[[ПП:

Твои мечты - пища для червей.

Повесели и желания убей.

"Нет" улыбкам, "да" рыданьям.

Время действо... начать!

Пройди на званый пир!

Тянутся тени к добыче из темноты.

Нельзя закончить шоу,

Нет разрешения выбрать ни у кого.

Глава 10: Эпизод 8, режиссёрская версия

:::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::

"Вот это был потрясающий сон!" — кричит Фельт, замахивая ногами, чтобы спрыгнуть с кровати.

"Госпожа Фельт? Вы уже проснулись?" — кричит Райнхард из-за двери.

"Что?! Ты что, ждал там всё время, пока я спала?!" — закричала Фельт, топая ногами, и в мгновение ока распахнула дверь с красным лицом.

Рыжий улыбается и потирает затылок. "Я только что пришёл в себя, Фельт-сама. Я собирался разбудить вас и отвести в театр".

"О. Нас вызвали?" — Фельт, преодолев смущение, подняла бровь и посмотрела на рыцаря.

Райнхард кивает, поджав губы. "Кажется, все… совершенно потрясены. Я чувствую, что все уже на пределе-".

"…а ты бы предпочёл, чтобы я держала рот закрытым, чтобы не провоцировать ссоры", — перебивает его Фельт.

Он смущённо кивает: "Если не выразить это по-другому, то да".

"Что с тобой!" Она закатывает глаза и протискивается мимо него. "Просто посмотрим, как низко упадут эти идиоты!"

Райнхард хмурится, но все равно следует за хаотичной блондинкой.

"Что с тобой, Рейн?" — спрашивает Фельт, идя по дорожке, небрежно заложив руки за голову.

"Хм?" — промычал Райнхард, бросив на неё быстрый взгляд.

"Почему ты не раздражаешь меня по поводу стояния в очереди и всего такого?"

"... Я бы не осмелился выказать хоть какое-то недоверие к вашей компетентности, миледи", — бормочет Райнхард в ответ, отводя взгляд.

"Ммм", — Фельт на мгновение подозрительно посмотрела на него, но покачала головой. "Да, что ж, держи меня в курсе".

"Конечно, миледи", — монотонно отвечает Райнхард.

::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::

При входе в театр многие лагеря уже разделились на группы и места. Потсчитав, кто будет в первом ряду, Эмилия села справа рядом со спящим Субару. Она смотрела Рем в глаза с некоторым смущением, в то время как горничная отказывалась замечать её присутствие, сидя позади Субару.

"Ты же не собираешься…" Когда Эмилия попыталась указать, что Рем должна сесть слева от Субару, параллельно ей, она получила уничтожающий взгляд от разъярённой горничной.

"Рем не станет сидеть на месте, которое ей дала ваша жалость. Большое спасибо, Эмилия-сама".

Эмилия вздрогнула и отвернулась, не в силах вынести, насколько сильно она испортила отношения с другой девушкой в сердце Субару.

"Интересно, почему ты думаешь, что это из жалости. Я полагаю, это ты сама впала в отчаяние из-за своих преступлений", — резко говорит голос в адрес Рем, заставляя Эмилию взглянуть на духа, сидящий на коленях у Субару.

"... Я тоже знала, что вы лжёте, Беатриса-сама", — сухо пробормотала Рем, заставив Эмилия вжаться в кресло.

Беатрис промычала в ответ, не обращая внимания на то, о чем говорила Рем, опускаясь на грудь Субару.

Когда экран начал освещать комнату мигающими движениями, Вильгельм и Круш вошли в комнату вместе, и, казалось, они смотрели мимо первого ряда туда, где в дальнем конце левого края второго ряда сидел сгорбленный Феликс.

"Он был здесь всё это время?" — спрашивает Круш, обеспокоенная самочувствием своего рыцаря.

"Думаю, Феррису сейчас нужно побыть одному, Круш-сама", — сочувственно предостерегает Вильгельм.

Не доверяя заявлению, но не мужчине, герцогиня прищурилась, чтобы лучше разглядеть съежившегося мальчика в юбке. Ей не нравилось, каким одиноким и заброшенным он выглядел.

"С ним что-то случилось, Вильгельм-доно", — кулаки Круш дрожали от ярости.

"Я позабочусь об этом. Не принимайте близко к сердцу, пока не решите то, что вас уже беспокоит. Вы можете стать эмоциональной и выплеснуть на него всю злость, как это было несколько часов назад".

"У меня были все основания быть им разочарованной", — твердо заявляет герцогиня. "Он проявил неуважение…"

"Прочь с дороги, простолюдины!" Круш, не раздумывая, смотрела, как Присцилла проскользнула между ней и Вильгельмом, чтобы подняться по лестнице к проходу.

"Ты грубиянка, Бариэль", — вскипела Круш, не получив ответа от противной багровой красавицы.

"Оставь её". Вильгельм взмахом руки обращается к Круш: "Вам нужно принять решение дальнейших действий, Круш-сама. Ваша ссора с Феррисом ещё не решена, и, очевидно, эмоции возьмут верх, если он скажет что-то не то… и, думаю, мы оба знаем, что это неизбежно".

Матриарх Карстена посмотрела мимо старика на своего рыцаря, чувствуя приступ раскаяния за то, что она сказала ему перед окончанием последнего просмотра.

"Пожалуйста, позаботься о нем ради меня", — доверчиво шепчет она.

"Конечно, миледи", — он слегка кланяется и указывает на место в верхнем ряду над Рем. "Вы можете занять это место. Вы окажетесь между рыцарем Присциллы-самы и служанкой Розваля-самы, Рам".

Герцогиня недовольно поджала губы. Старый рыцарь рядом с ней сразу это заметил.

"Я понимаю, как это… печально, — Вильгельм опускает руку, — но у тебя не так много вариантов, кроме этого, и…"

Круш смотрит на внезапно расширившиеся глаза Вильгельма. Как только она нашла то, что у него было, на её лице появилась самодовольная и одновременно хищная ухмылка.

"Ну", — он кашляет в кулак. "Полагаю, тогда не будет нужды в догадках".

"Даже близко нет, Вильгельм-доно", — усмехается Круш и отходит от старого мечника, одаривая милой улыбкой девушек, собравшихся вокруг Нацуки Субару, находящихся в состоянии внутреннего противоречия.

"Круш-сама?"

"Здравствуйте, Эмилия-сама. Я бы не застала вас в неподходящий момент, правда?"

"Это вы сюда пришли… А. Нет. Сейчас совсем не плохое время", — Эмилия запинается, сбитая с толку герцогиней и её появлением в ряду.

Круш поворачивается, чтобы посмотреть на Рем, одарив служанке ту же улыбку. "Рем".

"Круш-сама", — горничная кланяется и тоже довольно улыбается женщине.

Эмилия переводила взгляд с одной на другую с каким-то неясным выражением осознания.

"Можно мне занять ваше прежнее место рядом с Нацуки Субару? Кажется, оно вам больше не нужно". Герцогиня заслужила лёгкое раздражённое хмыканье от Беатрис, услышав столь дерзкий вопрос, но, к удивлению и ревности Эмилии, Рем ответила простым поклоном в знак уважения.

"Рем доверяет Круш-сама. Пожалуйста, следуйте за своим комфортом".

Глава дома Карстен отдала служанке такой же почтительный поклон, как и Рем. Эмилия наблюдала с открытым ртом, как они шли параллельно друг другу, .

Она не могла вымолвить ни слова, когда смелая стальная леди повернулась к ней лицом.

"Эмилия-сама, если позволите?" — спрашивает Круш.

"Т-Ты спрашиваешь моего разрешения?!" — заикается Эмилия, не в силах справиться с безразличным поведением Круш.

"Да, он всё-таки твой рыцарь".

"... Пожалуйста, присаживайтесь, Круш-сама. Мы рады вас видеть", — Эмилия пытается улыбнуться ей как можно приветливее.

Круш кивает головой и одаривает Беатрис долгим взглядом.

"Хмф. Просто садись, я полагаю. Ты всё равно не раздавишь ему руку больше, чем эти двое".

"Спасибо". Круш послушно проигнорировала последнюю фразу и слегка поклонилась великому духу. Затем, наконец, она присела отдохнуть рядом с Субару.

"Он всегда такой спокойный, когда спит?" — с любопытством спрашивает Круш, что же она заметила первым делом. Глядя на Субару, герцогиня без колебаний наблюдала за мальчиком, сидящим рядом, и изучала его.

"Да!" — строго отвечает Эмилия. "Субару действительно очень милый, когда спит".

"Я никогда не говорила "мило", — Круш моргает с любопытством, глядя на Эмилию, в ответ на что девушка очаровательно теребит своё ухо.

"Кажется, это вырвалось само собой. Извините".

"Вам не нужно продолжать извиняться, Эмилия-сама", — твёрдо заверила её Круш.

Рем и Беатрис переглянулись между двумя девушками, уставившимися на экран.

"Субару-кун такой милый". "Бетти больше не уважает твоё мнение, хмф".

Проходя мимо ряда Феликса и занимая своё место, Присцилла с неудовольствием обнаружила, что её рыцарь удобно устроился в средней части второго ряда, а рядом с ним сидела розоволосая горничная.

"Альдебаран, ты неверный пёс", — бормочет Присцилла, предпочитая сидеть в одиночестве, пока её рыцарь-блудник болтает со скучной розовой служанкой. Она ни разу не задумалась, о чём они говорят. Её взгляд был занят тем, что она придиралась ко всему, что попадалось ей на глаза в мелькающих видениях, быстро проносящихся короткими вспышками по окну.

"Тааак что, у тебя проблемы в раю?" — Ал нарушил двадцатиминутное молчание одной фразочкой, достаточно глупой, чтобы заставить Рам отреагировать.

"Хмф. Это не твоё дело".

"Да ладно! Ты первая начала приставать ко мне!" Ал с возмущением отвергает её отказ, но Рам приподнимает бровь.

"Но я помогала жалкому животному вернуть себе расположение его хозяина. Ты пытаешься влезть в проблемы Рам, вот в чём разница", — жестоко отвечает она.

"...Значит, у Рам проблемы, а?" — небрежно отвечает Ал, заставляя её раздражённо взглянуть на него.

"Эй, эй, ну же. Я просто пытаюсь помочь тебе, как ты помогла мне".

"Ты достаточно долго составлял мне компанию. А теперь, пожалуйста, отправляйся к своему хозяину", — Рам махнула ему рукой.

Но Ал решает проигнорировать это и наблюдать за мелькающими картинками за своим шлемом.

"Иногда человеку просто нужна компания", — загадочно говорит он.

Рам не смотрит на него. " А ты… послушный питомец, я полагаю".

"А ты мерзкий дьявол!"

Ал не был так возмущён, как прозвучало его заявление. И ухмылка Рам показывала, что она это поняла.

Когда двое уладили свои разногласия, Вильгельм сел рядом с Феликсом, молча наблюдая за рыцарем, в то время как мальчик не проявлял желания разговаривать со стариком.

Вскоре вошла Анастасия, потирая шарф на шее. "Что это, чёрт возьми, такое?!"

Именно в этот момент взгляд Присциллы оторвался от экрана, чтобы посмотреть на сцену внизу.

"...Проблемы, Анастасия-сама?" Круш невинно моргнула, пока лиса смерила её свирепым взглядом.

"Что ты там делаешь, сидя там?!" — Анастасия кощунственно указала на Круш. Но герцогиня лишь ухмыльнулась.

"Рем была так любезна, что поделилась со мной".

"Вот как?" — Анастасия улыбнулась сквозь стиснутые зубы. — "Значит, ты не против моей компании, а?"

"Вовсе нет. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам", — Круш говорила довольным тоном, который, казалось, намеренно раздражал Анастасию. "У меня и так уже есть хорошее место".

"..." Анастасия плотнее закуталась в шарф и покачала головой. Она с неохотой села рядом с самодовольной герцогиней.

"Не возражаете, если я присоединюсь к вам, миледи?"

Анастасия подняла глаза и увидела перед собой свежеодетого Юлиуса, красноречиво улыбающегося ей сверху вниз.

"Конечно!" — Анастасия хихикает и похлопывает по последнему сиденью слева в первом ряду.

Как только Юлий сел рядом со своей дамой, пронзительный крик Фельт привлёк внимание всего зала.

"К чёрту тебя!" — Фельт указывает на ряд Круш, Анастасии и Юлиуса.

"Это были наши!" — бушует она, вырывая руку Райнхарда и пытаясь высвободиться из его хватки, чтобы обрушить на девушек всю свою ярость.

"Кто нашёл, тот и забрал себе, детка~", — подмигивает Анастасия, а Круш даже не пытается пересесть на другое место.

"Уверена, сзади есть и другие свободные места", — Круш кивает Райнхарду, указывая рыцарю выход из положения.

И он с благодарностью согласился: "Д-да. Давайте займём места, которые оставили Анастасия-сама и Юлиус. Оттуда открывается лучший вид на зал".

"Я вас убью! Всех вас!" Фельт забилась в его объятиях, как дикая собака, но Райнхард крепко прижимал её к груди.

"Какая же бешеная свиноферма!" — с отвращением воскликнула Присцилла. "Дерутся, лезут из кожи вон, развращают себя из жалкой потребности контролировать то, что уже вырвано у них из рук".

Алая красавица перевела взгляд с группы девушек на парня посреди них. Губы её сжались, а в рубиновых глазах заиграла ревность.

Отто и Гарфиэль наконец заняли свои места рядом с Эмилией, заняв весь первый ряд.

Второй ряд был практически заполнен, и тигриным близнецам пришлось занять место Рам рядом с Розвалем в третьем ряду. Магический лорд незаметно проскользнул в задние ряды, пока царила суматоха.

"Эй, сестрёнка! Ну-ка сядь же, ладно?" — кричит Гарфиэль своей сестре.

Фредерика была единственной в зале, кто осталась стоять, глядя в коридор, ведущий в комнаты театра.

"Я не вижу Петру-чан", — с тревогой произнесла Фредерика, переводя взгляд с комнаты на коридор с дверями.

"Разве она всё ещё не у себя в комнате?" — спрашивает Отто, не вставая с места.

Фредерика резко прикусила губу: "Я пыталась постучать. Но она мне не ответила".

"А чего ты так волнуешься?" — с любопытством спрашивает Анастасия. "Вряд ли кто отсюда скоро уйдёт. Ребёнок, наверное, ещё спит".

"Петра-чан никогда не спит", — тихо заметила Рам.

"На самом деле, эта девушка дорога Субару". Беатрис сердито посмотрела на коридор, и казалось, что она вот-вот спрыгнет с колен Субару, чтобы осмотреть вместе Фредерикой комнату.

Пока маленькая девочка не вошла в театральный зал с лёгкой смущённой улыбкой. "П-привет! Надеюсь, я не заставила вас всех ждать". Петра встала рядом с Фредерикой и низко поклонилась толпе: "Прошу прощения за опоздание!"

"Тогда садись, малышка. Ты нас не сильно задержала", — Анастасия добродушно улыбается и подмигивает Фредерике.

Светловолосая горничная вздохнула с облегчением. "Не знаю почему… но мне почему-то чувствовала, что ты никогда к нам не присоединишься".

"Хм? Почему бы и нет? Субару не справится, если узнает, что я перестала познавать и принимать его боль". Петра упирает руку в бедро, кивая в сторону спящего мальчика.

Фредерика прищурилась, глядя на девочку. "Ты говоришь так, будто есть иной путь".

"Да, был", — ответила Петра со странной улыбкой. "Но это же скучно. Представь, если бы мне пришлось проспать всю эту сессию!" Петра хихикает, скача к пустым местам между Розвалем и Присциллой в третьем ряду. Её наставница слегка покачала головой и улыбнулась, следуя с ней, чтобы сесть рядом.

"Ну вот…" — сонно говорит Рикардо, протирая глаза от сна, когда экран ярко вспыхнул.

"Мы даже не обсуждали, что можем увидеть", — говорит Рем, осознавая это.

"Верно", — Юлиус кивает вместе с ней, недовольно хмурясь.

"У большинства из вас были чувства, с которыми не получалось справляться", — говорит Анастасия, не отрывая взгляда от экрана.

"После этой жуткой драки это будет уже не весело, а?" — Ал качает головой.

Никто ему не ответил, экран остановился и погас. Но тут же снова загорелся, и заиграл мелодия.

Открывающая тема 2: Рай парадокса

На картине изображена стая птиц, летящих друг вокруг друга по кругу в оранжевом небе.

"Новое открытие?" — задаётся вопросом торговец, вызывая усмешку у Рам сверху.

"Очевидно, судя по странным песнопениям на заднем плане".

"Это зловеще", — шепчет Тиви в отчаянии, в то время как его сестра с нетерпением ждёт предстоящей песни.

Экран медленно опускается, и можно услышать звуки китов и увидеть пузырьки воды, всплывающие к ярко-оранжевому небу из глубокого тёмного моря.

"Они становятся всё более и более страными!" Эмилия вздрагивает при виде водных эффектов и реалистичного шума волн.

"Я согласна, что эти сцены совершенно не нужны", — пропищала Круш, заслужив лёгкий взгляд Анастасии.

Субару лежит на самом дне тёмного моря с закрытыми глазами, а вокруг него всё в пузырьках.

"Что это?!" Фельт обеспокоена из-за того, что тело Субару оказалось в воде.

"Кажется, это какая-то метафора?" — говорит Тиви, поигрывая своим моноклем. "В этих музыкальных фрагментах есть темы и образы, которые предвещают то, что произойдёт через пару сеансов просмотра".

"Что, если вода, удерживающая Субару, когда он пытается выплыть, означает, что он не может избавиться от своих страхов в жизни?" — спрашивает Петра, гадая, о чём эта сцена.

"Может быть, это чувство вины?" — с кислым выражением лица спросила Рем.

Он открывает глаза, в уголках которых видны слезы, когда воспоминает о том, как Эмилия кричит на него, заставляя его вздрагивать от чувства вины и смущения.

"О-о-о! Ты, возможно, был прав!" — Рикардо кривит губы от боли, вспоминая ту ужасную драку.

Эмилия выглядит огорчённой этим и тем, как Субару изображают подавленным только из-за ссоры с ней.

"Его могло подкосить что угодно: от смущения до чувства вины за то, что он обращался с тобой как с призом, который можно выиграть, Эмилия-сама". Круш заставила Эмилию посмотреть на неё твёрдым тоном.

"Ага", — полуэльфийка не в силах отвести взгляд от оценивающих янтарных глаз Круш. "Спасибо… Хотя Пак был прав насчёт всего этого".

"Хорошо". Взгляд Круш переместился с Эмилии на кандидата, сидевшего рядом с ней. На лице Анастасии отразилось то же недоверие, что и у Круш, когда Эмилия упомянула Пака.

Экран перемещается от лежащего Субару к безумному красному небу над морем, в котором он находился, когда появляется титульная карточка.

Эмилия и Субару улыбаются друг другу, а мир вокруг них кажется яркий и восхитительный. Они проходят мимо друг друга, и внезапно мир погружается во тьму, а лица обоих выглядят измученными и печальными.

"Полагаю, не составляет труда понять, что это значит для нас", — сухо говорит Беатрис, а Эмилия, сидящая рядом с ней, поджимает губы.

"Можно подумать, это можно было выразить более тонко", — сердито кусает Рем, удивляя Эмилию тем, что она была её горничной.

"Экран только показывает Эмилии-сама то, что не нужно было говорить. У неё „трудные отношения“ с Субару, как он бы это назвал", — говорит Рем, используя термин из странного языка Субару.

"Кроме того, — Эмилия и Рем посмотрели на Гарфиэля, который с уверенностью ухмылялся, глядя на сереброволосую леди, — вы с Капитаном уладили свои разногласия до того, как вы встретились со мной. Имейте это в виду, хорошо?"

Эмилия быстро заморгала, не желая, чтобы по щекам потекли слёзы от столь странной поддержки, которую она, казалось бы, получала. Она лишь кивнула Рем и Гарфиэлю.

Сцена меняется, и Эмилия стоит спиной к двери комнаты, в которой был Субару, когда она ушла от него. Субару, сидя с другой стороны дверей, обнимает её плащ. Экран мигает между двумя сценами и меняется…

"Ты заметила что-нибудь ещё, кроме ссоры между этими двумя в вспышках окна?" — спросил Тиви свою сестру, но Мими лишь покачала головой.

"Я не думаю, что там было что-то еещёёё", — внезапно говорит Розваль, пугая мальчика.

"А. Спасибо?" — сказал Тиви, стараясь не слишком пристально смотреть на человека в клоунском костюме.

Субару идет по заснеженной темной дороге, а Рем медленно следует за ним.

"Это значит, что Рем-сан снова будет играть более важную роль?" — рассуждает Отто, поглядывая на горничную.

Рем лишь нахмурилась, глядя, как Субару бесцельно идёт навстречу темноте и холоду. Эмилии, похоже, тоже не нравился этот особый акцент на снеге.

"Я бы предпочла, чтобы это объяснили, а не демонстрировали таким образом", — злобно усмехнулась Присцилла, её глаза были полны интереса, поскольку музыкальное очарование полностью поглотило её.

Субару медленно поднимает голову от отчаяния, пока образы улыбающейся Рем и улыбающейся Эмилии делают его ещё более безумным и разочарованным.

"Ему придется несладко!" — Рикардо качает головой, предвещая здесь намеченный тёмный путь.

"Я удивлён, что ему так тяжело со всеми этими дамами... уф!" Рам порезала Алу локоть.

"Это моя сестра, подлец!"

"Извини, извини".

"Хмф!" Присцилла жестоко смеется, видя, как ее рыцарь-предатель так быстро подвергается насилию со стороны той самой служанки, рядом с которой он предпочёл сидеть.

Экран меняется, показывая множество персонажей в этой области.

Круш, Феликс и Вильгельм.

Ал кормит Присциллу.

Анастасия обедает с Мими.

Эмилия с грустным видом кладёт голову на стол, а Пак трёт голову лапой.

Юлиус изображён держащим деревянный меч с решительным выражением лица, в то время как Субару стоит позади него со своим мечом на арене для дуэлей.

"Юлиус?" — кричит Райнхард из-за первого ряда, пытаясь понять, видит ли это его друг.

"В любом случае, нам придётся увидеть последствия боя, Райнхард. Я согласен с этим", — спокойно заверил Юлиус, не поворачиваясь к Святому Мечу.

Экран мерцает, и внезапно на нем появляются огромный глаз и человек с чёрными руками, пристально смотрящий на Субару.

"Кто это, чёрт возьми, такой?!" — кричит Гарфиэль, увидев глаза мужчины и то, что в них.

"Это…" — пытается заговорить Юлий, но Анастасия закрывает ему рот, качая головой.

"... Я знала, что он явится мне", — загадочно говорит Беатрис, пристально глядя на экран.

"Мне не нужно было бы предупреждать, чтобы мы не зацикливались на этом? Мы всё увидим, так что, пожалуйста, снимите заморозку с окна". Круш призывает всех прекратить домыслы и панику, чтобы двигаться дальше.

И в конце концов все отпустили ситуацию. Кроме Эмилии.

По какой-то причине у неё на глазах появились слезы.

Когда музыка усилилась, стало видно, как Субару и Рем вместе едут на Патраше.

"Интересно, где это?" — спрашивает Беатрис, внезапно заинтересовавшись.

"Неудивительно, что мы здесь оказались. Это же Великие равнины", — отвечает Вильгельм из задних рядов.

"Значит, эта песня воспевает падение Белого Кита?" — спрашивает Отто, глядя на Круш или Вильгельма в ожидании ответа.

"Да. Так и есть", — хрипло ответил Феликс, и голос его стал больше похож на голос раненого животное, чем на то, каким он был раньше.

Сквозь туманную равнину на экране мы видим Круш, стоящую наготове перед гигантским китом, открывающим пасть сквозь туман, а вокруг нее на коленях или без сознания на земле лежат мужчины.

Круш широко ухмыляется, глядя на монстра.

"Хм, ты была уверена в себе, когда дело дошло до этой штуки". — хмыкнула Фельт, немного раздражённая, но всё ещё под впечатлением.

Круш качает головой, отмахиваясь от восхищённых взглядов Эмилии и Рем: "Для меня битва далась совсем не так легко, как кажется". Герцогиня заставила всех задуматься, была ли битва настолько односторонней, как рассказывают легенды.

Субару держит Рем на вершине залитого солнцем холма.

"Где это было, сестра?" — спрашивает Рам.

Рем вздрагивает, поджимая губы, не ожидая увидеть этот момент так скоро.

Эмилия замечает это и печально хмурится. "По крайней мере, это хороший холм!"

"Как будто это то, что сейчас важно", — кашлянула Фельт, с долей сочувствия наблюдая за происходящим между Рем и Субару.

"Это, должно быть, был важный момент между тобой и Нацуки Субару. Поздравляю, Рем".

Искусная служанка лишь опустила голову, чтобы скрыть румянец от лукавого замечания Круш. Эмилия с любопытством посмотрела на них двоих.

Сцена меняется: Рем обрушивает свою булаву на культистов в лесу.

"... Тогда сомнений нет". Райнхард намеренно морщится, чтобы перестать думать обо всех возможных вариантах.

"Культ Ведьмы здесь", — рычит Рем, теряя прежнюю девичью реакцию и с ненавистью глядя на экран.

"Жаль, что меня там нет… У вас были самые крутые моменты во втором открытии, а я ещё даже не успел помочь своему капитану!" — кричит Гарфиэль в отчаянии. Блондин, казалось, отчаянно хотел поучаствовать в этой драке с Рем на экране.

"Субару-доно, без сомнения, столкнётся с ними лицом к лицу", — комментирует Вильгельм, слегка нахмурившись. "Полагаю, излишне говорить, что ему предстоит столкнуться с более серьёзным испытанием, чем то, с которым он сталкивался ранее".

Услышав назидательные слова старика, все поняли, что на самом деле означала сцена сражения Рем с культистами.

"Старшему брату предстоит столкнуться с ужасными смертями", — Фельт качает головой, выпаливая правду, которую, казалось, никто не хотел озвучивать. "Это просто то, что должно случиться…"

В то время как светловолосая принцесса во втором ряду выразила ярость и отвращение к тому, что должно было произойти, другая девушка в том же ряду досадливо нахмурилась.

"... Надеюсь, он не будет чувствовать себя слишком одиноким".

Тихая мольба Петры заставила несколько голов повернуть к ней. В основном это были четыре девушки, окружившие спящего Субару.

"Это просто… Так грустно. Слышать, как он столкнулся со всем этим… Не имея возможности обратиться ни к кому за помощью", — Петра повторила то, что сказала несколько сеансов назад. Феликс и Рикардо посмотрели на маленькую служанку с грустью и сочувствием.

"Деревня, в которой жила девочка, подверглась нападению Культа…" Слова Круш, казалось, задели Эмилию, Рем и даже Беатрис, поскольку все трое сразу поняли, что пыталась сказать железная леди.

Герцогиня отвернулась от Петры, заметив, что девочка была на грани срыва, едва взглянув на неё. Она больше не могла смотреть. Ярость может заставит её совершить что-нибудь безрассудное и неприятное.

"Этот чёртов Надзиратель заплатит… Так мучить ребёнка и ожидать, что она будет смотреть на всё так же, как и мы… Отвратительно!" — выругалась Круш себе под нос, ударив рукой по подлокотнику.

Анастасия задумчиво смотрит на руку в перчатке. "Похоже, она так же зла на этот инструмент, как и мы".

Приверженцы культа ведьмы окружают её, и в их ладонях появляются клинки.

Розваль первым отвернулся от изображения на экране. Его взгляд упал на персиково-красные волосы Рам. Её голова казалась единственным подходящим зрелищем, на которое лорд мог смотреть, не проявляя никакой реакции.

Рам повернула шею, и в какой-то момент её взгляд случайно встретился со взглядом Розваля.

Безмолвный взгляд горничной был полон эмоций, которые Розваль не мог объяснить или понять.

Должно быть, это был её гнев. Её ярость от того, что её сестра будет сражаться из-за его планов.

Должно быть, это была её ненависть к нему и его Евангелию.

"Наставления учителя…" — поправил мысль Розваль в своей голове.

Рам продолжала смотреть на своего хозяина сзади, пока Ал не заговорил рядом с ней.

"Знаешь. Думаю, он неправильно воспринял твой ободряющий взгляд… но это только моё мнение". Ал пожимает плечами и отворачивает взгляд с горничной и лорда-волшебника, чтобы посмотреть на экран.

Служанка, казалось, не собиралась отвечать рыцарю.

На экране воспроизводится фиолетовый эффект, а все происходящее на нем мелькает в обратном порядке.

Сцена останавливается на Субару, стоящем посреди огромной плоской равнины со сжатым кулаком.

Он оглядывается и видит Эмилию, стоящую перед гигантским стволом дерева, и чьи-то тёмные руки тянутся к ней.

"Эти руки!" Глаза Райнхарда расширились от удивления.

"Они точь-в-точь как у Ведьмы!" — тревожно рычит Рем.

Эмилия казалось, была встревожена этой сценой не меньше, чем можно было ожидать. В результате она подвинулась поближе к спящему мальчику, сидевшему рядом с ней.

Субару стискивает зубы и бежит, когда чёрные руки приближаются к Эмилии.

Принцесса медленно оглядывается назад и улыбается мальчику, который отчаянно раскрывает ладонь и протягивает ей руку.

Эмилия улыбается и берет его за руку, в то время как её лицо полностью скрыто тенью ладоней множества длинных рук.

Субару сильнее сжимает её руку и тянет к себе.

Экран темнеет.

Конец темы.

"Что… Что…" — отчаянно и без конца заикалась Эмилия, глядя на экран с белым от ужаса лицом, не в силах осмыслить, что она только что увидела вместе со своими друзьями.

Почти все смотрели на неподвижный экран с абсолютным любопытством или вместе с волнением, как в случае Гарфиэля и Анастасии.

"Не думаю, что нам нужно напоминать вам, что эти эпизоды не важны для нашего просмотра, Эмилия-сама?" — с любопытством спрашивает Круш.

"Н-но…" Эмилия оглянулась и увидела, что Беатрис и Рем смотрят на неё с жалостью. Она нервно сглотнула, не в силах выдержать эти взгляды без чувства сильного стыда.

"Субару тебя спасёт, я полагаю", — Беатрис раздражённо вздыхает. Эмилия принимает это за попытка духа подбодрить её.

"Сможет ли Субару-кун справиться с Ведьмой?" — тихий шёпот Рем заставил Эмилию вздрогнуть от чувства вины.

И снова служанка проявила больше сострадания к своему рыцарю, чем могла бы проявить Эмилия.

"Уверен, с ним всё будет в порядке", — вмешался торговец рядом с Эмилией. "Эмилия-сама и Нацуки-сан были счастливы как никогда!"

Хотя слова Отто были полны надежды и решимости, Эмилия не могла отвести взгляд от мальчика. Она не хотела замечать, насколько фальшива его улыбка. Было ясно, что это очередная уловка министра её лагеря, чтобы подбодрить её.

"С ней нянчатся, как с брошенной домашней собакой, которая не может ходить на ногах. Какое подходящие зрелище для девушки,у которой в голове едва укладывается хоть одна мысль", — сухо и равнодушно оскорбила Присцилла сверху. Как будто само оскорбление было для неё чем-то неважным и незначительным. В то же время гордость и сердце Эмилии были тщательно раздавлены жестокими словами Присциллы.

"Эй! Держи свой рот на зам…" Гарфиэль был сбит с ног, когда Отто зажал ему рот рукой.

"Не вмешивайся. Ты что, с ума сошёл?!" — нелепо прошипел Отто на блондину.

"Я не позволю ей ни за что оскорблять принцессу!"

"Мы не можем оскорблять кандидата. Разве ты не видел, что случилось с Феликсом..." Отто тут же перебил Гарфиэль, стряхнув его руку и выглядя еще более разгневанным.

"Ты хочешь поддержать этого придурка Рыцаря?!"

"... Прекратите, пожалуйста", — голос Эмилии прервал спор и заставил напряжение повиснуть в воздухе, вместо того чтобы привести к взрывной кульминации.

"Я бы предпочла, чтобы мы пока понаблюдали. Не нужно, чтобы кто-то подбадривал меня или вмешивался от моего имени", — произнесла Эмилия, не глядя никому в глаза.

Не смотря на то, что полуэльфийка заметила одобрительный кивок Круш и настороженный взгляд Рем, она всё равно смотрела на свои белое одеяние в поисках утешения. Слова Присциллы ранили её прямо в сердце.

Багровая баронесса, восседавшая выше всех, даже не нуждалась в подтверждении, чтобы понять, что она повлияла на Эмилию. Надменная, свысока глядя на сереброволосую девушку рядом со спящим мальчиком, Присцилла цокнула языком с отвращением на лице.

"Как далеко свинья готова проплыть по грязи ради такой никчёмной женщины?"

Сезон 1 Эпизод 8 Режиссёрская версия.

Начало.

Панорамируя роскошный вид двора экран не фокусировалось до тех пор, пока красота этого сада не стала видна в кадре, прежде чем появился Субару. Стоя посреди сада, он держал деревянный меч, предназначенный для новичков.

"Мы начнём сразу после того, как Эмилия-сама покинула мой дом", — объявила Круш всем, обозначив временную шкалу.

"Зачем он тренируется с мечом?" — спрашивает Эмилия, которой невероятно интересно наблюдать за тем, как Субару справляется с боем со своей стороны.

"Он… в каком-то состоянии. Можно сказать", — Круш загадочно кивает, не желая давать никаких ответов.

"Он предпочёл быть червём, вместо того чтобы брать то, что хочет. Хм", — комментирует Присцилла, снисходительно глядя на Субару.

Вильгельм стоял перед ним, держа в руке собственное оружие и направив его в сторону Субару.

Они стояли друг напротив друга, пока юноша не нанес агрессивный удар дворецкому.

Вильгельму сравнительно легко удавалось блокировать каждый удар Субару.

Черноволосый юноша, казалось, становился всё более взволнованным и раздражённым. Воспоминания о его прошлых выражениях и неудачах во время ссоры с Эмилией проносились в его голове и отразились на его лице на экране.

Увидев это, Вильгельм быстро и скучно избавился от оружия Субару и повалил мальчика на траву о дворе.

"Может, пока остановимся?" — спрашивает Вильгельм, глядя на Субару с чем-то, похожим на жалость.

Он не вставал, его разум снова и снова прокручивал крики Эмилии. Пытаясь сдержать рыдания, Субару закрыл рукой избитое лицо.

"Я вижу…" — размышляет Юлиус.

"Что ты видишь?" — спрашивает Анастасия у своего рыцаря.

"Просто… Нацуки, похоже, комфортнее заниматься тем, к чему у него нет ни таланта, ни навыков, чем чем-то более полезным для него".

"Он совершенно бесполезен с мечом, этого нельзя отрицать. Значит, он, тренируясь, делает что-то другое", — Фельт утвердительно кивает головой.

"Это просто значит, что он пытается отвлечься от плохих воспоминаний о ссоре с Эмилией-сама!" — уверенно говорила Петра, стараясь не допустить дальнейшего обсуждения этой сцены, поскольку она была слишком увлечена происходящим.

"Это не работает, не так ли? Я имею в виду, что вон тот приятель, кажется, измотан, потому что не может сосредоточиться. Этот бой у него на уме, что бы ни случилось", — вставляет Ал.

Всё это время Эмилия с жалостью смотрела на Субару, который боролся со всем этим. Должно быть, она раздавила его, уйдя вот так.

"Кажется, тебя это больше не беспокоит", — произнесла Рам, и её голос достиг ушей Юлиуса, заставив его обернуться.

"А. Ты имеешь в виду мою вину за то, как на него повлияла эта дуэль?" — он обнаружил, что на него смотрят любопытный Рам и обеспокоенный Райнхард. "Я бы предпочел этого не говорить".

"Он пытается", — вмешивается Отто, ухмыляясь со своего места.

Юлиус закатил глаза, но попытался скрыть собственное подрагивание губ, отведя взгляд в сторону.

Окно переносится от избитого тела Субару в саду к человеку, наблюдающему за ним из окна особняка.

"Клянусь, Юлий, твоя добрая слава пропадёт прахом, если ты будешь изображать себя злодеям для такого, как он", — разочарованно вздохнул Феликс. Его уши зашевелились от отвращения, продолжая смотреть на черноволосого юношу.

"Что с тобой?!" — спросил Гарфиэль высокомерным голосом. "Я уже зол на тебя, котомальчик!"

Глядя на Феликса, казалось, что все присутствующие в комнате избегают смотреть, как Гарфиэль стоит и кричит на целителя.

"Я бы предпочёл, чтобы вы не торопились и оставили моего друга в покое, пожалуйста", — спокойно произнес Юлий, никого не удивив, поскольку Феликс защищал его на экране.

"Почему вы так грубы с Субару, Феррис-сан?" Именно Эмилия вызвала удивление у Круш и многих других, кто проявил интерес к этому.

Целитель в юбке помрачнел, когда взгляд полуэльфийки обратился на него. "Субару-кюн просто пытался скрыть свои недостатки, переутомляя себя. Мне это не понравилось, ня".

Судя по его хриплым объяснениям, Эмилия, казалось, застряла в нерешительности: стоит ли ей проявить больше любопытства или позволить всему идти своим чередом.

"Думаю, нам пора присесть, Гарф", — Отто кивает головой и похлопывает своего светловолосого спутника по плечу.

Прежде чем сесть, Гарфиэль бросает на Феликса сердитый взгляд.

"Не стоит быть таким строгим к себе", — говорит Юлиус, делая вид, что ему всё равно. Однако Феликс, казалось, моргнул, услышав внезапную доброту Юлиуса.

Вильгельм кивает, испытывая облегчение от того, что у Феликса все налаживается, пусть и медленно.

Его мысли вернулись к далёкому моменту между ним и Юлиусом.

"Я совершенно не понимаю, о чём ты говоришь", — учтиво ответил Юлий, глядя в окно на теперь уже опустевшее поле боя в рыцарских покоях

"Как ты мог принять наказание, пытаясь защитить такого паренька?" — горячо спросил Феликс.

"Я поступал лишь так, как сам того желал", — холодно ответил Юлий. "Праведно, по-своему и без тени стыда, как я и хотел".

"Защитить?" — спрашивает Эмилия. Она в замешательстве посмотрела на Феликса и Юлиуса.

"Как эти избиение защитили Субару-куна?" — спрашивает Рем рыцаря, который в ответ лишь пригладил рукой волосы.

"Вы действительно не заметили, Эмилия-сама?" Отто удивлённо поднял бровь.

"А?" — Эмилия заморгала в ещё большем замешательстве, заставив девушку в лисьем шарфе вздохнуть.

"Тебе действительно нужны мозги", — недовольно пробормотала Анастасия, глядя на экран, в то время как Эмилия бросила на неё обиженный взгляд.

"Юлиус наносил вред собственной репутации, чтобы удовлетворить тех, кто намеревался убить Субару-кюна за его слова в замке", — отвечает Феликс полуэльфийке практически без эмоций.

"Э?! Ты правда это сделал, Юлиус?! Вот почему Субару стал твоим лучшим другом?" — изумлённо восклицает Эмилия, вызывая отвращение у Присциллы и раздражая Анастасию своим поведением.

"Он победил твоего рыцаря на тренировочной поле, Эмилия-сама". Круш с удивлением смотрит на неё. Юлиус же отворачивается, и его охватывает неловкое молчание.

Эмилия, однако, покачала головой. "Нет-нет, ты не понимаешь. Субару действительно нравится Юлиус! Их отношения — уникальные!"

"Ага", — кивает Круш, широко раскрыв глаза от любопытства. "Значит, ты говоришь то, что сказал сам Нацуки. Понятно".

"Ммм. Субару много о нём говорил. Не уверен, что половина из того, что он говорил, была настолько хороша, как ему хотелось, но я вижу, что место, которое Юлиус занимает в его сердце, ооочень дорого!" Эмилия лучезарно улыбается рыцарю, словно ангел без крыльев.

"А, да, тогда, наверное, всё не так уж плохо". Анастасия неохотно поддается своей досаде на Эмилию, поняв, что делает полуэльфийка. "Слышишь, Юлиус? Этот парень любит тебя, как миленький~"

Рыцарь еще раз провел рукой по волосам, стараясь не смотреть в глаза своей поддразнивающей даме, чтобы она не заметила его нестабильности.

"Я вообще не думал, что он будет говорить обо мне таким тоном", — бормочет Юлиус, запустив руку в волосы. "На него это не похоже".

"О, поверьте этому!" — Отто тихонько усмехается, застав Юлиуса врасплох. Гарфиэль, похоже, неохотно отводит взгляд от рыцаря.

Сцена возвращается к Феликсу в настоящем времени, все еще наблюдающему за Субару из окна кабинета.

"Вы уверены? Ведь теперь старик Вил занят его подготовкой", — неуверенно спрашивает Феликс, всё ещё глядя в окно.

"Это просьба нашей гостьи. Я не могу её проигнорировать", — ответила герцогиня, сидящая на стуле за письменным столом.

"Если они просто тренируются, то ладно, но… Честно говоря, мне кажется, он просто ищет оправдания". Феликс отворачивается от окна, качая головой.

Круш оторвалась от работы с бумагами и недоумённо взглянула на него. "Оправдания?"

"Он хочет сказать: "У меня всё хорошо. Я усердно работаю". Он кладёт руку на бедро.

Герцогиня едва ли задумалась об этом, прежде чем снова вернуться к своим бумагам: "Можно ли его за это винить?"

"Он говорил правду, Гарф", — Отто указывает на экран.

"Да ладно! У него всё ещё проблемы с моим капитаном, и я не собираюсь закрывать на это глаза!"

"Рем помогла Субару в его тренировках, не беспокойтесь о нём, Эмилия-сама", — сказала Рем с улыбкой, направленной в сторону головы парня.

Однако Эмилия хмурится, ей не нравится, как вызывающе это заявление прозвучало из уст горничной. "Ты это… пытаешься мне что-то сказать, Рем?" — спрашивает Эмилия, щурясь на горничную, с которой, как ей казалось, она ссорится.

Рем лишь моргнула. "Нет? Рем просто хотела, чтобы Эмилия-сама знала, что Субару-кун в надёжных руках, пока Эмилия-сама плакала в особняке".

"... Понятно", — губы Эмилии сжались в тонкую линию, а брови даже опустились, когда Беатриса усмехнулась.

"Да, эта горничная определённо жаждет крови старшей сестры", — Фельт покачала головой, но не смогла отвести взгляд от Эмилии и Рем.

"Давайте продолжим". Круш с опаской смотрит на обеих девушек, но, казалось бы, она подавляет этот пристальный взгляд своим твёрдым тоном. Её взгляд на мгновение задержался на лице спящего Субару, а затем снова вернулся к экрану.

"Это доставляет беспокойство", — нахмурившись, сказала герцогиня.

Целитель выглянул в окно и заметил кого-то, стоящего у ворот особняка.

Кто-то с рыжими волосами, которые были заметны за много миль.

Открыв ворота, на экране появился Рейнхард ван Астреа, смиренно склонившего голову перед Субару: "Прости меня".

"Подожди! За что ты должен извиняться? Ты ни в чём не виноват!" — Субару отчаянно замахал руками.

Но рыжеволосый молодой человек не поднимал головы.

"Нет, я друг так тебе, так и Юлиусу. Моя вина состоит в том, что я не смог прекратить разногласия между двумя друзьями. Эта дуэль была бессмысленна".

Те, кто одновременно закрыли лица ладонями, были Ал и Феликс, .

"Не могу поверить, что ты это сказал!" — воскликнул Рикардо с широко раскрытыми глазами.

"Серьёзно?" — кричит сверху Тиви. "Какой ужасный способ сказать что-то ненужное, когда в этом нет необходимости!"

"Капитану это не понравится", — Гарфиэль вздрагивает, а его друг в зелёном плаще в отчаянии хватается за голову. "Нацуки-сан не сдастся без боя".

Присцилла открыто смеялась над неудачей Рейнхарда, из-за чего Фельт громко закричала.

"ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ ВСЕ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ!" Блондинка оглядывается по сторонам, ожидая, что кто-нибудь продолжит говорить.

"Ф-Фельт-сама?" — Райнхард жестом попросил её успокоиться, но девушка лишь оскалившись яростно посмотрела на Присциллу.

"Хм? Вам нужно угощение?" — на что красавица в заднем ряду ехидно отвечает, невинно взмахнув ресницами для пущей убедительности.

"Мне нужно пнуть тебя в ж…" Фельт не смогла продолжить, так как Рейнхард старательно прикрыл ей рот ладонью.

"Спасибо, что подумали обо мне, миледи. Но это были лишь крики разочарования из-за того, что я что-то напортачил. Это справедливо".

"Я же говорил тебе быть жадным, черт возьми!" Фельт высвобождается из его хватки и садится обратно с яростным выражением на лице.

Хмурое выражение Рейнхарда не сходило с его лица, пока сидел, переводя взгляд со своей дамы на экран.

"Ты думаешь поговорить с ним в ближайшее время, старик Уилл?" — спросил Феликс старого мечника, который наблюдал за происходящим с равнодушным лицом.

"Не думаю, что я имел бы к этому какое-либо отношение. То, что он мой внук, не даёт мне права сражаться за него", — холодно ответил Вильгельм, хотя Феликс впервые сам начал их разговор.

"Я не это имел в виду, ня! Ты же знаешь это, верно?" Феликс получил молчание в ответ на попытку выбраться из своей скорлупы.

Субару прищурился. "Была бессмысленна?"

"Совершенно верно. Чтоиз этого вышло, когда вы сразились там? Вы пострадали, а Юлиус запятнал свою карьеру. Почему бы не попытаться спокойно и открыто поговорить с ним? Уверен, это развеет недопонимание…"

"Райнхард", — горячо перебил его Субару, его лицо выражало враждебность.

Святой Меч поднялся, чтобы посмотрел на него и нахмурился, когда Субару произнёс это.

"Я понимаю твои чувства и ценю их. Ты действительно отличный парень".

Рейнхард улыбнулся, увидев, как Субару тронулся с места, думая, что это был обнадёживающий подход со стороны черноволосого парня.

"Тогда-"

"Но я не могу принять эту просьбу. Мы закончили разговор. Возвращайтесь сейчас же", — с этими словами Субару отвернулся и пошёл обратно в сад.

"Субару… Почему?" — Райнхард нахмурился, глядя на отступающего юношу. "Что ты получил от этой дуэли?" — рыцарь пытается обратиться к юноше. "Ты только потерял, даже Эмилия-сама…"

"Тебе лучше вернуться домой, Райнхард. Пока твоя хозяйка не заскучала в одиночестве и не начала звать тебя". Субару закрывает калитку между собой и Райнхардом и идёт дальше во двор особняка.

Рыжий выглядит ошеломлённым. Он уставился на тротуар, прежде чем уйти прочь.

"Не лезь не в своё дело", — шепчет Субару, удаляясь от героя и заходя в роскошный особняк.

Рейнхард уловив шепот Субару на экране, нахмурившись от глубокой печали, что привело Фельт в ярость и заставило её с ненавистью взглянуть на своего собственного Субару в кинотеатре.

"Фельт-сама, не надо."

"Я ничего не собираюсь делать, он просто выводит меня из себя!" — простонала Фельт, когда Райнхард тут же схватил её за запястье, но держал уже нежно.

"Тебе не следовало так злиться на Субару", — сказал он, разочарованно опустив голубые глаза. "Я действительно вмешался, когда в этом не было необходимости".

"Я бы не сказала, что ты ошибаешься", — вмешивается Круш со своего места, выглядя величественно и серьёзно. "Но здесь неуместен твой подход, а не намерение, Святой Меч".

Райнхард не придал бы словам Карстена никакого значения, пока Эмилия не заговорила с грустью: "Я знаю, ты сказал что-то не то, но Субару тоже не в себе. Он не должен был так обращаться со своим другом".

"Рем, — позвала Рам сверху, привлекая внимание сестры. — Неужели Барусу деградировал ещё сильнее?"

"Что ты имеешь в виду, я интересуюсь?" — спрашивает Беатрис, прежде чем Рем успевает ответить. Дух повернулся к розоволосой служанке с осуждабщим взглядом: "Ты, случайно, не знаешь что-нибудь о подрядчике Бетти, не так ли?"

Рам, похоже, проигнорировала провокацию горничной, покачав головой. "После его возвращения, Барусу вёл себя совсем иначе, чем когда я встретилась с ним", — она указывает на экран, поджав губы. "Это очень резкое перемена в его поведении по сравнению с тем, с чем я столкнулась после его возвращения".

"Ты хочешь сказать, что…" — пробормотала Анастасия, опасно теребя шарф.

"Есть ли шанс, что старший брат умрёт?!" — рявкнула Фельт.

"Я имею в виду… Да?" Все обернулись на человека, произнёсшего это так небрежно, что многим в комнате это могло показаться преступлением.

"Что?" — Ал пожимает плечами. "Ты не ожидал, что он снова умрёт? Вся эта тюрьма, котораянас окружает, создана для того, чтобы мы смотрели на его страдания. Ты должен был предвидеть это с того момента, как попал сюда".

"Я бы сказала, что ты стал раздражающе точным, Альдебаран". Присцилла соглашается со своим рыцарем и продолжила смотреть на экран. Её выражение лица и язык тела выражало скуку.

"Я бы в этом не сомневавался", — Тиви решает обратиться к толпе. "Вон тот мистер поможет нам в экспедициях на Белого Кита и Ленивца…"

"И это произошло через неделю после начала королевского отбора". Эмилия от дрожи прикусывает губу.

"... Да", — шепчет Рем, привлекая всеобщее внимание. "Субару-кун бывает гораздо хуже, чем кажется", — однако на лице горничной не появляется никаких чётких эмоций.

На лице Эмилии и почти всех, кто заботится о Субару в театре, отразился ужас и отрицание безжалостного заявления Рем.

Рам кивает своей сестре, прежде чем повернуться к Эмилии. "Думаю, что Барусу, должно быть, стал лучше благодаря своему образу мыслей, несмотря на боль, причинённую его смертью. Тебе стоит быть оптимисткой…"

"Даже не смей подбадривать её по этому поводу, я полагаю!" — внезапно вмешивается Беатрис, пронзая Рам свирепым взглядом.

"Беатрис-сама, пожалуйста, успокойтесь!" — кричит Фредерика сзади, пытаясь вмешаться и помочь Рам.

"Мне не нравится, как ты говоришь о его смерти, словно это какая-то валюта", — кипела от злости светловолосая дама, глядя на Рам. "Я не хочу, чтобы ты говорил о моём подрядчике, ни с сестрой, ни с кем-либо ещё, я полагаю".

"Беатрис-сама!" — кричит Отто, в то время как остальные члены лагеря Эмилии, включая Эмилию и Розваля, наблюдают за этим с удивлёнными лицами.

"Прошу прощения, Беатриса-сама", — Рам склоняет голову и замолкает, бросая на Эмилию последний взгляд, прежде чем вернуться к экрану.

Беатрис ничего не сказала окружающим и снова уселась на колени мальчику, как будто ничего не произошло.

"Сейчас неподходящее время для ссор. Давайте, пожалуйста, не будем тревожиться больше, чем нужно,из-за того, что должно произойти", — герцогиня рядом с Беатрис, снова продвигает продолжение просмотра своим печальным заявлением которое достигло даже Присциллы, сидевшей позади.

"Прежде чем мы продолжим, я должен кое-что сказать". Круш кивнула Юлиусу, подтверждая его просьбу. Он обернулся к Райнхарду и почтительно склонил голову. "Спасибо, что защитил мою честь и честь Субару. А также помог нам мирно уладить нашу ссору".

Райнхард воспринимает это с приятным удивлением. "Ну, конечно, Юлиус. Но я ещё извинялся за себя".

"Это не повлияет на твоё намерение показать Нацуки всю картину в целом по-своему, я благодарю тебя", — старательно сообщает Юлиус.

Райнхард ярко улыбается, желая насладиться тем, что Юлиус подарил ему такой особенный момент. Но только для того, чтобы все испортить, когда фиолетовый рыцарь снова заговорил.

"Но, пожалуйста, никогда больше не делайте этого от моего имени".

"..."

В конце концов, лицо Святого Меча выразило разочарование, когда Юлиус повернулся спиной и благодарно кивнул Круш. Герцогиня лишь разочарованно покачала головой, но Юлиус, проигнорировав это, возвращаясь на своё место.

Фельт заёрзала на своём месте, пытаясь прожечь взглядом затылок Юлиуса, если бы могла.

Сцена сменилась освежённым садом, воздух которого был наполнен грохотом.

* ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!*

".. ГХК!"

Субару устало замахнулся на Вильгельма, но старый мечник с относительной лёгкостью парировал его удар. Субару падает на колени от изнеможения.

"Может, пока остановимся?" — спрашивает дворецкий, терпеливо ожидая, склонившись над измученным Субару.

Мальчик остался лежать на траве, хватая ртом воздух изо всех сил. Прежде чем он успел что-либо понять, ноги Субару устремились в направлении к невозмутимому дворецкому, пытаясь застать старого рыцаря врасплох выпадом, но он был легко сбит с ног одним ударом деревянного оружия мужчины.

Как только Субару ударяется о землю, у него кружится голова, и его охватывает тьма…

"Разве это не грязно?" — слегка усмехается Анастасия.

"Я разочарована, что он был таким опрометчивым", — прокомментировала герцогиня, мельком взглянув на мальчика, сидевшего рядом с ней.

"Нет, это хороший ход", — качает головой западная матриарх. "Он такой же жадный, как и все. Любой шанс воспользоваться моментом для него вполне возможен. Это в моём стиле".

"Правда?" — Круш приподнимает бровь. — "Ты видишь Нацуки Субару именно таким? Проницательным и беспринципным?"

"Не до такой степени, но я могу представить, что однажды он станет прекрасным торговцем, да".

Поддерживая Анастасию, Эмилия поймала себя на том, что подслушивает разговор, пока все остальные обсуждают грязные трюки Субару и то, были ли они разочарованы или признательны за то, что он не смог сбить Вильгельма. Сейчас у неё не было на это времени, её внимание было приковано к этим двум дамам, которые говорили так, словно Субару уже принадлежал им.

"Без сомнения, вы неправы, Анастасия-сама", — Круш решительно отвергает слова Анастасии. "Нацуки хитёр и коварен, когда хочет, но это всё, на что он способен в плане морали".

"Я бы никогда не подумала, что вы женщина с безнадежными убеждениями", — вздыхает Анастасия, качая головой.

Круш подозрительно прищурилась. "Почему вы так зациклились на том, чтобы сделать из него какую-то грандиозную головоломку? Вы же, как и все мы, боролись за его безопасность на протяжении всех этих просмотров".

Эмилия поджала губы, ожидая ответа вместе с Круш. Её взгляд, словно ястреб, был устремлён на девушку с Запада.

"Ты, кажется, задела меня за живое, Круш-сан", — горячо отвечает Анастасия, надув губы. "Я не говорю, что этот парень плохой. Я просто уважаю заложенный в него потенциал".

Пока Анастасия объяснялась герцогине, Эмилия невольно устыдилась от того, что так плохо о ней подумала. Круш, казалось, сама была ошеломлена искренними словами затворницы.

"Ах, приношу свои извинения".

"Не нужно", — Анастасия качает головой, слегка улыбаясь герцогине. "Знаю, тебя тоже впечатлили бы грязные трюки и нечестные игроки. Они — лучшие соперники, которых можно сокрушить, если ты играешь с честью и достоинством".

Поняв жест уважения со стороны Анастасии, Круш искренне хихикнула; теперь, когда позиция торговца стала ясна, её суровость улетучилась.

"Я должна поблагодарить вас за комплимент".

"Пожалуйста, Круш-сан".

Экран загорается, и на нём видна Рем сверху вниз. Она тепло улыбается, словно то, на что она смотрит сверху, было ей дорого .

Полуэльфийка отвела взгляд от Круш и Анастасии, чувствуя себя виноватой из-за того, что подслушала их разговор, но в то же время и обделённой, ведь они, казалось, были ближе друг к другу, чем она. И тут её встретило зрелище, как Рем и Субару прижимаются друг к другу в его любимой позе.

Эмилия крепко сжала руку Субару, пытаясь отогнать мысли о том, какие колени какой девушки ему нравятся больше. Подавить ревность было абсолютно необходимо, если она хотела отныне быть на равных с Рем.

Ей все ещё было тяжело из-за угрозы того, что Рем будет одаривать её своей самодовольно улыбкой, пока на экране постоянно будут воспроизводится интимные моменты с горничной и Субару.

"Простите, что пришлось занять ваше место, Эмилия-сама", — честно сказала Рем из-за спины, но Эмилия не хотела оглядываться и ловить на себе дразнящую улыбку или понимающий взгляд. Она не могла выдержать ни одного колкого выпада этой злой девушки в свой адрес.

"Ты, должно быть, устал после тренировки, Субару-кун".

Положив голову ей на колени, Субару постепенно отводит взгляд на одну из стен сада.

"Рем, ты тоже думаешь, что я жалок?" — спросил он хриплым голосом.

"Да, думаю", — последовал мгновенный ответ горничной.

"Что? Серьёзно? Тогда почему ты всё ещё здесь с таким жалким неудачником, как я? Потому что тебе так приказали?" Он сжимает кулак на груди, не в силах сдержать смешок.

"То, что я считаю тебя жалким, и то, что я остаюсь с тобой, не противоречат друг другу. К тому же, даже если бы мне не приказали, я бы точно осталась", — мягко ответила Рем, поправляя его волосы.

"Почему?" — тихо и почти по-детски задыхается он.

"Потому что я так хочу", — тёплый голос девушки, когда она смотрит на закат.

"Давай сходим куда-нибудь завтра, Субару-кун? Ты же никуда не выходил за три дня с тех пор, как мы здесь".

Мальчик ничего не ответил, отвернувшись от заката в безмолвной тоске.

"У вас прекрасные отношения с Нацуки Субару, Рем", — Круш тепло улыбнулась, что было нетипично для её милитаристского взглядов. Только Рем знала, насколько эта улыбка особенная, и горничная могла лишь ответить ей своей щедрой улыбкой.

Эмилия обнаружила, что их общение глубоко тревожит её. Она снова чувствует себя покинутой, словно все становятся ближе на личном уровне, а она остаётся той грустной девочкой, которая нуждается в утешении лишь по одной причине: ей хочется чувствовать себя в чём-то виноватой.

"Не могу поверить, что Рем стала такой открытой, а я сама этого не видела", — восторженно воскликнула Фредерика, найдя всё это общение милым и заслуживающим внимания.

Даже встревоженная и молчаливая Петра слегка кивнула Рем в знак признательности. Демонстрируя готовность радоваться тому, что у Субару есть кто-то рядом в это тяжёлое время, а не ревновать.

Что-то такое заметила сверкающая глазами Присцилла, переводя взгляд с Эмилии на Петру больше двух раз, прежде чем её отвращение заставило её раскрыть веер и приложить немало усилий, чтобы охладить лицо, вместо того чтобы наблюдать за скучными и разочаровывающими взаимодействиями ниже.

Рядом с ней уставший Розвааль заметно оживился, увидев, как Рем, похоже, воспользовалась возможностью развлечься с подавленным Субару.

"Я рад, что ты остаёшься такой почтиииительно. Молодец, дево~чка!"

Сцена сменилась рыночной площадью, заполненной толпами людей.

В центре столицы Субару был показан идущим к группе простых людей, столпившихся вокруг большой доски с приклеенными к ней бумагами.

Это были плакаты пяти кандидатов.

"Тебя тоже интересует королевский выбор?" — спрашивает сзади мужчина, заставив Субару обернуться.

Продавец яблок улыбнулся ему и тепло кивнул в знак приветствия, что они снова встретились.

"Разве плохо, если я скажу, что мне сейчас не нравится видеть этого пареня?" — нервно спрашивает Мими толпу внизу, получая в ответ одобрительные кивки.

"Мы все привыкли чувствовать усталость, когда этот человек появляется в жизни Нацуки", — с тоской произнёс Юлиус.

"По крайней мере, в прошлый раз всё было не так уж плохо, правда?" — Отто пожимает плечами, пытаясь казаться оптимистом.

"Барусу встретился с Присциллой Бариэль сразу после того, как купил яблоки у этого человека", — невозмутимо отмечает Рам.

"И именно она впустила его в замок…" Петра присоединяется к Рам, отчаявшись погубить надежду Отто.

"Неважно…" Отто был рад похлопыванию по спине от понимающего Гарфиэля.

"Ого! Не подкрадывайся ко мне с таким лицом! Погоди, а где Рем?" Горе Субару оборвалось, когда продавец указал на дальний прилавок с фруктами, где служанка, по всей видимости, помогала пожилой женщине выбирать товар.

"Не заставляй кого-то без опыта следить за твоим магазином", — небрежно заметил Субару, увидев, что с ней всё в порядке.

Рем лучезарно улыбается, видя, как Субару её защищает. "Субару-кун не должен беспокоиться".

"Сестра, он завидует твоим способностям", — усмехается Рам с лёгкой улыбкой.

"Я… думаю, Субару просто не хочет, чтобы Рем-семпай переутомлялась из-за незнакомца?" — попыталась объяснить Петра двум сёстрам, опасаясь, что они обе не поймут, о чём он говорит.

"Не волнуйся, Петра-чан", — Фредерика похлопала её по плечу. "Они уже знают. Рам просто шутит".

"Э-э!" — деревенская девушка смотрит на ухмыляющуюся служанку и понимающе кивает. "Рам-сэмпай не умеет шутить".

Мужчина пожал плечами и вернулся к просмотру плакатов на доске. Через несколько секунд он бормотал себе под нос, а может, и мальчику: "Пять кандидатов, да? Чистое безумие — позволить полуэльфу стать одним из них, если хочешь знать. Эмилия, да? Родственница ведьмы никак не может стать нашим правителем. Они, должно быть, совсем спятили".

"Это обещает быть неприятным", — замечает Ал с несомненно кислым лицом, скрываемым за шлемом.

Его реакция была более сдержанной, чем у большинства членов лагеря Эмилии, которые открыто выражали ярость на своих лицах, даже у Отто и Рем, которые в последнее время не пользовались благосклонностью Эмилии.

"Эмилия-сама будет лучшей королевой!" — Петра чувствовала, что ей нужно подбодрить серебровласую девушку. Поддержать её и проявить сострадание, которых внешний мир никогда не сможет дать.

Гарфиэль выражает своё согласие с Петрой криком "Даа!" и ударом кулака по подлокотнику.

Полуэльфийка сама была рада поддержке, хотя и ожидала её. Теперь стало меньше поводов для грусти, когда она думала, что осталась одна с этим предубеждением.

"Хм, конечно, простолюдины попытаются отвлечься от реальности", — небрежно замечает Присцилла, заслужив раздражённые взгляды Гарфиэля и Петры.

Прежде чем неуверенные продавцы успели продолжить, разочарование Субару выливается в яростный возглас: "Почему все так говорят? Это не значит, что она имеет какое-то отношение к ведьме!"

"Хм?"

Взгляд Субару становится все интенсивнее, когда мужчина был в замешательстве. Люди в толпе начинают оглядываться в его сторону.

"Не стоит их всех валить в одну кучу и отмахиваться от неё только потому, что она полуэльф!" — кричит Субару, заставляя продавцов нервно озираться.

"Э-эй…!"

"Эта девчонка Эмилия… я имею в виду… она тоже, возможно, действительно заботится о людях этого королевства!"

Люди на рынке уже начинают всерьёз интересоваться этой парой, но Субару выглядит скорее спокойным, чем нервным, в отличие от пожилого мужчины, с которым он разговаривает.

"Подожди… чего ты так разволновался?" Продавец яблок взял себя в руки и ответил на свирепый взгляд Субару своим собственным твёрдым взглядом.

"Я…" — ответ Субару прерывается, так как в его голове звучит голос другого человека.

Это было для тебя, не так ли?

Голос Эмилии заставил его закрыть глаза от разочарования. Но тут его губы снова зашевелились.

"Почему?! Из-за Ведьмы Зависти?! Ты думаешь, все полуэльфы опасны только потому, что ведьма была одной из них?!"

Взгляд мужчины на Субару, казалось, стал жестче, черты его лица стали более твёрдыми и кислыми, когда он провозгласил ответ на крики Субару: "Верно!"

Он встретился взглядом с Субару и посмотрел ему прямо в глаза: "Все боятся ведьмы. Это общеизвестно. Пока люди видят её такой, она не победить".

Толпа вокруг них начинает перешёптываться между собой. Субару опускает взгляд, не находя внятного объяснения своему разочарованию.

"Боже мой", — шепчет мужчина со шрамом на лице. "Кто на самом деле решит её поддержать?"

К удивлению Субару, он почувствовал, как мужчина похлопал его по плечу: "Постарайся не произносить слово "ведьма" слишком громко на людях. Никогда не знаешь, кто и где тебя слушает".

Мальчик растерянно смотрел, как мужчина уходит.

"Никогда не думала, что кто-то будет сражаться за вас так яростно, а, Эмилия-сама?"

Слезящиеся глаза Эмилии переместились на сочувствующую Круш и понимающую Анастасию.

"Никогда не позволяйте им увидеть такую реакцию, Эмилия-сама", — твёрдо советует Круш.

Ослабевшая полуэльфийка могла чувствовать различные реакции отвращения не только со стороны своего лагеря, но и со стороны рыцарей других лагерей.

"Я-я… не знала, что он всё ещё будет обо мне заботиться", — прошептала она, недоумевая, почему её горло вдруг так охрипло. "Я думала, он перестанет думать обо мне, как только я от него уйду… Я никогда не ожидала, что он сам вернётся ко мне… Но теперь я вижу, что он всё это время боролся за моё имя, даже если он делал по своим собственным причинам". Эмилия попыталась подробнее прокомментировать сложное чувство счастья и стыда, охватившее её, но не смогла, поскольку несколько просмотров назад пообещала быть более твёрдой и надёжной с Беатрис.

"По крайней мере, у него есть преданность рыцаря", — шутит мужчина с фиолетовыми волосами рядом с Анастасией, создавая атмосферу сострадания во время всей сцены, в которой Субару защищает имя Эмилии.

"Его навыки владения мечом требуют некоторой доработки~", — робко шутит Феликс вместе с Юлиусом, оживляясь, когда рыцарь удивденно кивнул.

Это вызывает неодобрение Райнхарда.

Внезапно толпа начала тесниться ближе к доске, не обращая внимания на то, что они толкались и натыкались на Субару, пока он не упал.

Субару не встаёт, а смотрит в землю с гневом в глазах: "Ты не говорил мне, что все так к тебе относятся…"

Я не пойму, если ты мне не расскажешь, Субару…

"Я тоже не пойму, если ты мне не скажешь!" Он фыркает и снова встаёт.

На экране мелькали многочисленные эпизоды из его жизни в особняке Карстена, и зазвучали звуки кита.

Ночной вид на город из особняка. Вильгельм побеждает его на тренировках с мечом. Феликс лечит его врата.

"Какая досада… У этого недоумка поводок оказался крепче, чем я думала". Присцилла щёлкнула зубами от отвращения, не в силах сдерживаться после просмотра всего этого монтажа.

"Не называй это поводком!" — горячо возражает Фельт. "Старший брат имеет право злиться!"

"Он не злится, Фельт-сан", — вмешивается Анастасия, заставляя маленькую блондинку переключиться с Присциллы на королеву торговцев. "Он даже не наказывает себя… Это просто повод для него обвинять других, а не его собственную слабость", — объясняет она деловым тоном, в котором нет ни намёка на разочарование или интерес.

"Полагаю, именно поэтому Эмилия-сама и Бариэль не могли, глядя на эту сцену, не согласиться с тем, что он неправ". Круш заставляет Эмилию оживиться от удивления.

"К-как ты..."

"Это написано у вас на лице, Эмилия-сама", — Круш кивает с лукавой ухмылкой.

Полуэльфийка лишь нахмурилась, размышляя, прежде чем сжать руку Субару ещё крепче. "Мне жаль, что я его бросила. Но мне не нравится, как он ведёт себя от моего имени".

"Верно, я пологаю", — Беатриса одобрительно кивает, увидев печальное лицо Эмилии. "Теперь ты должна понять, насколько он готов себя наказать, чтобы угодить тебе. Перестань так зацикливаться на том, что он думает о тебе и синеволосой служанке".

Эмилия смотрит на светловолосую девушку-духа с отвисшей челюстью, не в силах возразить против того, как лоли прочла её мысли.

Смена сцены.

Субару поднимается по лестнице, вытирая полотенцем мокрые волосы. Он остановился возле элегантно одетой Круш. Молодая женщина стояла наверху и смотрела на него сверху вниз.

"Мне не нравится, насколько уязвимой показывают Круш-сама. Она выглядит совсем не так!" — протестующе закричал Феликс. Даже в своём нынешнем подавленном состоянии он не мог позволить своей даме вот так выставлять себя напоказ перед мужчинами из других лагерей. Он знал, что Райнхард и Юлиус — порядочные джентльмены, которые отведут их взгляды, но вид этого светловолосого тигрёнка, или того, кто там злобно смотрит из-под шлема рыцаря Присциллы, заставил его понять, что никому нельзя доверять.

"Всё в порядке, Феррис", — Вильгельм похлопал целителя по плечу. "Наша госпожа слишком горда, чтобы позволить чему-то подобному её коснуться".

Феликс беспокоился не об этом!

Королевская особа, со своей стороны, отреагировала на происходящее лишь лёгким смешком, которое большинство окружающих не заметило. Её губы сжались, а глаза на мгновение закрылись, пока она приходила в себя.

"Нацуки Субару, не мог бы ты ненадолго присоединиться ко мне?"

"Круш-сан… Верно?"

"Всё верно. Ах, да… Впервые ты видишь меня не в деловом костюме. Сегодня вечером приятно прохладный ветерок. Идеальные условия, чтобы выпить вместе, любуясь ночным небом". Она тепло улыбается, а Субару в замешательстве смотрит на неё.

"Ты что, хочешь выудить у мальчишки какую-нибудь информацию?" — Анастасия поддразнивает Круш сбоку, не в силах сдержать смех при виде того, как герцогиня, казалось, была в восторге от сцены в окне. "Я так и знала! Ты всё это время собиралась его использовать!"

Услышав ликующий крик Анастасии, Эмилия лишь ахнула. "Это правда, Круш-сама?!"

"Не будьте такими бессердечными", — герцогиня твёрдо взглянула на обеих девушек. "... Должно быть, я просто хотела вытащить его из этого жалкого круга. Это было ободряющее слово от того, кто хотел показать себя с лучшей стороны, а не поставить в невыгодное положение Эмилию-саму в долгосрочной перспективе". Круш вела себя так, словно знала, что произойдёт дальше, надеясь не прерывать просмотр, чтобы узнать, что произошло между ней и Субару.

В то время как Эмилия постепенно начала испытывать восхищение перед истинным благородством зеленоволосой королевской особы, Анастасия ухмылялась под своим шарфом.

"Хотели, да?"

Голова Карстена, похоже, не уловила этих слов, и она с любопытством перевела взгляд на экран. "Интересно, помогли ли ему мои слова хоть как-то?" Может быть, я и сама найду, чем хочу здесь заняться.

"Я думаю, Субару-кун был бы глупцом, если бы не послушался вашего совета, Круш-сама", — говорит Рем, выводя Круш из раздумий.

Горничная ободряюще улыбнулась ей, и Круш послушалась. "Ну, что бы он ни сделал с моим советом, я очень рада, что провела с ним это время". Или очень хотела бы.

"Почему это, мне интересно?" — с любопытством спросила Беатрис. "Кажется, ты хотел более близких отношений с подрядчиком Бетти".

Круш одаривает Беатрис ухмылкой, которая раздражала и блондинку, и полуэльфийку, наблюдавшая за ними со стороны.

"Возможно. Можно сказать, я хотела быть ему более близким другом, когда он был рядом со мной на поле боя".

Эмилия и Беатриса возмущенно посмотрели друг на друга, когда герцогиня положила руку в перчатке на спящую руку Субару и, переплетя их пальцы, крепко сжала его ладонь. "И делать это, когда захочу", — герцогиня не удостоила их сочувственным взглядом, разъярив девушек своей уверенностью, побеждающей льва.

Но истинная цель герцогини заключалась не в том, чтобы вызвать у этих двоих зависть к её дерзости. Этот ход был продуманной контратакой, направленной на то,Ю чтобы королева торговцев перешла на сторону Круш. Девушка, которая хотела оказаться на том же месте, что и Круш, и воспользовалась этим.

"К черту мораль. Ты тоже играешь грязно", — раздражённо фыркнула Анастасия.

Как только все отвернулись, хмурое лицо Круш сменилось фальшивой улыбкой. " Ты снова умираешь из-за меня. Это неприемлемо". Она ещё сильнее сжала руку мальчика. " Правда… Хотела бы я не быть такой суровой с тобой… может быть, я смогла бы тебя спасти".

Действие переходит на балкон с роскошным столом и напитками.

"Хотя я не могу пить алкоголь…"

"Можешь пить воду. Я не буду пить столько, чтобы опьянеть".

Он взял бокал и прикоснулся кончиком к её бокалу, сделав паузу, чтобы понаблюдать, как она элегантно осушает содержимое своего стакана.

"И снова я не могу выразить, какое облегчение я испытываю, когда Нацуки-сан это говорит", — вздыхает Отто, рассказывая о том, что чувствовал во время перерыва просмотра.

"Да. То, что Субару-сама не пьёт, — это невероятно впечатляющий подвиг, учитывая, через что ему пришлось пройти", — Фредерика с пониманием улыбнулась Отто.

Оба заслужили одобрительные кивки Петры, Гарфиэля, Тивея и даже Рикардо, который радостно воскликнул: "И пусть он никогда не прикасается к этой дряни!"

"Гип-гип, ура", — Ал без особого энтузиазма вскидывает кулак в воздух.

Закончив, герцогиня тут же взяла дело в свои руки, преждевременно спросив: "Как продвигается исцеление врат?"

"..."

Черноволосый юноша лишь вздрогнул от боли, вспомнив о том, что произошло ранее.

"О нет…" Вильгельм бросил на Феликса осуждающий взгляд, как только услышал виноватый стон.

"Рем советует вам быть внимательнее, Круш-сама".

Герцогиня смотрела на Рем гораздо серьезнее, чем прежде, а в животе у нее недовольно урчало.

"Что Феррис натворил на этот раз?" — спрашивает Круш, обращаясь к экрану, на котором началась трансляция следующей сцены.

(Сцена из новеллы)

На экране появляется небольшая спальня, где в начале того же дня Субару сидит на кровати, казалось бы, в неустойчивой позе. Феликс с озорной ухмылкой обеими руками вкачивает ману в позвоночник Субару со спины, а взволнованная Рем прижимает лицо Субару к своей груди.

Оба слуги наполняли Субару совершенно разными типами маны, что повергло мальчика в панику.

Прежде чем Рем успела ещё пристальнее взглянуть на Феликса, мальчик-кот вздохнул и отодвинулся от Субару.

"У тебя есть причины злиться, Рем, но это не было какой-то махинацией Ферриса, мяу, знаешь? Это было ради Субаву, просто маленькая шутка".

"И все остальное, кроме этой мелочи?" — спросила Рем, крепче прижимая с своей груди еще более покрасневшее лицо Субару.

"Остальное было сделано ради чувств моего друга, а всё остальное – ради леди Круш. Это же естественно для слуги, не так ли? Для тебя это то же самое, не так ли, Рем?" Целитель самодовольно ухмыльнулся, а Рем лишь ожесточила свой взгляд.

"Это не так. Поэтому вы должны понять, каким должен быть мой ответ, мастер Феликс".

Мальчик-кот, казалось, понял что-то в глазах Рем, поэтому он поднял руки в знак капитуляции.

"Ладно, лааадно. Феррис прекратит промывать ему мозги этим методом".

Хотя он и смотрел на неё с искринним выражением лица, Рем была недовольна.

"С этого момента я буду присутствовать на всех сеансах лечения".

"Мяу, никакого доверия. Ну, это нормально, правда", — он пожимает плечами и продолжает надеяться беззаботно выбраться из кровати и комнаты.

Конец воспоминаний.

На экране снова появляется Субару, содрогающийся перед ожидающей его Круш.

Он выглядел неуверенным, когда говорил: "О... Ну, оно, продвигается..."

"Понятно. Что ж, Феррис отлично владеет целительной магией. Можешь ему доверять", — герцогиня улыбается и делает ещё один глоток.

"Ты что натворил?!" — первой возмущенно закричала Беатрис, вставая на бёдра Субару и стреляя в целителей кинжалами из своих глаз-бабочек.

"П-подождите-ка минутку…"

"Тебе лучше было вести себя хорошо, как о тебе и говорят, котомальчик!" — кипит Гарфиэль, глядя на рыцаря со своего места, и пугает Отто до полусмерти. "Потому что тебе это понадобится!"

"Феррис…" Эмилия каким-то образом разорвала сердце Феликса надвое своим предательским взглядом.

Более того, целитель, похоже, заслужил взгляд, полный разочарования и предательства, даже от своего собственного хозяина.

"Объяснись сейчас же перед Эмилией-сама и её товарищами по лагерю!" — без тени колебания потребовала Круш от Феликса.

"Это стало ещё приятнее", — радостно усмехается Присцилла, наслаждаясь тем, как Феликс оказывается загнанным в угол своим хозяином. Какая ирония.

"Это не круто, братан", — Ал качает головой, а Рам с отвращением смотрит на целителя.

Розваль наблюдал за всем этим, с сочувствием глядя на молодого полу-человека в юбке. "Похоже, он вообще отсюда не выберется".

Петра поймала себя на том, что рычит от ненависти к голубизне своего королевства. "Разве ты не должен использовать свою силу ради помощи раненых?! Зачем ты пытался завладеть разумом Субару?!"

Фредерика не вмешивалась, поскольку на этот раз Петра была права направить своё возмущение на человека с более высоким статусом.

Феликс оказался загнанным в угол без какой-либо помощи. Максимум, на что он мог рассчитывать, — это сочувствующие взгляды Розваля и Райнхарда, но Райнхард, казалось, был более разочарован, чем кто-либо ещё. "Я… я…"

Он мог справиться с яростью других людей, но он не мог говорить под пристальным взглядом Круш. Он был слишком травмирован, чтобы справиться с этим, его тело начало дрожать на месте.

"Фу-фу-уу~" Присцилла высокомерно хихикает, довольная тем, что её правота снова была доказана самым забавным образом.

"Я думаю, вам всем нужно дать ему немного пространства".

До тех пор, пока рыцарь Анастасии не прервал ярость всего зала своим укоризненным криком.

"Юлиус?" — в замешательстве произносит Эмилия.

"Мне жаль это говорить, но я бы хотел, чтобы вы поняли: он поступил так, как поступил бы в подобной ситуации Феликс. Он действовал по собственной воле, чтобы одновременно защитить меня, Субару и Круш-сама. Его поступок был неправильным, но, пожалуйста, поймите, его намерения не были оскорбительными или бесчестными".

Глаза Феликса расширились от изумления. Юлиус защищал его от гнева Круш? Тот самый Юлиус, который недавно сказал ему, что разочарован в нём?

"Круш-сама, Эмилия-сама", — обращается Вильгельм к задумчивым дамам рядом с нервным котом-полукровкой. "У вас обеих есть свои причины презирать поступок Ферриса. Но, пожалуйста, не переходите черту, игнорируя добро в его сердце".

"... Ты ведёшь себя так, будто я собираюсь его казнить", — сухо пробормотала Круш, обращаясь одновременно к Юлиусу и Вильгельму.

"Что?" — в ужасе вскрикнула Эмилия. — "Я бы никогда о таком не попросила. Феррис кажется хорошим мальчиком, который очень переживает за Круш-сама. Я бы просто заставила его выполнять какую-нибудь дополнительную работу по дому или что-то в этом роде…"

"Ты шутишь, что ли?! Ты не достоин никого наказывать, я полагаю!" — рявкает Беатрис в ярости и разочаровании. "Вот ещё один человек хочет навредить Субару, а ты снова отпускаешь его безнаказанным !"

"Этого больше не повторилось, Беатриса-сама. Так что, пожалуйста, успокойтесь и перестаньте топтать ноги Субару".

Беатрис и Рем уставились друг на друга, и между ними вспыхнули опасные искры.

"Я.. я прошу прощения". Феликс привлёк всеобщее внимание, как только его дрожащие слова вырвались из уст. "Феррис сожалеет о том, что сказал и сделал Субару-куну! Я просто хотел, чтобы он перестал быть одержимым местью Юлиусу в то время! Это был единственный способ, который Феррис мог предвидеть, ня!" Он низко кланяется. Теперь, когда он видит последствия своих действий, он демонстрирует глубокое сожаление о содеянном. Дрожа с головы до ног, его кошачьи ушки были опущены от стыда до самого низа.

"Встань, Феррис", — приказывает Круш с оттенком раскаяния в глазах. Она поворачивается к Эмилии и Беатрис с выражением согласия на лице и смиренно кланяясь полуэльфийки.

"Круш-сама?!" — удивлённо восклицает Эмилия.

"Я приношу извинения за то, что позволили этому случиться на моей территории, в то время как вы доверили его мне. Мне стыдно за то, что сделал мой рыцарь, и я приму любое наказание, чтобы искупить ваше подорванное доверие".

Эмилия в панике машет руками. "Вам не нужно ничего этого делать, Круш-сама! Я прекрасно понимаю, что всё это слишком сложно, чтобы винить вас во всём!"

Прежде чем Круш успела что-то сказать, Эмилия повернулась к Феликсу со строгим взглядом, который удивил всех в задних рядах.

"Феликс…" – она отказалась от кавычек в его имени, что было знаком того, что мальчик потерял часть уважения Эмилии. Этот факт ранил его ещё сильнее, чем следовало бы. "Я была бы рада, если бы ты пообещал мне никогда больше не использовать свою силу, чтобы влиять на людей подобным образом".

"... Я обещаю больше никогда не использовать свою силу подобным образом, Эмилия-сама", — Феликс склоняет голову перед полуэльфийкой.

"Пообещай Круш-сама, что больше никогда не будешь с ней нечестен", — снова потребовала Эмилия, избегая удивлённого взгляда Круш.

"Обещаю, Эмилия-сама", — отвечает он, гораздо более послушно и с пониманием принимая это обещание.

"И я хочу, чтобы ты пообещал, что будешь рассказывать Круш-сама, если у тебя возникнут проблемы с друзьями", — Эмилия в конце слегка улыбнулась ему.

"..." Феликс смотрел на неё с отвисшей челюстью, не веря в доброту, проявленную к нему этой милосердной женщиной.

"Эта недоумка не переживёт и ночи в трущобах", — усмехается Присцилла, чувствуя, как её охватывает скука, как только Эмилия вступает в разговор.

"Я обещаю вам, Эмилия-сама", — говорит Феликс, дрожа от волнения.

"Ммм", — она радостно кивнула головой. "Тогда нам стоит продолжить просмотр. Пожалуйста, вернитесь все на свои места".

Круш села обратно, благодарно улыбнувшись Эмилии, а Вильгельм помог Феликсу так же сесть.

Юлиус кивает ему, прежде чем сесть на своё место, а Беатрис просто смотрит на Эмилию и откидывается на спинку стула, как и остальные.

"Вы так и не дослушаете до конца этого, я полагаю!"

Эмилия чувствовала, как Рем смотрит на неё со спины, поэтому ответила более прямолинейно. "Я бы не хотела, чтобы Круш-сама испытывала к своему рыцарю те же чувства, что и я к Субару в тот период".

"Мне, в общем-то, всё равно. Будьте добры, сколько хотите, только делайте это от своего имени, а не от имени моего подрядчика", — Беатрис вскипела и закончила разговор, отвернувшись от Эмилии.

"Вы, кажетесь, всё время такой занятой", — сказал Субару, желая заполнить атмосферу разговором.

"В свете последних событии, моя семья сейчас собирает людей и ресурсов. К тому же, как только объявили о начале королевских выборов, я получаю предложения каждый день. Уверен, что и другие кандидаты тоже".

Субару сплюнул: "П-предложения? Ты имеешь в виду брак?! О да… Думаю, они все одиноки…"

В этот момент зеленоволосая матриарх наклоняется, и в её взгляде читается интерес: "Это тебя беспокоит?"

Он отводит взгляд с беспокойством на лице.

"Вовсе нет… Просто… А, точно! Вильгельм-сан сказал, что у него прекрасная жена".

Её взгляд на мгновение становится серьёзным: "Ты знаешь, что Вильгельм служит мне?"

"А? Почему?" — в замешательстве спросил Субару.

"Няаааааа!"

Внезапно они оборачиваются на крик отчаяния, доносящийся из-за дверей кабинета. Из проёма выскакивает мальчик-кот в синем платье и в панике бежит на балкон.

"Что ты здесь делаешь, Субару-кьюн?" — крикнул Феликс, глядя на них с кощунственным выражением лица. "И Круш-сама! Почему вы так вульгарно одеты?!"

"А что не так? Это то же самое, что я ношу, когда обедаю с вами", — герцогиня говорит спокойно и собранно, в отличие от кота-получеловека, который в отчаянии заткнул уши.

"Вот в этом-то и вся проблема! Парни те ещё волки!" — провозгласил он, надувшись.

"Но ты тоже парень", — заметил Субару, выглядя обиженным.

"Хватит шутить, Феррис. Все, кто присутствовал на королевском отборе, знают, кого любит Субару", — говорит Круш, встряхивая губы, и Феликс ухмыляется.

"Это верно, но я слышал, что они поссорились~"

"...Гхк!"

Феликс улыбается Субару, а черноволосый гость угрюмо опускает взгляд в пол.

"Я извиняюсь, что поднял эту тему! Феррис просто хотел заставить его принять всё как есть, подшучивая над ним!" Целитель начал рассыпаться в извинениях, как только заметил, что Круш и Эмилия вздрогнули.

"Все в порядке…" — неуверенно бормочет Эмилия.

Феликс облегчённо вздохнул, как только наконец освободился от бремени. Он посмотрел на экран, слегка нахмурившись, что, естественно, было связано с его растерянностью. "Если подумать… Что-то я не помню, чтобы такое случалось…" — он посмотрел на Вильгельма, а затем на Круш, и с каждой секундой его лицо становилось всё более испуганным.

"Клянусь, Субару-куин, у тебя все на лице написано".

"Не опускай взгляд, Нацуки Субару", — твёрдое заявление герцогини вывело Субару из оцепенения.

"Хм?"

"Когда глаза затуманены, душа омрачается. И тогда будущее закрывается от тебя, и ты теряешь смысл жизни. Делай то, что считаешь правильным. Как многого добьешся, опустив голову? Выпрямись и добейся своего. Не хочу что бы мой соперник оказался столь заурядным".

Субару просто молча смотрит на неё.

"Если так говорит Круш-сама, у тебя нет выбора". Прежде чем Субару успел понять, что происходит, он обернулся и увидел, что Феликс стоит над ним, глядя прямо в его глаза.

"А смысл в том, Субару-кюн, что бы ты поскорее помирился с Эмилией-сама. Подумай о том, что ты можешь сделать что бы этого добиться и сделай это".

"Ты правда пытался помочь Субару-куну", — шепчет Рем про себя о Феликсе.

"Спасибо, что помогаете ему, Круш-сама. Я рада, что он подружился с кем-то вроде вас", — Эмилия одаривает кандидату рядом с собой лучезарную улыбку, которой Круш не ожидала.

"... Не за что, Эмилия-сама", — Круш уверенно улыбается.

"Вероятно, она хотела узнать больше о мальчике, который осмелился объявить себя рыцарем, не согласовав это с королевским двором", — с подозрением шепчет Тиви сестре.

"Хммм, Круш-сама всегда славилась своим острым взглядом на детали", — без всякого приглашения отвечает Розваль на теорию мальчика, что снова пугает того.

"Кто с тобой разговаривал, клоун?!" Мими обняла брата и одновременно показала язык Розвалю.

Магический лорд поднял руки, защищаясь. "Мне ооочень одиноко!"

"Мне всё равно!" — Мими храбро смотрит на него в ответ, заставляя Розваля печально опустить голову.

Что я могу сделать…

Субару отводит взгляд от Феликса, его взгляд падает на маленькое пламя одинокой свечи на столе перед ним.

Перед его глазами проносились мгновения прошлых смертей.

"Есть кое-что, что я могу сделать".

Хозяин и слуга недоуменно уставились на Субару. Черноволосый слуга самоуверенно ухмыльнулся и воскликнул:

"И это то, что могу сделать только я. Да, именно так… Могли бы и не говорить мне".

Круш смотрела с неуверенностью.

"Ветер усиливается. Похоже, завтра снова будет плохая погода".

"Что за чёрт?!" — кричит Отто, сердитый и серьёзный. "Что это только что было?! Только не говори, что он имел в виду…"

"Мы всё равно не узнаем, был ли он в здравом уме, сядь, Отто". Рам внезапно берёт на себя инициативу, чтобы успокоить ситуацию, отвлечь от ужасного подтекста, но всё было бесполезно.

"Он пытается оправдать использование этой силы… из-за меня?" Эмилия прижала руки к губам, осознавая, почему её рыцарь стал таким соучастником стольких опасностей, которые произошли после этого момента просмотра. Всё, чтобы защитить её или вернуться к ней.

"... Это из-за моих слов, Эмилия-сама", — попыталась вмешаться Круш, стыдливо понимая, что её слова пробудили в юноше. "Он не в своём уме, это была моя вина".

"Эмилия-сама…" — Рем изо всех сил старается, но не может придумать ничего, чтобы хоть как-то облегчить положение полуэльфийки. Хотя у неё и были разногласия с Эмилией… подобные мысли Субару были настолько мерзкими, что вызывали у неё отвращение.

"Неужели действительно так плохо думать подобным образом?" Слова Ала прервали негодование остальной части толпы по поводу образа мыслей Субару.

"Ты вообще человек?!" — отвечает Фельт на его вопрос яростным взглядом вместе с остальными.

"Подрядчик Бетти, не знает, когда следует отказаться от самопожертвования, я полагаю..." Маленькая блондинка на коленях у Субару покачала головой и с изяществом приняла реальность происходящего.

"Предлагаю всем прекратить унижения и принять всё как есть". Голос Присциллы разносится по залу, заставляя толпу замолчать. "Хмф", — фыркнула она, наслаждаясь властью своего мнения над ними. "Ваши намёки на чувство вины раздражают меня с самого начала", — она указывает на умиротворяющий экран. "Простолюдины не могут понять с первого раза, так что я с радостью повторю для ваших крошечных мозгов, словно всемилостивый бог, которым я являюсь".

Присцилла подвергалась всеобщим гневным и ненавистническим взглядам, но все молчали и слушали её, хотя и презирали её за эти слова.

Они знали, кто ими правит.

"Забудьте о своих чувствах и смотрите, зная, что в конце концов он умрёт", — её голос пронзал уши, когда она приказала всем, кому дорог Субару, разрезать свои сердца на куски. Или она могла бы так и сделать.

"Она права…" — Петра удивила всех, даже Присциллу, когда заговорила. "Присцилла-сама говорит то, что нам всем нужно услышать".

"Петра-чан… Ты…" — девочка сбросила руку Фредерики со своего плеча. Она свирепо посмотрела на первый ряд, и в её голубых глазах пылал огонь.

"Субару умрёт". Губы Петры дрожали. "Он сейчас со многим справляется один". Эмилия и Беатрис выражают разные чувства стыда и гнева, пока Петра продолжает говорить. "Пожалуйста, давайте просто посмотрим, не обвиняя его в том, как он справляется с этой проблемой!"

"Это умный способ передать то, что говорит Бариэль-сама", — громко задумчиво произнес Розвааль. "Молодец, Петра-чааан".

Пока Розвааль одобрительно хлопал в ладоши, толпа внизу внимательно слушала, что говорила Петра.

"Я знала, что эта малышка гораздо интереснее, чем можно было увидеть на её очаровательном личике", — мысленно радуется Присцилла, считая уместным похвалить деревенскую девушку за её зрелость.

Беатрис на мгновение задерживает взгляд на Розвале, понимая, что все это время он никак не реагировал на происходящее.

"Похоже, он уже всё знает… или, может быть, это было для него не запланировано?" Дух мог лишь задавать вопросы, пристально вглядываясь в оживший экран.

Сцена снова возвращается в сад.

*ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!* *ЛЯЗГ!*

Субару показан падающим в воздухе от сильных ударов Вильгельма, но на этот раз он перекатывается назад и встаёт на ноги.

"Может, остановимся пока?" — спрашивает старик.

"Не будь занудой! Ты же видел, как я научился принимать удары!" Субару энергично взмахнул рукой перед собой.

"Сегодня утром твоё поведение выглядит совсем другим", — поинтересовался Вильгельм.

"Круш-сан дала мне хороший совет вчера вечером", — ухмыльнулся Субару, размышляя про себя.

Если у меня только появится шанс, я смогу решить любую проблему!

"Тогда на сегодня закончим".

"А?" — восклицает Субару в замешательстве. Вильгельм опускает меч и меняет стойку.

"Ну, я подумал, что бессмысленно учить того, кто отказался от возможности стать сильнее, или владеть мечом, который делает его сильнее".

"Что ты…" — Субару хотел продолжить свой вопрос дворецкому, но его остановили отчаянные шаги, когда Рем приблизилась.

"Субару-кун! Нам нужно обсудить кое-что важное", — серьёзно сказала она.

"Значит, я был прав?" — Феликс с ужасом смотрит на происходящее. "Неужели он теперь больше полагается на свою способность решать проблемы?"

Эмилия закрывает уши руками, чтобы не слышать смысла того, что Субару решил оставить в качестве решения.

"Кажется, я уже понял, что Субару-доно выбрал другой путь искупления… Не скажу, что он лучше", — Вильгельм разочарованно качает головой.

Сцена меняется: Субару и Рем сопровождают в кабинет Круш.

"Рем рассказала тебе, в чем дело?" — спрашивает Круш, садясь в свое рабочее кресло. Феликс стоит рядом с ней.

Субару сел напротив неё, а Рем встала параллельно Феликсу.

"Я почувствовала… что-то вроде присутствия, которое я разделяю с сестрой. Сестра могла бы использовать своё ясновидение, чтобы получить более чёткую картину, но я…" Рем не смогла продолжить, по-видимому, не в силах вспомнить.

"Так, я полагаю, ты переняла что-то вроде синестезии, да?" — спрашивает насторожившийся Субару.

"Мы также не знаем подробностей. Но сообщенрие поступило из поместья Мазерс, которое, как вы знаете, принадлежит маркграфу Розвалю. Похоже, в окрестностях его особняка было замечено какое-то подозрительное движение. Некоторые районы поместья уже находятся в состоянии повышенной готовности".

Субару и Рем с тревогой смотрели на Круш.

"Что случилось?" — спрашивает Гарфиэль своего друга, пока они оба с тревогой смотрят на испуганные лица Эмилии и Рем.

"Со мной эта временная линия не случалась", — Круш указала пальцем на экран, — "поэтому я не знаю, что может быть причиной этого нарушения… Хотя у меня есть одна идея".

"Это Лень", — произнёс Юлий с чем-то, похожим на рычание.

"Архиепископ? Ты хочешь сказать, что старший брат будет сражаться с ними в одиночку?" Фельт обнаружила, что её глаза безумно расширились от страха.

"Рем тоже будет с ним…" — шепчет Эмилия, поднимая голову с огорчённым лицом. "Она тоже умрёт… Субару умрёт, потому что он вернётся за мной!"

Рам побледнела и взглянула на свою молчаливую, опечаленную сестру. Она не могла ничего сделать, кроме как смотреть на свою дорогую сестру, не в силах вымолвить ни слова.

Ал похлопывает её по плечу, чтобы успокоить, давая ей тишину, необходимую для подготовки к тому, что должно произойти.

"Начинается", — чудаковатый мужчина сверху с виноватым видом наблюдает за гневом и замешательством, вызванными заявлением Круш. "Как ты справишься с этим, Субару-кун?" — спрашивает Розваль без акцента, тихим голосом.

"Подозрительное движение?" — спросил он в панике.

"Мы предвидели эту ситуацию с того момента, как маркграф объявил о своём намерении поддержать Эмилию-полуэльфийку".

"Ты хочешь сказать, что из-за этого предрассудка происходят неприятности?" — Субару с беспокойством посмотрел на герцогиню.

"Вероятно, это верное заключение".

Он стискивает зубы и опускает взгляд.

В тот момент, когда я отхожу от неё, происходит это?

Все вокруг неё — враги.

Единственный, кто может встать на её сторону…

Субару медленно ухмыляется маниакальной навязчивой ухмылкой…

Это я.

"Ну тогда… Мы должны пойти и помочь, верно?"

Субару встает, заставляя Рем споткнуться от беспокойства.

"НЕТ, НЕТ, НЕТ!" — худший кошмар Эмилии разыгрался прямо перед ней, и винить было некого, кроме самой себя, за то, что она оставила Субару и позволила ему впасть в такие мысли.

"Судя по твоей реакции, Рем, я полагаю, что его судьба уже решена?"

Строгий голос Рам вызвал у её сестры содрогание.

"О… Значит, это правда", — Ал качает головой, видя молчаливую реакцию Рем на всех, кто слышал вопрос Рам.

"Почему ты не сказал, что это не настоящая петля?!" — спросил Гарфиэль, выглядя расстроенным после того, как осознал это.

"Я бы с радостью… Но я дорожила теми скромными воспоминаниями, которые остались у меня с Субару во время этого круга, после последнего момента, который я помню". Рем отворачивается от Гарфиэля и смотрит в пол.

"А какой момент ты помнишь?" — спрашивает ее Анастасия, молча взглянув на герцогиню рядом с собой.

"... Рынок? Возможно, так и было, но окно, похоже, не горело желанием делить время Рем с Субару-куном".

"Боже мой! Это и правда снова точка сохранения того яблочника!" — Рикардо удивлённо дергает себя за ухо. Близнецы разинули рты, понимая, что, возможно, они правы.

"Ты ведь что-то об этом знала, не так ли?" Анастасия решительно повернулась к Круш.

Видя её непоколебимость, Круш кивком даёт кандидату, стоящему рядом с ней, то, что она хочет.

"Почему ты нам не сказал?"

Круш повернулась к экрану с капризным выражением лица. "Мне тоже хотелось провести с ним время".

"Хм", — Анастасия поджала губы и покачала головой. "Тебе нужно быть честнее с собой, Круш-сан. Честно".

"Н-не надо, Субару-кун. Ты должен следовать приказу Эмилии-сама. Она велела тебе сосредоточиться на исцелении... и я с ней согласна!"

Рем с беспокойством держался за рукав, когда он направился к двери.

"Сейчас самое важно - это твоё здоровье".

Не обращая внимания на её слова, Субару повернулся к горничной с сосредоточенным выражением лица: "Рем, мы единственные, кто может помочь Эмилии!"

Видя, что он настроен решительно, служанка обеспокоенно опустила взгляд.

"Вы все слышали, Круш-сан?" — Не обращая внимания на лицо Рем, Субару повернулся к герцогине, наблюдавшей за ним. — "Мы возвращаемся в особняк, назад к Эмилии. Пока всё не будет сделано, моё лечение…"

"Нацуки Субару", — перебивает его Круш, твёрдо называя имя.

Он ошеломленно смотрит на неё и не произносит ни слова.

"Если ты уйдёшь отсюда, ты станешь моим врагом. Позвольте мне поправить одну твою мысль. Я разрешила тебе остаться здесь в качестве гостя и пройти лечение только потому, что у меня таков контракт".

Субару моргает. "Контракт?"

"Мы с Эмилией заключили договор о твоём лечении. Однако, если ты сам его нарушишь, я не обязана продолжать защищать тебя. Как только ты покинешь этот дом, мы с Эмилией без колебаний станем врагами". В голосе Круш, словно упрекая его, не было ничего кроме серьёзности.

В этот момент острый взгляд Субару устремляется на благородную женщину. "Я ошибался насчёт вас. Я думал, что, может быть, мы с тобой поладим. Да, конечно. Это же была всего лишь шутка за выпивкой, верно? С моей стороны было глупо воспринимать тебя всерьёз, когда ты сказала мне, что я, как враг, должен сделать всё, что в моих силах. Ты же не хочешь, чтобы я уходил, потому что вызволение Эмилии из беды обернётся для тебя плохо, верно?"

Несмотря на обвинение, Круш продолжала спокойно смотреть на Субару. Мягкий, писклявый голос целительницы отражал напряжённую атмосферу, возникшую из-за слов Субару.

"К-как он пришёл к такому выводу?!" — в голосе Отто слышались одновременно изумление и ужас.

Феликс отказался высказать своё мнение после того, как его столько раз за это его били, но он не смог сдержать гневного взгляда на Субару на экране.

"Он не в том настроении…" Вильгельм кивает, соглашаясь с робкими словами Райнхарда.

"Эта девчонка была ничуть не лучше в том, чтобы описывать ему ситуацию так, чтобы не создавать впечатления, будто вот-вот начнётся драка", — Фельт указывает на Круш, пока герцогиня была занята своим собственным разговором.

"Эмилия-сама, прошу прощения за то, что не смогла оставить его рядом. Похоже, моё безрассудное желание провести черту вынудило меня поставить ультиматум". Круш с искренним сожалением кивнула полуэльфийке.

"..." Полуэльфийка лишь покачала головой, не в силах поверить, насколько обострилась ситуация только потому, что её там не было.

"Я думаю, ты все неправильно понял".

"Феррис, хватит", — приказала герцогиня, не отрывая взгляда от черноволосого молодого человека перед собой.

Феликс смотрел с надеждой в глазах, что этот он сможет помочь Субару увидеть вещи в лучшем свете, чем то, что говорила его леди.

"Нет, я скажу. Ошибка, которую он совершает, слишком серьёзна". Феликс покачал головой и сердито посмотрел на Субару. "Даже если ты уйдёшь, ничего не изменится. Ты только зря время потеряешь. После того, как ты выставил себя дураком в замке и был избит Юлиусом, ня, ты до сих пор этого не понимаешь? Тебе будет гораздо лучше остаться здесь и закончить лечение".

После резких слов Феликса свирепый взгляд Субару превратился в яростный, полный ненависти, взгляд, направленный на душу получеловека. Так продолжалось ещё несколько секунд, прежде чем Субару обернулся.

"Я решил. Я возвращаюсь к Эмилии. Спасибо, что позаботились обо мне, хоть это и ненадолго". Как только он открыл дверь, его нога остановилась, когда Феликс разразился гневом из-за стола своей дамы.

"Разве хорошие люди так воспринимают предостережения?"

Субару не оглянулся, но ответил на прощание: "Именно благодаря ему я принял решение. Спасибо".

С этими словами он ушёл, Рем последовала за ним.

Феликс покачал головой, закрыв лицо ладонями. Он почувствовал лёгкое похлопывание Вильгельма по спине, но это ничего не значило, поскольку неудача погрузила его в пучину стыда.

"Удивительно, как быстро всё развивается, чёрт возьми!" — пафосно комментирует Ал, заставляя остальных кивать.

"Я так и не смогла уговорить Субару-куна остаться", — мучительно прошептала Рем себе под нос.

Сцена меняется: Рем гладит розового наземного дракона, к которому прицеплена карета.

"Рем, когда мы доберемся до особняка?"

Горничная подняла глаза и увидела Субару и Вильгельма, стоящих возле кареты.

"Думаю, около двух с половиной дней".

"Более двух дней! Дорога сюда заняла меньше дня!"

"Мы не можем ехать туда. Над дорогой туман, поэтому нам придётся сделать крюк".

Субару на мгновение моргнул: "Да кого волнует туман?!"

"Этот туман создал Белый Кит. Если мы в него попадём, то не выживем", — говорит Рем обыденным тоном.

Субару стиснул зубы и забрался в повозку, не попрощавшись со стариком рядом с собой.

Вильгельм остался стоять на месте, прищурившись, вглядываясь вдаль с тех пор, как был упомянут Кит.

Рем почтительно поклонился дворецкому. "Спасибо, что одолжили нам ваш экипаж, запряжённый драконом. От имени моего господина выражаю вам свою благодарность за оказанную нам до сегодняшнего дня милость".

"Вовсе нет. Пожалуйста, берегите себя", — старик качает головой и слегка машет служанке.

"Похоже, в этом цикле ему не доведётся столкнуться с Белым Китом?" — спрашивает Отто, надеясь, что кто-нибудь ответит.

"Мы не знаем…" Юлиус качает головой, глядя на герцогиню, сидящую в том же ряду, что и он.

"Понятия не имею", — качает она головой. "Не знаю, с чем может столкнуться Нацуки Субару. Если Рем продолжит вести их к особняку, уверена, она сможет вообще избежать пути Лифуса".

"Бетти надеется, что так и должно быть", — всхлипнула Беатрис.

Действие сцены меняется на ночное время, Рем направляет карету к направлению к небольшой гостинице, расположенной у дороги.

Усталым взглядом Субару посмотрел на место, где они остановились. "Зачем мы остановились? Нам нужно спешить!"

"Прости, Субару-кун. Земляной дракон не может идти дальше", — Рем поворачивается к нему с извиняющимся видом, а розовый дракон показывает, как он пыхтит и хрипит, изо рта у него идёт пена.

Он нахмурился, глядя в землю.

"Что случилось, брат Отто?" — осторожно спросил Гарфиэль Отто.

"Что-то тревожит тебя?" — быстро спросила Фредерика со своего места, заметив испуганное выражение лица торговца.

"Д-да…" — Отто кашляет в кулак, стараясь не показывать больше ужаса. "Просто… я знаю эту гостиницу. Я регулярно там бываю, потому что она единственная на дороге в столицу".

"Ты имеешь в виду, что в этом цикле ты можешь встретиться с Субару-сама?" — спрашивает Фредерика.

Отто пожимает плечами с нечитаемым выражением лица: "Не знаю. Но эта мысль почему-то меня пугает".

Сцена меняется на спальню внутри гостиницы.

"Я не могу заснуть..." Черноволосый юноша сидел на кровати с тем же хмурым выражением лица, устремив взгляд в потолок комнаты.

"Субару-кун, ты не спишь?"

Он сел и посмотрел на дверь комнаты, услышав голос Рем сзади: "Ага".

Она входит в комнату. Субару зажигает лампу рядом с собой.

"Что здесь происходит?" — насмешливо шепчет Ал и получает удар от Рам.

"... Хотела бы я быть там", — с вожделением прошептала Рем.

Горничная бросила на него встревоженный взгялд. "Я не могу заснуть, поэтому надеялась, что мы сможем поговорить".

"О… Ты тоже? Ничего не поделаешь, я полагаю".

Взглянув на неё, Субару заметил мягкое выражение её лица и слегка нахмуренные брови.

"Ты тоже беспокоишься об особняке после того, что ты почувствовал через своё общее чувство, да?"

Рем закрыла глаза. "Всё будет хорошо. Мы не дети, которых так легко растроить. Мы скоро вернёмся, и я всё исправлю". Он попытался подбодрить её улыбкой, но служанка только больше расстроилась.

"Да. Я буду верить всем сердцем тебе, Субару-кун".

Хотя её печальный вид был очевиден, слабая, едва заметная улыбка, с которой она смотрела на него, заставила его покраснеть. Ему пришлось отвернуться, чтобы скрыть лицо.

"Какая очаровательная сцена!" — восклицает Фредерика, не веря, что в окне перед ней — Рем. Рем, которую она знала, была замкнутой и бесчувственной.

"Эта улыбка тебе очень идёт, Рем", — Круш одаривает служанку открытой улыбкой.

Рем густо краснеет и с завистью смотрит на экран.

"Рем ооочень нравится Субару", — пробормотала Эмилия себе под нос, наблюдая за этим моментом между ними и чувствуя себя всё равно брошенной и покинутой. Как всегда.

"Этот простолюдинка теперь сама себе врёт?" — цокает языком Присцилла, сидящая на верхних рядах сидений. — "Так дело не пойдёт".

Его удивление проявилось, когда Рем устроилась у него на спине, положив голову и обе руки ему на шею и плечи.

"Р-Рем-сан, эм… Почему ты держишься за меня?" — Субару заикался из-за интимной позы.

"Потому что я так хочу", — ответила Рем тихо, но Субару почувствовал, как внутри шевельнулось что-то еще, когда её ладони засияли в тускло освещённой лампой комнате.

"Я… я знаю это чувство…"

"Я исцеляю твои врата, как это делал Феликс-сама, Субару-кун".

"О-о, исцеляешь! Ты меня исцеляешь… Конечно, исцеляешь", — он нервно хихикает. Через некоторое время в наступившей тишине на его лице появляется выражение подавленности.

"Потому что ты так хочешь, верно?" — шепчет он, опуская взгляд. "Она, наверное, сначала рассердится на меня, да?"

Синеволосая девушка, словно тяжесть, лежала у него на спине, с любовью уткнувшись носом ему в ухо. "Если ты найдёшь время, чтобы по-настоящему повернуться к ней лицом и выразить словами свои чувства, я уверена, она поймёт. В конце концов, ты замечательный человек".

Её ободряющий шёпот, казалось, сбил мальчика с толку, и его взгляд потускнел. "Я? Да… я, правда?" Голова Субару начала падать, черты его лица стали грустными. "Эмилия беспомощна без меня. Потому что я… так сильно беспокоюсь о ней…" Его шёпот постепенно становился тише, он терял силы и терял сознание в объятиях Рем.

"Прибереги немного беспокойства... и для меня тоже", — прошептала Рем, поддерживая мальчика за спину. Поглаживая его волосы пальцами, служанка, казалось, была опечаленна, а не рада своему положению у черноволосого мальчика.

"Не уходи никуда, ладно, Субару-кун?"

Тьма…

"Феррис-сама".

"Д-да, Эмилия-сама?" Целитель оживился в темноте, смутившись из-за того, что Эмилия так внезапно обратилась к нему.

"Что там произошло? Какую магию Рем использовала на Субару?" Эмилия была непроницаема в темноте, ни по тону, ни по выражению лица.

"А… Она заставила Субару-кюна уснуть, пока исцеляла его врата. Это простой приём".

"Зачем ты это сделала здесь, Рем?" — Эмилия оставила целительницу в недоумении, сосредоточив всё внимание на Рем. Никто в комнате всё ещё не мог её разобрать.

"Я…" Рем не нашла ответа.

"Он говорил обо мне. О том, что, по его мнению, я буду к нему чувствовать. Он говорил о…" — в голосе Эмилии послышалось что-то похожее на грусть и разочарование.

"... Давайте посмотрим, что Рем здесь натворила, Эмилия-сама". Именно Рам осмелилась вмешаться. Даже под угрозой Беатрис.

Сцена меняется на ту же комнату в гостинице.

Субару проснулся в пустой комнате, из окна струился яркий луч света. Утреннее солнце.

"Рем, просыпайся! Мы проспали-"

Он быстро выбежал из своей комнаты в соседнюю, и на языке у него зазвенел крик, зовущий её обитателя.

Рем в комнате не было. Также не было никаких признаков того, что в комнате кто-то жил в течение последних часов.

"Понял", — усмехается Юлиус, не выражая никакого впечатления.

"Она оставила его одного в гостинице? Разве это не было бы лишним, если она возьмёт его с собой?" Фельт подняла бровь, сбитый с толку этой частью истории.

"Перел ней не стоит задача вернуть Субару, Фельт-сама. В этом-то и дело, — спокойно, словно учитель, вмешивается Райнхард. — Она знает, что в владениях Мазерса творится беда, из-за способностей своей сестры. Именно на этом сосредоточена Рем-чан".

"Наверное, она оставила Нацуки-сана в гостинице, пока она разбирается с чрезвычайной ситуацией…" Отто устало смотрит на Гарфиэля. "Зная, что это за чрезвычайная ситуация…"

"Это Архиепископ Лени", — Гарфиэль кивает головой, и его внезапно охватывает серьёзность.

"Тогда Субару, скорее всего, умрёт от его руки первым". Петра заговорила таким холодным голосом, что Фредерике пришлось похлопать девушку по спине из жалости. "И моя деревня могла бы…" Петра замолчала, не зная, как назвать то, что Лень собирается сделать с её людьми и Субару.

Юлий держал рот на замке, пока нетерпеливая Анастасия пристально смотрела на него, требуя информации.

Смена сцены

"Ну, что ж! Доброе утро…" Улыбка на лице администратора исчезла, как только разъярённый черноволосый парень ударил обеими ладонями по столу.

"Где та синеволосая девушка, что была здесь со мной?!" — громко и задыхаясь, спрашивает Субару. Он бежит вниз по лестнице.

"Т-та женщина, с которой ты был, э-э…"

Пока мужчина пытался что-то сообразить, Субару схватил его за воротник. "Я тебя не слышу".

"Я же говорил, что она ушла ночью! Вот твои вещи…" — заикаясь, пробормотал мужчина, протягивая разъярённому мальчишке, державшему его в руках, рюкзак, в одном из карманов которого виднелся пергамент.

Субару на мгновение забыл о сумке и тут же развернул пергамент, чтобы прочитать. Пальцы его так крепко сжали бумагу, что она чуть не порвалась. Он ударил ладонью по столу, ещё больше напугав мужчину.

"Какого чёрта? О чём ты только думала, Рем? Я думал, что хотя бы ты меня поймёшь…"

"..." Рем выглядела так, будто предпочла бы быть раздавленной насмерть, чем услышать эти слова от Субару.

Он выбежал из гостиницы с сумкой за спиной. Голос Рем пересказывал содержание письма, а на экране демонстрировались сцены переговоров Субару с несколькими торговцами и извозчиками у гостиницы.

" Дорогой, Субару-кун…

Когда ты прочтёшь это письмо, я уверена, ты очень на меня рассердишься. Я не буду просить у тебя прощения за то, что бросила тебя, чтобы отправиться в особняк. Но, пожалуйста, пойми .

Потратив несколько мгновений на переговоры с седьмым торговцем, мужчина покачал головой, обдумывая ответ. "Вон тот, возможно, согласится на твоё предложение". Субару посмотрел туда, куда указывал мужчина, и заметил бар.

" Сейчас для тебя в особняке может быть очень опасно" .

Войдя в бар, Субару обнаружил молодого человека в зелёной мантии, спящего, уткнувшись щекой в барный стол. Увидев это, он бросил мешочек с монетами прямо у его головы, разбудив его металлическим звоном монет.

Спящий посмотрел на Субару красными от усталости глазами, полными замешательства.

"Тебя зовут Отто?" — спрашивает Субару пускающего слюни торговца, который выглядел растерянным.

"Это его первая встреча со мной", — бормочет Отто, как и все остальные, заворожённый отчаянными усилиями Субару. "Заснул, пьяный. В баре".

Гарфиэль усмехнулся и хлопнул торговца по спине.

"Так что, пожалуйста, подожди моего возвращения " .

Когда они вышли из бара, голос Рем звучал поверх их голосов.

"Я приму вашу плату, но я думаю, это очень безрассудно, Нацуки-сан!" — предупреждает нервный Отто, но Субару игнорирует его, когда тот садится в маленькую тележку.

Солнце садится над Субару. Он находился в движущейся повозке-драконе, а Отто управлял ею. Письмо всё ещё сжимало его ладонь.

"Так ты тоже считаешь меня никчемным и ни на что не годным, Рем?" — с болью в голосе говорит Субару.

"Кажется, меня познакомили с человеком, от которого могут быть настоящие неприятности", — нервное бормотание Отто осталось неслышным из передней части кареты.

"Ладно, хорошо. Если ты мне не доверяешь, то почему я должен на тебя рассчитывать?" — Субару сжимал письмо и рычал себе под нос, и торговец решил, что его слова не будут услышаны, как бы громко он ни говорил.

Он раздражённо вздохнул, сожалея о своей удаче.

"Этот другой я отправится в путешествие всей своей жизни".

Анастасия приподнимает бровь, глядя на Отто, который небрежно вздохнул. "Ты не боишься, что ты можешь умереть вместе с Нацуки-куном?"

Отто открыл один глаз, глядя на Анастасию. "Конечно, мне страшно. Но не настолько, чтобы забыть, что это я прошёл через все петли, чтобы быть рядом с Нацуки-сан".

Королева торговцев удивлённо кивнула ему в знак уважения.

Тем временем Рем изо всех сил сжимала юбку, чтобы не разрыдаться при словах Субару.

"Я бы никогда так о тебе не подумала!" — с досадой пробормотала она в затылок Субару.

Сцена меняется на ворота особняка, с которыми, как будто, сталкивается приближающаяся тень.

Окно на секунду темнеет, и снова появляются Отто и Субару, управляющие драконьей повозкой сквозь ночной шум. Черноволосый юноша крепко спал в повозке позади Отто.

"Что... черт возьми, это было?!" — спрашивает Тиви после того, как сцена в особняке была прервана так внезапно, что он едва успел моргнуть.

"... Я слишком быстро это заметил, братан". Ал пожал плечами, а Фельт, прищурившись, посмотрела на экран. "Что-то случилось? Что это было?"

"Это, без сомнения, была Лень", — рычит Юлиус, скрестив руки. Как только он это сказал, все сразу же посмотрели на экран.

Эмилия и Круш крепче сжали руки Субару. Обе девушки наперебой пытались согреться, ощущая его тепло в своих руках, если ситуация обострится.

Тележка резко останавливается, заставляя Субару проснуться, врезавшись в деревянные стены.

"Извините, ноне могли бы мы, пожалуйста, вернутся назад?" — извиняющийся Отто оглядывается назад и умоляет.

"Что?! После того, как мы зашли так далеко?" — в недоумении спрашивает Субару.

Отто кивает головой и указывает на дракона, рычащего перед повозкой. "Мой ездовой дракон в ужасе. Он инстинктивно чувствует, что это место слишком опасно, чтобы к нему приближаться".

"Они определенно таааам…" — Розваль кивает головой, не давая никому возможности услышать его бормотание.

"Этот мальчишка — трус". Присцилла с неприязнью насмехается над Отто за то, как он остановил действие сцены, чтобы просто убежать.

"Да пошла ты!" — горячо возражает Гарфиэль пылающей принцессе.

"Мой дракон никогда не пропускает ничего подобного… Если он говорит, что всё слишком опасно, то это правда". Отто качает головой, когда тревога начинает овладевать их разумом.

"Где мы сейчас?" — спрашивает Субару, глядя прямо на бесконечную дорогу с деревьями по обе стороны.

"Мы уже во владениях Мазерса, недалеко от деревни Арлам", — отвечает Отто, держа карту в руках.

"Понял!" — Субару выпрыгивает из кареты, оставляя свою сумку.

"Петра… Ты дрожишь?" — Фредерика с тревогой смотрит на маленькую служанку.

"Закрой глаза, если можешь, Фредерика-сэмпай", — взмолилась Петра, сжавшись в комок при упоминании своей деревни.

"Всё в порядке, Петра", — улыбается Фредерика. "Всё закончится не так уж плохо".

"После того, что мне рассказали, ты бы так не говорила", — прошептала Петра своему наставнику, вспоминая свой разговор с Надзирателем до всего этого и последствия для жителей деревни.

"Нацуки-сан, ты не можешь туда пойти! Давай вернёмся!" — умолял Отто парня с противными глазами.

Субару лишь улыбнулся ему. "Довольно, Отто. Можешь забрать деньги и всё моё добро".

"Я просто не могу! Пожалуйста, подумай ещё раз!"

Но мольба Отто была проигнорирована. Субару бросился в темноту.

"Нацуки-сан!"

Сцена снова меняется: Субару бежит по тёмной дороге в одиночестве.

"Он правда отпустил меня? Вот так просто?!" — в отчаянии закричал Отто, не веря, что он просто исчез из сюжета без всякой причины. "Не могу поверить, что я ему вообще не помог. Просто довёл его до собственной гибели!"

В его воображении возникли образы королевской гвардии.

Он продолжал бежать.

Лицо Юлиуса то появлялось, то исчезало в воспоминаниях.

Он продолжал бежать.

Члены совета стояли над ним, словно разочарованные боги.

Он бежал сквозь темноту.

Кандидаты насмехались над ним за спиной.

Он снова побежал.

Рыцари смеялись над ним.

Он не споткнулся.

Волшебники плюнули ему в лицо.

Ноги у него не подвели.

Ни разу за всё время бега он не вспомнил об Эмилии. Она не была для него источником зла или ненависти.

"Это так восхитительно жалко, я почти впечатлена этим пиглином. Честно", — небрежно напевает Присцилла, с большим интересом наблюдая за тем, как формировалось мышление Субару до неё.

"Он... э-э... Он винит всех, кроме себя". Фельт поняла то же, что и все остальные, и на её лице появилось разочарованное выражение.

Петра с жалостью посмотрела на Субару, ей не нравилось, как все его осуждают. Она знала, что у неё детский ум, но Субару явно был не виноват.

Он тоже был ребёнком.

Круш и Эмилия держали его за руки. Каждая из женщин находила утешение в прикосновениях к мальчику и ласковых объятиях после того, что ему пришлось пережить на их глазах.

"Это некрасиво", — Юлиус сплюнул, но сохранил недовольное выражение лица, чтобы не выказать жалости к Субару. Ему бы не понравилось, если бы Юлиус так поступил.

"Не вини себя, Рем", — Розваль громко произнёс, чтобы она услышала. Служанка опустила голову, чтобы скрыть слёзы.

"Он так думает, потому что я его бросила", — всхлипывает Рем, пытаясь сдержать слезы, сдерживая себя.

"Я тоже его бросила", — Эмилия протиснулась вперёд, искоса взглянув на Рем и показав собственные слезинки на глазах.

Каким бы спутанным ни казалось его видение, Субару продолжал бежать без всякой причины для остановки.

Пока внезапно он не поднял голову.

Он прекратил всякое движение, и от внезапной остановки из-под его ботинок поднялось облако грязи.

"Слишком тихо…" — громко выдохнул он, но его голос был больше похож на шёпот.

Оглядевшись, он увидел только глубокие полосы деревьев и камней по обеим сторонам широкой грунтовой дороги.

Вглядываясь в лес, он ничего не увидел, поэтому он повернулся в направлении своего назначения и бросился бежать дальше, но тут же обнаружил странного человека в чёрном капюшоне, стоящего в нескольких дюймах от него.

Субару моргает, глядя на мужчину, не испытывая ни удивления, ни страха.

"Ведьмины культисты!" — негодует Рем, и её глаза полны ярости.

Эмилия и Беатрис держались за своего Субару изо всех сил, не веря, что он и раньше был один с культистами, без всякой защиты.

"Он умрёт?" — серьёзно спрашивает Анастасия, опасаясь за мальчика.

"Нам нужно смотреть! Хватит болтать!" — быстро приказала Круш всем болтунам, от близнецов наверху до Отто и Гарфиэля, которые были так же разъярены и напуганы.

Выражение его лица полностью меняется, когда из ниоткуда появляется группа людей в капюшонах. Они были одеты точно так же и смотрели на него, словно статуи.

К его удивлению, вся группа культистов низко поклонилась ему.

Прежде чем исчезнуть без звука.

"Что это было?" — спросил он, встревоженный и напуганный до смерти.

"...Что это было?" — Юлиус чуть не ахнул, когда вся эта сцена разыгралась за мгновение, а он всё ещё не мог отделаться от мысли, что Субару умрёт.

"Они что… просто поклонились ему и ушли?" — спрашивает Фельт Райнхарда, надеясь услышать объяснение.

"... Думаю, они учуяли его ведьмин запах и решили оказать ему должное уважение, как члену культа или тем, кто скоро им станет? Культ ведьмы вербует только тех, кто проклят её запахом, или заставляет покрываться её миазмами". Райнхард изложил свои теории и изучил факты о культе. Он слегка нахмурился, когда понял, как это прозвучало.

"Расслабься, Райнхард", — рыжеволосый удивился, услышав голос деда. "Никто не думал, что ты обвиняешь Нацуки-доно в принадлежности к культу".

"А", — Райнхард разочарованно опустил глаза. "Да… Спасибо, дедушка".

"Это было так страшно!" — кричит Петра, обнимая Фредерику. Эмилия вдыхает и выдыхает, кивая в такт стонам деревенской девушки.

"Это лишь небольшая закуска к тому, что последует за ним", — замечает Присцилла с усталым выражением на своём прекрасном лице. Розваль почти сказал бы, что она беспокоится о завещании Субару.

Клоун на секунду оторвался от наблюдения за толпой и взглянул на виднеющиеся светлые пряди волос. "Субару-кун разберётся с этими дураками. Что ты будешь делать, когда увидишь новую форму Гезе?"

Сама Беатрис, в отличие от Розваля, выглядела пребывающей в состоянии глубокого отчаяния, а не любопытства.

"Даже против Культа Ведьмы у него есть способности, которые можно использовать", — Анастасия едва шепчет, слишком погруженная в произошедшее.

"Возможно, это моя самая большая неудача, которую я только могу себе представить". Круш прикрыла губы ладонью, чтобы скрыть дрожащий оскал. Её янтарные глаза пылали огнём недовольства и ненависти.

"Это не ваша вина, Круш-сама", — сердито сказала Рем. "Это моя вина, что я его бросила! Что она делала?!" Горничная говорила о себе так, словно та была другим человеком.

"Это всего лишь повод не винить себя. Этот мальчишка всегда останется позади, на каком бы поводке его ни держали", — с притворным отвращением выпалила Присцилла, совершенно не в силах сдержаться после того, как культ ведьмы поклонился собаке Эмилии.

"Коммонер даже не выказал ни малейшего намёка на беспокойство". Присцилла щёлкнула зубами, глядя на застывшее во времени лицо Субару на экране. "Его безумие разочаровывает".

Субару потратил ещё несколько минут, чтобы прийти в себя, и нахмурился ещё сильнее, увидев, как его забег прервался. Тем не менее, он продолжил.

Пока он бежал, у него тряслись руки.

Он начал вспоминать каждый случай проявления неуважения.

Феликс назвал его слабым.

Юлий избил его и назвал недостойным.

Рейнхард назвал своё унижение чем-то, что следует простить.

Круш приказала ему оставаться на месте, потому что считала его слабым.

Рем бросила его, потому что считала его слабым.

Он бежал с таким выражением лица, которое выражало всю ненависть, кипевшую в его сердце.

"Черт!" — выругался он.

"Разве он не должен беспокоиться о своих друзьях, а не об этих вещах?" — задаёт Мими резонный вопрос, который сглаживает многие виноватые выражения на лицах в зале.

"Нацуки не хочет выходить из этого состояния", — небрежно говорит Юлиус. "Он остался один, и никто не подскажет ему, как справиться с этим стыдом в его сердце".

"Значит, оставить его было наихудшим решением, что можно было сделать, да?" — Эмилия опустила голову.

"Воистину так оно и было". Юлий не питал ни капли сочувствия к претендентке на трон. Или же он скрыл его в глубине души, чтобы рассказать ей суровую реальность.

"Поведение Барусу во многом зависело от Эмилии-сама. Ему вообще не следовало находиться рядом с ней, если он хочет избавиться от такой одержимости", — сказала Рам, медленно похлопывая сестру по спине.

"... Так сказал Пак", — шёпот Эмилии услышала герцогиня, сидевшая напротив неё.

"Великий Дух… Хм", — Круш покачала головой, глядя на Эмилию. "Не знаю, в ком ещё мне разочаровываться, в тебе или в Нацуки".

Эмилия закрыла лицо ладонями, не желая слышать слова Круш.

Смена сцены.

Он бежал до рассвета. Он остановился посреди грунтовой дороги, тяжело дыша перегруженными лёгкими.

В конце дороги он заметил столб черного дыма, поднимающийся к голубому утреннему небу.

"Я вернулся…"

"... Риджанальд-сан открывает свою пекарню только во второй половине дня. Не на рассвете", — тут же замечает Петра, теперь крайне сосредоточенная, когда Субару добрался до её деревни.

Сердце у неё билось так быстро, что вот-вот выскочит из груди.

"Петра, вдохни и выдохни. Всё будет хорошо", — успокаивающе шепчет Фредерика на ухо девочке, обнимая её.

Сцена меняется: Субару осматривает пустую деревню. Он повернул голову, высматривая хоть какой-то признак жизни. Деревня была пуста. Никого.

"Это странно", — раздаётся сверху голос близнеца с моноклем. "Это место было довольно густо населённым, когда наши войска прибыли туда в нашей временной линии".

Петра крепче обняла Фредерику, не обращая внимания на Тиви.

Он постучал в дверь и стал ждать ответа. Ответа не последовало.

Он открыл её и заглянул внутрь. Внутри была тёмная комната. Лишь солнечный свет разгонял её тьму.

Субару поднял глаза, заметив пару, странно сидевшую на своих стульях.

Он пожал плечами и двинулся к следующему дому.

"Что такое…" — Беатриса заморгала. — "Что за внезапная странность, я полагаю?!"

"Почему они так сидели? Разве это не дом Мосмуны-сан и Чикари-сан?" — Петра тяжело дышала, прижавшись к руке Фредерики. Девочка отметила, куда идёт Субару, и отметила каждую отталкивающую деталь её дома в этой сцене.

По какой-то причине этот было гораздо сложнее открыть...

"Это неправильно", — замечает Юлиус, прищурившись и выпрямляясь на стуле.

"Думаю, с самого начала мы знали, что всё пойдёт не так, Юлиус-кун", — размышляет Анастасия с суровым видом.

"Да… Но эти люди всё ещё очень дороги ему". Рыцарь стыдливо опустил голову, не в силах оторваться от воспоминаний о том, как Субару склонил голову к земле, лишь чтобы убедить бедных деревенских жителей довериться ему.

"..." Анастасия закусила губу и устремила взгляд на экран.

Субару изо всех сил пытался упереться плечом в дверь, но ему удалось продавить скрытый груз, удерживавший дверь закрытой. Когда Субару толкнул дверь, послышался чавкающий звук.

Он не смотрел на темноту перед собой. Он посмотрел на то, что не давало двери закрыться, и его глаза расширились от невыразимых эмоций.

Он медленно повернулся и вышел из тихого дома, не попадая в кадр.

"Почему мы не видим того, что видит он?" — спрашивает Феликс, не в силах сдержать гнетущее чувство страха, расползающееся по его спине.

"Это говорится лицом Субару", — робко отвечает Розваль, кусая губу.

"Выражение лица Нацуки Субару наконец-то меняется, значит, он постепенно что-то понимает", — Круш взволнованно анализировала. Её взгляд словно приклеился к окну, не в силах отвести взгляд или моргнуть ни на мгновение.

Медленно и покорно он отошёл от всех домов. Его ошеломлённое выражение лица оставалось прежним.

Стены нескольких домов в центре были испещрены красными пятнами боли. Он медленно и пассивно шёл к рынку, проходя мимо пронзённых красными клинками.

С каждым шагом выражение лица Субару становилось всё более тревожным. Его зрачки интенсивно дрожали, но не двигались, осматривая окружающую обстановку.

"Это…" Глаза Эмилии расширились от ужаса, а дыхание стало учащённым.

"Нет…" — Петра захлебнулась словами и разрыдалась. Глаза её оставались широко открытыми, она всё замечала и понимала, чего не видно за окном.

Рем впервые за долгое время взглянула на сестру, одним взглядом показывая старшей сестре, как сильно она напугана. Рам кивнула и без колебаний обняла сестру, не давая им возможности обменяться словами.

"О нет…" Рикардо почувствовал себя невероятно опечаленным и обескураженным. "Эти люди были такими милыми и добрыми", — собачник покачал головой и на его лице отразился гнев.

"Полагаю, Бетти должна быть здесь", — с болью и страданием в голосе говорит Беатрис.

Когда он остановился, шатаясь, и окно наконец отодвинулось от его лица, обнажив то, что он увидел.

Ужасающая куча обгоревших трупов лежала в тошнотворно упорядоченном виде, как будто человек, устроивший эту бойню, обладал какими-то привилегиями или имел опыт убийства такой огромной группы жителей деревни.

Отвратительный на запах и жестокий на вид, шок Субару начал проходить, и его ноги начали подкашиваться. Он не заметил ещё один труп рядом со своими ногами и споткнулся о него.

Мальчик с мерзкими глазами не показан воющим от боли или сосредоточенным на своём теле… Он лишь моргнул, чтобы заметить лицо мёртвого мужчины у своей ноги. Субару попытался встать с трупа, наткнувшись на что-то склизкое.

Он на мгновение останавливает взгляд на своей ладони.

Кто бы мог подумать, что такой грязный и крутой двор может содержать столько свежепролитой крови?

Тема: Театр D от Myth&Roid

Кровь.

Дрожа как осиновый лист, он широко раскрыл глаза от ужаса, а не от обычного потрясения. Он задыхался, оглядываясь по сторонам, пытаясь найти хоть одно место, куда эта трагедия не добралась, но ВЕСЬ деревенский двор был усеян трупами и мёртвыми лицами.

Он начинает тяжело дышать, пытаясь вспомнить дома, в которых он побывал.

Пара в доме не ужинала, они были мертвы. Разрезанные шеи и кровь были на их столе.

На двери второго дома лежало тело женщины. Из её распоротого живота были вырваны внутренности.

"...Кхххххххх-"

Его тело судорожно дрожало. Само по себе, без его команды. Медленно поворачиваясь, он заставил себя открыть глаза и окинуть взглядом окружающие его тела.

Разрезанные, отрезанные, обезглавленные, заколотые, сожженные, изуродованные, сломанные, разобранные…

Зрачки Субару сузились до такой степени, что стали напоминать точки на белом фоне.

Фредерика быстро закрывает глаза Петры, чтобы та больше ничего не видела. Её слёзы и ужас затмеваются душераздирающими рыданиями, которые она не в силах сдержать.

"НЕТ-НЕЕЕТ-НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! КТО МОГ ЭТО СДЕЛАТЬ?! ЧТО ЗА ЧУДОВИЩЕ… ААААААААААААААААААА!" — Голос девочки дрогнул, когда она рыдала во весь голос в объятиях Фредерики. Крик Петры разнёсся по всему залу и за его пределами, давая понять всем, что она навсегда потеряла невинность.

"Бедная девочка". Ал отводит шлем в сторону, чтобы не смотреть на девочку, пока она разваливается на части.

Усугублённый криками и рыданием Петры на заднем плане, Юлиус чувствовал вину и грусть за деревню, и ему хотелось выплюнуть выпитый чай, который он пил. Элегантный рыцарь не сдерживал гнева, полностью выказывая свои эмоции зрителям.

"Некогда раньше не видела тебя таким сумасшедшее взбешённым", — бесстрастно комментирует сидящая рядом с ним девушка с запада.

Юлий смотрит на свою даму и понимает, что Анастасия спрятала рот за синим шарфом на шее. Он взглянул ей в глаза, подумав, что они будут соответствовать её беззаботному тону.

Анастасия бросила на экран самый холодный взгляд, какой только мог выказать кто-либо в комнате.

"Чёрт возьми…" — Гарфиэль сглатывает, откидываясь назад с отвисшей челюстью. "К-капитан… Капитан спасёт их. Капитан не даст им так погибнуть! Он спасёт их. Он лучший супергерой на свете!"

Отто опустил голову, и молчание стало его ответом на то, как он будет горевать об этой бойне. Он похлопал бормочущего Гарфиэля по спине и придвинулся ближе, чтобы обнять одной рукой травмированного светловолосого мальчика.

Отто всхлипывает, а Гарфиэль обнимает его обеими руками.

"Он… Он сделал это… Я слышала о его деяниях… Но зайти так далеко…" — хотя Беатрис была старым духом. Это зрелище было настолько тревожным, что она забормотала что-то невнятное и съёжилась от ужаса.

Круш молчала и была бесстрастна, как Анастасия. Она опустила шляпу на колени, чтобы видеть что-то ещё, кроме тел на экране. Её пальцы не желали ослабить хватку на руке Субару. "Тебе, должно быть, пришлось пройти через ад, чтобы предотвратить это, Нацуки Субару".

Герцогиня слегка кивнула в знак восхищения и уважения.

Рядом с ней лидер лагеря мальчиков могла лишь смотреть своими широко открытыми прекрасными аметистовыми глазами. Полные ужаса рыдания Эмилии потонули в душераздирающих криках Петры. Полуэльфийка не знала, стоит ли ей подойти и обнять девочку позади неё в театре или прижать Субару крепче, чем она держала его за руку. Ощущение его тепла стало для неё самым неприятным напоминанием с тех пор, как начались этих просмотры.

"Он пережил это в одиночку…" — с тяжестью выдохнула Эмилия. Она быстро прикрыла рот ладонью, осознав, насколько одинок Субару в этой сцене.

Чувства Эмилии невозможно выразить точнее, чем словами, сказанными служанкой, сидевшей прямо за Субару.

"Смерть жителей деревни навсегда останется в его сердце... Он никогда не перестанет думать, что он один в этом мире".

"Не вини себя, сестра", — Рам обнимает голову Рем и следит, чтобы она не смотрела на экран. "В этом нет ничьей вины. Ты просто хотела спасти Барусу".

"Но я не смогла защитить людей из владений Розвааля-самы. Этих детей и добрый старика..." Рем шмыгнула носом и пролила слёзы, которые должны вот-вот хлынуть уже несколько минут назад.

"Что случилось с тобой и Эмилией-сама?" — вопрос Рем прозвучал в отчаянии, но он вызвал гораздо большую панику как у Эмилии, так и у Рам одновременно.

"Прекратите", — в ярости восклицает Присцилла. "Я сама приказываю вам немедленно прекратить это зрелище!" Баронесса не дождалась ответа у Надзирателя. Она осталась одна, охваченная яростью и отвращением при виде трупов. "Эта свинья не выйдет отсюда целой и невредимой".

"Ты так думаешь?!" — Фельт поворачивается к баронессе со слезами на глазах, но всё ещё со злостью. "Все здесь знают, что ему не станет лучше после этого! Почему бы тебе не перестать говорить об очевидном, как будто ты всё знаешь, чёрт тебя побери…" Райнхард снова хватает Фельт за запястье. Выражение его лица выражало муку, он говорил сквозь стиснутые зубы.

"Фельт-сама. Она изо всех сил старается помочь Субару".

Фельт отрицательно качает головой. "Перестань валять дурака. Я сяду и оставлю её в покое".

"Спасибо, Фелт-сама". Райнхард одобрительно кивает, а Фельт подходит и обнимает его. Он гладит её по голове и поднимает взгляд на своего дедушку, который сидел там с тревогой.

"Вот так, Феррис", — мягко комментирует Вильгельм, ероша кошачьи уши мальчика, но сохраняя при этом каменное выражение лица.

Целитель рыдал, уткнувшись лицом в пиджак, не в силах вынести вида невинно погибших людей.

"Рем… Что случилось с Рем?"

Его единственная реакция на всё это была вслух. Его мир замер в одно мгновение от осознания.

Её письмо было сжато в его окровавленной ладони.

Субару шёл грациозно и спокойно.

"Рем…"

"Рем…"

"Рем…"

"Рем…"

Взгляд Рам затуманился. Она сжала Рем крепче, а синеволосая девушка задрожала в её объятиях.

"Всё в порядке, сестренка. Я защищу тебя. Барусу спасёт тебя", — успокаивала Рам шёпотом на ухо сестре.

Шёл не торопясь.

"Рем…"

"Рем…"

"Рем…"

"Рем…"

Лицо Рем улыбалось ему издалека. Словно воспоминание.

Воспоминание о том, как она смеялась вместе с ним.

"Рем…"

Он вошёл в ворота особняка Л. Мазерса. Ноги у него задрожали, когда он ступил на дорожку перед домом.

"Это жестоко", — говорит Круш, бросая стальной взгляд на того, кто поставил Субару в такое положение. "Если бы я только не позволила ему уйти таким образом", — герцогиня мысленно проклинает себя за импульсивность.

Волна паники и страха не задержалась долго в его ногах, дрожь и трепет прошли по всему его телу.

Увидев знакомую булаву, лежащую на потрескавшемся асфальте дорожки, он содрогнулся.

Письмо выпало из его ладони на траву.

"Нет…" — Рам шумно вздохнула и позволила сестре выпрыгнуть из её рук.

Эмилия и Беатрис с абсолютным ужасом наблюдали за тем, что Субару увидел своими глазами.

" Пожалуйста, дождитесь моего возвращения. Когда все это закончится, я вернусь за тобой " .

С призрачным выражением лица, полным отчаяния и недоверия, он пошёл по тропинке. Он шагнул по траве вдоль обочины.

" Пожалуйста, береги себя " .

Он видел проблески ее улыбки, мелькавшие на её губах, когда его ноги остановились.

" И пожалуйста… прошу тебя дождаться моего возвращения " .

Мгновение внутри особняка, проблеск надежды в её глазах в коридоре гостиницы, властная улыбка в доме Карстенов, даже её взгляды на рыночной площади столицы — она всегда была рядом.

Она улыбалась.

— Пожалуйста, Субару-кун .

Его лицо дрогнуло, пытаясь хоть как-то отразить выражение. Открывшееся зрелище заставило его побледнеть добела.

" От твоей… Рем. "

Субару мог только ахнуть от ужаса, заливаясь слезами.

Камера охватила лужайку в саду, где Субару стояла на коленях. Платье на трупе было полностью разорвано во многих местах и больше не напоминало наряд горничной. Кровь была видна из многочисленных кровоточащих ран на животе и из-под согнутых в локтях конечностей.

Хуже того, Субару больше не видел её улыбки.

Лезвие вонзилось ей в череп и в грязь под лицом.

Рем была мертва, и все, что мог сделать Субару, это смотреть на её осквернённое тело, лежащее на траве.

Титульный лист:

Болезнь под названием "Отчаяние"

[[ПП:

Воспоминанья свои воспой,

Засомневайся, где явь, где правда.

Рукоплесканья дарю, актер!

Мученья на бис - твоя награда.

"Нет" улыбкам, "да" рыданьям.

Вечно должен... играть!

Пройди на званый пир!

На жуткий вальс приглашение моё прими.

Нельзя закончить шоу,

Я пленена и не дам оборвать его.

...Сердце так легко разбить, да?...