Похоже, сонбэ в моём теле без дела не сидел — никакой ломоты я не чувствовал. Меня слегка разморило, но это ещё было в пределах нормы.

«Шмыг-шмыг».

Он что, дорогими духами обливался? От меня приятно пахло.

Пока я в VR-игре <Моллан Фэнтези> возился с призраками и монстрами, сонбэ, похоже, в моём теле жил на широкую ногу в Священной Римской империи, как особа императорской крови.

— Вернулись.

Ланувелла XIII приветствовала меня таким тоном, будто искренне сожалела, что я всё-таки явился.

Дзынь.

По чайному сервизу и блюдам со сладостями перед нами было ясно: она с сонбэ тут устроила вполне приятное чаепитие.

— Вы не уехали в командировку.

— Радуйтесь. Ближайшие два года я намерена отдыхать в загородном дворце.

— Вот как...

С чего это имперская принцесса, так усердно мотавшаяся по зарубежным поездкам ради счастливой смерти своих пациентов, вдруг решила осесть на месте?

Мне-то, конечно, лучше: мешать не будет. Но намерения её выглядели крайне подозрительно. Не иначе опять что-то затеяла.

— Получилось?

— ...Не знаю.

— Какой у вас неопределённый ответ. Вполне в вашем духе.

— Возможно.

Даже вспылить сил не было.

— Ну что вы, я не хотела сказать ничего дурного. Тот мужчина совсем не похож на человека... впрочем, он и не человек. Рядом с ним невозможно расслабиться, поэтому и сблизиться было трудно.

— То есть со мной проще.

— Кан Мунсу, мужчина, которого легко читать, не всегда плох. Особенно для такой подозрительной женщины, как я.

— А, ну да.

Прозвучало это так, будто я до смешного удобен.

Дзынь.

Ланувелла XIII поставила чашку на блюдце и сказала:

— Пора идти. Раз до сих пор ничего не случилось, значит, всё прошло удачно.

***

Повторю ещё раз, потому что это слишком нелепо.

Пока я в VR-игре <Моллан Фэнтези> мотался между адом и раем, сонбэ, управлявший моим телом, прекрасно проводил время в роскоши.

— Вау...

Небольшой дворец, выстроенный на утёсе с видом на прекрасный пляж.

В саду, где чувствовалась рука настоящего мастера, мирно щипали траву олени и кролики, а над фонтаном, украшенным резными русалками, стояла радуга...

Если вилла герцогской дочери, которую я видел в мире романтического фэнтези <Герцогская дочь, принимающая всё без остатка>, была верхом расточительства, то это место скорее напоминало курорт, где отдыхает и тело, и душа.

— Это загородный дворец. Здесь я проведу ближайшие два года.

— Вы больны?

— Неужели вы и правда обо мне беспокоитесь?

— Эм... Вы мне очень помогли, и я вам по-настоящему благодарен. Простите, если заговорил так, будто мы с вами близко знакомы.

— Нет. С вашей стороны это приятная неожиданность. Похвальный настрой.

— ......

Или она и вправду изменилась? Та «ведьма», которую я знал до сих пор, и эта женщина слишком различались, и я никак не мог привыкнуть.

Вр-р-р.

Мы сели в лимузин, который ждал у дворца.

— Ланувеллы делятся на две кровные линии. VI, моя прапрабабушка, чудом успела родить двоих и умерла. VII — от героя. VIII — от друга, который умирал, приняв вместо него пулю...

Ланувелла XIII вдруг ни с того ни с сего принялась излагать мне ведьминское генеалогическое древо.

Меня это совершенно не интересовало, но я, как раб власти, решил вовремя поддакивать.

— И к какой ветви...

— Я происхожу от VII. Если говорить по родству, она приходится мне прабабкой.

— Вот как...

Теперь понятно, откуда сходство.

— А XI, погибшая, упав с лестницы, когда играла в императорском дворце, была моей бабушкой. XII, умершая, пытаясь подарить мне младшую сестру, — моей матерью.

— ......

Я сразу посерьёзнел.

— Об VIII, единоутробной сестре моей прабабки, я знаю немного. Говорят, она очень любила детей. Решила рожать пораньше — считала, что лучше делать это, пока матка молода... И, родив пятерых, умерла, последней из них была IX.

— Надо же.

Пятеро — число непростое даже для обычной женщины, не то что для ведьмы.

— IX, выросшая всеобщей любимицей своих братьев и сестёр, как говорят, была ужасно нетерпелива. В отличие от своей матери, она не жаждала детей и, едва родив X, объявила, что больше не будет рожать. Сказала, что хочет жить долго-долго, как старейшина.

— Но ведь IX...

— Да. Это та самая, что решила не опасаться, увидев зелёный свет на переходе, и погибла под грузовиком. Старейшина потом сокрушалась, что IX потратила всю свою удачу на роды.

— ......

Жизнь и правда идёт не так, как человеку хочется.

— А X воспользовалась тем, что все были потрясены бессмысленной смертью IX, сбежала с похорон и исчезла.

— Но вам всё же удалось её найти.

— Нет. Даже задействовав всю разведсеть империи, мы не смогли её обнаружить. Если ведьма всерьёз решит скрыться, увидеть её сможет только другая ведьма. IX погибла на переходе во многом потому, что водитель её не видел. И XI, разбившаяся на лестнице в императорском дворце... говорят, кто-то в спешке сбежал вниз и толкнул её.

— А-а...

Если бы невидимки существовали, большинство, наверное, умирало бы именно так.

Даже теперь это звучало нелепо.

— X моя мать, XII, случайно обнаружила в вашей родной стране за два года до того, как умерла, рожая мне младшую сестру. Тогда она была там в командировке.

— Понятно.

— Две Ланувеллы столкнулись в парке аттракционов. После короткой погони X удалось уйти, но с помощью выходцев из Священной Римской империи, которые и на чужбине оставались ей верны, её схватили уже через четырнадцать минут.

— ......

Отец получил тот нелепый звонок в парке аттракционов, когда мама ушла в туалет и больше часа не возвращалась.

Сказала, что ей нужно съездить к родным...

От такой внезапной новости отец немного растерялся, но, будучи человеком, который по просьбе жены и обезьяну изобразит, великодушно отнёсся к её словам.

А потом она исчезла.

Мама, пропавшая в парке аттракционов, к нам больше не вернулась.

— X действовала очень тщательно. Сначала она успокоила семью, чтобы никто не заявил о пропаже, а потом выбросила телефон с историей звонков туда, где его уже никто не смог бы найти. Поэтому мы не могли обнаружить связующее звено. До того дня, когда Кан Мунсу проходил тест на призвание, изобретённый P.

— К чему вы всё это говорите?

— Думаю, лучше увидеть собственными глазами, чем слушать объяснения. Ответ ждёт вас прямо здесь.

Щёлк.

Дверца лимузина открылась.

— А...

— Увидимся потом, в аэропорту. У Ланувелл есть правило: без особой причины троим в одном месте не собираться. Чтобы не допустить полного вымирания... Хотя теперь нас и так осталось всего трое.

Вр-р-р.

Имперская принцесса высадила меня у дворца и тут же уехала.

— Эм... привет? Или здравствуйте? Даже не знаю, как правильно.

— ......

Передо мной стояла мать, исчезнувшая в парке аттракционов. Широкополой дамской шляпы уже не было, но синее платье силуэта «русалка», в котором она тогда была, я узнал сразу.

Шурх.

Только лицо у неё было чуть размытым.

Стоило мне всмотреться повнимательнее секунды три — и оно словно по волшебству изменилось.

— Теперь это уже не действует.

— X...

Простое, неброское лицо моей матери превратилось в лицо чувственной ведьмы.

— Эм... видишь ли... я решила, что должна исчезнуть, если хочу защитить любимого сына и мужа. Я верила, что вы и без меня будете жить хорошо. Но потом даже сюда, в игру, начали доходить новости о моём сыне, ставшем олимпийской звездой, и я пожалела.

— Ах!

Лицо изменилось, но голос и интонации по-прежнему были мамини.

— Я очень хотела увидеть сына. Но я была заперта и находилась под наблюдением. Тогда я подумала: если в реальности нельзя, значит, можно встретиться там, где бывают все, — в виртуальном мире. Но мой сын даже аккаунт в VR-игре <Моллан Фэнтези> не создал. Одна ошибка за другой.

— Мама.

— И перед мужем мне тоже очень стыдно. Мне казалось, что из-за меня все стали несчастны, и у меня не хватало смелости снова встретиться с сыном.

— Мама.

— Я никогда ни перед кем не извинялась и не знаю, правильно ли делаю это сейчас, но мне правда очень жаль.

— Ха-а...

Мама, какой я её помнил, была человеком сплошных противоречий.

С виду простушка, а замашки — как у настоящей принцессы. Отец же носил её на руках, как королеву, и без конца повторял: «Моя жена — самая красивая женщина на свете!»

«Теперь-то всё стало ясно!»

Выходит, отец один и видел её настоящей.

— Мне правда очень жаль.

— Удивительно, до чего мы не похожи.

Если подумать объективно, и на отца я, кроме того, что мы оба мужчины, ничуть не похож. Не иначе, меня под мостом нашли.

Ланувелла X сказала:

— Если примешь мои извинения, я скажу, в чём всё-таки есть сходство.

— Ха-а...

Если честно, я и сам не понимал, как должен на это реагировать.

Гнев? Обиду? Радость?

В голове царил полный хаос.

— Господин Кан Мунсу.

— А! Да.

Будто спасая меня от необходимости отвечать, заговорила стоявшая рядом с Ланувеллой X кардинал.

— Вам вовсе не нужно принимать неловкие извинения этой дуры. Вы вылитый прапрадед.

— Старейшина! Это подло...

— Помолчите, пожалуйста. Пока не понесли неизвестно от кого.

— А-а-а...

— Глядя, как вы, вдоволь нашатавшись по свету, строите из себя трагическую героиню, я не раз думала, что с вами делать. Так что не испытывайте меня больше. Вы поняли?

— Да...

Кардинал ледяным голосом заставила Ланувеллу X замолчать, а потом снова посмотрела на меня и с мягкой улыбкой священнослужителя произнесла:

— В награду за выполненное поручение скажу вам откровенно. Для нас ваше существование — это надежда.

— Моё?

— Вы ведь уже поняли, что Ланувелла X — ваша родная мать.

— ......

— Нужно принять реальность.

— ...Да.

Принять это было ужасно трудно!

— Вам он приходится прапрадедом. Это был обычный врач, который ухаживал за Ланувеллой VI, ослабевшей после того, как родила меня.

— Мне говорили, что он был тем самым другом, который погиб вместо неё, поймав пулю.

Только, пожалуйста, покороче!

— Да. Если бы не он, не выжили бы ни мать, ни я — тогда ещё младенец. На VI имя Ланувеллы и прервалось бы.

— И какая тут связь?

— Ланувелла I была проклята за то, что отвернулась от друга в час беды. Именно это проклятие и стало главной причиной того, что нам так трудно зачать.

— Друг? Только не говорите...

Я почти два года проработал шаманом. Кое-что в голове уже сложилось.

— Друг. Тот, кто готов охотно умереть вместо Ланувеллы. Я думала, проклятие устроено так, чтобы его никогда нельзя было снять, но, оказывается, в нём всё же оставили лазейку.

— Это же прекрасно!

Ланувеллы, примите мои поздравления!

— Но проблема в том, что здесь и скрыт истинный замысел проклятия.

— В чём именно?

— Условия слишком суровы. Нас всего трое, а если не считать меня, уже вышедшую из детородного возраста, — двое. К тому же XIII — имперская принцесса. Нельзя нарочно подвергать её смертельной опасности, чтобы проверить мужскую дружбу. Подстроенная сцена не сработает, а тот мужчина неизбежно погибнет.

— А...

Если подумать, всё так и есть.

— Но то, что надежда и путь всё же существуют, уже само по себе обнадёживает.

— Это мой сын.

— Последнее предупреждение. Замолчите.

— Да.

Заставив по-детски несдержанную Ланувеллу X умолкнуть, кардинал указала внутрь.

— Господин Кан Мунсу, идёмте за мной.

— Меня ещё ждёт что-то, чему я должен удивиться?

Тук-тук.

Сердце у меня и так уже колотилось как безумное.

«Я ведь чуть её не убил!»

Я едва не прикончил собственную мать и не превратил её в клинкового демона!

Всё обошлось лишь потому, что под самый конец сонбэ снова перехватил контроль над моим телом и что-то предприняла, но момент был по-настоящему жуткий.

— Мама. Что стало с сонбэ?

— С сонбэ... вы про Со Унхёна?

— Да.

— Не знаю.

— Если не вы, то кто тогда знает?

— Я говорю правду. Мне бесконечно радостно и дорого, что ты снова назвал меня мамой, но я действительно знаю только то, что его окружили клинковые демоны, налетевшие, чтобы сделать меня одной из них.

— ...Понятно.

Окружили.

Всё ли с ним в порядке? Чтобы убедиться, что сонбэ жив, мне нужно как можно скорее найти другой сон.

— Господин Кан Мунсу?

— Да. Иду.

Я на время задавил поднимающуюся тревогу и пошёл за кардиналом.