головные боли, галлюцинации, слуховые иллюзии и другие аномальные симптомы. Если не покинуть подземелье и продолжать вдыхать его, симптомы будут только усиливаться».

В конце концов человек теряет сознание, а когда приходит в себя, становится абсолютной марионеткой босса подземелья — Люксурии!

«Причем это не просто потеря рассудка, охотник превращается в полноценного подчиненного».

Они используют все свои знания и боевую мощь, чтобы без колебаний атаковать бывших товарищей.

Это само по себе неприятно, но главная проблема в том, что на этой стадии восстановление невозможно даже после выхода из подземелья. Более того, пока они остаются внутри, Кардинальный Грех не сбрасывается.

«Если подумать, невозможность ресета была самой большой проблемой».

Структура подземелий такова, что они возвращаются в исходное состояние, когда внутри не остается людей.

Однако в Похоти остаются ставшие марионетками охотники, ресет блокируется, и в результате босс, Люксурия, получает возможность подготовиться к следующей атаке!

«И при этом они во всеуслышание заявляют, что смогут его пройти...»

Неужели они нашли способ полностью блокировать туман? Но до регрессии карательные отряды перепробовали множество подобных методов.

И все они провалились. Чем больше монстров они убивали, тем гуще становился туман внутри подземелья, доходя до того, что видимость падала почти до нуля, что связывало охотников по рукам и ногам в битве с Люксурией.

«Попытка всосать и запечатать туман привела к катастрофе из-за загрязнения устройства, а когда пытались убить только Люксурию, весь отряд погиб от тумана, который она выпустила лично».

Если Обжорство било исподтишка сменой окружения, то в Похоти сама базовая структура была кошмарной.

Из-за этого считалось, что оно будет зачищено последним, если только не появится какой-то революционный метод. Как же всё пришло к этому?

«Это тоже эффект бабочки?»

Если бы у стороны Владыки Черного Дракона изначально был способ зачистки, они бы использовали его и до регрессии.

Из-за действий Кан Юсика в силах Владыки Черного Дракона что-то изменилось, и в результате они получили ключ к покорению Похоти.

Приведя мысли в порядок, Кан Юсик снова потер подбородок.

«Что же может помочь в зачистке Похоти?»

Кан Юсик долго пребывал в раздумьях, не в силах найти зацепку, когда вдруг...

*Бум!!*

Снизу раздался оглушительный грохот.

Кан Юсик с удивлением посмотрел на пол, чувствуя мощную вибрацию, пробившуюся сквозь десятки слоев защитных барьеров.

«Там не исследования, там целая война идет».

Если бы это случилось пару раз, еще ладно, но за последние десять минут подобные толчки повторялись больше двадцати раз.

Кан Юсик посмотрел на дверь впереди, гадая, не идет ли там и впрямь настоящее сражение.

*У-у-унг*

На первый взгляд — обычная деревянная дверь, ведущая в подвал.

Однако с внутренней стороны Пан Хеён установила созданный ею мощный Магический круг, который строго ограничивал доступ.

Магический круг был настолько сложным, что у большинства магов при одном взгляде на него закипели бы мозги. Глядя на эту идеальную защиту, Кан Юсик преисполнился любопытства.

«Насколько же они выросли?»

Прошло уже два месяца с тех пор, как Пан Хеён и Вильгельмина объявили о своем уединении для тренировок и заперлись в подземной лаборатории.

Изначально они ушли на неопределенный срок, поэтому было неясно, когда они выйдут, но Кан Юсик, посчитав нынешнее дело важным, связался с ними через Шёпот Феи, и они договорились встретиться сегодня.

«Раз они так легко согласились выйти, значит, каких-то результатов всё же достигли...»

Два человека с талантами, входящими в пятерку лучших в области магии. Раз они вдвоем ломали головы два месяца, определенно должен быть серьезный успех.

Пока Кан Юсик с предвкушением смотрел на дверь...

*Чр-р-р-рык!*

Плотно сцепленные части Магического круга начали вращаться и спустя мгновение стали распадаться, рассеиваясь в воздухе.

Даже зная примерно, как всё устроено, форма исполнения вызывала восхищение. Пока Кан Юсик завороженно наблюдал за процессом...

*Скри-и-ип*

Дверь, лишившись магической защиты, обыденно открылась, и оттуда вышли двое.

Первой была Пан Хеён с глубокими темными кругами под глазами, будто она не спала несколько суток напролет. А за ней — маленькая девочка с серебристыми, почти белыми волосами...

— ...А?

Кан Юсик застыл с глупым выражением лица.

Учитывая прежний рост Вильгельмины, его взгляд должен был автоматически опуститься ниже груди Пан Хеён.

Но он не опустился. Напротив, взгляд поднялся даже чуть выше головы Хеён, и там он увидел лицо, которое помнил по временам перед регрессией.

Холодная красавица с серебристо-белыми волосами, от одного вида которой веяло морозом. Кан Юсик недоверчиво пробормотал:

— Вильгель...

— Оппа!

Прежде чем он успел договорить, Вильгельмина прыгнула ему в объятия.

Если раньше она целиком помещалась у него в руках, то теперь стала настолько высокой, что могла уткнуться лицом ему в плечо.

Пораженный таким невероятным ростом, Кан Юсик в замешательстве спросил:

— Вильгельмина... это правда ты?

— Угу! Я так скучала!

Отвечая, Вильгельмина продолжала тереться лицом о его грудь. Кан Юсик с удивлением смотрел на нее сверху вниз, ошарашенный таким бурным приветствием спустя два месяца.

«Что же произошло?»

Как ребенок, выглядевший месяца два назад ученицей первого класса средней школы, мог превратиться в старшеклассницу?

Конечно, вспоминая Эскара, поступившего в этом году, это не было совсем уж невозможным, но тут ситуация была иной.

Ведь ее уникальный навык Заморозка должен был остановить рост.

«Если научиться им управлять, можно немного подрасти... но такой резкий скачок?»

Учитывая свойства Заморозки, блокирующей само старение, резкий рост был немыслим. Кан Юсик в шоке спросил:

— Как ты так вытянулась?

— Я изучала магию, думая о том, как бы мне стать полезной для тебя, оппа, и как-то сама собой выросла.

Вильгельмина говорила с гордым видом, явно довольная тем, что ее рост произвел такое впечатление. Кан Юсик заинтересовался.

«Неужели Заморозка отреагировала на ее желание поскорее повзрослеть?»

До сих пор он считал, что сила Заморозки способна лишь останавливать что-либо, но, возможно, её рамки гораздо шире, чем он предполагал.

Как раз в тот момент, когда Кан Юсик хотел расспросить подробнее...

— Эй.

Пан Хеён, скрестив руки на груди, подозрительно прищурилась.

— Ты меня в упор не видишь?

Её и без того измученный вид стал казаться еще более мрачным. Почуяв неладное, Кан Юсик поспешил сменить тему.

— Кхм-кхм. Как успехи в тренировках?

— Никак. Вообще. Только мне показалось, что я что-то нащупала, как всё зашло в тупик. Я только и делала, что рвала на себе волосы, пока ты не позвал.

— ...

Судя по её лицу, оно явно не светилось озарением, и теперь стало ясно — она не достигла желаемого результата.

Поняв, что наступил на мину, Кан Юсик забегал глазами, а Пан Хеён со всё более мрачным видом переводила взгляд с одного на другого, пока они обнимались.

— И вот я вышла, а мой ученичек даже не поздоровался, глаз на меня не поднял... А девчонка, которую я старательно учила два месяца, не только перехватила инициативу, но и смотрит на меня так, будто она тут самая главная...

— А, нет... всё не так...

— Нет, это я виновата. Вылезла тут, ничего не добившись... Лучше бы я просто сдохла там.

Пан Хеён бормотала с удрученным видом.

Глядя на неё и понимая, как тяжело ей дались эти два месяца, Кан Юсик лихорадочно соображал, как бы её утешить, и тут...

«...Сдохла?»

Переменная, которую он мог создать. И метод, который ни разу не применялся для борьбы с туманом Похоти.

В голове вспыхнула догадка, и Кан Юсик непроизвольно выкрикнул:

— Вот оно!

— ...Что «сдохла»?

— А, нет. Я не про это, а про метод, который они используют!

Техника бессмертия, которую изучали в Небесном Войске.

Владыка Черного Дракона завершил эту технику и теперь собирается использовать её для зачистки Похоти.

«Потому что туман Похоти — это своего рода проклятие. Если один раз умереть, эффект прервется».

Они будут убивать друг друга, продвигаться вперед и в бесконечных изматывающих атаках прикончат Люксурию.

Это безумный метод, но если они достигли хотя бы условного бессмертия, его вполне можно реализовать.

«Более того, если это правда, то тут полно лазеек, в которые можно ударить».

Он знает местоположение лаборатории, а главный ответственный уже в долгах благодаря его хитрости. Теперь можно просто выбирать способ, которым он всё там разнесет!

Когда проблема, мучившая его, мгновенно разрешилась, Кан Юсик на радостях крепко обнял Пан Хеён.

— Это всё благодаря вам, учитель! Спасибо!

— ...

Оказавшись в его объятиях, Пан Хеён замерла с ошеломленным лицом, но вскоре уголки её губ медленно поползли вверх, и она обхватила Кан Юсика за талию.

— Благодаря мне?

— Да!

— Я помогла?

— Конечно!

Чем больше он отвечал, тем более гордым становилось лицо Пан Хеён, в то время как лицо Вильгельмины, в мгновение ока оказавшейся не у дел, начало холодеть.

Радость и печаль поменялись местами за секунду. Пан Хеён, положив подбородок на плечо Кан Юсика, расплылась в усмешке, будто и не было недавней депрессии.

«Видала?»

Это было лицо абсолютного победителя.

* * *

Чхонмугун, занимающий третье место среди образовательных учреждений для охотников в мире.

Глубоко под его бескрайними территориями тайно располагалась лаборатория Небесного Войска, созданная Хыкху. Внутри одновременно велось множество исследований.

Среди них техника бессмертия, которой руководил лично директор лаборатории Лунчэн, пользовалась полной поддержкой, однако результаты были скудными, поэтому репутация проекта внутри организации была не самой высокой.

Из-за этого некоторые исследователи даже не желали переходить в эту команду, но в последнее время ситуация в корне изменилась.

— Техника бессмертия... Слышали, её закончили?

— Поверить не могу, что это завершили первым...

— Говорят, заместители директора в своих кабинетах всё разнесли от злости. Теперь им директора Лунчэна точно не одолеть.

— Раз он создал такое, его ни за что не сместят.

Исследователи шушукались между собой, и Лунчэн, притворяясь, что не слышит, довольно усмехался.

«Идиоты. На чье место зарились?»

Пытались метить на кресло директора, не зная своего места.

Вспомнив лица заместителей, которые всё это время втайне презирали его, Лунчэн не мог сдержать улыбки.

Можно сказать, теперь лаборатория полностью принадлежала ему, да и его влияние в организации в целом значительно возросло.

Шутка ли — техника бессмертия. Результат, который в корне изменит все существующие методы зачистки подземелий. Вполне естественный итог.

«И всё это благодаря этому Кан Юсику?»

Раньше сама мысль о том, что он получил помощь от этого мальчишки, была ему неприятна, и он срывал злость на всех вокруг, но теперь, когда дело сделано, эти чувства исчезли.

Он даже ощущал некое подобие благодарности. Лунчэн хмыкнул.

«Но в конечном счете — это всё мои способности».

Пусть всё началось с идеи Кан Юсика, если бы не он сам, технику никогда бы не удалось завершить.

С этими беспочвенными мыслями Лунчэн закончил писать отчет.

«Тьфу. Надоело уже этим заниматься».

Регулярный отчет, который он отправлял Тао Фею.

В нем он в общих чертах описывал ход исследований; это была чисто формальная процедура, не несущая особого смысла.

«Надо будет скоро поговорить и сваливать из этого Чхонмугуна».

Раз техника бессмертия готова, больше нет нужды оставаться здесь ради прикрытия.

Довольно улыбаясь, Лунчэн уже собирался забрать отчет, как вдруг на его лице отразилось недоумение.

— Хм? Разве я писал такое?

Текст явно был написан его рукой, но казался странно незнакомым. Просмотрев путаные фразы, Лунчэн пожал плечами.

«Да какая разница».

Ничего важного там всё равно не было, так что не стоит и беспокоиться. С этой мыслью Лунчэн отправил отчет Тао Фею.

[Должник «Лунчэн» подпадает под действие «Принудительное Взыскание». Состояние — «Спутанность сознания»].

— Хм. Вот оно как.

Кан Юсик, получивший отчет, в котором данные о безопасности лаборатории были перемешаны в хаотичном порядке, довольно улыбнулся.